Любовь там где влавствует смерть

      Не будь Сенека аполитичен, то почувствовал, что шоу, которое он так любил, может свести его в могилу, что в итоге и произошло.       Шоу должно продолжаться — гласил его девиз. Когда перед ним стал выбор: остаться совсем без победителей или пойти на поводу у несчастных влюблённых и оставить жизнь обоим, у него на самом деле был только один вариант — шоу без победителей не продолжится, не будет тура победителей, не будет праздника и радости за выживших, не будет того, чем славятся игры по их окончанию.       Своим решением, он приблизил свой конец. Крейна привели в комнату без мебели, в центре была только чаша с синими ягодами. Как распорядитель игры он прекрасно знал, как выглядит смертельно опасная ягода на его шоу, нужно совсем чуть-чуть, что бы умереть.       Мужчина понимал неизбежность казни и не видел смысла оттягивать страшный итог. Он примет её с достоинством, ни о чём не жалея. Он делал то во что верил и считал нужным.       Сенека продолжал делать свою работу до последнего часа. Профессионализм и трезвый рассудок, позволившие ему занять должность Главного распорядителя Голодных игр, он всю жизнь был сдержан и рассудителен, до появления Огненной Китнисс. Она спутала все мысли своим появлением и в итоге Сенека начал следить только за ней. Желание продлить её пребывание на арене, подыграть несчастной девушке из двенадцатого дистрикта привела к изменению правил, Сенека уступил напору неожиданно возникшего желания — позволить ей выжить. Крейн допускал, что его жест вызовет недовольство у Президента, но до последнего надеялся выкрутиться, не видя в изменении правил политический подтекст и проявление слабости. Для него это был удачный ход, сделать игры в разы интереснее и зрелищнее, но у Сноу был иной взгляд...       Горстка морника — итог блистательной карьеры Сенеки Крейна. Его погубила любовь к Голодным играм и хрупкая девушка их самого дальнего дистрикта, которая зажгла надежду в сердцах зрителей Капитолия и во всех двенадцати дистриктах.        Оказавшись в шаге от смерти, Сенеку посетила абсурдная мысль, что он успел привязаться к Огненной девушке. Настолько, что не смог отпустить, не смог пренебречь… Такая привязанность обычно называется немного иначе, но он не стал озвучивать это слово, даже перед лицом смерти. Мужчина до конца не мог принять чувства, которые вызывала в нём мисс Эвердин.       Шаг, второй третий… остаётся протянуть руку к ягодами и всё будет кончено. Почти так же как на арене, только его смерть не покажут в прямом эфире, о ней не передадут в новостях. Сенека Крейн — Главный распорядитель Голодных игр просто исчезнет из потока новостей, его персона больше не будет приглашена на интервью или светский приём. Про него забудут, вычеркнут из разговоров, но семьдесят четвёртые Голодные игры ещё не раз покажут, тур победителей состоится и маленькая звёздочка будет ни одно десятилетие блистать в свете Панема, Огненная Китнисс, образ которой он помогал создавать, раскручивать историю несчастных влюблённых сохранится на долгие годы на устах публики. Его дело будет жить в Китнисс, она будет жить и помнить свои игры и их распорядителя.       — Китнисс — срывается с посиневших губ. Это больше не голос властного человека, он хрипит в свой последний момент жизни и замирает навсегда.        Как Сенека и предполагал, о его печальном конце во всеуслышание не объявили, знали только избранные единицы. Одной из таких избранных была Китнисс Эвердин, которая до конца своих дней помнила ужасы Голодных игр, которые ей довелось пережить.