I love you

      На улице сильный ливень, через огромное открытое окно панорамной квартиры веет прохладой, которая вызывает стадо мурашек по коже. Обычно в июле очень тепло, но погода в этом году почему-то совсем не хочет радовать. Перевернувшись со спины на бок, Юнги медленно открывает глаза. Его смятая белая постель пахнет едва уловимым цветочным кондиционером, немного терпким парфюмом, а ещё мужским шампунем для волос с кофейным вкусом. Это его территория, и поэтому пахнет им, а ещё парень может делать всё, что хочет, поэтому и спит он тоже голым. Мин любит просыпаться в одиночестве, понимая, что никто его не потревожит, а ещё ему нравится быть трезвым с утра, потому что нужно на работу. Но даже эти выполненные пункты особо не радуют, Юнги чувствует, как першит в горле. Наверное, окно перед сном нужно было всё-таки закрыть, но кто же знал, что так резко похолодает? Приняв тёплый душ и занявшись завтраком, Мин расхаживает по кухне в одних боксерах. Через его окна видно очень многое, буквально всё, а это значит, что его самого можно разглядеть с таким же успехом. Но Юнги вовсе не стесняется других, ведь он в хорошей форме. Заметный пресс, накаченные руки и в меру жилистые бедра. Этот парень — настоящий красавец и в свои двадцать шесть сводит многих с ума. Мин жарит яичницу на дорогой сковороде с антипригарным покрытием, в кофемашину загружает фильтры для кофе и делает себе «Эспрессо». Аромат, такой тяжёлый и приятный, разносится по всему дому, заполняя каждый его уголок. Перелив кофе в большую белую кружку, а яичницу переложив в такого же цвета тарелку, Юнги несёт свой завтрак к столу, где уже лежат заранее приготовленные приборы. В панорамном окне виднеются небоскрёбы, они обычно используются под сдачу для офисов, но в некоторых живут люди. Мин садится на широкий мягкий стул со спинкой, ноги скрещивает по-турецки. Он разрезает яичницу ножом, придерживая мякоть вилкой, а после тянется одной рукой к стеклянному столу, где стоит еда. В другой руке у парня айфон, он смотрит сводку новостей, убеждаясь в который раз, что в мире не происходит ничего хорошего и интересного. Сегодня спокойное утро, не такое, как это бывает обычно, потому что в основном парень просыпается с кем-то незнакомым в кровати. Их запахи смешиваются, создавая неприятный каламбур. Юнги этого не любит, но даже так не перестаёт вести такой образ жизни. Если повезёт и голова не болит, то можно продолжить и утром, сплетаясь с кем-то телами, и получить свою утреннюю долю энергии. Если же удача не на его стороне, то он переживает похмелье — обратную сторону безграничного алкоголя, который находится в каждом сосуде любой из вечеринок. Аккуратно поставив посуду в раковину, Юнги идёт обратно в спальню. Там не так много интерьера: кровать, но огромная и очень удобная, с дорогим ортопедическим матрацом, на котором спать можно словно младенец; ещё есть шкаф-купе с огромными зеркалами в пол, внутри него висят однотонные рубашки пастельных тонов и другие вещи, менее официальные. На высоком потолке висит большая шикарная люстра с хрусталиками, а на полу лежит белоснежный палас нежнейшего ворса. Юнги обставлял свой дом с трепетом, потому что хотел чувствовать себя здесь счастливым. И парень действительно чувствует, но лишь тогда, когда у него день, как сегодня, а не как всегда. Когда он у себя дома один. На Мине белая отглаженная рубашка с запонками, парень поправляет их, чтобы выглядеть опрятно, на ногах чёрные брюки, идущие немного в обтяг. Юнги рассматривает себя в зеркале с головы до ног. Его чёрные волосы блестят немного, кожа бледная, глаза тёмно-карие, с очень длинными чёрными ресницами, нос небольшой и аккуратный, а губы пухловатые, немного розовые. Разрез его глаз напоминает кошачью форму, а ещё создаётся такое ощущение, что у него на них стрелки. Девушки завидуют часто, говоря, какие у Юнги, на самом деле, красивые глаза. На это Мин лишь ухмылкой отвечает, что они ему достались от природы и он ничего с этим поделать не может. Юнги берет зонт, черную папку и ключи от машины, уже собираясь выходить. Открыв дверь, парень резко вздрагивает, лишь чудом сдерживая маты. А всё потому, что на пороге его дома стоит мальчик-подросток, волосы у него светлые, а в руках крохотный белоснежный котенок с голубыми глазами, пищащий тоненьким голосочком. — З-здравствуйте, — шепчет паренёк, — не возьмёте котёнка? Юнги снова смотрит на мальчика, обводя его взглядом с головы до ног. У него пухлые щёчки и губы, глаза большие и добрые, светло-карие. Паренёк похож на куклу, а Мин даже удивляется тому, что тот умеет разговаривать. Одет он так легко: в шорты выше колен и футболку белую, а сам промок насквозь, кажется, ведь волосы, потемневшие, к глазам прилипают, хоть они и подсохли немного. — Чего? — хмурится Юнги. — Котёночка возьмёте, — снова говорит мальчишка. И даже голос у него какой-то слишком высокий, но красивый. Мин это сразу подмечает. — Прости, парень, мне на работу пора, — Юнги ускоряет шаг, направляясь к лифту. За ним идут следом. — Пожалуйста, возьмите его, он один в дождь долго не протянет. Там холодно на улице, — жалобно произносит паренёк, бровки складывая в домик и своими длинющими ресницами так невинно хлопая. А в подтверждение его словам котенок пищит тоже так высоко и жалобно. — А ты его почему не возьмёшь? — спрашивает Юнги, вздыхая. — Так некуда, — мальчик опускает голову. Мин смотрит на него, но ничего не чувствует. Ни жалости, ни сострадания, а в голове лишь одна мысль о том, что нельзя опоздать. Юнги, дойдя до лифта, нажимает на кнопку, а паренёк, кажется, куда-то уходит. И брюнет мысленно выдыхает, потому что только что избавился от потенциальной проблемы. Он садится в машину, пристегивается и едет на работу. В офисе его уже ждёт Хосок — его коллега. Юнги, проходя мимо и приветствуя этого парня, задерживается взглядом на его красивом аристократическом лице. — Сегодня придёт Рэп Монстр, — у Хосока волосы чёрные, он поправляет их одной рукой. Юнги кивает, — Ты уже сделал для него биты? — Само собой, ещё вчера, — кивает Мин. — Вот и прекрасно. Кофе? — парень хлопает глазами, а Юнги ведёт языком по своим губам. — Не откажусь. Мин разваливается в своём большом и удобном кожаном кресле. Глаза его закрыты, на голове наушники с изоляцией звука. Он кивает ровно в такт каждого своего бита и улыбается сдержанно. Хорошо получилось, Рэп Монстру должно понравиться. Стук в дверь. К нему заходят сразу же. Юнги снимает наушники, потому что слышит, как хлопают дверью. — Ваш кофе, — произносит Хосок уважительным тоном и подаёт белоснежную кружку на блюдечке. — Ну сколько раз я тебе говорил, ко мне только на «ты», — улыбается Мин, — я же молодой. К тому же, ты же нормально называл меня утром. Чон прочищает горло, отвечая: — Но Вы же… То есть, ты же мой начальник. — Именно, считай, что я приказываю обращаться ко мне неформально, — темноволосый протягивает руки, чтобы принять свой кофе. Он отхлебывает немного, улыбаясь хитро, — как вкусно. Ты настоящий профессионал. И как тебе только удаётся делать его таким потрясающим? — Это не я, а кофемашина. — Ну и что, именно из-за тебя он такой особенный, — Юнги отхлебывает ещё, смотря на секретаря, — мм, пальчики оближешь. Хосок поджимает губы, кивая. Он стоит какое-то время, а после решает продолжить работу: — Что ж, тогда я пойду? — Иди конечно, — кивает темноволосый. Когда секретарь уходит, Мин наблюдает за ним в упор. Юнги нравится Чон Хосок. Давно уже нравится и может быть даже, это чувство намного сильнее простой симпатии. Во-первых, этот парень всегда рядом. Конечно, Мин ему за это платит, но часто ему хочется думать, что Чон не настолько равнодушен к нему, потому что в таком случае он не чувствует себя одиноким.

