Поцелуй со вкусом колы

      Утро началось с головной боли и чувства вины. Открыв глаза, Сяо Чжань ощутил себя лежащим на казенной кровати в прохладной комнате. Ночью он все же вставал в туалет, а потому ложного ощущения, что он находится в своей квартире, не было. К тому же Сяо Чжань плохо спал, просыпаясь всю ночь, много ворочался, сбил ногами всю простынь. Он тяжело выдохнул, раздумывая, а не свалить бы ему с острова прямо сейчас, пока не стало поздно?       Такая мысль была единственным верным решением. Сяо Чжань мог себя контролировать, мог держать в руках, но… Кого он обманывал? Он не хотел. Если бы Ибо не был братом Цинхуа, возможно, он мог совершить глупость еще вчера. Но это все еще брат его лучшего друга, а потому единственным решением было трусливо сбежать.       — Чжань-ди, ты проснулся? Ты тут? — сонным голосом спросил Цзян Фэн.       — Да, Фэн-гэ, — со вздохом проговорил Сяо Чжань.       — Что-то случилось?       — Нет. Хотя… — задумчиво протянул Сяо Чжань, и глаза его расширились. — Фэн-гэ! Мне нужна твоя помощь! — он вскочил и, подойдя к кровати Цзян Фэна, навис над ним с решительным выражением лица.       — Не пугай меня! Чего ты хочешь? Мою душу?       — Тот клуб. Или два клуба. Сколько ты нашел? — настойчиво спросил Сяо Чжань.       — Два. Ты про гей-клубы?       — А про что еще? — закатил глаза Сяо Чжань.       — Срочно?       — Сегодня.       — Что вчера произошло?       — Ничего, — уверенно ответил Сяо Чжань.       — А твои губы искусаны.       — Это… тебе показалось.       — Ладно, диди. Но как? Что скажем остальным? — жалобно посмотрел Цзян Фэн.       — Книги.       — Книги? Ночью?       — Поедем немного раньше. Это далеко?       — Не особо, полчаса на автобусе, если верить тому парню с форума.       — Отлично. Скажем ребятам перед самым выездом, чтобы никто не увязался.       — Хорошо.       — Фэн-гэ, тебе необязательно ездить.       — А я хочу. Мне нравится тусить с тобой в гей-клубах, — рассмеялся друг.       — Тебя все принимают за своего.       — Потому что я хорошенький.       — Ладно. Хорошенький гэгэ. Тогда вечером…       — Что произошло-то? — обеспокоенно спросил Цзян Фэн.       — Ничего, правда ничего, но если я не получу разрядку, оно случится.              Сонные друзья лениво стекались на завтрак, который входил в стоимость проживания в хостеле. С Цинхуа Сяо Чжань увиделся в общей уборной, расположенной на этаже. Они почистили зубы, перекинувшись парой слов. Из всего разговора Сяо Чжань понял, что вчерашние подружки быстро сбежали, поскольку та девушка, которой приглянулся Сяо Чжань, что-то шепнула на ухо остальным, и они, немного обиженные, ушли. Го Чжан, кажется, кого-то нашел на вечер, поскольку в хостел с ними не вернулся.       На заднем дворе, напротив бара за столиками уже сидели ранние постояльцы, завтракали и пили кофе. Сяо Чжань и Цзян Фэн, поочередно зевая, прошли к небольшому столу с едой, чтобы оценить масштаб мероприятия: на чистой зеленой скатерти стояла большая рисоварка, рядом располагались фарфоровые горшочки с подливками и соусами. Также в прозрачной хлебнице ровным рядком лежали тосты, а на соседних разносах были вареные яйца, жаренные в кляре сосиски, цзяоцзы, а также целая россыпь сладких булочек на десерт.       Сяо Чжань набрал себе цзяоцзы, взял вареное яйцо и кофе, который, по заверениям Ли Цуня, был лучше, чем в любом ресторанчике в округе. И хотя это заявление было спорным, аромат из чашки исходил действительно насыщенный.       Цзян Фэн набрал еды в два раза больше, поставил поднос перед собой и с удовольствием облизнулся:       — Я голодный как тигр. Со вчерашнего ужина ничего не ел.       — Вы не зашли перекусить, как планировали?       — Нет. А вы? — спросил Цзян Фэн, принимаясь чистить яйцо.       — Мы… нет. Как-то… нет, — растерялся Сяо Чжань.       Остальные друзья подошли чуть позже: хмурый Цинхуа, недовольный Го Чжан и бодрый Ибо.       — Доброе утро, — пробурчал Го Чжан, с неприятным скрипом отодвинул стул и уселся за столик.       — Доброе, — усмехнулся Цзян Фэн и обратился к братьям: — Возьмите еды и садитесь. Кормят тут неплохо.       Сяо Чжань посмотрел на всех сразу, чтобы не глядеть в глаза конкретного человека. Он молча ел свои пельмени, уткнувшись в тарелку, и только мельком заметил силуэт Ибо, его взлохмаченные белые волосы, черную майку, висевшую на стройном подтянутом теле как издевательство, открывая крепкие мышцы рук. Братья скоро вернулись с подносами, Го Чжан же предпочел выпить только кофе.       — Куда все пропали вчера? — спросил он, развалившись на стуле.       — Это ты куда пропал? — усмехнулся Цинхуа. — Мы с Цзян Фэном остались в SOHO.       — Я тоже был там. Мы точно были в одном клубе? — нахмурился Го Чжан.       — Естественно. Брат и Чжань-ди свалили на пляж в бухту.       — Правда? И как?       Молчавшие до этого момента Сяо Чжань и Ибо переглянулись. В глазах мальчика промелькнула усмешка, он чуть заметно улыбнулся, а черная изогнутая бровь дернулась вверх, как бы приглашая Сяо Чжаня поделиться с друзьями тем, что было на пляже.       — Хорошо. Там было хорошо, — ответил Сяо Чжань, моргнув, смахивая оцепенение.       — Потанцевали? — спросил Цинхуа.       — Ты серьезно? Я не танцую. Ибо… ага.       Он снова уткнулся взглядом в тарелку и засунул в рот цзяоцзы, чтобы больше его ни о чем не спрашивали.       — Ну хотя бы вам было весело.       — Нам с гэгэ было очень весело, — подтвердил Ибо, отчего Сяо Чжань подавился едой.       — Зато мне, блять, не повезло, — вставил Го Чжан.       — Что случилось?       — Да все было хорошо, я познакомился с отличной девочкой. Модель, все дела.       — Ну как всегда, модель. Где ты их берешь?       — Они сами меня находят. Она была с друзьями. Парни. Бля-я-я. Я не сразу понял. А когда понял, меня чуть не вывернуло там же.       — Боже, они были пришельцами? — ужаснулся Цзян Фэн со смехом.       — Педики они. Начали обниматься прям там, в клубе.       Парни замолчали, зная, что за этим последует целая лекция от Го Чжана о правилах поведения в общественных местах, где отдыхают нормальные люди, но неожиданно со своего места усмехнулся Ибо.       — Какой ужас, — произнёс он с издевкой.       Все повернулись в сторону мальчика, а тот продолжил как ни в чем не бывало:       — Надеюсь, они не видели тебя в этот момент.       — Это еще почему? — нахмурился Го Чжан.       — Иначе стошнило бы от твоего недовольного… как бы сказать помягче, лица.       — Э, малой, следи за языком!       — Ибо! — одновременно с Го Чжаном предостерег Цинхуа.       — Просто смешно, что взрослый гэгэ решает, кому можно обниматься, а кому нет, — ничуть не смутившись ответил Ибо. Он расслабленно облокотился на спинку стула и с усмешкой смотрел на Го Чжана, глаза его, однако, были серьезными.       — Тебя забыл спросить, мелкий!       — Го Чжан, дружище, хватит, — остановил друга Цзян Фэн.       — Почему это? — с вызовом спросил тот.       — Может, у Ибо есть друзья-геи, и ему неприятно слышать такие оскорбления? — предположил Цзян Фэн, обращаясь уже к Ибо.       — У меня нет друзей геев, — улыбнулся мальчик.       — Ну…       — Может, хватит уже? — остановил друзей Сяо Чжань. — Го Чжан…       — Да что сразу Го Чжан?!       — Я пойду, — спокойно проговорил Ибо и встал из-за стола. — Брат, буду на пляже, не теряй.       Он похлопал Цинхуа по спине и ушёл, забрав свой поднос с остатками еды. Напоследок послал лишь маленький незаметный взгляд для Сяо Чжаня, но этого было катастрофически мало.       — И что это было? — серьезно спросил Цзян Фэн.       — Что? — с вызовом спросил Го Чжан.       — Друг, просто… будь помягче. С нами Ибо.       — Так и знал, что с ним будут проблемы.       — Нет никаких проблем, но молодежь сейчас и правда такая… — начал Цзян Фэн, раздумывая, а молчавший Цинхуа хмуро кивнул, соглашаясь с другом.       — Какая?       — Толерантная?       — А мы, по-твоему, уже старики? — усмехнулся Сяо Чжань.       — Нет, но у Го Чжана, как видно, особая непереносимость, — хмыкнул Цзян Фэн.       — Хватит уже. Давайте есть и думать, чем заняться дальше, — буркнул сам Го Чжан, оглядываясь в ту сторону, куда ушел Ибо.       Кроме как сёрфить и загорать в это время делать было нечего. Парни договорились переодеться и спуститься в холл, а потом дойти до пляжа Дадунхай, на котором прошлым вечером была вечеринка. Сяо Чжань вызвался проводить друзей до места. Он надеялся увидеть там Ибо, хотя час назад, до завтрака, он твердо решил избегать его, чтобы не наделать глупостей. Совсем игнорировать парня у него не получилось бы, однако общение наедине он мог свести к минимуму.       