Поцелуй со вкусом колы

      — Итак, — серьезно начал Го Чжан, когда вся компания собралась за завтраком в кафе, расположенном недалеко от хостела.       — Не пугай ты так, — поторопил Цзян Фэн, совершенно не зная, чего ожидать от приятеля. — Притащил нас в кафе, теперь смотришь как-то… как-то опасно.       — Надоело. Мы тут три дня и все это время не видим друг друга. Разве мы не планировали потусоваться вместе, прежде чем устроимся на работу и вообще перестанем видеться?       — Так а кто постоянно кидает нас? — возмутился Цзян Фэн, поглядев сначала на Го Чжана, а затем на Цинхуа.       — Ну… — начал последний, однако Го Чжан перебил:       — Всё-всё-всё. Вы тоже вчера свалили. У меня есть предложение, и это не обсуждается.       — Какое? — спросил Сяо Чжань.       — Едем на автошоу Bizzaro.       — И сколько это стоит? — нахмурился Цинхуа, прикидывая в уме, сколько придется заплатить, чтобы не отрываться от компании.       — Я угощаю.       — Э, удовольствие явно не из дешевых, братец Чжан!       — Я сказал, что плачу! — твердо ответил Го Чжан.       Сяо Чжань заметил, как загорелись глаза Ибо, когда он только услышал про автошоу. Возможно, это именно то развлечение, которое нравится парням его возраста, однако блеск в его глазах тут же пропал, он как-то сник, поглядев на брата.       — Ибо, ты тоже едешь, — между прочим добавил Го Чжан.       — Правда? — восторженно спросил мальчик.       — Да.       — Го Чжан, я заплачу хотя бы за Ибо, — начал Цинхуа.       — Почему ты такой зануда? — закатил глаза Го Чжан. — Сегодня в пять выдвигаемся, шоу проходит тут, в Санье.       — Отлично! — Ибо не скрывал своей широкой улыбки, он так благодарно смотрел на Го Чжана, что у Сяо Чжаня заболело сердце.       Не он был причиной этой радости. Более того, он был причиной разочарования с самого утра, и теперь автошоу вернуло Ибо хорошее настроение.       После прошедшего вечера и дважды сорванного поцелуя Сяо Чжань долго не мог заснуть, лежа в кровати. Выбеленный потолок, голубые стены и широкое окно номера впечатались в его память как молчаливые свидетели разговора с самим собой. После длинного жаркого дня, полного разочарований, Сяо Чжань твердо решил не поддаваться искушению, оставить свои мысли о мальчике, перестать испытывать судьбу и подвергать риску себя и, самое главное, Ибо.       Это он и выложил на следующее утро ничего не подозревающему парню, когда тот зашел в уборную. Разложил по полочкам, как настоящий взрослый, все свои доводы и причины, а Ибо, заспанный и улыбчивый, попробовал было обнять Сяо Чжаня, но услышав холодные слова, отстранился и больше не пытался сблизиться.       — Ибо, ты такой замечательный, ты так быстро находишь друзей, так хорошо сходишься с ними. Не думаю, что мы должны… Черт. Мы ничего не делали. Но нам не стоит больше оставаться вдвоем. Ты понимаешь, о чем я? — серьезно спросил Сяо Чжань.       — Не особо, гэгэ, — ответил Ибо, и его голос казался равнодушным, отстраненным.       — Прости. Но так действительно будет лучше.       — Как скажешь, — выдавил парень, пристально поглядел в глаза и ушел.       Сяо Чжань обернулся к зеркалу, посмотрел на свое отражение: и хотя даже с утра, даже после выпитого накануне алкоголя он выглядел замечательно, сожаление в глазах выдавало его настоящие чувства.       И вот теперь, сидя за столом местного кафе, он пристально смотрел в глаза Ибо, который был счастлив и не скрывал этого. Его широкая улыбка была посвящена щедрому Го Чжану.       — Ты рад? — спросил вечно недовольный друг, который сейчас как будто оттаял, видя, что его старания так высоко ценят.       — Гэгэ, конечно! Я обожаю такие шоу… Это же просто мечта! — возбужденно ответил Ибо.       — Ну не знаю… — снова начал Цинхуа, но тут вмешался Цзян Фэн:       — Ой, ну хватит! Видишь, как ребенок счастлив? Чего обламываешь?       