***

Юнги возвращается домой, будучи уставшим. День был очень сложным, они с другим рэпером, Рэп Монстром, обсуждали совместные проекты и дальнейшее сотрудничество. Мину кажется, что для них обоих это дело станет очень прибыльным. Конечно, он думает о музыке и своем позитивном влиянии на эту индустрию, но все же деньги — далеко не последний для него показатель, который, к примеру, сможет поддерживать его праздный образ жизни. Парень выходит из своей машины, направляясь к подъезду. Достает ключ, открывая дверь, а после проходит к лифту. Ему приходится резко остановиться, потому что он видит того самого мальчишку, который не давал ему покоя утром. У того в руках маленький котенок, мяукающий настолько жалобно, что даже ледяное сердце Мина дает слабую трещину. — Что ты здесь делаешь? Почему не пошел домой? — спрашивает Юнги, смотря как мальчик достает небольшую пачку кошачьего корма из своей куртки. — У меня нет дома. Я из приюта, — отвечает подросток, подкармливая котенка. Тот сладостно прикрывает глазки и облизывается. Юнги хмурится. Значит, этот мальчишка детдомовский. Это становится еще более непонятным: разве его уже не обыскались воспитатели? Насколько парень знает, в таких заведениях всё довольно строго. И не то чтобы Мин является каким-то добродетелем или же матерью Терезой, просто сегодня такой день, у него, несмотря на усталость, очень хорошее настроение. — Давай я отвезу тебя туда, — произносит Мин, — где находится твой приют? — Пожалуйста, не надо в приют, — просит подросток, — мне туда нельзя. — Почему? — Просто нельзя и всё тут, — отвечает мальчик, пожимая плечами. — А где ты ночевать собрался? — Здесь, если не выгонят. Он усаживается на пол, прямо рядом со стенкой, гладя котеночка своей небольшой рученкой. Животное довольно мурлычет. Мин смотрит на всю эту картину, после усаживается рядом. Не брезгует, сорванец, сидящий неподалеку, выглядит неплохо, у него целая одежда, от него нет никакого неприятного запаха, значит он вряд ли бомжует на улице. — Хорошо, я постараюсь помочь тебе, если ты мне расскажешь, почему ты не хочешь возвращаться к себе. Паренек грустно вздыхает, глазами указывая на котенка, после чего говорит: — У нас с животными нельзя, а его никто брать не хочет. Я сегодня весь день ходил по вашему району, в двери звонил и никому, совсем никому не нужно это крохотное создание… Мин внимательно слушает, после решаясь спросить: — Почему ты не можешь просто взять и оставить его? — Нет, ты что, — подросток, видимо почувствовавший совсем немного тепла и интереса в свою сторону, решает опустить все формальности, — я ведь сам нашел его на улице. Вот, взял все деньги, которые у меня были в кармане и купил ему немного еды. — Что ж, — пожимает плечами Юнги, — значит, ты здесь весь день? — раздается кивок, — Ну котенка ты накормил, а сам то ел что-нибудь? У подростка вдруг раздается урчание в животе и тот опускает глаза в пол. — Я подумал, что смогу потерпеть немного. А котеночек вон вообще неизвестно сколько уже не ел, — отвечает он. — А как ты вообще оказался в большом городе? Разве вы не должны всё время находиться в приюте? — интересуется Мин. — Да, но нас возят сюда в школу. Я хотел немного погулять перед тем, как нас снова отвезут в детдом, но встретил вот этого малыша, — паренек улыбается, смотря на кота. Юнги тяжело вздыхает. Настырный пацан попался ему однако. Напоминает ему его самого в таком возрасте. Эта мысль не позволяет не улыбнуться. — А как тебя зовут, герой? — интересуется Мин. — Я Пак Чимин. А тебя? — Мин Юнги. Мне кажется, я намного старше тебя, но если хочешь, можешь звать меня просто Юнги, — пожимает плечами старший. — Кстати, а сколько именно тебе лет? — Пятнадцать. — Мне двадцать шесть. Скажи, а тебя точно никто не потеряет? Вдруг они поднимут на уши весь город? — Сомневаюсь, — пожимает плечами мальчишка, — я всегда тихий как мышка. Иногда меня даже отмечают как отсутствующего, даже когдя я нахожусь в классе. Мин снова вздыхает, вставая с холодной поверхности. — Ладно, пойдем ко мне. Я накормлю тебя, сегодня, так уж и быть, переночуешь у меня, а завтра отвезем тебя и твоего котенка в приют.

