Сегодня я влюблён в тебя сильнее, чем вчера, но завтра я буду разбит.

Солнце - значит тепло, но только не в зимние дни, когда щеки режет от холода, а солнечные лучи совсем не помогают. Минхо был солнцем, но далеко не летним. Хотя Джисон в глазах своих крутил сердца, воображал поцелуи до потери пульса, что те огнём загорались на коже. Намного легче заниматься ковырянием своих чувств, чем нервно трястись над учебой, поэтому Хан и не двигается с мёртвого положения наблюдателя. Пусть будет так, это лучше чем неизвестность, которая может произойти, если парень подойдёт и познакомиться со своим предметом воздыхания, которого он встречает по пути в аудиторию, а где Минхо, там и Сынмин.    — Джисон, ты идёшь на новогоднюю дискотеку?  Именно с этой фразой на этот раз встретил Джисона Ким. Старший хоть и был абсолютным домоседом, но пропускать университетскую «вечеринку» не собирался, и вовсе не из-за Минхо. Этот год для Хана был последним, поэтому он подумал, что было бы неплохо оставить для себя хоть какие-то воспоминания об этом периоде жизни.  Трудности настигли ровно в тот момент, когда один из одногруппников поинтересовался что же собирается надеть Джисон. Казалось бы, само собой разумеющееся, но парень впал в ступор. Несмотря на то, что Хан довольно яркая личность, его гардероб не отличался особым вкусом. В комоде лежали чёрные джинсы на два размера больше, чем сам Джисон, парочку футболок и всего одно худи. Остальные вещи висели на вешалках, но и там было сложно разбежаться. И дело вовсе не в том, что парню все равно, его семья не отличается особым богатством, поэтому он одевается просто, но со вкусом. Хан гипнотизировал свою напольную вешалку, то доставая, то снова вешая одежду. Рука была подставлена под подбородок, а брови спустились вниз, тем самым делая задумчивый вид. Парень продолжал пялится на свою одежду, будто пытаясь заколдовать ее, но он не в сказке про золушку, где незаурядным «бибиди бобиди бум» фея превращала поношенное платье в роскошное, хотя очень хотелось по волшебному щелчку обрести парочку обтягивающих джинс вместе с укорочёнными футболками и милыми свитерочками. В конце концов парень не выдержал, выбрав брюки, которые покоятся на его ногах ежедневно, и пиджак с обычной белой футболкой. Добавив парочку украшений, чтобы разбавить классический вид, он подкрутил волосы и даже сделал лёгкий макияж. Джисон не понимал для кого наряжается, ведь по Минхо не скажешь, что тот ходит в такие места.  Младший в глазах парня был спокойным и ничем не выделяющимся. Он не выглядел прилежным мальчиком, но и плохим явно не был. Джисон даже удивился, когда из уст Сынмина услышал, что Ли довольно харизматичный.  