Счастливый ребенок обвел всех своим довольным взглядом, и все зарядились этой жизнерадостной энергией, разве что Сяо Чжань почувствовал легкий укол в районе сердца от незаслуженной улыбки.       Шоу итальянских каскадеров, которое начиналось в шесть вечера, проходило в Санье в огромном крытом стадионе. Друзья прибыли туда на автобусе, который доставил их до места за сорок минут. Цзян Фэн, Го Чжан и, конечно же, Ибо пребывали в восторженном настроении, Цинхуа же и Сяо Чжань их радости не разделяли, глядели на приятелей с долей скептицизма.       — Двести двадцать юаней?! — воскликнул Сяо Чжань, увидев на входе баннеры с ценами.       — Замолчи, — предупредил Го Чжан.       — Тебе что, делать нечего? — сокрушался бережливый парень, но счастливая половина компании не слушала его.       — На эти деньги можно неделю завтракать в кафе, — тихо добавил Цинхуа, так, чтобы слышал только Сяо Чжань.       — И я о том же.       — Ладно, может, Го Чжан и прав. Мы действительно отдыхаем раздельно.       — Да, но мы могли просто сходить вместе в клуб.       — Это же Го Чжан. В его духе организовать такое развлечение.       — Согласен. Так что ты вчера хотел рассказать? — вспомнил Сяо Чжань вчерашний разговор.       Они с Цинхуа отстали и теперь могли поговорить спокойно.       — Да ничего особенного. Просто с Ли Мин гуляли, — улыбнулся Цинхуа и немного покраснел.       — Вау!       — Прости, это не то, чем я должен хвастаться.       — О чем ты? — удивился Сяо Чжань.       — Ну… мы ведь приехали гулять, веселиться.       — А разве с Ли Мин ты скучаешь?       — Нет, но… Чжань-ди, вы ведь вечно говорите, как здорово гулять и знакомиться с разными девчонками.       — Так это не значит, что мы не мечтаем о постоянных отношениях!       — Что-то я ни разу не видел у вас постоянную девушку.       — Ну… — протянул Сяо Чжань и тяжело вздохнул. — Потому что это сложно. Но если тебе нравится Ли Мин — это здорово!       — Мне нравится. Мне очень нравится. Но боюсь, что вы меня засмеете.       — Вот еще. Цинхуа, ты самый взрослый из нас, а ведешь себя как ребенок, — рассмеялся Сяо Чжань, похлопав друга по спине.       — Мне стыдно, что я бросил вас, бросил Ибо, — вздохнул Цинхуа.       — За него не переживай, он не страдает от одиночества.       Друзья не сговариваясь поглядели в спину Ибо, который шел впереди между Цзян Фэном и Го Чжаном. Парни с улыбкой слушали его счастливую болтовню, переглядывались, словно заботливые родители, которые устроили ребенку поход в цирк.       Вместительный стадион был заполнен почти полностью, разношерстная толпа шумела в ожидании представления, перекрикивая громкую музыку. Сяо Чжань оглядывался по сторонам, пытаясь оценить масштаб мероприятия: на афише было только фото внедорожника, стоящего на боковых колесах. И стадион явно соответствовал развлечению: огороженная площадка внушительных размеров была подсвечена ярко-фиолетовыми фонарями, красно-желтые бордюры напоминали арену в цирке, даже навес был выполнен в виде купола. Друзья прошли к своим местам, уселись рядом. Сяо Чжань, оказавшийся между Цинхуа и Го Чжаном, со вздохом понял, что, даже если ему захочется покинуть зал, не получится: они ушли слишком далеко от выхода.       Музыка ревела и заводила толпу, которая жаждала зрелища. И зрелище началось, как только погас свет. Спустя пару минут яркие фары прорезали темноту, громкие басы ударили в уши, и началось шоу.       Первым номером был дрифт двух легковых автомобилей, которые, заехав на небольшой трамплин одним колесом, тут же накренились и поехали боком. Колеса визжали, водители, высунув руку из окна, показывали большой палец вверх, и это зрелище действительно было впечатляющим. Но, как оказалось, это было только начало. Далее пошли действительно опасные номера, выполняемые каскадерами. Больше всего друзей впечатлил танец огромных траков, которые, легко накренившись на бок, закружились в танце на огромной арене. Казалось, эти гигантские машины не способны на такую пластичность, однако они двигались словно роботы, подчиняясь ритму музыки.       — Гэгэ!       Сяо Чжань услышал восторженный окрик Ибо и на автомате повернул голову в его сторону, однако тот обращался к Го Чжану, который как раз сидел между ними.       — Гэгэ, это супер-круто! Спасибо-спасибо-спасибо! — радостно кричал он, глядя в глаза своего соседа.       — Смотри, Бо-ди, — довольно ответил Го Чжан. — Скоро будут мотоциклы.       — Да ладно?! — изумился Ибо, открыв рот. Он был счастлив.       Сяо Чжань не был. Все это прекрасное искусное шоу вдруг встало поперек горла. Смотреть на однообразные машины, которые безупречно выполняют трюки, быстро надоело, Сяо Чжань скрестил руки на груди и откинулся на неудобном жестком кресле, только бы не видеть, как Ибо то и дело поворачивается к Го Чжану и что-то говорит ему. А когда на арену выехала вереница байков, мальчик от счастья подпрыгнул, схватил своего соседа за руку, да так, кажется, и просидел весь номер.       Время тянулось катастрофически медленно. Пока сидящий слева Цинхуа переписывался с Ли Мин, Сяо Чжань успел посчитать, сколько раз Ибо крикнул гэгэ или Чжан-гэ, на которые он поначалу реагировал, а затем перестал. Он сбился на пятидесяти.       Равнодушие Ибо выжгло в груди дыру. Сяо Чжань и сам не понял, что произошло, почему его сердце колотилось как отчаянная птичка, почему все вокруг потеряло краски, даже яркое шоу не вызывало ни одной эмоции. Тупо. Он сделал это сам и теперь пожинал плоды своих решений.       Услышав очередное «гэгэ», Сяо Чжань тяжело вздохнул.       — Тебе не нравится? — спросил Цинхуа на ухо, чтобы не услышал Го Чжан.       — Все отлично, братец.       Он на всякий случай поглядел в сторону выхода, проверяя, можно ли встать и выйти прямо сейчас, но трибуны были забиты, заветная дверь — далеко. Он столкнулся взглядом с Ибо, таким же серьезным и пристальным, как тогда, в баре хостела, когда он выглянул из-за Цзян Фэна. Сяо Чжань резко отвернулся, заставляя себя рассматривать дрифтующие внедорожники. На дверцах машин сидели девушки, размахивающие красными китайскими флагами. И это зрелище, хоть и не было таким захватывающим, все же отвлекло Сяо Чжаня.       Спустя полтора часа шоу закончилось огненными номерами, в которых подожженные мотоциклисты колесили по кругу, освещая ярким пламенем стадион. На этой фееричной ноте группа итальянских каскадеров Bizarro попрощалась со зрителями, и восторженная толпа стала медленно продвигаться к выходу.       — Поедим где-нибудь? — повернувшись, спросил Го Чжан.       — Не знаю, — равнодушно ответил Сяо Чжань.       Он пропустил вперед себя Цинхуа, который принялся обсуждать дальнейшие действия. Когда все пятеро выбрались на свежий воздух, было уже темно, луна ровной белой долькой нависла над стадионом.       — Хочу поесть где-нибудь в нормальном месте. Надоели уже эти забегаловки.       — Чжан-гэ, нам еще пять дней здесь жить. Давай экономить? — настаивал Цинхуа, продолжая их неоконченный на стадионе разговор.       — Я же говорю, что оплачу, пожалуйста! — взмолился Го Чжан. — Чжань-ди, что скажешь? Сходим в ресторан?       — Как хотите, я за большинство, — ответил Сяо Чжань.       — Ну вот. Большинство-то тут любит транжирить деньги! — нахмурился Цинхуа. — Ладно, черт с вами. Пойдем в этот богатый ресторан. Туда, поди, и в шлепанцах не пустят?       — Я тебя умоляю, — закатил глаза Го Чжан. — С деньгами туда пустят даже в одних плавках.       — Ладно. Поехали, — махнул рукой Цинхуа, сдавшись под напором друзей.       Го Чжан, семья которого не ограничивала сына в сбережениях, был не из тех, кто бездумно тратит деньги или позволяет пользоваться собой. Однако, когда дело касалось друзей, он словно переставал видеть точную сумму, которую тратит. Ему важен был результат, он никогда не жалел потраченных юаней на поездки, рестораны, клубы и многочисленные такси, а разговоры о том, кто сколько должен, портили ему настроение.       