Truth is not trith

      Проснулся Торфинн уже один. Он выключил будильник и потянулся. Похоже, что Кнуд решил спуститься раньше, даже не разбудив друга. Парень сел в кровати и посмотрел на то место, где спал Кнуд. В последнее время Торфинну казалось, что он перестал понимать его. Да, он понимал все переживания по поводу Свена и семейного бизнеса, но будто бы было что-то еще. То, о чем Кнуд не может рассказать даже своему лучшему другу. С одной стороны это обижало, но с другой - Торфинн понимал, что каждого есть свои секреты, о которых никто не должен знать.       На кухне Торфинна ждал уже готовый завтрак и собранный на учебу Кнуд, который спокойно беседовал с Арторием за столом. Кажется, что Бьерн уехал пораньше, но Торфинн знал, что они с ним сегодня еще встретятся.       Каст помешивал свой кофе в чашке:       - ...против. Можешь пожить здесь какое-то время. Если хочешь, то я могу сам поговорить со Свеном.       - Н-не стоит. Я не хочу приносить вам неудобства.       Торфинн зашел в кухню, прерывая разговор. Он стянул из тарелки отца кусочек порезанного яблока и направился заваривать кофе:       - Вот и я о том же. Но, - он посмотрел на дуга, - в следующий раз разбуди меня.       - И где твои манеры? - Арторий вздохнул. - Ни доброго утра, ни...       - Всем доброго утра. Что на завтрак?       Торфинн повернулся к остальным с чашкой кофе в руке. Он с улыбкой смотрел на отца, который уже поднялся, чтобы что-то приготовить.       - Вчерашняя пицца пойдет?       - Ага. - Торфинн присел рядом с Кнудом. - Так тебя отвезти за вещами? Я так понимаю, что теперь ты какое-то время задержишься у нас?       Тот кивнул не глядя на собеседника. Он смотрел на свою пустую тарелку с крошками:       - Мне неудобно, правда. Но еще раз спасибо за гостеприимство. И если тебя не затруднит, то я бы хотел съездить после пар.       - Без проблем. Кстати, пап, давай съездим к Бьерну вместе.       Арторий резко поставил тарелку на столешницу. Громкий звук заставил обоих парней повернуться в его сторону. Мужчина устало потер глаза и ответил:       - Да. Да, конечно. Поможешь Кнуду с вещами и проедимся.       В комнате повисла тишина. Торфинн понял, что зря он напомнил отцу о вчерашнем инциденте с утра пораньше. Ему наверняка неприятно, что его сын думает о своей возможной родне даже за завтраком. Заметив это напряжение, Кнуд тихо поднялся и, кивнув Торфинну, направился на второй этаж. И когда друг скрылся с поля зрения, Торфинн обратился к родителю:       - Пап, я просто хочу разобраться в этой истории поскорее и забыть ее как страшный сон. - Он подошел к отцу и взял его за руку. - Прости, если тебе неприятно. И я хочу, чтобы ты знал, что мне никто кроме тебя не нужен. Правда.       Тот посмотрел на сына и вздохнул. Он обнял Торфинна:       - Не могу избавиться от плохого предчувствия. Меня напрягает, что этот человек появился так внезапно. Сообщи мне, если он захочет снова связаться с тобой, ладно? Я не сомневаюсь в тебе, просто не хочу, чтобы у тебя возникли какие-то проблемы.       Торфинну было трудно понять переживания родителя. Он и подумать не мог, что Артория настолько сильно заденет история с непонятным дядей. Но парень не на секунду не сомневался в том, что он скорее разобьет лицо этом Лейфу, чем отвернулся от своего отца.       - Он был зол, - заметил Кнуд, когда они только сели в машину.       Торфинн завел автомобиль и устроил руки на руле. Он всегда ждал пару минут, пока машине прогреется, прежде, чем ехать. Парень покосился на отцовский автомобиль, который был припаркован рядом. Торфинн точно знал, что сегодня отцу никуда не нужно и тот проведет дома целый день. И Торфинн все еще винил себя за то, что начал утром тот разговор.       - Не нужно было ему говорить, - произнес водитель и включил заднюю передачу. - Зря я тебя послушал.       Кнуд открыл рот, чтобы что-то ответить на это, но сразу же закрыл его и отвернулся к окну. Парень прекрасно знал, что когда Торфинн злится, то может ляпнуть лишнего не подумав. А провоцировать ссору с самого утра совсем не хотелось. Да и вообще - пререкаться с Торфинном было себе дороже. Поэтому почти каждый раз, когда они начинали ссориться из-за какой-то ерунды, Кнуд сдавался первым. Он просто умолкал и отворачивался от друга.       