Под кроватью.

      — Итак, подытожим. Ты слышишь жуткие звуки из-под кровати, постоянно видишь чёрно-белые сны с какой-то девушкой, а вдобавок ко всему вляпалась в кровь, которая исчезла, стоило тебе рассказать о ней родителям. О чём это говорит?        — О том, что это наша с тобой последняя встреча.       В школьной столовой было шумно, так что подруги могли говорить спокойно. Соня была мрачнее тучи. Она рассказала всё Лизе в надежде на то, что атеистка с рациональным мышлением придумает всему логическое объяснение.       — Если верить всем фильмам ужасов — да. Выходные, когда ты по стечению обстоятельств осталась одна в квартире. Что может быть лучше для твоего монстра под кроватью?        Тут Лиза вздохнула и неожиданно мягко произнесла:       — Я могу задать тебе прямой вопрос?       — Я ничего тебе не завещаю, даже не рассчитывай.       — Ты что-то употребляешь?       Соня схватилась за голову и тихо прошипела:       — Один раз попробовала травку, и ты уже не веришь ни единому моему слову…       — Я верю, просто…       — Зачем я вообще тебе рассказала…       — Да успокойся ты! Ну что, по-твоему, я должна ещё предположить? Ты же сама попросила посмотреть на ситуацию с реалистической точки зрения.       Повисла неловкая пауза. В этот момент кто-то из учащихся разбил тарелку, и столовая наполнилась весёлым улюлюканьем и аплодисментами.       — Ладно, давай так. Если уж ты оказалась в ужастике, то придётся признать существование чего-то мистического, что я делать крайне не люблю. — Лиза задумчиво жевала хлеб и соображала. — Надо понять, что этой неугомонной тёмной материи понадобилось у тебя под кроватью.        — Может, ей просто понравилась моя электронка и она просила ещё, — устало предположила Соня. — Чушь какая-то. Почему мы просто не можем съехать?..       — Хотя бы потому, что, во-первых, ты не из семьи миллиардеров, которые могут позволить себе менять квартиры каждый месяц, а во-вторых, ты разве не понимаешь, что это теперь тебя не отпустит? Будешь бояться каждого шороха, у тебя разовьётся паранойя, и в итоге ляжешь в психушку. Придётся разбираться.        Лиза воинственно направила на подругу вилку.       — Занималась тёмной магией?       — Что? Нет. — Соня наблюдала за тем, как столовый прибор в Лизиной руке, сделав пируэт, останавливался в нескольких сантиметрах от её носа.       — Может, какие-нибудь привороты на крови?       — Проткнула себе палец иголкой, пока зашивала носок, после чего грязно выругалась. Подойдёт?       — Оставим как самый бездарный способ разозлить нечисть под кроватью. Точно ничего не употребляешь?       — Ещё раз спросишь, и эта вилка окажется у тебя в заднице. Прекрати ею махать!       — О! — Лиза резко застыла, и вилка улетела под стол. — Может, ты кого-нибудь покалечила или убила? Подходит тебе даже больше, чем наркотики.       — К сожалению или счастью, не довелось. Нет, всё началось, как только мы переехали, значит дело, скорее всего, в квартире.       — М-да, в американских фильмах всякая жуть поселяется хотя бы в крутых домах, а тут что? «Кошмар в российской панельке»?       — «Кошмар в российской панельке» — это бомж, решивший пожить на лестничной клетке, или подростки, совокупляющиеся в лифте, а здесь дело серьёзнее.       Тут Лиза посмотрела на Соню безумным взглядом и улыбнулась.       — У тебя инсульт? — уточнила вторая.       — Нет, просто ты общаешься с гением. Если всё началось в квартире, значит, от этой печи нам и надо плясать. Ты хоть узнавала, почему вам продали её так быстро и относительно дёшево? — Соня отрицательно покачала головой. — Убийство! Это же классика всех ужастиков. Убийство, после которого рассерженный дух из принципа остаётся в доме и портит жизнь всем остальным.       Соня с сомнением посмотрела на новоявленного гения, но уже через минуту они шерстили интернет в поисках информации.       — Вот! Что я тебе говорила?! — Лиза положила перед подругой телефон с открытой статьёй годовалой давности. — Да, пусть не убийство, а самоубийство, но всё же…       — Лиз… — сдавленным голосом пробормотала Соня.       — Подумать только, какая жуть. Девочке только восемнадцать исполнилось, всего на год старше нас… — возбуждённо продолжала Лиза, не глядя на Соню.       — Лиз…       — Слушай, ну, это кошмар. Я всё-таки не верила тебе до конца, а тут, видимо, и в самом деле что-то мистическое происходит! Чёрт, что с тобой?       Вечно бледная Соня теперь стала мертвецки белой и начала тихо, истерически хихикать.       — Я её видела, Лиз… — Наконец ответила она, подняв полные ужаса глаза на подругу. — Это она мне снилась.