***

— Ты имя ему уже придумал? — спрашивает Юнги, пока они едут в лифте, поднимаясь на самый высокий этаж. — Ага, Эдельвейс, — отвечает Чимин, не выпуская кота из своих рук. — Странное название. Никогда о нем раньше не слышал. Что это вообще такое? — Это такой цветок. Про него есть легенда. — Расскажешь? — Когда-то давно, в горной местности, жила-была очень красивая девушка и в нее были влюблены два брата-близнеца. Они хотели быть вместе с ней, но девушка сказала, что будет с тем, кто первый сорвет горный цветок. Он называется Эдельвейс. — Вау, — улыбается Юнги, одним плечом оперевшись на железную стену лифта, — кто же из них победил? — На самом деле, там достаточно трагичная история. Близнецы те погибли, а красавица, узнав об этом, сбросилась с горы. — Как-то всё слишком печально, не находишь? — Наверное, — паренек пожимает плечами, — просто это растение белого цвета и немного пушистое. Котенок очень на него похож, поэтому я так его назвал. Раздается звук, оповещающий, что они на нужном этаже. Оба выходят из лифта, направляясь к квартире Юнги. Чимин же очень осторожен в каждом своем действии. Внутри оказывается просто невероятное по своим размерам пространство. Всё такое дорогое и красивое, Пак открывает рот от восторга. Мин же улыбается, когда видит реакцию младшего. — Ну вот тут я и живу… — выдыхает Юнги, а Чимин его игнорирует. Он не может сказать ни слова, потому что он ни разу в жизни не видел ничего подобного. У них в приюте все по-обычному, в одной комнате располагается сразу несколько человек, а само пространство обставлено несколькими двухъярусными кроватями. Есть небольшая столовая и игровая, но там всегда очень шумно, поэтому Пак любит более уединенные места вроде подоконников или уборных. Там он никому не мешает и никто не лезет к нему. У Юнги дома даже пахнет вкусно, чем-то тропическим, в то время как у них в приюте постоянно стоит запах пресной еды, который оседает везде, даже у них на одежде. — Здесь так здорово! — произносит подросток. Мин упивается его детским восторгом. Люди, которые приходят к нему в гости, всегда внимательно рассматривают его квартиру, но это больше так, чтобы оценить его примерное количество денег. А этот мальчик искренне восхищается. — Проходи, только не забудь разуться. Я дам тебе тапочки, чтобы ты не заболел. Мин уходит в свою комнату, видимо, переодеваться. Чимин же мнется в прихожей, лишь когда Юнги повторяет ему, чтобы он проходил, Пак сдвигается со своего места. Старший быстро оказывается на кухне, открывая холодильник и доставая всё, что там есть. Что-то сложнее яичницы он в жизни не готовил, поэтому сейчас ему придется импровизировать над их ужином. Подросток, помывший руки и опустивший котенка на пол, тоже проходит в кухню. Он стоит в дверях, молча наблюдая за старшим. — Присаживайся, — просит Юнги, — я не повар, но думаю, что бутерброды сделать все же смогу. Ты как, не против? Чимин удивленно мотает головой. Никто не спрашивал о его вкусах и предпочтениях раньше, а потому всё это кажется чем-то нереальным. Мин же заботится не только о нем, он дает котенку немного воды, а еще совсем чуть-чуть молочка, в интернете прочитав, что молочные продукты котам запрещены, так как у них непереносимость лактозы. И Эдельвейс попил немного, после чего заснул на голом полу, свернувшись комочком. — Я перенесу его в гостиную, там свет не горит, — произносит Юнги, одной рукой приподнимая спящее чудо. В зале он стелит ему небольшой шарф, с трепетом укладывает животное, сверху укрывая его теплой тканью. Пак смотрит за этим, откусывая бутерброд, который ему приготовил старший, и сдерживая свою улыбку. Мин снова появляется на кухне, убирает со стола. Говорит, что сходит в душ совсем ненадолго и просит Чимина подождать на диване, а чтобы младший не скучал, включает ему телевизор. Юнги возвращается минут через пятнадцать, не больше, но только Пак его не дождался. Он тоже свернулся клубочком и спит прямо под звук телевизора. Мин смотрит то на паренька, то на котеночка, у которых даже позы во сне одинаковые. Должно быть, Чимин очень устал за сегодня. После старший приносит одеяло, укрывая им мальчишку. Гасит свет и идет к себе в комнату.