Но Торфинн не считал, что сказал лишнего. Он резко сдал назад и выехал на проезжую часть, резко вывернув руль и вжимая в пол педаль тормоза. Кнуду пришлось придержаться за ручку, чтобы не влететь в лобовое. Он покосился на Торфинна, но снова промолчал.       Они провели в тишине всю дорогу. И уже подъезжая к университету, Торфинн сбавил скорость, заметив впереди аварию. Из-за столкновения двух автомобилей почти по центру дороги возникла небольшая пробка. Мужчина в форменной одежде полицейского и с полосатым жезлом в руке подавал знаки, как кому ехать. На обочине дороги стояла скорая и машина полиции. Торфинн притормозил, пропуская машины по встречной полосе и повернулся в сторону столкнувшихся автомобилей, оценивая произошедшее. Выглядело не очень хорошо, наверняка были пострадавшие. Парень прибавил скорости, когда регулировщик подал соответствующий сигнал.       - Обалдеть. Нехило они так, - заговорил Кнуд, чтобы хоть как-то разбавить напряженную атмосферу.       - Купят права, придурки, а потом такое, - отрезал Торфинн не желая продолжать эту тему.       Кнуд снова отвернулся к окну и прикусил губу. Они добрались до парковки университета за три минуты. У Кнуда было время следить за временем, чтобы хоть как-то отвлекаться от удручающих мыслей. Вроде бы только утром Арторий улыбался и говорил о том, что не против если парень поживет у них, говорил, что Торфинну будет веселее. А на деле - Кнуд видел, как Торфинну весело. Злится и молчит всю дорогу из-за того, что сам же и ляпнул лишнего утром, только вот обвинил во всем Кнуда.       Прежде, чем выйти из машины, Кнуд повернулся к Торфинну:       - Прости. Наверное, я просто не знаю, как это - доверять все своему отцу. - Он открыл дверь. - Увидимся на паре. Спасибо, что довез.       Торфинн и ответить ничего не успел. Дверь закрылась с мягким хлопком, и парню оставалось только наблюдать, как Кнуд поспешил уйти с парковки, игнорируя начинающийся снегопад.       - Блять! Ну просто супер, - парень ударил ладонью по рулю.       Правда, он сам понимал, что машина тут не при чем. Да и Кнуд вовсе не виноват. Вся проблема в неком Лейфе, который своим единственным появлением испортил отношения с другом и даже отцом. Но Торфинн был нацелен узнать, кто это вообще такой, чтобы совершенно точно можно было избегать его.       Кнуд достал из рюкзака чистую тетрадку, которую пришлось купить в канцелярии на первом этаже университета. Вчера он не подумал, что стоило бы взять с собой из дома больше предметных тетрадей, так как не рассчитывал просится к Торфинну изначально. Да и сейчас не был уверен, стоит ли ехать к другу домой сегодня, ведь после этой утренней ссоры не особо хотелось разговаривать с ним.       Но Торфинн был другого мнения. Он опустился на свое привычное рядом с Кнудом, махнул рукой паре одногруппников, которые с ним поздоровались, и обратился к другу.       - Извини меня. Ты ни в чем не виноват. Я не должен был так говорить.       Кнуд вздохнул, открыл свою тетрадь и уставился на доску, на которой преподаватель уже записывал тему сегодняшней лекции. Он написал на полях тетради и повернул лист к Торфинну. "Все нормально". Тот усмехнулся и дорисовал рядом улыбающуюся кошачью мордочку.       На сбор вещей Кнуду потребовалось меньше получаса. Судя по тому, что у двора стояла только машина Торфинна, Свена и близко не было. И это была основная из причин, по которой Кнуд торопился со сборами. Он хоть и уведомил отца, что не желает какое-то время находиться дома, но лишний раз пересекаться с родителем не собирался. Да и это был далеко не первый раз, когда парень вот так сбегал из дома. Только обычно он был у дяди или у брата, которые сейчас даже в стране не находились. Хотя, Харальд, старший брат Кнуда, и говорил, что тот всегда может быть у него, когда ему это потребуется. Но сидеть одному в чужой квартире совершенно не хотелось.       Дорожная сумка отправилась в багажник, а рюкзак - на заднее сидение. Кнуд уселся вперед и захлопнул дверь:       - Все.       