Хан поспешил выйти на автобусную остановку, ведь договорился встретиться с Суен.  Всю дорогу его легкие бешено скакали, а руки подрагивали в волнении. Джисон утопал в ожидании чего-то интересного. — Мы с тобой как инь и янь, — На Суен был белый костюм с чёрным топом, складывалось впечатление будто у друзей парные аутфиты. Они поспешили сделать парочку фотографий, ведь через несколько минут начинается новогоднее представление, после которого их ждут танцы под давно непопулярную музыку. Отсидев выступление, толпа людей поспешила на выход, чтобы отправиться на танцпол. С трудом друзья выбрались к гардеробной, рядом с которой Хан увидел кудрявую макушку. Он бы сравнил эти пряди с чем-то мягким, да не знает каковы они на ощупь, к тому же визуально они выглядят как абсолютная катастрофа. Не зря парень прозвал младшего одуванчиком.  Джисон поблагодарил себя за то, что поработал над своей внешностью, в отличии от Минхо, который пришёл в той же самой чёрной кофте, что обычно носит на учебу.  Студенты поднялись на второй этаж, где их встретила открытая площадка с разноцветными огнями и дымовыми машинами. Почти сразу Суен потащила парня в центр, начиная танцевать под безвкусную мелодию. Хан не был особо привередлив к музыке в таких местах, поэтому сразу же начал двигать телом в такт.  Свет неистово мигал, а из-за дыма все было размытым. Закрыв глаза и полностью отдаваясь расслаблению, Джисон вырисовывал бёдрами восьмёрку, иногда двигая руками. В такие моменты кто-то подходит сзади, укладывая руки на талию, но не в этом случае. Хан ничего и не ждал, его главной задачей было забыться. Не существовало ни будущего, ни прошлого, было только настоящее, в котором парень открывает глаза и видит как Минхо толкают в сторону компании из знакомых, которая образовалась вокруг Хана. Ли уже был позади Суен и ещё бы чуть-чуть и младший оказался бы в центре круга прямо напротив Джисона, но в последний момент Минхо развернулся в обратную сторону, выталкивая друга назад. Хан не придал этому никакого значения, полагая, что из-за дыма ему просто показалось.  Придя домой, он все же задумался над этой ситуацией. Мысли моментально стали окутывать, обнимая своими вязкими руками за плечи, но, к счастью, Хан не успел утонуть в переживаниях, его перебило уведомление. Сынмин снова как самый настоящий герой спас Джисона. Парень поспешил открыть чат, в котором увидел селфи Минхо и Феликса. ~Сынмини Они пьяные сфоткались на мой телефон Брови улетели в удивлении, лучше бы он слушал Кима, когда тот рассказывал про Ли, а не летал далеко в своих мыслях. Ангелок, который вырисовался в голове, вмиг переменился обличием. Джисон видимо не в Минхо влюбился, а в его придуманный образ. 