После слов Го Чжана, напротив, хотелось найти Ибо, поговорить. Не жалеть. Ха. Жалеть тут можно было только нетерпимого друга, который никогда и не скрывал своего негативного отношения к геям, только вот Ибо этого не знал. Но именно поэтому Сяо Чжань не мог раскрыться перед друзьями, не хотел. Он знал, что последует за этим, — вся их дружная четверка распадется. Он мог прожить без этого признания. Когда они учились вместе, жили в общежитии, было сложнее, теперь же… Они устроятся на работу, будут видеться реже, перестанут быть в курсе связей друг друга. Сяо Чжаню и до этого нечего было скрывать — за все время обучения у него не было полноценных отношений, только разовые встречи, на долгую связь он так и не решился.       Сяо Чжань все обдумывал утренний поступок Ибо, его ответ и смелую улыбку. Из-за стола тот вышел победителем. Да, Го Чжан станет относиться к нему еще хуже, однако больше в его присутствии не станет поднимать тему геев. Хотелось в это верить. За этими мыслями Сяо Чжаня и застал Цзян Фэн, который сначала долго разглядывал задумчивое лицо друга, а потом все же спросил:       — Ты как, Чжань-ди?       — Что? Нормально.       — Не принимай близко к сердцу слова Го Чжана.       — Когда это я принимал? Сколько раз он говорил так в моем присутствии, — усмехнулся Сяо Чжань.       — Да…       — Ибо молодец.       — Да уж. Ответил так ответил, — рассмеялся Цзян Фэн.       — Просто ему похер на Го Чжана.       — Да. А тебе — нет, — как бы оправдывая действия друга согласился Цзян Фэн.       — А мне — нет, — тяжело вздохнул Сяо Чжань.       И как бы ни хотелось ему облегчить душу, признаться Цинхуа и Го Чжану, вытрясти из них какую-то реакцию, пусть даже ненависть, Сяо Чжань не делал этого. Ему было легко от того, что хотя бы Цзян Фэн знает правду.       — Сегодня все по плану?       — Да, Фэн-гэ, — кивнул Сяо Чжань, надеясь, что эта поездка действительно необходима.       Почему-то он был уверен, что Ибо теперь начнет мелькать перед глазами целый день, и после ночного поцелуя Сяо Чжаню будет сложно сдерживать себя. Но самым первым разочарованием было отсутствие Ибо на пляже. Его просто не было в том баре, в котором проходила вечеринка. Тут же были доски для сёрфинга, инструктор, однако Ибо нигде не было.       Сяо Чжань забеспокоился. Тот действительно умел «не напрягать».       — Где Ибо? — спросил он между прочим у Цинхуа.       — Не знаю. Сейчас наберу ему.       И в телефонном разговоре он выяснил, что «младший брат с друзьями отправились исследовать бухту».       — С друзьями? — переспросил Сяо Чжань.       — А он вчера ни с кем не знакомился?       — Ну вообще, да.       — Ибо такой. Легко идет на контакт.       — Да уж… — согласился Сяо Чжань, сгорая от разочарования.       И все это время на пляже они так и не встретились. Четверо друзей лениво валялись на шезлонгах, иногда заходили в воду, но быстро прятались под зонты от палящего солнца.       В пляжном баре Цинхуа встретил свою вчерашнюю хорошенькую знакомую, которая, оказывается, не прочь была продолжить общение, несмотря на обиженную подругу. Поэтому вскоре он оставил друзей, полностью переключившись на девушку.       Постепенно на пляж опустился жаркий душный полдень, лежать в тени было уже небезопасно, пришлось ретироваться в ближайшее кафе с кондиционером.       Собираясь на Хайнань, никто из четверки не планировал посещение достопримечательностей, хотя тут таковые имелись. Они сразу же решили сделать что-то типа отрывного трипа с алкоголем и девочками. Однако Сяо Чжань и Цзян Фэн заранее договорились, что, когда захотят сбежать, используют поиск книжного магазина в качестве прикрытия. Сяо Чжань действительно интересовался искусством, Цзян Фэн — музыкой, к их тяге к знаниям давно привыкли, поэтому они пользовались этим время от времени.       Друзьям о своих планах сообщили за ранним ужином. Ни Цинхуа, ни Го Чжан не возражали, только пожали плечами: за книгами так за книгами. На Хайнане даже думать не хотелось об этом. К тому же Цинхуа обменялся контактами со своей вчерашней подружкой — Ли Мин, а хмурый Го Чжан и вовсе не нуждался в обществе. Ибо за это время так и не появился, только иногда отписывался старшему брату о своем местонахождении.       Для посещения книжного магазина Сяо Чжань оделся довольно специфично: серая майка, пиджак, джинсы и кеды, серебряные цепочка с кулоном и браслет. Он глядел на себя в зеркало уборной, что располагалась на этаже, пытаясь хоть немного пригладить влажными руками непослушные волосы. Отражение в зеркале его в конце концов устроило: не слишком нарядно для клуба, но и не так просто, как он одевался в SOHO.       