***

— Я ждал, что за мной кто-нибудь придет. Для детдомовских так волнительно, когда кто-то приходит, но в основном берут малышей. Кому я нужен в свои пятнадцать лет? — грустно улыбается Чимин. Он ест кашу, которую ему приготовил Юнги. Получилось неплохо. Мин просто набрал в интернете, что едят дети и ему выдало парочку рецептов. Он этой кашей и мальчишку накормил, и котенку дал немного. — Ты думаешь о том, чтобы найти своих родителей? — интересуется Юнги. — Зачем я им нужен? Они отказались от меня, когда я был младенцем, сейчас меня и подавно никто видеть не захочет, — в интонации мальчишки слышна непередаваемая грусть. Мин тяжело вздыхает, раньше у него никогда не было опыта в общении с людьми из детского дома, а оттого история эта кажется такой душещипательной. Котенок пищит, потираясь о ноги Юнги. По виду ему не больше месяца, он ходить то недавно научился и эта мысль делает Мину чуть ли не физически больно. Парень грустно вздыхает, беря это пушистое чудо к себе на руки и внимательно его рассматривая. Вообще-то он очень сильно мечтал о домашнем животном в далёком детстве, только вот родители об этом и слышать не хотели. Им казалось, что коты и собаки — существа совершенно бесполезные и от них одни проблемы. А Юнги рос, постепенно уходя в музыку и забывая. — Как думаешь, его не будут обижать? — вдруг спрашивает Чимин. — В смысле? — не понимает старший, — Кто бы стал это делать? — Ну как, сильный всегда обижает слабого. Так уж повелось в приютах… — Пак пожимает плечами. — Я не знаю, — честно признается Юнги. — Он ведь ещё такой маленький, — Чимин встаёт со своего места, подходя к животному и поглаживая его. Юнги замечает синяки у него на руках. — Любишь драться? — спрашивает старший совершенно спокойно. — Нет. Терпеть не могу. Приходится защищать себя, дети звереют, когда воспитатели заняты своими делами. Они любят показывать тебе твоё место. — И где же… — Юнги облизывается, — Где же твоё место? Чимин отстраняется, отходя от старшего. После быстро кидает: — Ты говорил, что сможешь отвести меня в приют. Сделай это, пожалуйста, я не знаю, как мне туда добраться. Нас на специальных автобусах возят. Мин вынужденно кивает, вставая с места. Он и котёнка берет с собой, а после они втроём выходят из дома.

***

— До свидания, малыш, — шепчет Чимин, лицом ласкаясь о мягкого котёнка. Его не волнует то, что животное жило на улице и у него могут быть блохи. — Мне будет очень сильно тебя не хватать… Юнги наблюдает за тем, как мальчишка выходит из машины. Он разворачивается к старшему, подходя к его открытому окну. — Спасибо за всё, — кивает Чимин, — рад знакомству. — Не за что, — ухмыляется Мин, — и взаимно. — Мы ещё увидимся? — Возможно. — Я бы очень хотел. Может быть, мы могли бы попроведовать Эдельвейса вместе? — Вполне неплохая идея, — пожимает плечами старший, — но для начала я должен его туда пристроить. Чимин счастливо кивает, а после убегает к себе в приют. Подумать только, Юнги пришлось нарушить все свои планы, чтобы разобраться с этим подростком и его котёнком. Животное мяукает, сидя в специальной коробке. Наверное, ему страшно, но Мин нажимает на газ, он хочет отвести котёнка как можно скорее и заняться своей собственной жизнью. Когда Юнги по навигатору приезжает в приют для животных, ему вдруг звонит Хосок, его секретарь. Как бы сказать, Мин всегда очень рад его звонку, а потому поднимает трубку в некотором предвкушении. — Юнги, прости, сегодня никак не смогу приехать на работу. Меня знакомая попросила присмотреть за своим псом, а он очень игривый, может весь диван разодрать. Но я честно говорю, это только на один день, — говорит Чон в трубке. — Ладно, не проблема. А что, больше некого попросить было? — удивляется Юнги. — На самом деле, я сам согласился. Просто его не с кем было оставить, а он очень милый. — Так значит, ты животных любишь, да? — усмехается Юнги, смотря по сторонам. — Ну да, они милые. Ещё пару фраз и они прощаются. Мин же, уже даже непонятно сколько раз пытающийся вытащить Чон Хосока на свидание, вдруг растягивает свои губы в улыбке. Возможно, ему пока что не стоит отдавать этого котёнка, а потому он садится в машину и едет обратно домой.

