Прекрасное далеко...

      Я устало опустился в кресло в своем небольшом доме. Свет был только от ночника — не хотелось включать по полному. Мысли снова вернулись к концерту. К твоему появлению. Слишком далеко зашел? Ты что же, ревнуешь меня, Миш? Или считаешь, что я променяю тебя на похожего человека? Какого же ты обо мне мнения! Что ж, приходи ко мне… я ведь жду тебя. Поговорить, обсудить произошедшее. Ты ведь не в восторге, да и я не смог объясниться. Мне так больно, Миш, ты бы знал… Я ведь знаю…что он… не ты… и даже он сказал мне об этом… именно тогда, когда я прикоснулся губами к его шее… «Я — не Миша… Его нет, Андрей…»       Как мне хотелось тогда дать ему хорошенько в лоб, сказав, что ты есть! Вот, во втором ряду стоишь и сверлишь меня темным взглядом! Но кто бы мне поверил, если вижу тебя лишь я… итак пауза затянулась…       Ты исчез также внезапно, как и появился. Я ожидал, что ты появишься в гримерной, но тебя там не было… я ожидал тебя увидеть по дороге… и тоже нет. Наконец я прибыл домой, рассчитывая, что ты окажешься в кресле, в своем фирменном прикиде и начнешь читать мне нотацию, как глупо я поступил. Признаюсь, мне было бы очень приятно, если бы ты так сделал… мне было бы приятно любое внимание с твоей стороны. Сейчас же, мне оставалось лишь выдохнуть и перебрать все то, что я когда то создал: кукла… 3Д… а затем и живой человек. Везде ты. — Как же я скучаю… Миш… — снова прозвучал мой голос в пустоту. Нельзя было раскисать, но утверждение, оставшееся без ответов, вопросы, что появлялись в голове сами собой, не давали сосредоточиться. В итоге, я просто лег на кровать и уставился в потолок. Мерно тикали часы. И вот резкий порыв ветра всколыхнул занавески, я повернулся в их сторону и увидел фигуру. — Миш?       Мне не ответили, и ты вышел на свет, чтобы я мог тебя разглядеть. В этот раз, вопреки моим ожиданиям, ты изменил стилю, да и вообще. Сейчас ты был уже зрелым. С волосами до плеч, в зеленой рубашке… образец 2012 года. Взгляд не выражал ничего, был словно стеклянным, но проникал под кожу, заставляя меня съежиться, будто от холода. — Миш… я так рад тебя видеть. У меня столько вопросов! Ах… я так скучал…       Кажется на его губах появилась улыбка. Он подошел ко мне и забрался с ногами на мою постель. — Скажи хоть что нибудь…       Но моя просьба осталась без ответа, а Горшок резко уложил меня на лопатки и навис сверху. Я непроизвольно издал тихий стон. Он внимательно изучал меня взглядом, а потом подался ко мне, оставляя легкие и нежные поцелуи на моей шее, ключицах. Я содрогнулся под ним и закинул голову — настолько мне не хватало его прикосновений. Тело отреагировало моментально. Я взмок и потянул Мишу к себе ближе, зарылся пальцами в его волосы. — Прошу, только не останавливайся… — умолял я его, прикрывая глаза и трепетнее сжимая, столь любимые плечи, вдыхал терпкий запах его тела, уносился в своих грезах куда то далеко далеко. Моя просьба была удовлетворена, и вот я почувствовал легкий толчок. Внутри все зажгло от этого прикосновения, по телу разлилось тепло, я выдохнул и потянулся губами к такому родному источнику тепла. Его движения стали чуть грубыми, я понял, что мое тело периодически отрывается от простыней и впечатывается в тело Горшенева. Я обнял его за шею и открыл глаза, стараясь запечатлеть его выражение лица, какие то мелкие детали, взгляд. Волосы моего любимого закрывали мне обзор, и я потянулся, чтобы убрать прядь с его глаз. Тогда я смог наблюдать и встретился с внимательными карими глазами. — Я люблю тебя… — прошептал я. Миша мне не ответил, лишь продолжил