В тот момент, когда он готов был выйти из уборной, в проеме двери показался Ван Ибо.       — Оу, — только и сказал Сяо Чжань, дернувшись от неожиданности.       — Вау, — вымолвил Ибо и встал в проходе, оглядывая парня с головы до ног.       — Ммм. Ибо. Хорошо проводишь время? — спросил Сяо Чжань, заложив руки за спину. Он неловко чувствовал себя таким нарядным в туалете хостела.       — Нет, — ответил Ибо.       — Не понял?       — Плохо, гэгэ.       — Это из-за Го Чжана? — догадался Сяо Чжань, кивнув, но Ибо с усмешкой покачал головой:       — Сдался мне этот Го Чжан. Из-за тебя.       Ибо сделал шаг вперед.       — Постой, Бо-ди, постой, — предостерег Сяо Чжань, выставив руки вперед.       — Чжань-гэ.       — Я трезвый. Больше я глупостей не сделаю!       — Гэ, давай сходим на пляж? Не хочешь прогуляться вдвоем? — негромко спросил Ибо, подходя еще ближе.       Его низкий голос посылал по телу мелкую вибрацию, каждая клеточка реагировала на парня, как на афродизиак.       — Нет-нет-нет, Бо-ди. Я ухожу, мне нужно ехать.       — Куда? — удивился парень.       — Я уезжаю. Мы уезжаем с Цзян Фэном.       — Вдвоем? — хмуро спросил Ибо.       — Да. Нам надо… в книжный магазин.       — Серьезно?       — Да-да, Ибо. Мне нужна… книга.       — Книга? На Хайнане? — изумился мальчик.       — Особая книга.       — Какая?       Сяо Чжань вздохнул, не зная, как сказать лучше. Он с улыбкой покачал головой:       — Руководство «Как не трахнуть семнадцатилетнего подростка».       — Я не подросток, — мгновенно среагировал Ибо.       — Мне пора.       — Гэ, останься? — попросил парень, мягко остановив рукой.       И в этот момент, от этого голоса ноги действительно не желали двигаться. Ибо, его уверенность, его притягательная энергия обволакивали, завораживали. Сяо Чжань только покачал головой и негромко произнес:       — Я не могу. Бо-ди, ты мне как младший брат. Я правда должен уйти.       Он напоследок оглядел совсем не братское лицо Ибо, мягкие черты лица которого теперь уже совсем отдаленно напоминали того маленького диди. Он провел рукой по волосам мальчика, заправил белую прядь за ухо, коснулся пальцами щеки, а затем одернул руку и вышел, оставив Ибо в одиночестве.       И чем дальше он уходил прочь, тем яснее понимал: еще мгновение, и он склонился бы к Ибо за поцелуем.               ***       — Ну, что-то ты совсем скис, — заметил Цзян Фэн, поглядывая на друга.       В небольшом шумном клубе было весело: в отличие от SOHO, люди тут танцевали. Место оказалось довольно чистым и приличным, что отметил и тот неизвестный пользователь на форуме. Цзян Фэн поначалу очень обрадовался, он возбужденно оглядывался по сторонам, предвкушая спокойный отдых и капельку флирта в его сторону, что всегда случалось в гей-клубах. Но сейчас он видел, как загрузился его друг, который цедил коктейль, даже не оглядываясь по сторонам.       — Тебе тут не нравится, Чжань-ди? Погляди, кажется, тот мужчина не сводит с тебя глаз.       — Тут действительно хорошо. Просто настроения нет.       Сяо Чжань все же оглянулся в ту сторону, в которую показывал Цзян Фэн. Мужчина, чем-то внешне напоминающий Го Чжана, глядел в его сторону с интересом. Сяо Чжань не улыбался, чтобы не давать ложных знаков, поглядел в другую сторону. За высоким столиком стояли парни помоложе, смеялись о чем-то.       — Даже не смотри в их сторону, диди, — предостерег Цзян Фэн, отпивая коктейль. — Им же лет восемнадцать.       — А мне двадцать два.       — Не придумывай. Тебе почти двадцать три. О чем ты будешь говорить с ними? О лего?       Сяо Чжань опрокинул в себя остатки коктейля, жалея, что не взял чистой водки.       — Ты посмотри, — продолжал друг. — Тут столько красавчиков: и наших, и европейцев. Подойди, познакомься, это же Хайнань, бро! Развлекайся, пока ты тут! Вернешься в Пекин и все забудешь.       — Да, ты прав, дружище, — согласно кивнул Сяо Чжань. — Все, что произойдет в Санье, тут и останется.       — Верно! Подойди к нему, вон, к тому! Он правда привлекательный.       — Так и сделаю.       Сяо Чжань взял свой пустой бокал, но направился к бару.       — Привет. Угостить тебя? — услышал он приятный голос, принадлежащий тому самому мужчине, похожему на Го Чжана.       — Привет. Я предпочитаю угощать сам, — ответил Сяо Чжань с улыбкой.       — Оу. Тогда я не буду тратить твое время. Хотя… мне очень-очень жаль, — мягко рассмеялся он. — Ты очень красивый.       — Спасибо, взаимно. Мы можем просто выпить? — предложил Сяо Чжань, ухватившись за эту возможность, как за спасение.       — Почему бы нет. Ван Мин, — представился мужчина, протянув руку на европейский манер.       — Сяо Чжань.       — Ты здесь не один? Твой друг…       — Просто пришел за компанию. Он не ищет знакомств.       — Жаль, — рассмеялся Ван Мин, не скрывая разочарования.       — Я заставил его приехать, думал, тут мне станет легче.       — Залечиваешь раны после расставания?       — Нет. Просто… Есть у меня маленькое искушение… Думал, приеду сюда и смогу расслабиться.       — Понимаю. Пытаешься сбежать.       — Именно.       — Ну удачи. Иногда такое место действительно может помочь. Но надолго ли? Если объект искушения находится рядом?       — Ты прав. Конечно же ты прав. Надеюсь, ты сможешь сегодня повеселиться, — улыбнулся Сяо Чжань своему случайному знакомому.       — Конечно. Вечер только начался, — рассмеялся Ван Мин и, отсалютовав своим бокалом, отправился к свободному столику.       Вечер только начался, а Сяо Чжань уже готов был вернуться в хостел. Он так и не нашел никого в клубе, хотя не сказать, чтобы специально искал. Совсем не искал. Они с Цзян Фэном выпили, познакомились с компанией девушек из Кореи, провели хороший вечер и слишком рано для клуба, но поздно для книжного, вернулись к себе в хостел. Цзян Фэн не стал задавать много вопросов, видя, что Сяо Чжань все же развеялся и вернулся в хорошем расположении духа. Он и сам остался доволен, обменявшись с одной из новых знакомых — хорошенькой девушкой из Пусана, — контактами.       В Санью вернулись на такси часов в одиннадцать вечера. В номерах, естественно, никого не было, и, судя по сообщению Цинхуа, который не знал, где находится собственный брат, остальные друзья гуляли врозь. Переодевшись, Сяо Чжань и Цзян Фэн решили прогуляться до ресторанчика, а потом пойти на пляж, посидеть у воды. Выпивки им хватило и в клубе.       Вечер был теплым, с моря дул ветер, который, однако, нисколько не освежал парней, спустившихся прогуляться по пляжу, по мягкому песку. Сяо Чжань молчал. Ему нравился здешний воздух, насыщенный мельчайшими капельками морской воды. Он освежал и бодрил, очищал легкие, забитые пылью Пекина. К тому же, казалось, что очищается сознание. Чем дольше глядел Сяо Чжань на черный горизонт, тем яснее были мысли. Цзян Фэн рядом что-то напевал, повторял какую-то мелодию, доносящуюся из колонок.       — Чжань-ди, там где-то вечеринка. Сходим? — спросил он воодушевленно.       — Не знаю. Я что-то устал от шума. В том клубе хоть и музыка была что надо, но слишком громкая.       — Айя, ты так молод, а уже жалуешься на шум. Вы с Цинхуа всегда такие. Музыка — это же здорово!       — Не спорю. Слушай, подойдем, возьмем выпить? Ты можешь остаться, а я еще погуляю?       Цзян Фэн согласился. Сяо Чжань восхищался способностью друга оставаться в отличном настроении в любое время. И это не было инфантильностью или придурковатостью, это был личный выбор Цзян Фэна, его философия и стиль жизни. И без него троим друзьям пришлось бы несладко.       Он буквально за руку потащил Сяо Чжаня к освещенной площадке, на которой танцевали и веселились гости острова.       — Эй, там Ибо! — воскликнул Цзян Фэн, вглядываясь через толпу. — Пойдем, поздороваемся.       — Фэн-гэ, — попытался остановить друга Сяо Чжань, не желающий привлекать внимание.       Ибо в компании друзей сидел за одним из черных крашеных столиков, они выпивали, смеялись. Мальчик тут же обернулся на окрик, привстал со стула и широко улыбнулся, увидев парней.       — Привет, — голос его был довольный.       — Ай-яй-яй! Бо-ди, выпиваешь? — пожурил мальчика Цзян Фэн.       — Только кола, гэгэ. Тут все уже знают, что мне семнадцать, — усмехнулся он.       Сяо Чжань почувствовал укол ревности, потому что все уже знали Ибо.       — И что? Даже бутылочки пива не продали?       — Фэн-гэ, — одернул друга Сяо Чжань.       — Да шучу я! Хотя, это правда жестоко. Зачем ты вообще говорил про возраст?       — Цзян Фэн! Прекрати!       — Да все, все! Чжань-гэ, какой ты иногда зануда, — рассмеялся Цзян Фэн и обратился к Ибо: — Познакомишь со своими друзьями?       — Конечно, — улыбнулся парень.       