Сони~

Спасибо? Кстати, я на дискотеке чуть не откинулся, Минхо знает вроде, что нравится мне? хзхз

~Сынмини Чего? Откуда? 

Сони~

Наверное, мне показалось, я ж с закрытыми глазами тусил из-за долбаного мигания, но я открыл глаза, его как будто в нашу сторону толкали, он там за Суен был уже. 

~Сынмини Я честно ему не говорил, если вдруг на меня предположения.  Хан и не подозревал Сынмина. Хоть парни и были едва ли знакомы, Джисон полностью доверял Киму, но в голове не прекращали кувыркаться мысли, что все это не просто так. Зачем же младшего толкали в их сторону?  Парень бы подумал об этом, но его глаза уже давно закрывались сами собой, даже не интересуясь мнением хозяина, из-за чего Хан поспешил попрощаться с другом, и отправился на совещание со своей подушкой и одеялом.  Картина в дыму с нетрезвым Ли, которого толкают непонятно зачем в сторону Джисона татуировкой засела на веках. Парень рисовал различные предположения, но самым вкусным было: «А если его друзья знают, что я ему нравлюсь, поэтому они попытались свести нас». Как на зло в последние дни учебы Минхо заболел и Хан был благодарен Сынмину, который постоянно интересовался самочувствием Ли, передавая информацию другу, но все же он действительно волновался за своего одуванчика, ведь тот вплоть до самого Нового года пролежал с температурой.  31 декабря по всему дому носилась суета. Джисон никогда не понимал почему же люди торчат на кухне весь день, чтобы отсидеть за столом 10 минут и после боя курантов убежать на улицу, но парень любил эту новогоднюю атмосферу. Правда ему не нравилось, что все его ровесники веселятся, пока он спит как убитый, но в этом году получится немного иначе, потому что сразу же после речи президента Хан со всеми попрощался и отправился по адресу, которым любезно поделился Ким.  Яркость ночного города не давала увидеть звёзды, лишь одинокая Луна пересилила искусственный свет. Хан поднял голову, надеясь увидеть что-то помимо темного неба. Снежные звёзды падали прямо на его лицо и сразу же таяли от тепла человеческого тела. Хан укутанный снегопадом, гулял в своих мыслях, когда телефон загудел мелодией, возвращая Джисона в реальность. И снова на экране высвечивается «Сынмини». Друг будто бы чувствует, когда следует дать подзатыльник своим звонком или сообщением, чтобы спустить парня на землю. — Давай встретимся, я только вышел, — сразу же заговорил Ким. Нет, они не шли на вечеринку, наоборот, собирались посидеть в совсем крохотной компании из трёх человек, и напиваться никто не собирался, хотя Хан уже успел навернуть пару тройку бокалов вместе с мамой и тетей, поэтому теперь его мутило и толкало в фантазии со своим. После выпитого алкоголя, очень хотелось посетить туалет и поговорить с унитазом тет-а-тет. Парень прямо-таки мечтал овладеть телепортом, чтобы вмиг оказаться в нужном месте. В этот раз Ким не оказался героем-спасителем, а наоборот, расстроил, оповестив о том, что в дом к подруге Сынмина они попадут ещё не скоро, ведь у той родители никак не могли уехать, долго собираясь и ругаясь по поводу и без.  — Кстати, я позвал Минхо и Хенджина с нами, — улыбка друга была слышна даже через динамик телефона. Челюсть Хана валялась где-то в сугробах и он бы не прочь достать ее оттуда, чтобы выдать короткое «пиздец». Провести Новый год вместе с Ли - неплохая авантюра. В мыслях гуляет фраза: «Как Новый год встретишь, так и проведёшь» и Джисон давиться своими фантазиями, пока Ким распинается, объясняя, что присутствие ещё двух людей в их скоромной компании неточно.  — Они собирались пойти бухать к одногруппнице, но у неё что-то произошло и теперь никто ничего не знает, — Сынмин выдал раньше, чем Хан успел закопаться в мечтаниях. Он все же не стал заранее растраиваться, надеясь в волшебство этой ночи.  Парни быстро нашли друг друга и сразу же направились в чужой дом. Джисон всю дорогу ныл, что очень хотел бы подружиться с унитазом, а Сынмин смеялся с него, причитая за то, что тот не сходил дома.  Как только друзья вошли в квартиру, Хан поспешил исправить нужду. Выйдя из санузла, он очаровался атмосферой, что царила в гостиной и уже был готов укутаться теплом этой ночи, но Ким сбил восторг друга, оповестив, что Минхо с Хенджином не придут, предпочитая бухаловку в доме одногруппницы.  Джисон, конечно, расстроился, но, если честно, и не ждал подарка от судьбы и даже не удивился, когда услышал эту новость.  Долго эта их посиделка не длилась, было совсем скучно сидеть на диване и смотреть новогодние телепрограммы. Сынмин, конечно, разбавил эту скуку, включив пару песен Минхо, строго настрого запретив, кому-либо рассказывать про это. И даже когда Хан попросил перекинуть ему эти кусочки, друг отказался, дабы не подвести Ли, которому тот обещал держать в секрете это «творчество». Джисон, хоть и не показал свои разбитые сердца в тёмных глазах, но очень расстроился, предполагая, что Ким ему не доверяет. Уже через полтора часа парень ехал в такси, чтобы залезть под одеяло и уснуть без единой мысли в голове. 