Для ужина он выбрал итальянский ресторан с непроизносимым названием, белоснежными скатертями и обшитыми белым сукном креслами. Продолжение отдыха всей компанией обещало быть занимательным, но, как бы ни любил Сяо Чжань своих друзей, как бы ни дорожил он отдыхом с ними, зайти внутрь он так и не смог. Поездка лишила его последних душевных сил, лицезреть довольного мальчика, уплетающего пиццу с рук Го Чжана, у Сяо Чжаня не было ни малейшего желания. Он замер на пороге, как будто там был невидимый барьер, который не пускал его внутрь.       — Что… ты чего? — удивился Цзян Фэн, заметивший, что Сяо Чжань отстал.       — Фэн-гэ. Что-то мне нехорошо.       — Так это от голода, — усмехнулся друг.       — Смешно.       — Что случилось?       Цзян Фэн вернулся к другу, в то время как остальные зашли внутрь.       — Не знаю, наверное, надышался бензином или еще чем, — придумывал на ходу Сяо Чжань. — Схожу в номер, полежу. Не теряйте.       — Конечно, друг. Я передам остальным.       — Отлично. Спасибо!       Сяо Чжань кивнул обеспокоенному товарищу и чуть ли не бегом отправился прочь. Он не планировал идти в номер, он не знал, куда ему отправиться, ноги бездумно понесли его в сторону бухты. Время было еще раннее, хоть уже и потемнело. Клубы открывались только в девять, поэтому Сяо Чжань планировал взять пива и посидеть в баре или на берегу. У него совершенно не было аппетита, к тому же есть за счет Го Чжана, который и так накормил их завтраком и свозил на шоу, он не собирался.       Вечер был теплым и спокойным, ветра не было, от этого создавалось ощущение, что город замер, наслаждаясь яркой луной. Сяо Чжань не спеша добрался до Дадунхая, спустился по песчаной дорожке вниз и направился к знакомому бару. Из колонок громко играла музыка, ранние посетители уже заняли свободные столики и пили свои напитки, наслаждаясь отдыхом и морским воздухом.       В баре, привычном за несколько этих дней, Сяо Чжань заказал себе пиво и присел на высокий стул рядом со стойкой. Он смотрел по сторонам, разглядывал людей, приехавших на отдых: загорелых китайцев и любопытных иностранцев. Девушки улыбались ему, только увидев взгляд красивых глаз. Сяо Чжань никак не реагировал, потому что он совершенно запутался.       За все это время он так привык разговаривать с девушками, ухаживать, угощать, говорить комплименты. Они нравились ему, нравились поцелуи. И даже секс не вызывал отторжения, он настолько привык к нему, что можно было спокойно жениться и завести детей. Однако намного больше чувств вызывал у него мужской пол. Страсть, влечение, желание. Именно от парней перехватывало дух и бешено колотилось сердце, эти ощущения сложно было спутать. Девушки были для Сяо Чжаня словно безалкогольное вино, мужчины же действовали на него как резкий глоток чистого байцзю.       Но если с девушками он знал, как себя вести, то ухаживать за парнями, говорить комплименты, беречь чьи-то чувства… этого он не умел. В свои почти двадцать три года он достиг только уровня разовых встреч. Разве мог он при таком ничтожном опыте рассчитывать на чьи-то взаимные чувства? Цинхуа прав, друзья никогда не говорили о прелестях долгих отношений, но вряд ли кто-то из них на самом деле отрицал их важность. Возможно, Го Чжан был из тех, кто не искал постоянную связь, но он, с его завышенными требованиями к девушкам, мог искать свой идеал всю жизнь. Цзян Фэн действительно любил прекрасный пол, но и он, встретив ту самую, вряд ли предпочел разовые встречи. Из всех четверых именно Цинхуа, с его ответственностью и заботливостью, действительно готов был к серьезным отношениям.       — Привет! Ты один тут? — услышал Сяо Чжань женский голос.       К бару подошла девушка. Красивая. Они все красивые, в который раз подумал про себя Сяо Чжань, а вслух ответил:       — Привет. Извини, я не один.       