Сяо Чжань отцепился от Цзян Фэна и пошел по направлению к бару. Знакомиться с друзьями Ибо, среди которых был и тот вчерашний парень, желания не было. Голова слегка кружилась от коктейлей, выпитых в клубе, поэтому Сяо Чжань хотел просто освежиться и пройтись вдоль берега. Он взял бутылочку колы и, пройдя вдоль барной стойки в обратную сторону, спустился другой тропинкой.       Чем ближе было черное море с покачивающимися на волнах лодками, тем тише за спиной играла музыка. Влажная стеклянная бутылка приятно холодила руку, капли спускались на ладонь, текли по пальцам, оставляя мокрые дорожки. Сяо Чжань приложил холодное стекло к виску: голова немного болела от шума, и в целом длинный жаркий день вымотал его. До моря было всего ничего, но Сяо Чжань шел медленно, наслаждаясь тем, как мелкий песок сочится сквозь пальцы босых ног. Чем дальше он шел от пляжного бара, тем сиротливей становилась местность: лодки были выброшены на берег и перевернуты днищами кверху, были тут и сложенные кучей толстые бревна, старые сети и еще всякая всячина, разбросанная кучками в этом немноголюдном месте. Фонари и музыка остались позади, поэтому Сяо Чжань подобрался ближе к воде и сел на теплый песок, слушая беспрерывный шум моря.       Белые пенные барашки набегали на берег, оставляя после себя только идеально гладкую темную поверхность. Море было беспокойным, не останавливалось ни на секунду, но этот шум не надоедал, а, скорее, погружал в гипноз: хотелось смотреть на изменчивые волны, на голубые блики.       Сяо Чжань аккуратно прокрутил жестяную крышечку и с громким хлопком открыл бутылку. Давно он не пил колу вот так, из стеклянной тары. Шум волн вторил шипению газированного напитка, пузырьки быстро поднимались, лопались на поверхности. Сяо Чжань сделал глоток и усмехнулся, покручивая крышечку в руке: кола теперь всегда будет ассоциироваться с Ибо? Этот сладкий вкус и колючие пузырьки… Сяо Чжань облизнул губы и прикрыл глаза, пытаясь вспомнить, какие мягкие у Ибо губы. Они поцеловались вчера вечером, а казалось, что это случилось неделю назад. Сяо Чжань сделал еще глоток и откинулся на локти. Он все думал о совете, который дал вечером Цзян Фэн. Все, что произойдет на Хайнане, тут и останется. Надо было развлекаться и отрываться, никто об этом даже не узнает, они уедут из Саньи, и только Цзян Фэн будет свидетелем его настоящего отдыха. Но Ибо… мальчик не выходил из головы. Было что-то незавершенное в их отношениях после поцелуя. Не нужно было вообще поддаваться искушению, Сяо Чжань отлично понимал это, когда не видел Ибо, но стоило тому оказаться в поле зрения… он терял контроль и всякое самообладание. И рассудок. Сяо Чжань тяжело вздохнул и спрятал жестяную крышечку в карман.       Далеко на горизонте медленно шли суда, подсвеченные огоньками, море от этого волновалось еще сильнее, жадно облизывая прибрежный песок. Несмотря на ночь, пляж не затихал ни на секунду. Казалось, к шуму волн примешивались другие звуки, похожие на шаги. Как будто позади кто-то бежал или быстро шел. Сяо Чжань даже оглянулся, чтобы убедиться в этом, и он не ошибся: со стороны бара действительно кто-то шел, и, судя по светящимся в свете луны длинным волосам, это был Ибо.       Сяо Чжань сел прямо, скрестив ноги, поглядел на своего полуночного гостя.       — Вот ты где? — крикнул Ибо издалека и замедлил шаг.       — Бо-ди, — произнес Сяо Чжань.       Ибо с улыбкой подошел и тут же шумно уселся рядом.       — Прячешься?       — Хотел бы спрятаться, ушел подальше.       — Значит, ждал меня?       — Еще чего, — усмехнулся Сяо Чжань, отпивая колу.       — Что ж это за библиотека такая, где разливают Лонг-Айленд?       — Алкогольная. На Хайнане все такие.       Ибо тихонько засмеялся, поворачиваясь в ту же сторону, в которую смотрел Сяо Чжань.       — Куда вы ездили? Неужели здесь мало баров?       — Таких баров тут нет, — покачал головой Сяо Чжань, делая акцент на первом слове.       — Ммм. А Цзян Фэн…?       — Ибо.       — Вы с ним…?       — Прекрати. Мы не с ним. Он не гей.       — Но вы ведь ездили в гей-клуб?       — И все-то тебе интересно!       — Конечно, — усмехнулся Ибо. — Старший братик ничего мне не рассказывает, мне не с кем об этом поговорить.       Сяо Чжань удивленно повернулся на этого маленького актера, который говорил так жалостно, что, если бы не его слова, что он не девственник, Сяо Чжань тут же все ему показал.       — Бо-ди, не прикидывайся, — усмехнулся он, видя хитрый блеск в темных глазах.       — Я серьезно. Я мечтаю, чтобы взрослый гэгэ научил меня кое-каким вещам.       Сяо Чжань сглотнул слюну: непонятно было, когда Ибо шутит, а когда говорит всерьез, его голос был низким и лукавым.       — Я так себе учитель, Бо-ди.       — Я могу тебя научить?       — Ибо! — воскликнул Сяо Чжань. — Почему ты такой? Ты никогда не был таким там… в Пекине!       — Так и ты никогда не прикасался ко мне, гэгэ.       — Когда это я…?       — В баре хостела, — быстро ответил Ибо. — Ты гладил меня по плечам.       — Я просто. Это же ничего не значило?       — Если не значило, зачем ты потом поцеловал в ответ? — ответил Ибо вопросом на вопрос.       — Потому что… Бо-ди, не задавай таких сложных вопросов!       — А ты не спрашивай, почему я такой.       Сяо Чжань недовольно выдохнул через нос и приложился к бутылке.       — Можно? — спросил Ибо, протянув руку.       — Можно, — ответил Сяо Чжань, передавая ему напиток.       Ибо аккуратно приставил бутылочку к мягкой губе и медленно отпил, глотая так, что дергался острый кадык. Сяо Чжань, который протянул руку в ожидании, даже рот приоткрыл, глядя, как аппетитно пьет мальчик, как растянулись пухлые губы на округлом горлышке, как темная капелька стекала по подбородку и светлой шее и пропала где-то под воротом футболки. Ибо опустил голову и отдал колу обратно.       — Почему ты так смотришь? — спросил он с ухмылкой.       — Ты пролил. Вот тут, — зачарованно ответил Сяо Чжань, указывая пальцем на шею.       — Где же?       Сяо Чжань поставил руку позади Ибо и, переместив вес на нее, приблизился к шее. Светлая кожа так манила, что вместо пальца он медленно провел по ней языком, слизывая сладкую дорожку.       — Вот здесь, — выдохнул Сяо Чжань.       Затем он коснулся губами линии подбородка, прошептав:       — Еще здесь. И… капелька здесь, — Сяо Чжань обхватил нижнюю губу Ибо своими губами, мягко всосал ее и отпустил. Губы неохотно отлеплялись, они склеились от той сладкой капли и, возможно, запретного прикосновения.       Сяо Чжань глядел прямо на Ибо, который прикрыл глаза. Его ресницы трепетали, а рот непроизвольно приоткрылся в ожидании продолжения. Однако Сяо Чжань отстранился, и Ибо, почувствовав, как он отдаляется, распахнул глаза, сфокусировал взгляд на красивом лице. Он качнулся вперед и припал поцелуем к губам, коснулся их нежно, трепетно, словно не верил, что можно.       Сяо Чжань чувствовал, как рушатся оковы, ощущал физически, как наркотик по имени Ван Ибо медленно заполняет его вены, разрушает до основания, оставляя только удовольствие от прикосновений. И он не смог больше противиться, с выдохом толкнул язык в горячий рот парня и вздрогнул. Они оба замерли, а затем резко оторвались друг от друга, глядя в испуге. Кто-то звал их по именам.       — Ибо-о-о, Сяо Чжа-а-ань! — слышался веселый голос Цзян Фэна.       — Черт, — выругался Ибо.       — Пойдем, — спохватился Сяо Чжань, поднимаясь с песка.       — Ты мне расскажешь? — спросил мальчик, глядя снизу вверх сверкающими глазами.       — О чем?       Сяо Чжань протянул руку и помог ему подняться.       — Почему передумал? — ответил Ибо, отряхивая длинные бермуды от песка.       — Кто сказал, что я передумал?       — Ты поцеловал меня.       — Я снова пьяный.       — Кажется, я знаю, как затащить гэгэ в постель, — довольно ухмыльнулся мальчик.       — Ибо, — улыбнулся Сяо Чжань. — Тебе не продадут алкоголь… Хэй! — крикнул он, махнув рукой приближающему Цзян Фэну.       — Так. Чего прячетесь? Бо-ди, оставил меня со своими друзьями, а сам сбежал!       — Ты хорошо с ними поладил.       — Они клёвые.       — Фэн-гэ, что с тобой? Почему ты говоришь как подросток? — рассмеялся Сяо Чжань.       — Так я и есть подросток, йоу! Твои друзья, Ибо, дали мне лет двадцать! Ха!       — Я думал, ты младше, — усмехнулся Ибо.       — Айя! И что вы тут делали?       — Я отбирал у гэгэ колу, а он не хотел делиться.       — Чжань-ди, как ты мог обделить ребенка?! Ему и так не продают алкоголь!       — Этот ребенок выпил половину бутылки! — возмутился Сяо Чжань.       — Пойдемте в бар, возьмем еще? Чжань-ди, может, еще по коктейлю? А?       — Нет, я спать, — покачал головой Сяо Чжань.       — Я тоже! — тут же вставил Ибо.       — Ну… чего вы так рано? — растерялся Цзян Фэн.       