***

Холодные пальцы гуляли по шее, пока чужие горячие ладони, оглаживая тонкую талию, медленно забирались под футболку. Зрачки бегали из стороны в сторону, рассматривая каждую родинку на лице парня, тот в свою очередь опьяненным взглядом гипнотизировал губы напротив. Недолго думая Хан приблизился к Минхо, обжигая шею горячим вздохом. Младший облизывался в нетерпении, из-за чего Джисон смог поймать чужой язык, сплетая со своим в крепкий узел. Кто знает до чего бы все это дошло, если бы не противно гудящий будильник.  Хан уже две недели утопает в своих мокрых снах, просыпаясь с каменным стояком, все бы ничего, но у этого невинного парня с чертиками в голове существуют установки, которые не позволяют выпустить напряжение в горячем душе.  Все это началось после того дня, когда Хан столкнулся с младшим на лестничной площадке, тот будто специально тихонько задел Джисона плечом. Казалось бы совсем безобидная ситуация, но глаза от шока валялись в пятках, а все ещё живые бабочки собирались вылететь изо рта, покидая дом - желудок.  С самого утра Хан не выдал ни единой эмоции, мысленно он был дома в своей кровати. Вчера парень засиделся до поздна и теперь не чувствовал своего тела, летал призраком из аудитории в аудиторию. Ему хотелось уснуть прямо на этой парте и проспать всю пару, и парень уже собирался исполнить свой коварный план, но в его дела ворвалась Суён с абсолютным восторгом в глазах.  — Блять, Джисон, почему ты не читаешь мои сообщения? — как на духу выдала девушка. — Я выключил интернет, — без единого энтузиазма и даже не поднимая головы, ответил Джисон. Ему вообще не было дела до причины радости бешеной одногруппницы, пока та не произнесла: — Я там твоего мужа видела. Желание спать вихрем снесло, и теперь Хан стоял ровной статуей и, кажется, был готов скакать, лишь бы поскорее услышать что-то интересное.  — Он на нас постоянно пялился, а потом я повернулась к нему, у него такой взгляд сразу потерянный стал, как будто спрашивал у меня «а где Хан?», — Суен активно махала руками, а у Джисона в душе расцветала весна и неважно, что за окном минус двадцать шесть. Зато усталость вмиг улетучилась и теперь парень летал вместо неё, снова в своих радужных облаках, прямо на своём радужном единороге.  Наверное, поэтому он не успел удивиться, когда прямо в коридоре его схватили за руку. Это был его Минхо, что поспешил войти в пустой кабинет, закрывая дверь ключом. — Почему тебя не видно уже неделю, даже в столовой не поймать? — кажется, только Хан не понимал что за фигня происходит, в голове крутился только один несуразный вопрос: — Чего?  Парень напротив закрыл своё лицо ладонями, но скрыть смущение не вышло, уши предательски заалели.  А вот совсем неловкий Хан был готов уйти под землю прямо в данный момент, потому что его вопрос прозвучал холодно и даже грубо. Младший, наверное, чувствует себя абсолютным дураком. Джисону, если честно, не лучше, поэтому в знак извинения, тот берет Ли за запястья, убирая чужие руки от лица. — Цветочек, ты чего такой аленький? — кто знает откуда в нем столько смелости, ведь отроду такого не было. Дрожащие, будто от эпилепсии, руки и срывающийся голос рядом с возлюбленным - вот это про Хана, а спокойная улыбка и абсолютное расслабление - это вообще не про Хана, и неожиданные поцелуи тоже не про Хана, но зато про Минхо, что резко тянет на себя и жадно забирает чужие губы в плен, языки вновь сплетаются в узел. Сухие губы теперь увлажняются чужим языком.  Наслаждение тянет в живот, который уже не может держать бабочек в плену, поэтому выпускает их, а те летят теперь в чужой рот, касаясь хрустальными крыльями красных губ. Хотелось простонать во все горло. Вылизать чужую шею уже не казалось чем-то пошлым и Хан был готов согрешить, если бы в этот чертов кабинет не постучались. Кто же выдумал, что такие сцены должны быть обязательно сорваны, наверное, профессор, что стоял за дверью и кричал: — Хан Джисон!  А может он и не стоял за дверью, может и Джисон не выходил в коридор, потому что под головой твёрдое дерево, а на губах пустая сухость, фантазия его вновь обманула и бросила на произвол судьбы, прямо с камнем внизу, и нет это не камень души, это чертов стояк.  Из ушей выходит пар, но не со злости - со стыда.  — Не спите, пожалуйста, на моих лекциях, — голос преподавателя не был противным, но от этого легче не становилось. Быть обманутым самим собой не очень приятное дело и Джисон уже готов сдаться. Он действительно больше не стерпит подобных сновидений, поэтому решает для себя, что пора... 23.01.23 - Понедельник. Выходные маршем прошли мимо Джисона, и теперь тот вырисовывает аккуратные цифры на полях тетради. Он ведь решил, что пора, поэтому светится ярче Луны и выглядит как звезда.  Все выходные Хан выдумывал план, которым так добросовестно поделился с Сынмином, а тот друга поддержал, желая удачи. Все было очень просто...  Для начала нужно было выловить Минхо, который постоянно крутился в компании своей троицы. Но видимо сама судьба решила встать на сторону Хана, ну, или ей уже надоела эта пустая беготня, поэтому в расписании произошли изменения, и теперь профессор, которой проводит лекции у лингвистов, заменяет преподавателя композиторов.  Правда сам парень ослеп, кажись, потому что совпадений не видит и глубоко вздыхает от непонимания откуда доставать смелость, но все равно со своим одуванчиком пересекается, а тот ещё и задерживается, чтобы задать парочку вопросов новому преподавателю, поэтому выходит самый последний. Хан не понимает что им движет, но хватает младшего за руку, и подрагивающим голосом просит поговорить, причём повторяет три раза, словно мантру какую-то.  Ли, конечно же, сам опешил от такого неожиданного поворота событий, но все же согласился отойти в сторонку, чтобы «поговорить». Руки дрожали как не в себя, потому что Минхо стоял слишком близко, дышал слишком близко и вообще все слишком. Джисон быстро открыл заметки, пытаясь напечатать три слова, пальцы тыкали куда попадётся и получалась непонятная каша, но автозамен спас, и это единственный раз в жизни, когда Хан поблагодарил его, а не наорал трехэтажным матом, за то что весь смысл предложения утерял. Самое страшное даже не в этом, младший смотрел прямо на экран телефона, наверняка, замечая всю нервозность в движениях, которую Джисон ничем не мог сокрыть.  Напечатанные буквы сложились в «Ты мне нравишься». А на лице Ли абсолютная потерянность.  Хан поднимает свой взгляд, захлебываясь в темных глазах, те, в свою очередь, внимательно рассматривают лицо напротив. Секундное молчание и губы младшего наконец-то складываются в звук. — И? — единственное что произнёс Минхо, но Джисон понял - это невзаимно. — Ну, если нет, то я просто пойду своей дорогой, — старший нервно улыбался, не чувствуя никакой боли. Минхо лишь помотал голову из стороны в сторону, не удосужившись сказать простое «нет», а Хан развернулся и ушёл, скрываясь в дверях аудитории.  Все выходные Джисон готовил себя к отказу - сломал себя заранее, поэтому больно не было совсем, куда уж, когда пару дней назад ещё живучие бабочки порхали, а теперь упокоились на дне желудка, ожидая своего часа. Всё это парень сотворил со своей душой всего за два дня, а сегодня он окончательно отпустил, почувствовав невозможную свободу внутри легких. Лекция прошла как обычно, и Хан, на самом деле, усвоил весь материал, который получил, парень не вспоминал о том, что произошло часом ранее и даже не собирался, пока не увидел непрочитанные сообщения. ~Сынмини Джисони, как прошло??? эээй любовь моя почему ты молчишь он мне сказал, что ты ему признался

***

— Сони, хочешь я тебе на таро погадаю, — прямо посреди пустого поля, утопая в травяных волнах, парни глядели на звёзды. — Давай, — без единой мысли Хан согласился, доставая золотую десятку из кармана джинс, чтобы в следующую минут отдать Сынмину, который уже намешивал карты. Одну за другой парень стал вытаскивать картинки, кладя их на свободную от травы землю. С каждой картой друг показывал разные эмоции, продолжая бесконечно доставать картонки.  — Ты так много трудишься, одна учеба выпадает, — Сынмин перекладывает вытащенные карты, чтобы каждую показать Джисону, — ну-ка давай ещё, — и парень снова достаёт непонятную картинку, рот открывается в радости, а в глазах горит удивление, — у тебя тут роман намечается, — в руках друга крутиться какой-то непонятный «император» и Джисон хихикает то ли от радости, то ли от умиления младшим, который продолжает выкладывать картонки. Тёплый ветер продолжал перебирать запутанные пряди волос, шурша листвой далеких деревьев. Этой летней ночью чья-то душа, наконец, заиграла счастьем и успокоением.