двигаться. Я стал чувствовать какую то пугающую для себя атмосферу. Что то было не так, и я чувствовал это. — Миш, скажи что нибудь, — попросил я снова. — Что угодно…       Он опять не ответил, лишь поцеловал меня в губы, вышел, перевернулся на спину, приглашая теперь меня повластвовать над ним. Я тут же перевернулся и вошел в него, издав тихий стон от кайфа. Горшок прикрыл глаза и взглотнул. Движения не позволили мне услышать хоть один его стон. Миша был похож на куклу… ах… я во всем виноват. Я ведь… сделал его куклу… и сейчас она передо мной. — Горшенев! Ты ведь живой, да? Ты не кукла! Нет?! Миша открыл глаза и улыбнулся. Взял меня за руку, как бы показывая, что да, он живой. — Господи, а я уже почти поверил… покажется же такое… Я водил руками по его телу, изучал поцелуями каждую клеточку тела, запоминал, будто бы открывал его для себя заново. Что то такое, что я раньше не замечал или уже успел забыть. Я окончательно поверил в то, что все, что сейчас происходит — реальность… остальное было лишь страшным сном.       Мы закончили глубокой ночью… Я лежал и гладил своего Мишку по волосам, любуясь на него. Он повернул голову, обратив на меня внимание. — Любишь меня… все еще. — Хрипло произнес он. — Миш… конечно люблю… больше жизни… — с уверенностью произнес я. — А почему ты спрашиваешь? Миша немного задумался, а потом на выдохе произнес: — Оденься в свой любимый концертный костюм… — Что? Прямо сейчас? — удивленно моргнул я и приподнялся на локте. — Да, прямо сейчас… хочу посмотреть на тебя в нем… — Ну ладно… — Я встал и надел свои любимые черные джинсы с нашивками, футболку красную, с черным орнаментом и жилетку, тоже черно-красную. — Как-то так? — Я предстал перед Горшком в своем концертном прикиде. — Повертись. — Он сделал движение кистью. Я выполнил просьбу. — Тебе очень идет… Ты все-таки такой… идеальный… — Брось… — я смутился. — Серьезно… у такого красавчика, как ты, наверняка имеется девушка… или парень, да? Я улыбнулся. — Разумеется, Миш. Не менее симпатичный, более харизматичный и просто… балдежный парень нежели я… — Надеюсь ты будешь счастлив с ним. — Я счастлив с ним. — Я смотрю на Мишку с улыбкой, начиная снимать свой костюм. — Не будешь скучать по мне? — снова задал он вопрос. Я остановился и внимательно глянул на него. — Я сочту этот вопрос за плохую шутку… Мих… Ты ведь рядом…со мной… мой парень… как я могу скучать, по тому, кто рядом? — Ты так… ничего и не понял, Андрюш? — Не понял чего? — страх охватил мое сердце, ноги стали ватными, а воздух покинул легкие. Я стал задыхаться. Мне показалось, что следующее, что скажет Горшок — порушит все. — Ты забыл… что я… лишь образ… меня ведь нет… уже столько лет… а ты все никак не можешь меня отпустить… Горло сковал невидимый замок, стянуло шнуром. — Нет… ты ведь… вот… здесь… — в голову с болью врезались воспоминания: Его смерть… панихида… мои творения… видео… актер… нет… быть этого не может! — Миша… но я ведь… вижу тебя… я говорю… — Больше я так не смогу к тебе приходить… и окончательно останусь лишь воспоминанием и горячей частицей в твоем сердце… — Нет… не может быть… Миша! — По моим щекам потекли слезы, я всхлипнул. — Я хочу, чтобы ты знал… я очень сильно люблю тебя… проведи свою жизнь интересно… — Миша! Нет! Не уходи! Ты не…не можешь меня бросить! — закричал я, заливаясь слезами. Я впал в истерику и бросился перед кроватью на колени, прямо перед Горшком. — Я люблю тебя!!! — Моя любовь всегда с тобой… Прощай… Я поднял взгляд и увидел что… Миша… исчез. Мой крик разрезал стены комнаты. Я проснулся в пустой постели.

Я запомню сон, где мы вдвоём…