Парни переглянулись. Сяо Чжань не против был завершить начатый поцелуй. Он знал, что на утро, когда он протрезвеет, этот боевой настрой пропадет, а Ибо все еще будет рядом. Так почему бы не сделать это сегодня?       Но вездесущий Цзян Фэн, пожав плечами, отправился в хостел вместе с ними. Он без умолку болтал всю дорогу, чудом не выдав Ибо, где они были на самом деле. И если бы мальчик не догадался про гей-клуб сам, у него определенно возникли бы вопросы. Он не стал спрашивать, какие книги купили друзья, за что Сяо Чжань был очень благодарен.       Под веселые разговоры они быстро добрались до хостела. На заднем дворе еще играла музыка, народ веселился тут практически до утра, однако закрытые окна блокировали шум, не особенно мешая постояльцам.       — Ну… Всем до завтра? — проговорил Ибо, чуть притормозив, потому что Сяо Чжань и Цзян Фэн остановились возле своего номера.       — Пока, спокойной ночи, — ответил Сяо Чжань, пытаясь скрыть разочарование. При всем своем стремлении не цепляться к мальчику, его так сильно тянуло к нему, незавершенный поцелуй щекотал губы, алкоголь шумел в голове, побуждая к безумным поступкам.       — Пока, Бо-ди, — улыбнулся Цзян Фэн. — Почитать тебе сказку на ночь?       — Фэн-гэ, — шикнул Сяо Чжань.       — Я бы не отказался, — улыбнулся Ибо, только смотрел он не на того, кто предложил это, а на его расстроенного друга.       — Пойдем, — согласился Сяо Чжань, двинувшись вперед, но тут же добавил, оборачиваясь к своему соседу: — Посмотрю, вернулся ли Цинхуа.       — Ладно, — ответил Цзян Фэн, отпирая дверь своего номера.       Пока Ибо возился со своим замком, Сяо Чжань стоял на приличном расстоянии, разглядывая зеленые стены коридора и крупные черные таблички с номерами комнат.       Они вошли в прохладный номер, огляделись, привыкая к темноте. Обе высоких кровати были заправлены, значит, Цинхуа еще не вернулся. Сяо Чжань попятился к приоткрытой двери, захлопнул ее, оперся, заложив руки за спину. Ибо с улыбкой повернулся. В темноте его волосы светились, а глаза блестели.       — На чем мы остановились, гэгэ? — спросил он, как бы вспоминая, чем же они занимались на пляже до того, как их нашел Цзян Фэн.       — Ибо, — улыбнувшись, предостерег Сяо Чжань.       Он сам зашел в комнату, сам закрыл ее, запер себя со своим сладким искушением. Теперь же с улыбкой смотрел, как Ибо, красивый и до боли в груди желанный, подходит к нему медленно, как хищник, склоняется к шее, жарко дышит, словно собирается укусить. Молодая пантера на охоте. И вот Ибо провел губами по шее, Сяо Чжань, словно глупая доверчивая жертва, склонил голову набок, чтобы было удобнее. Мальчик обхватил кожу губами, всосал мягко.       — Аккуратнее, — чуть слышно произнес Сяо Чжань.       — Не бойся, следов не оставлю, — так же тихо ответил Ибо.       Он чмокнул то место, которое только что сжимал, оставил поцелуй выше, затем еще один, пока не добрался до губ. Сяо Чжань ждал, закрыв глаза. Семнадцатилетний мальчишка прижался к нему всем телом и настойчиво прокладывал дорожку из поцелуев по чувствительной коже.       И в тот самый миг, когда его мягкие полные губы коснулись, наконец, губ Сяо Чжаня, как только удовольствие волной растеклось по телу с проникновением в рот горячего языка, в тот самый момент, когда мозг полностью отключился в предвкушении непозволительно сладкого поцелуя, с наружной стороны кто-то дернул ручку двери.       — Вот же блять! — с чувством выругался Ибо, автоматически упирая ладонь в дверь, чтобы ее не открыли.       — Бо-ди, это ты? — послышался глухой голос Цинхуа.       — Конечно я, — сердито ответил он.       Парни отошли от двери, впуская Цинхуа в комнату.       — Ты чего материшься? — удивился он, глядя, в первую очередь, на брата. Он не сразу заметил своего друга. — Ты чего… О, Чжань-ди. Вы чего в темноте?       — Да мы… только зашли. Думал, ты тут, — соврал Сяо Чжань. — Ты где ходишь так долго?       — Я… мы… Ну, завтра расскажу. Или… — начал было Цинхуа, но поглядел на брата.       — Мне выйти? — усмехнулся Ибо.       — Нет. Конечно нет, диди.       — Цинхуа, поговорим завтра? Что-то я устал.       — Да. Давай.       — Спокойной ночи, — кивнул Сяо Чжань, глядя на братьев поочередно.       Он старался идти медленно, хотя хотелось бежать. Все было против. Все вокруг намекало на то, что им с Ибо не нужно пробовать, ведь всякий раз, когда Сяо Чжань давал себе слабину, им кто-то мешал. Как будто само провидение было против, засчитав влечение к мальчику за грех.