Любовные заметки

Ло пил кофе, листая новостную ленту. За окном плотной стеной валил снег, и порывы ветра то и дело подхватывали его, меняя траекторию падения. Луффи мыл посуду, и когда он иной раз выключал воду в раковине, сквозь налаживающуюся тишину квартиры можно было расслышать, как на улице промозгло подвывает февральская метель. — Луффи-я, — сказал Трафальгар, вчитываясь в очередную запись. — Здесь пишут, что из-за метели отменили движение междугородних автобусов. Ты уверен, что мы сможем добраться? — Что? Луффи, наскоро вытерев руки кухонным полотенцем, подошёл к своему парню. Последние несколько недель работа беспощадно лишала их с Ло всякого свободного времени: по окончании трудового дня они были способны только лениво поужинать и завалиться спать, игнорируя даже их почти традиционный просмотр сериала на сон грядущий. Для Луффи, привыкшего к тактильности и вниманию, долгим трепетным объятиям и красивым свиданиям под ручку, это было просто невыносимо — не видеть своего молодого человека целыми днями, а, увидев, не иметь сил на то, чтобы просто чувственно побыть друг с другом. Они начали встречаться, ещё будучи студентами: влюблённость свалилась на них, как снег на голову, и они, рискуя успеваемостью, частенько сбегали с пар, чтобы провести лишний час вдвоём. В хорошую погоду они гуляли по паркам, в плохую — обивали пороги кофеен и кинотеатров, а если прогноз погоды оказывался обманчив, они, вымокшие до нитки, целовались под козырьками подъездов и были слишком счастливы для того, чтобы клясть нерадивых метеорологов. Но время шло, менялись обстоятельства, и хотя чувства друг к другу не меркли, быт и работа всё же неминуемо притесняли романтическую составляющую их отношений. Монки на эти плачевные изменения реагировал очень чутко; Трафальгар видел это и старался зацепиться за любой повод поднять возлюбленному настроение, а потому, когда Луффи предложил им обоим взять отгулы на четырнадцатое февраля и в кои-то веки выбраться из стен дома на головокружительное свидание, Ло согласился почти сразу. Организацию Луффи, как и обычно, взял на себя: выбирая время, место, просматривая меню ресторанов и расписание транспорта, он томился в предвкушении грядущего праздника и как бы подогревал его. В этот раз он смог отыскать потрясающую базу отдыха в живописном месте далеко за чертой города — всё должно было пройти идеально, но! — Блин, — раздосадованно протянул Луффи, убеждаясь, что в связи с погодными условиями часть автобусных рейсов действительно была отменена, и нужный им — в том числе. — Я же уже всё забронировал, и вещи мы собрали, и... И что делать? Они должны были выходить через сорок минут, и, нужно сказать, им ещё повезло, что злополучная новость попалась Трафальгару на глаза — в противном случае, они могли бы битый час простоять на остановке зазря, промерзая до костей. — Не знаю, — честно сказал Трафальгар. — Можно попробовать на такси доехать, но, боюсь, в такую погоду цены раз в пять взвинтят. Луффи всплеснул руками и принялся нервным шагом мерить пространство кухни. Ло отложил в сторону телефон; конечно, сорвавшиеся в последний момент планы подпортили настроение и ему тоже. Последнюю неделю Монки каждый вечер показывал Трафальгару фотографии забронированного номера, с умилительным восторгом рассказывая про прекрасный вид, и прогулки по зимнему лесу, и подогреваемый бассейн под открытым небом — словом, они оба были настроены на замечательный отдых в компании друг друга. — Слушай, может, оно и к лучшему? — осторожно начал Трафальгар. В любой ситуации он старался находить положительные моменты, но в этот раз обстоятельства действительно складывались паршиво — он не знал, какие аргументы могли бы поднять Луффи настроение. — Там ужасный ветер, а ты ещё кашляешь. Погулять в любом случае не получилось бы. — Ты не понимаешь. Я так ждал... Монки наконец прекратил метаться по комнате и приник поясницей к кухонной тумбе, утыкаясь печальным взглядом в пол. Его ресницы легонько подрагивали, уголки губ опускались всё ниже — когда Трафальгар видел своего парня таким, испытывал почти инстинктивное желание прижать его к себе, будто в попытке спрятать ото всех неприятностей. — Эй, — Ло поднялся из-за стола и подошёл к Луффи почти вплотную. — Я тебя люблю. — Я тебя тоже, но... — Монки сделал рваный жест рукой, и Трафальгар перехватил его ладонь своей, тут же касаясь губами чужих ещё чуть влажных после мытья посуды пальцев. — Мы же и дома можем хорошо провести время, — сказал Ло, прежде чем оставить на смуглой костяшке ещё один поцелуй. — Конечно, ты обожаешь сидеть дома, — слегка ядовито проворчал Луффи, морща нос. — Я обожаю тебя, а где — неважно, — Трафальгар упёрся ладонями в столешницу по обе стороны от Монки, и его стараниями ситуация приобретала всё более интимный характер. — Может, сериал посмотрим? Ло наклонился к Монки, испуская протяжный и жаркий выдох; Луффи ощущал горячие следы его дыхания у себя на шее, и это — запрещённый, бесчестный приём. — Ло, блин... Луффи упёрся руками Трафальгару в грудь, предпринимая неуверенную попытку отстранить его от себя; на смену обжигающему дыханию пришло такое же волнующее касание губ, и Монки шумно сглотнул. — Откроем вино, которое твой брат подарил, — бархатистым полушёпотом продолжал Трафальгар, и его голос, низкий, тронутый приятной хрипотцой — он не позволял Луффи думать ни о чём кроме. — Даже не знаю... — сказал Луффи, беспрепятственно позволяя Трафальгару усадить себя на тумбу. — А те красивые бокалы достанем? — Конечно, — с лёгкой улыбкой заверил его Ло. — Я сделаю стейки — с шашлыком на природе не сравнится, конечно, но ты же любишь. Нарежем сырную тарелку... Трафальгар говорил медленно, иногда вовсе замолкая, чтобы коснуться губами чувствительного участочка кожи у Луффи возле уха. Монки прикрыл глаза, отдаваясь ощущениям; когда рука Ло, будто играючи, подцепила кромку его домашней футболки, он мелко вздрогнул — пальцы у Трафальгара, как и всегда, ледяные. — Ну... — задумчиво протянул Луффи, и в его голосе зазвучали искорки недовольства. Трафальгар мстительно прихватил зубами кожу у него над ключицей. — Звучит неплохо, но продуктов-то нет. — Закажем, — тут же нашёлся с ответом Ло. Монки запустил руку в его волосы, не позволяя отстраниться, и Трафальгар, продолжая тянуть губы в довольную улыбку, мокро поцеловал его под линию челюсти. — Не думаю, что их быстро привезут, — Луффи повернул голову к окну, тем самым предоставляя Трафальгару ещё больше пространства для ненавязчивых ласк. Снег продолжал идти, и ветер по-прежнему клонил обнажённые деревья к земле. — Метель ужасная. — А мы торопимся? — спросил Трафальгар, и Монки непонятливо взглянул на него. — Нам, вроде как, есть чем заняться. Луффи тихонько хмыкнул, его взгляд смягчился; Ло никогда не позволял своему парню грустить слишком долго. Да, в каком-то смысле их праздник был бесповоротно испорчен, но, в конце концов, четырнадцатое февраля — просто день. А в любви больше двадцати четырёх часов.