Он взял у бармена еще бутылку пива и ушел вдоль стойки, спустился по той самой тропинке, что пролегала мимо стенда с досками для сёрфинга и уводила в немноголюдный участок пляжа с выброшенными на берег лодками. Половинка луны ярко освещала сейчас этот заброшенный уголок, где прятался Сяо Чжань в прошлый раз. Сейчас он ушел чуть дальше, присел к лодке, оперся на нее спиной и уставился на море. Волны на безветрии были тихими, почти бесшумными. Оказывается, море можно не замечать, когда занят своими мыслями.       Успокоенный волной, Сяо Чжань и не понял, сколько просидел на берегу, но пива во второй бутылочке оставалось почти на дне. В относительной тишине пляжа он услышал шаги по песку. Он не оборачивался: за это время много кто проходил мимо, — но в этот раз звуки шагов прекратились только рядом с ним.       Сяо Чжань, чуть отклонившись, поднял голову. Мысль, которая неустанно преследовала его все время уединения, вдруг оформилась в человека и глядела на него с легкой улыбкой.       — Вот ты где, — негромко произнес Ибо. — И как я сразу не подумал.       — Зачем пришел? — спросил Сяо Чжань и, не дождавшись ответа, уставился на горизонт.       Ибо шумно уселся рядом, скрестив ноги.       — Искал тебя.       — Ну вот, нашел? Я тут, вообще-то, занят.       — Вижу. Зачем ты ушел? И даже не предупредил, — с улыбкой укорил Ибо.       — Я сказал Цзян Фэну.       — А мог бы сказать мне.       Сяо Чжань удивленно поглядел на мальчика, который по-прежнему улыбался, но в серьезных глазах прослеживалась обида, как будто его по меньшей мере предали в этот вечер.       — Тебе и так было весело, — возразил Сяо Чжань.       — Было. Пока ты был рядом.       Всего несколько слов, но в груди, в районе солнечного сплетения, растеклось тягучее тепло.       — Я так не думаю, Бо-ди. Ты даже не смотрел на меня, весь день… Вообще не обращал внимания. Поэтому сейчас я тебе не верю, — ответил Сяо Чжань.       Он хотел изгнать из себя это тепло, затушить огонек, который разгорался всякий раз, когда мальчик оказывался рядом.       — Тебе это не понравилось? Тебе было неприятно, что я не смотрел на тебя? Хотя я смотрел, когда ты не видел. Гэгэ, прости, что так. Просто с утра ты сказал, что не хочешь…       — Я не сказал, что не хочу! Нам нельзя. Нам не следует, но ты… это слишком жестоко, Ибо, — покачал головой Сяо Чжань.       — Мне семнадцать, я не знаю, как по-другому!       — Так ты хотел, чтобы я ревновал? — усмехнулся Сяо Чжань. — Знаешь, это сильное оружие. Надеюсь, никто не будет применять его против тебя.       — Я… не подумал. Чжань-гэ, прости меня! Я не буду так больше!       — Больше и не надо.       — Но, гэгэ, ты ведь сказал с утра, что нам не следует… Я и психанул!       — Это даже к лучшему.       — Нет, гэгэ! — горячо возразил Ибо. — Я сделал глупость! Но только потому, что меня тянет к тебе, и я ничего не могу с собой поделать.       — Так я не против общаться с тобой, тусоваться!       — А мне этого мало! — Ибо поднялся с песка и решительно уселся перед Сяо Чжанем. — Я хочу большего! Гэгэ, я понимаю, чего ты боишься. Но мы ведь можем, ну… Просто сделать это, пока мы на острове, и все?       — Что сделать?! — изумился Сяо Чжань. — О чем ты говоришь, ребенок?       — Можем переспать разок. А потом еще. И еще, если хватит времени.       — Ибо, — застонал Сяо Чжань, сжимая ладонями голову.       — Что? Никто не узнает! А потом… мы вернемся в Пекин, и ты можешь забыть меня как небольшую курортную интрижку. Тем более, у меня начнется школа, экзамены.       — Боже мой, Ибо, школа! Тебе всего семнадцать!       — Семнадцать, и потому я очень выносливый. Могу несколько раз подряд. И так всю ночь, — спокойно парировал Ибо.       — Бо-ди, что ты говоришь! Ты просто убиваешь меня!       — Ты правда хочешь весь оставшийся отдых смотреть, как кто-то подкатывает ко мне? Угощает? Например, Го Чжан? Я вот не хочу, чтобы ты флиртовал с кем-то, покупал девушкам напитки…       — Постой, Го Чжан — натурал, — перебил Сяо Чжань.       — Да брось! Он такой же натурал, как я — оперный певец.       Сяо Чжань нахмурился.       — Да черт с ним, с Го Чжаном, — продолжил Ибо. — Скажи, в том книжном ты нашел кого-то?       Сяо Чжань отрицательно мотнул головой.       — Вот, а я рядом.       — Ибо…       — Этот отпуск… этот остров… Одно твое «да», и мы проведем время плодотворнее, чем твои друзья.       — Почему ты такой упёртый? — вздохнул Сяо Чжань.       — Потому что ты красивый. И я не хочу видеть, как ты пытаешься найти себе кого-то на ночь. Хочу, чтобы делал это со мной.       — Я не буду за тобой ухаживать или угощать. Я этого не умею, — покачал головой Сяо Чжань. — К тому же я не такой смелый, как ты.       — И не надо! Мне достаточно, чтобы ты целовал меня, обнимал, трахал втайне от всех.       — Бо-ди, ты совсем меня не жалеешь! — взмолился Сяо Чжань, но уверенный мальчик приблизился к нему, как пантера, поставил руки по бокам от его бедер, подкрался близко-близко.       — Но и ты меня не жалеешь, гэгэ, — прошептал он в самые губы Сяо Чжаня.       — Я?       — Чертовски красивый. Если бы я не был геем, я бы им стал, чтобы иметь шанс поцеловать тебя.       Сяо Чжань тяжело выдохнул и огляделся по сторонам. На этом участке пляжа было безлюдно, только два парня напряженно спорили в темноте под мерный шум волны. Сяо Чжань устал терзать себя. Он хлебнул достаточно уксуса на автошоу, а теперь глядел в глаза Ибо, который волновал его с первого дня прибытия на остров, который не уходил из мыслей, воспоминания о поцелуях которого впечатались в память. Младший брат Цинхуа, который на Хайнане неожиданно вырос, стал совсем не младшим, а… сексуальным длинноволосым парнем, заставляющим тело реагировать на свое присутствие.       Сяо Чжань устал сопротивляться. Он перевел взгляд с красивых глаз Ибо на его приоткрытые губы, облизнулся. Сяо Чжань сдался.       Внимательный мальчик придвинулся еще ближе и легко прихватил губами верхнюю губу Сяо Чжаня, так невесомо и нежно, как будто боялся разбудить. И это легкое прикосновение послало по телу тысячи сладких мурашек; в груди жаром расползалось удовольствие.       — Иди ко мне, — прошептал Сяо Чжань тихо, только губы шевельнулись.       Мальчик послушно сел на колени к гэгэ, еще больше прижимая того к перевернутой лодке. Он немного поерзал тазом, притираясь к бедрам.       — Ибо.       — Что, мой гэгэ?       — У меня есть условие.       Ибо в это время пьяно водил губами по щеке Сяо Чжаня, глядел из-под опущенных ресниц.       — Согласен на все, — прошептал он.       — Пообещаешь на этом острове быть только со мной?       — Обещаю. А ты?       — Да, Ибо, обещаю. Я хочу тебя.       — О, как же я хочу тебя.       Ибо обхватил руками шею Сяо Чжаня, склонился к нему и настойчиво поцеловал. Он был напористым во всем, а от поцелуя перехватило дыхание. Сяо Чжань мог только обнять мальчика за талию, прижать к себе тесно; он откинулся на лодку и весь растворился в жарком поцелуе, позабыв о том, что они все еще на общественном пляже, и их могут увидеть. Он был очень возбужден, так давно он жаждал Ибо.       Ненасытный мальчик жадно вылизывал рот Сяо Чжаня, с тихим стоном, не выпуская из кольца своих рук. Он спустился к шее и принялся целовать ее, втягивая кожу, покусывать.       — Ибо, потрись немного… — простонал Сяо Чжань, поддавая тазом вверх. — Просто потрись, малыш… Я очень, очень тебя хочу.       — А я хочу вылизать тебя, гэгэ, — зашипел Ибо и провел языком по шее. — Вылизать, чтобы на тебе остался запах моей слюны, чтобы никто не посмел подойти к тебе.       — Боже, нам надо уйти отсюда. Тут нельзя, тут увидят. Малыш, пойдем в хостел? Запремся в комнате? Ибо, мне срочно нужно. Мне нужно с тобой.       — Сейчас? Я готов кончить прямо здесь.       — Не хочу, чтобы наш первый раз был тут, без возможности даже прикоснуться к тебе. Хочу раздеть тебя, разглядеть как следует…       — Гэгэ, ты серьезно? Хочешь дойти до хостела?       — Хочу, — кивнул Сяо Чжань, сжимая ладонями задницу парня.       — Не передумаешь?       — Я не передумаю, Бо-ди. Где ребята?       — Должны были пойти в клуб.       — Тогда пойдем. Мы долго терпели, но, смотри, там кто-то идет.       Сяо Чжань указал в сторону берега, туда, где спокойные волны набегали на песок. Вдоль кромки воды медленно прогуливалась пара, и это могли быть и Цинхуа со своей Ли Мин, и кто-то другой. В любом случае оставаться на пляже, даже под покровом темноты, было небезопасно.       Парни тяжело поднялись, отряхивая песок, прихватили пустые бутылки от пива и поспешили в сторону хостела. Ибо по ходу набрал номер брата, чтобы узнать, есть ли кто-то из друзей в номерах, но оказалось, что все трое ушли в другой популярный клуб на улице баров. По предварительным прогнозам, возвращаться они не планировали. Этот факт подтолкнул парней действовать решительно, они буквально бежали в хостел. На этаже, прежде чем зайти в номер, Сяо Чжань все же забежал в туалет, а после затолкал Ибо в свою комнату, поспешно запирая дверь. Они накинулись друг на друга сразу же, как только щелкнул замок. Сяо Чжань схватил Ибо за затылок, сминая длинные волосы, впился в губы поцелуем. Они двигались по направлению к кровати, пока не уткнулись в угол, накрытый мягким покрывалом.       — Ложись, малыш. Хочу тебя раздеть, — нетерпеливо произнес Сяо Чжань.       — Да, мой гэгэ, — ухмыльнулся Ибо и забрался на постель. Он оперся руками в мягкое покрывало и ждал, а Сяо Чжань замер, глядя на него. — Передумал? — в конце концов спросил Ибо.       — Любуюсь.       Сяо Чжань забрался следом и расстегнул пуговицу на длинных шортах, аккуратно стянул их и отбросил на пол. Затем пришла очередь боксеров, но Сяо Чжань подобрался ближе и с наслаждением прижал ладонь к внушительному сокровищу, спрятанному под черной тканью.       — Ммм, Бо-ди, когда ты успел так вырасти? — спросил Сяо Чжань, поглаживая член.       — Не знаю, гэгэ. Тебе нравится?       — О да… Такой взрослый мальчик, такой крупный член.       Он наклонился и провел губами по твердому стволу, остановившись на головке, обхватил ее губами прямо через ткань, сжал немного.       — Что ты делаешь, гэ? — растерянно спросил Ибо, упираясь руками в кровать.       — Тебе неприятно? — спросил Сяо Чжань, поглядев вверх. — Я могу остановиться.       — Нет, нет! Мне очень приятно.       — Тебе делали минет?       Ибо мотнул головой и ответил:       — Только руками.       — Ну, значит, я буду первым, — улыбнулся Сяо Чжань.       Он заметил, как напряженно смотрел на него Ибо, а потому аккуратно потянул резинку трусов, обнажая крепкий от возбуждения член, стянул боксеры пониже, оставляя на бедрах, и провел пальцами по рельефному стволу.       — Красивый.       Ибо сглотнул, а Сяо Чжань, придерживая член рукой, накрыл губами головку. Он не двигался, только языком ласкал, вылизывал уздечку. Жесткие короткие волоски на лобке щекотали руку Сяо Чжаня, запах мальчика, его тихие стоны возбуждали, хотелось ублажить его, сделать так хорошо, чтобы он запомнил их первый раз. Сяо Чжань обвел твердым кончиком языка мягкий край, а затем скользнул ниже по стволу, заглатывая крупный член.       — О гэгэ, — застонал Ибо, стискивая в кулаках покрывало.       От переизбытка чувств он непроизвольно двигался на кровати, пытался уползти наверх, но Сяо Чжань держал его за бедра и чувственно отсасывал, быстро двигая головой. Мальчик был очень отзывчивым, стонал на каждое движение, немного поддавая тазом вверх.       — Малыш, тебе нравится? — иногда спрашивал Сяо Чжань, поднимаясь над головкой, покрывая ее поцелуями.       — Гэгэ… стой… хватит… еще… — шептал Ибо, цепляясь за волосы парня.       