Торфинн выехал на дорогу, когда поинтересовался, поедет ли Кнуд с ним и Арторием на работу крестного, но тот сказал, что не хочет мешать лишний раз. Тем более, что скоро новогодние праздники и сессия, к которой нужно подготовиться, потому что первокурсникам никто поблажек особо делать не будет.       К приезду сына Арторий уже приготовил обед и собрался, чтобы ехать. Однако звонок Бьерна совершенно точно не вписывался в его планы. Учитывая, что он и так должен был ждать приезда гостей, звонить просто так он не стал бы. Каст надеялся на то, что у того просто поменялись планы, когда отвечал на вызов, сидя на диване перед ноутбуком.       - Короче, можете даже не напрягаться и не ехать сюда. Я пробил по поводу того мужика, о котором говорил Торфинн. Лейфов в принципе не так много. И если он жив и ему не пятнадцать, то дела плохи. Лейф Эрикссон. Знакомое имя?       Арторий сразу же нахмурился. Этого он и боялся, не даром это имя его изначально напрягло.       - Не говори ничего Торфинну, - произнес Арторий и отставил ноутбук в сторону. - Я скажу, что ты занят и приехать не получится. Будем надеяться, что этот тип больше не появится. И, - он вздохнул, - в любом случае - вряд ли получится что-то противопоставить такому человеку. Но может, у тебя получится выяснить, что за терки у "Northen lights" и компании Свена? Кнуд говорил, что там начались какие-то проблемы с бумагами. Дай знать, если это дело все же коснется суда.       - Добро. - Бьерн немного помолчал, но потом все же спросил. - Уверен, что не стоит сказать ему? Торфинн же... Ты боишься, что он откажется от тебя? Серьезно?       - Бьерн, тебе ли не знать, что Торфинн - это все, что у меня есть. И лучше перестраховаться, чем рисковать. Тем более - с кем-то вроде Эрикссона.       - Как скажешь.       Конечно, Торфинн не был в восторге от новости, что у крестного появились дела. Но понимал, что тот - человек занятой и то, что Бьерн согласился заняться этой работой дистанционно - уже хорошо. Парень скинул крестному описание Лейфа, попросил его заезжать почаще, а Бьерн, в свою очередь, ответил, что обязательно заскочит к ним в новогоднюю ночь.       И в дальнейшем вечер проходил достаточно спокойно. Арторий после обеда занялся работой. Торфинн более не упоминал своего "родного дядю" и отправился брать реванш у Кнуда за свои вчерашние поражение в игре. А сам гость старался не думать о ссоре с отцом и во всю пытался сконцентрироваться на развлечении. Пока его не отвлек телефонный звонок.       - Да блин!       Парень отложил джойстик и потянулся к своему телефону. Это был Рагнар. Кнуду совсем не понравился этот звонок, ведь если учесть разницу между часовыми поясами между нахождением его и дяди, у Рагнара сейчас было четыре утра.       - Да, привет. Что? Мм... Сейчас. - Кнуд обратился к Торфинну. - Можешь включить новости?       Тот пожал плечами, выключил приставку и щелкнул на новостной канал. От увиденного на экране Кнуд выронил телефон, игнорируя слова своего дяди.       -... скандал. Свен Северсон обвиняется в подделке документов и присвоении себе активов "Northen lights", с которыми ранее у бизнесмена возникли бумажные тяготы. Северсон задержан до суда, а все его имущество арестовано. "Northen lights" пока не дает никаких комментариев. Глава "Northen lights", мистер Лейф Эрикссон заверил, что...       Тут удивляться пришла очередь Торфинна. Ведь на экране мелькнуло лицо того самого мужчины, который представился его дядей вчера. Но сейчас было не до этого. Парень повернулся к Кнуду, который был готов заплакать от увиденного. Но сказать Торфинн ничего не успел, его друг схватил с пола телефон и вышел из комнаты, продолжая разговор с Рагнаром.       - Да что за?..       Торфинн резко поднялся и направился к Арторию, который все так же сидел за работой в своем подобии кабинета рядом с комнатой парня. Он резко распахнул дверь и подошел к столу.       - Торф...       - Этот Лейф, оказывается, глава "Northen lights", компании, о которой говорил Кнуд вчера. Свен задержан по подозрению в подделке документов, в новостях сказали, что он пробудет в камере до суда. Пап, происходит какой-то пиздец. Нужно позвонить дяде Бьерну и как-то помочь Кнуду и Свену. Я не понимаю. Почему он появился? Что вообще происходит? Почему я вообще чувствую себя виноватым в случившемся?       Арторий поднялся из-за стола и подошел к сыну. Он обнял Торфинна в попытке успокоить:       - Так, малыш, тише. Ты ни в чем не виноват. Что там с Кнудом? Тише, успокойся, мы все решим, - он поглаживал парня по волосам, обнимая за плечи. - Давай сначала поговорим с твоим другом, а потом свяжемся с Бьерном и узнаем все подробности.       - Он сейчас обсуждает случившееся с Рагнаром. - Уже спокойнее произнес Торфинн. - Пап, все правда будет хорошо?       - Ну конечно.       Парень вздохнул и поверил.       Хотелось бы и Арторию в это верить.       И пока Кнуд рассказывало случившемся Арторию, параллельно выслушивая еще и Рагнара, Торфинн уселся перед включенным телевизором в своей комнате прямо на пол. Картинка на экране менялась, но парню до этого не было дела. Ему казалось, что он снова начинает видеть какой-то страшный сон, в котором его спокойная мирная жизнь потихоньку начинает рушиться.       Парень взял в руки телефон и открыл поиск. Он нашел интересующего его человека, введя его имя в строку поиска. Оказывается, в интернете хватало информации о Лейфе Эрикссоне и о его влиятельной компании. И дураку становилось понятно, что против такого не попрешь. Ну кто бы мог подумать, что личность новоявленного дяди раскроется так просто и настолько громко.       На панели уведомлений высветилось оповещение о сообщении от заблокированного контакта. Торфинн напрягся, когда открыл его. Очевидно, что это мог быть только Лейф, заблокированный номер которого Торфинн подписал еще в тот день, когда произошла их внезапная встреча. Текст сообщения был прост и его невозможно было проигнорировать, не после всего произошедшего. "Нам нужно поговорить. Я могу тебе все объяснить". И на самом деле было интересно, как это Лейф собирается объяснять то, что он подставил Свена, причем настолько, что об этом в чертовых вечерних новостях говорили. Торфинн поджал губы и задумался. Из соседней комнаты доносились тихие голоса, и похоже, что Кнуд все же плакал. "Черт", - парень нахмурился и застучал пальцами по экрану.

***

      Впервые за долгие годы Торфинн не хотел, чтобы следующий день наступал. В последний раз такое чувство он испытывал в приюте, когда ему заранее говорили о знакомстве с новыми вероятными родителями для него. Тогда мальчик настолько боялся очередного провального свидания с потенциальной семьей, что чуть ли не молился о том, чтобы завтра никогда не наступало. Но оно всегда наступало.       После того, как Арторий забрал его из детского дома, Торфинн забыл, что такое сомнение или неуверенность в завтрашнем дне. Но сейчас это чувство снова настигло его, и кто бы мог подумать, из-за встречи со своим вероятным родственником, который свалился как снег на голову.       Спустившись на кухню, Торфинн всеми фибрами души почувствовал подавленное настроение. Судя по Кнуду, особенно по его синякам под глазами, тот не спал всю ночь. Арторий готовил завтрак и упорно хранил молчание. Наверное, этой ночью хоть как-то удалось уснуть только Торфинну.       Он присел рядом с другом и коснулся его руки:       - Эй. Все будет хорошо. Ты не один.       Однако тот лишь покачал головой. Торфинна даже совесть заела за то, что он не стал подходить с поддержкой к другу ночью. Кнуд говорил тихо и немного хрипло:       - Без вариантов. Каким бы хорошим адвокатом не был Арторий, это чертовы "Northen lights". Это невозможно.       - Добиться свидания вам у меня получится, - отозвался Каст. - Бьерн тоже подключится, чтобы смотрители не следили за временем. Попробуем хоть что-то придумать. Главное - выбить больше времени для начала. Сейчас лучше всего оттягивать заседание.       