***

Чимин весь вечер лежит в своей кровати и не может перестать думать о Мин Юнги. Этот человек стал кем-то, кто оказался рядом в сложный для него период. Он не выгнал его, не стал ругаться, узнав всю правду. Этот хён сам взял и приготовил ему еду, пустил к себе ночевать, хотя не должен был. К Паку никогда ещё не проявляли такое большое количество внимания и оттого вся эта ситуация кажется чем-то нереальным. Юнги такой добрый, такой заботливый и замечательный. Почему-то, думая о нем, Чимин улыбается. И хорошо, что уже наступила ночь, ведь другие ребята стали бы над ним издеваться, если бы увидели эту самую улыбку.

***

Время постепенно шло, Эдельвейс остался у Юнги и парень купил ему всё необходимое: лоток, спальное место и игрушек. Конечно же, теперь весь ящик одного из отсеков в его кухне был забит разного вида кормом. Пока что Мин кормил котёнка только мягким, но там и твёрдый был. Казалось, этому коту на всю жизнь еды хватит. Юнги теперь было о ком заботиться, он старался долго не задерживаться на работе, ведь теперь его ждал маленький ребёнок. Ещё плюс того, что у Мина появилось домашнее животное, заключался в том, что теперь Хосок растает при виде такого доброго и чуткого, но одновременно мужественного своего начальника. Юнги уже видит его восторженные взгляд и улыбку при виде Эдельвейса, ведь этот котенок и вправду очень хорошенький. С их Чимином встречи прошло уже две недели, Мин делал свои дела, не забывая подкатывать к Чону и тот всё же согласился прийти к нему в гости. Юнги уже с утра убирал свою квартиру, не забывая всюду распылять духи с феромонами. От Хосока всегда очень вкусно пахнет, что значит: он любит разного рода приятные ароматы. У парня такое потрясающее настроение, он подпевает песне, что играет у него из телевизора. Это его работа и сейчас эта композиция бьёт все чарты. Вдруг раздаётся звонок в дверь. Юнги точно знает, что это не Хосок, потому что они договорились встретиться только вечером, а сейчас обеденное время. Все же Мин идёт открывать, видя светловолосого паренька перед собой. Тот улыбается радостно, а после бросается старшему на шею. — Привет! Я так соскучился! — произносит он. Юнги, конечно, очень удивлён, но все же осторожно поглаживает мальчишку по спине. — Поехали к Эдельвейсу? Я жуть как хочу его погладить и заобнимать! — Притормози, Чимин, — старший отстраняет возбужденного паренька от себя, — ты что, опять сбежал? Пак тяжело вздыхает, опуская голову вниз настолько виновато. Он вынужденно кивает. — Нельзя так делать, — произносит Юнги, — ты же понимаешь, что воспитатели заметят. — Они и заметили. Меня наказали, посадили под арест, не разрешали гулять целых три дня… — возмущается паренёк, размахивая руками. — Я чуть было с ума не сошёл! — Чимин, с виду ты серьёзный взрослый парень, а ведёшь себя совсем как ребёнок. Не надо сбегать оттуда. — Ты говоришь так только потому, что никогда там не был, хён. Я считаю дни до своего совершеннолетия, я так сильно не хочу быть в этом детском доме, потому что мне там очень одиноко. Юнги, слыша это, тяжело вздыхает. Разумеется, ему жалко этого мальчишку, но что он лично может сделать? — А теперь здесь у меня тоже есть кое-кто. Я могу приходить сюда, за пределы детдома, — говорит мальчишка и снова улыбается. Юнги никогда не видел таких эмоциональных людей. — Ты обо мне и Эдельвейсе, да? — хмыкает Мин. Все же ему приятно, что этот мальчик так о нем говорит. — Угу, — кивает Чимин словно болванчик, — поедем к нему скорее?! — паренёк уже почти выбегает из квартиры, но его ловит Юнги, хватая за руку своей. — Не надо никуда ехать, — Пак переводит взгляд на их руки, отчего-то краснея. — Я оставил малыша себе. Он уже две недели живёт у меня. — Правда? — Чимин широко раскрывает свои глаза и старший готов поспорить, что видит там свое собственное отражение. Юнги кивает. Пак быстро разувается и уже по-собственнически забегает в зал. Там, в небольшой кошачьей кроватке, свернувшись в клубочек, спит котёночек. Чимин пищит от счастья, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не разбудить его и не затискать. Он сидит на ковре, ступни подогнув под себя. Юнги проходит в зал, усаживаясь на диван и украдкой наблюдая за парнишкой. — Он такой потрясающий, — улыбается Пак, Мин тоже растягивает свои губы, не в силах устоять перед детским обоянием, — спасибо, хён, что оставил его у себя. А можно я буду приходить к тебе и играть с ним? Юнги тут же мрачнеет, отвечая: — Ты должен перестать сбегать. Я серьёзно. — Но как я тогда смогу попасть к тебе? — грустнеет Чимин. На самом деле, Юнги никогда не мечтал о детях, он считал себя больше повернутым на тусовках, алкоголе и партнерах на одну ночь, но вот сейчас что-то в нем ломается. Чимин слишком милый и почему-то так трудно ему отказать. Мин не знает, почему пускает его к себе и его не раздражает такое энергичное поведение младшего. Наоборот, Юнги это даже нравится, ведь мальчишка из детдома так сильно отличается от его знакомых. Он кажется таким наивным и искренним, ему будто только недавно исполнилось десять лет, несмотря на то, что его телосложение будет ничуть не меньше юнгиевого. Может быть, именно истории Чимина так вдохновили Юнги заботиться о нем, если уж младший совсем не знает, как это. У Мина просыпается некое тепло в душе, когда он видит Пака или же котёнка. Они почему-то довольно-таки похожи. Разлучать их кажется чем-то противозаконным. — Знаешь, я мог бы брать тебя к себе на выходных, — произносит Юнги, скрещивая руки, — но это только при условии, что ты будешь себя хорошо вести. — Ты что, правда пойдёшь на это? — паренёк вытаращивает глаза, — Не пожалеешь? — А почему я должен об этом пожалеть? — Хорошо. Я постараюсь.