Сам Сяо Чжань кайфовал от того, как стонет под ним мальчик, как отдается его ласкам. Он чувствовал, что Ибо, возбужденный еще с пляжа, скоро кончит, но ему хотелось сделать это вместе, тем более, сам он держался из последних сил. Под ним был не просто парень, с которым хотелось провести одну ночь, Ибо был сладким сексуальным искушением, полностью, от блондинистой макушки и до пяток, желанным, красивым, невероятным. Сяо Чжань и сам не против был вылизать его, но сейчас, когда оргазм буквально бурлил в его венах, он быстро поднялся, наскоро стянул свои джинсы, трусы, лег на Ибо, соединяя члены, принялся двигать тазом так, чтобы им двоим было хорошо, приятно. Он обхватил стволы ладонью и начал дрочить, втрахиваясь в свою руку. Ибо обнял его за плечи и поймал тот же ритм, принялся двигаться в такт. Они прижались очень тесно, дышали часто и шумно, прикладываясь губами за быстрым поцелуем, слились в этом моменте и ярко кончили, сдерживая громкие стоны.       Сяо Чжань чувствовал не только блаженство и приятную дрожь во всем теле от испытанного оргазма, но и облегчение, словно гора упала с плеч. Не было ни капли сожаления, он был счастлив, что его мальчик лежал сейчас под ним в одной футболке, расслабленный и влажный; он был прекрасен.       — О гэгэ, разве это могло быть настолько хорошо? — тяжело дыша спросил Ибо. — Я представлял это сотни раз, но в реальности… это просто охуенно.       — Сотни раз, малыш? — переспросил Сяо Чжань.       — Это только сегодня.       — Бо-ди, сладкий, так тебе было хорошо?       — Не то слово. Ты такой умелый, гэгэ. Твои губы…       — Ммм?       Сяо Чжань с улыбкой подтянулся выше и поцеловал мальчика, медленно, глубоко, с языком. И когда он отстранился, Ибо выдохнул:       — Мы сделаем это снова? Мы сделаем это завтра?       — Если получится, Бо-ди. Это непросто.       — Я хочу сделать тебе минет. Мне не важно, где и как, я поймаю тебя в туалете или приду ночью, когда Цзян Фэн будет спать.       — Ну-ну, может, у нас получится уединиться без такого риска.       — Пообещай, что получится? — спросил Ибо, плохо скрывая волнение.       — Какой ты ребенок, Бо-ди, — с улыбкой проговорил Сяо Чжань, поглаживая взъерошенные белые волосы. — Иногда мне кажется, что ты мой младший брат.       — Ну и фантазии у тебя, гэгэ, — усмехнулся Ибо.       — Нет, нет, — рассмеялся Сяо Чжань. — Ты совсем вырос, только я никак не могу к этому привыкнуть.       — И я рад, что ты, наконец, заметил меня, гэгэ.       — Эй, — тихо возмутился Сяо Чжань. — Я и раньше тебя замечал! На Хайнане так вообще не могу перестать о тебе думать.       Ибо закрыл глаза и улыбнулся, за что получил нежный поцелуй.       — Давай-ка снимем с тебя футболку и вытрем живот? Я дам тебе что-то свое, — произнес Сяо Чжань и помог Ибо раздеться.       Он заботливо обтер подсыхающие следы их спермы, бросил футболку на пол. Затем вернул на место черные боксеры, нашел на полу шорты, натянул их. Ибо был почти одет, оставалась только футболка, но в скважине замка заскребся ключ — неожиданно вернулся Цзян Фэн.       — Бо-ди! — в панике зашептал Сяо Чжань. — Под одеяло!       Ибо одним быстрым движением накрылся с головой, а Сяо Чжань в одних трусах и футболке рванул к двери, но Цзян Фэн был быстрее. Он заглянул в комнату и остановился, не до конца охватив всю картину, однако понял, что он не вовремя.       — Чжань-ди?       — Цзян Фэн, братец, пять минут! Дай мне пять минут!       — Ладно-ладно, предупредил бы, — произнес Цзян Фэн, пятясь к двери. — Я к Го Чжану.       — Да, спасибо! Прости.       Он закрыл за другом дверь и выдохнул.       — Ибо, — позвал он мальчика. — Быстрее, пойдем.       — Он не видел?       — Вроде нет. Тут ничего не валялось, кроме футболки. Ах, футболка.       Сяо Чжань достал из шкафа похожую и протянул ее Ибо.       — Чуть не попались, — довольно усмехнулся тот, одевшись одним быстрым движением. — Не жалеешь?       — Каждый раз будешь спрашивать?       — Да.       — Не жалею, — улыбнулся Сяо Чжань, протянув руки для объятия, в которые Ибо тут же нырнул. — Но нам надо быть осторожнее.       — Будем осторожнее.       Они наскоро поцеловались и тихонько выглянули за дверь. В коридоре было пусто, поэтому Ибо быстро побежал в туалет, а Сяо Чжань, выдохнув, отправился в соседний номер, где устроился Го Чжан.