***

Чимин играется с котёнком его новыми игрушками, а Юнги наблюдает за ними, сидя за столом, у компьютера. Он пытается немного поработать, но то и дело отвлекается на громкий звонкий смех младшего. Мин же смотрит на время, понимая, что Хосок придёт к нему уже через десять минут, а потому предлагает Чимину переехать в свою спальню. Он даёт младшему целую коробку пиццы, которую заказывал для своего сегодняшнего свидания. Её принесли совсем недавно, поэтому она горячая. — Ко мне придут в гости, так что я попрошу тебя посидеть тихонько, — говорит Мин. — Включи себе какой-нибудь фильм на планшете. Он лежит на кровати. Можешь взять наушники, у них замечательный звук. На самом деле, это для того, чтобы Чимин не услышал посторонних звуков, ведь у Юнги на сегодняшний вечер большие планы, а этот мальчишка ещё очень маленький. — Я понял, хён, сидеть тихо как мышка. С этим я справляюсь на отлично, — немного криво улыбается Чимин, но Юнги не обращает на это никакого внимания. Вместо этого он уходит в зал, ожидая своего горячо-любимого гостя. В семь раздаётся звонок домофона, Мин подходит к двери, взволнованно открывая. Котенок трется о его ноги, Юнги берет его себе на руки для достоверности, прислушиваясь к шагам на лестничной клетке. Дверь отворяется и перед глазами появляется Чон. — Привет, — выдыхает он. — Приветик, — Юнги машет ему кошачьей лапкой, привлекая внимание к этому светлому чуду. Чон едва сдерживает смех, закрывая за собой дверь. Мин приглашает его пройти в зал. Хосок же удивляется, видя, что в этой комнате приглушён свет. На столе в больших круглых тарелках разложена карбонара в белом соусе, в стеклянные бокалы налито красное вино. Из колонки играет романтическая музыка, кажется, это саксофон. — Что это значит, Юнги? — спрашивает Хосок, оборачиваясь. Ну хорошо, Мин скрыл от Чона тот факт, что это не просто дружеские посиделки, а настоящее свидание. Для его же блага, вообще-то. — Присаживайся, — приглашает Юнги, указывая рукой на стол. — Подожди, это что, свидание? — недоумевает младший. Мин тяжело вздыхает, кивая. — Почему ты сразу мне об этом не сказал? — возмущается младший. — Если бы сказал, ты бы согласился прийти? — нервничает Юнги, но в ответ слышит лишь молчание. — Вот видишь. — Я не гей, Юнги, — произносит Хосок, — мне нравятся девушки. Я не знаю, с чего ты взял, что меня заинтересует нечто такое… Я думал, что мы друзья. — Друзья? — вдруг повышает голос Юнги. Где-то в комнате вздрагивает Чимин, решивший, что фильм — не так интересно, как-то, что будет происходить дома у его хёна. — Да разве могут друзья смотреть друг на друга так, как я смотрю на тебя? Разве могут хотеть друг друга так, как я хочу тебя, Хосок? Скажи, неужели ты всего этого не замечал? Чон на выдохе прикрывает глаза. — Мне искренне жаль, что я не замечал этого, — произносит он, — но это не отменяет того факта, что ты мне не нравишься. Не нравишься как парень, как человек — очень сильно. Юнги, меня интересуют девушки и только девушки. С этими словами Хосок направляется в прихожую, одеваясь и обуваясь. Он уходит так быстро, словно ему противно находиться в этой квартире, а Юнги молча стоит и смотрит на все это.

***

Чимин, что уловил буквально каждое слово, слышит, как в зале раздаётся сильный удар и стоны. Кажется, Юнги кинул на пол стул или же что потяжелее. Пак дрожит от страха, он не знает, чего ему ожидать от этого хёна, ведь они видятся всего лишь второй раз в жизни. В детдоме его часто избивают, а потому он боится любых громких звуков. Кажется, Мин кидает ещё парочку вещей, но потом все в одну секунду успокаивается. Чимин с радостью выдыхает, но позже вдруг слышит приглушенный звук. Входная дверь захлопнулась. Пак хмурится, а после подбегает к окну. Минуты через две, под светом фонарей, он узнает силуэт Юнги. Становится неуютно в такой большой квартире совсем одному. Чимин выходит из комнаты старшего, вынося почти полную пиццей картонную коробку. Он ставит еду на стол, замечая нетронутый ужин и налитый в бокал алкоголь. Пак тяжело вздыхает, присаживаясь на один из стульев. Это ощущение такое странное, когда остаёшься совсем один в гостях у человека, который тебе нравится. Хотя, наверное, это слово не совсем подходит… В человека, в которого ты влюблён.

***

Чимин слышит, как открывается дверь. Он улыбается, выглядывая из кухни, но вдруг замирает, потому Мин Юнги не один. Он с каким-то парнем и они оба страстно целуются. Оба явно увлечены друг другом, не в состоянии оторваться. Эти парни направляются к Юнги в комнату, не разлепляя губ, а Пак опускает глаза, запираясь на кухне. Потому что он влюбился в старшего, потому что ему показалось, что между ними нечто особенное, а на самом деле Чимин просто жалок. Это он лишен любви и заботы, хоть чьего-то внимания, поэтому и посчитал, что хёну действительно есть до него дело, а нормальные люди ни за что на свете не влюбятся после первого особенного жеста в их сторону. Конечно, Чимин не мечтал быть вместе с хёном, но увиденное сделало ему так неприятно, что захотелось убежать, куда глаза глядят. Только вот сейчас уже ночь, у него в кармане нет ни воны и пойти ему тоже совершенно некуда. Поэтому приходится просто оставаться на месте, слыша, как из спальни старшего раздаются стоны. Наверное, Юнги совсем позабыл о его присутствии.

***

Чимин не ест, не сводя глаз с Юнги, который готовит ему панкейки. Мин же буквально спиной ощущает на себе этот тяжёлый взгляд. Пак снова остался у него. У Юнги, после бурной ночи, стойкое похмелье, поэтому у него нет настроения обсуждать то, что произошло вчера. К тому же, разве он обязан это делать? Чимин ведь просто мальчишка, который Мину совсем неинтересен. Только вот зачем-то Юнги встал рано утром, несмотря на свою головную боль, выпроводил своего партнера на одну ночь и решил приготовить младшему завтрак. Рецепт даже посмотрел в интернете. Была ли это своего рода компенсация за вчера? Скорее всего, нет. За что Мину извиняться перед Чимином? Только вот жжение на спине все еще ощущается. — Ну что? — раздраженно спрашивает Юнги. — Ничего, — почти шепчет Пак, опуская глаза. — Послушай, я не буду перед тобой оправдываться. — Так вы теперь вместе? — Вместе? — старший усмехается, — Запомни: Мин Юнги — одиночка. Мне никто не нужен. Повтори. — Мин Юнги — одиночка. Тебе никто не нужен. Всё ясно. — Паренёк пожимает плечами. Он вдруг вздыхает. — Просто то, что вы делали, обычно не делают с кем-попало… — Ты про секс на одну ночь слышал? — спрашивает Юнги, — Вот как это называется. Неплохо подходит, когда нужно снять напряжение. — Ясно, — снова выдыхает Пак, переводя взгляд в окно. — Чимин, ты просто еще маленький, — объясняет Мин, — вырастешь и обязательно меня поймешь. — А как же чувства, хён? — сводит брови младший, — Разве они не важны в первую очередь? — Чувства? — усмехается Юнги. — Поверь мне, взаимные чувства — что-то из рода фантастики. Больше они не разговаривают. Чимин прощается с Эдельвейсом, а Юнги снова смотрит на это со стороны. Потом они выходят на улицу, садятся в машину и старший отвозит Пака в детский дом. В этот раз прощание младшего слышится очень сухим. Он лишь говорит простое «пока», а после уже собирается уходить, как Мин вдруг его останавливает: — Чимин, — Юнги ставит пальцы себе на переносицу, — то, что было вчера… Прости, я не должен был делать этого при тебе. — Да всё нормально, хён, — грустно улыбается младший, — ты же сам сказал, что взаимные чувства — это что-то из рода фантастики. Так вот, ты прав. Но ничего, я справлюсь. Знаешь, я тоже не должен был… Но вот как-то так вышло. После этих слов паренёк идет в сторону места, где привык жить. Юнги же остается совсем один и не понимает, что именно Чимин имел в виду.

***

С того самого случая возле детского дома прошел целый месяц. Юнги часто вспоминал об этом и казалось, чем чаще Мин воспроизводил этот разговор в своей голове, тем страннее были чувства, накрывающие его. Он испытывал просто ужасный стыд, ему отчего-то казалось, что он изменил Чимину, хотя это совершенно невозможно, ведь Пак приходился ему никем. Только вот свое сердце не обманешь. Оно твердило Юнги, что очень хочет заботиться об этом мальчишке. Странно было осознавать, какого рода были эти чувства. Сначала Мину показалось, что это похоже на отцовский инстинкт, но с другой стороны, Юнги не мог отвести от Чимина глаз, потому что тот был настолько настоящим. Он тяжело вздыхал, если ему было грустно, улыбался, если было весело, его смех казался таким резвым, эхом заполнявший большую квартиру Мина. Странно, но Пак напоминал ему о его детстве. Частично — его самого, потому что до прихода в шоу-бизнес Юнги тоже был искренним и веселым. Только вот музыкальная индустрия и деньги его испортили. Здесь каждый вертелся, как умел. Иногда приходилось много кривляться на публику, а потому чувства стали играть совершенно второстепенную роль. Другим было всё равно, что ты чувствуешь. Главное — писать о том, что сейчас популярно: о тусовках, вечеринках и бесконечном ничегонеделывании. Только вот Чимин казался человеком совсем из другой оперы. Последние свои деньги он потратил на котенка и улыбался этому, в его пятнадцать у него уже взрослые мысли, но при этом он напоминает ребенка, потому что радуется и грустит именно так — по-детски. Даже то, что он реализовал давнюю юнгиеву мечту, говорит о том, что Мин ни разу не встречал людей, похожих на Чимина. А еще Пак признался ему, что влюбился в него. И Юнги не понимает, что в нем можно было найти, помимо денег, внешности и контрактов. Но Пак нашел кое-что другое, Мин уверен, но вот понять, что именно, он не в силах. Чимин ни разу не навестил Юнги. Видно, он сильно на него обижен, если уж не захотел увидеться даже с котом. Мин же просто безумно хочет его увидеть, а потому приезжает в детский дом. К тому же, старший всё еще помнит свое предложение брать Пака на выходные в свою квартиру, а также то, что Чимин на это согласился. — Мне нужен Пак Чимин, — говорит Юнги одной из воспитательниц. — Кем вы ему приходитесь? — спрашивает женщина. — Я его… Двоюродный брат. — Вы смеетесь надо мной? К нему еще ни разу не приходил кто-то из родственников. — Но он меня знает, спросите его, — требует Юнги. — А это не у Вас он пропадает, случайно? Чимин два раза не ночевал в детском доме. Мину правда нечего ответить на это. Но он прочищает горло, а после пытается придумать хорошую такую, а главное почти правдивую историю: — Да, Вы знаете, мальчик очень одинок. Я разыскивал его долгое время и как-то случайно встретил его во время прогулки. Он был с другими ребятами. Я хотел лишь сказать в двух словах, кто я, чтобы в следующий раз он согласился на встречу со мной, но Чимин ведь такой… Ну Вы знаете, любящий и очень открытый, а потому он попросил меня провести немного больше времени вместе… — Да, извините, но это не повод поки… — Вы просто не видели счастья в его глазах, когда мы впервые встретились. Потом же я добросовестно отвёз его домой. Но он снова сбежал и… В общем, такого больше не повторится, если Вы позволите брать его к себе на выходные. Когда Юнги пишет лирику, он часто пытается придумать историю и, исходя из персонажей, размышляет о том, какими могут быть их чувства. Придумать нечто такое не составило ему труда, тем более, Мин действительно очень хочет увидеться с младшим. — Что ж, если вы и вправду родственник Чимина, я думаю, нам стоит спросить его самого, согласен ли он на такое предложение. Женщина уходит, возвращаясь уже со знакомым пареньком. Тот выглядит не слишком радостным, больше задумчивым и спокойным. Только вот, когда Пак видит Юнги, его глаза в один момент наполняются радостью. — Хён! — произносит он негромко, но Мин прекрасно это слышит. — Привет, — улыбается Юнги и понимает, что очень по нему скучал. — Чимин, ты знаешь этого молодого человека? — спрашивает воспитательница. — Да, это мой хён, — кивает Пак. — Чимин-и, — выдыхает старший, — я бы хотел забрать тебя на выходные, ты поедешь со мной? Мальчишка кивает и улыбается так солнечно. Он совсем ничего с собой не берет, прося Юнги поехать быстрее домой, к Эдельвейсу. Когда Юнги с Чимином сидят в машине, старший спрашивает: — Тебя так долго не было. Я думал, ты до сих пор дуешься… — Нет, хён, что ты… — Тогда почему не забегал в гости? Мы ждали тебя. — А разве ты не говорил, что сбегать — это нехорошо? — хитро улыбается Пак. — Ну говорил, — закатывает глаза старший. — Просто я очень скучал по тебе. — Правда? — неверяще спрашивает младший. — Конечно правда. — А я думал, что ты одиночка и тебе совсем-совсем никто не нужен, — пожимает плечами Пак. — Ах, это… Я хотел ещё раз извиниться перед тобой. За тот вечер, а потом и за утро. — Х-хён, — слегка заикается Чимин, — я понял, что это было глупо с моей стороны. Я вёл себя как ребёнок. Я не обижаюсь, потому что понимаю, что если ты вдруг хочешь себе… Юнги не даёт ему договорить, наклоняясь и резко целуя. Совсем ненавязчиво, делая всего лишь парочку движений губами и застывая в таком положении. Чимин отстраняется первым, вдруг говоря: — Ты украл мой первый поцелуй… — А ты против? — улыбается старший заглядывая подростку в глаза. — Нет, — отрицательно мотает головой Пак. — А что это значит? — Это значит, Чимин, что ни один фантастический роман не опишет того, что я к тебе чувствую. Младший молчит и с каждым произнесенным старшим словом его зрачки расширяются, становясь просто огромными. — Ты сейчас так сильно напоминаешь мне кота, — смеётся Юнги, заводя машину. — Эдельвейс тоже всегда так делает… Автомобиль трогается с места, хрустя колёсами. Чимин громко смеется, но через оконную толщу этого практически не слышно. Впервые к нему пришли. Впервые пришли за ним, чтобы забрать на выходные. И Юнги, на самом деле, прав… Это чувство не опишет ни один фантастический роман.