После этих слов Кнуд закрыл лицо руками и снова заплакал. Конечно, он никогда не отличался стойким характером и в детстве часто мог расплакаться из-за какой-то ерунды, вроде оскорбления или сломанной игрушки. Но Торфинн никогда не видел, чтобы его друг был в таком отчаянии и в настолько подавленном состоянии. Ведь Кнуд несколько лет учился держать лицо и не показывать слабину лишний раз, как раз таки из-за детских поддразниваний одногодок в младшей школе.       "Да как тут не плакать? - Думал Торфинн. - У него, блять, отца посадить могут по уголовке. Причем, я уверен, что Свен к этому всему не причастен". Он обнял Кнуда, позволив тому лить слезы в свой халат.       - Пап, а?..       Но Арторий не дал сыну задать вопрос. Он поставил перед парнями две тарелки с завтраком, а уже потом посмотрел на сына:       - Торфинн, я понимаю твое рвение помочь, но лучше не вмешиваться. Я хочу, чтобы вы оба просто держались в стороне и делали то, что вам говорят. Без самоуправства. - А потом его взгляд смягчился. - Малыш, сейчас лучшая помощь для Кнуда с твоей стороны - это утешение.       Это и так было понятно, судя по дрожащим плечам сына Свена.       Когда Арторий и Кнуд отправились к Бьерну, Торфинн сказал, что замолвит пару слов за Кнуда в университете, хотя и так было понятно, что такая новость явно - самое обсуждаемое в стенах вуза сегодня. И когда парень сидел в салоне своей машины и наблюдал за отъезжающим автомобилем отца, то его начала съедать совесть за свою ложь. Он никогда не лгал Арторию, даже по каким-то пустякам. Мог немного перекрутить в шутку, но всегда говорил правду. А сегодня, получается, впервые в жизни солгал, даже не смотря на слова родителя, что вмешиваться в это дело может быть чревато. Но пути назад уже не было.       Выбор места для встречи был очевиден. Это должно было что-то на отшибе города и точно там, где никто не подумает о том, что глава чертовой компании решил с племянником своим перекусить. И Торфинн знал парочку таких мест на окраине. Приличными эти заведения точно не назовешь, но тут точно никто личностью твоей интересоваться не будет.       Паб "Boots" представлял собой подвальное помещение, где обычно во время чемпионатов собирались поклонники футбола. Но в обычно время - это было просто заведение, где никто никогда не поинтересуется твоим возрастом и непременно нальет. Сам Торфинн об этом заведении узнал в день своего выпускного, куда счастливые молодые люди направились продолжать вечер.       Утром здесь почти никого не было. Торфинн выбрал столик в дальнем углу и заказал себе просто чай. Официантка странно на него посмотрела, а потом пожала плечами и ушла.       Внутри паба ничего не изменилось - все те же бардовые стены, три больших телевизора, несколько деревянных столиков, потрепанных жизнью и футбольными фанатами и всегда до блеска наполированная барная стойка. Возможно, можно было бы выбрать другое место, но эта непринужденная атмосфера заведения даже расслабляла.       Лейф появился точно в оговоренное время. Он прикрыл за собой дверь и лучезарно улыбнулся Торфинну, который уже сидел с чашкой чая в руках. Парень сразу же напрягся и отставил напиток. Он наблюдал, как мужчина быстрыми шагами сокращает расстояние между ними. По всей видимости, Лейф был искренне рад их встрече, даже дернул руками в попытке обнять Торфинна, но парень резко отпрянул в сторону.       - Так, давайте только без этого.       Мужчина немного смутился и присел напротив юноши. Он подозвал официантку и заказал два бокала пива, не прекращая улыбаться.       - Я безмерно рад, что ты ответил мне. Я понимаю, что вчерашние новости могли шокировать тебя. Но все не так, как кажется. Знаешь, - он замолчал, когда официантка поставила на стол два бокала светлого пива, кинув на Торфинна очередной странный взгляд. Но как только девушка удалилась, Лейф подвинул один бокал к Торфинну, который проигнорировал это, смотря прямо в глаза мужчине. - Я приехал сюда, чтобы почтить память твоих родителей. Ну, и заняться работой филиала компании в этом городе. И во время аудита обнаружил, что некоторые цифры не совпадают, а подписи явно поддельны. Мне пришлось уволить аналитика и юриста за такое. Но самое неожиданное - это то, что наши постоянные клиенты решили сделать такое. Я и так пребывал в расстроенных чувствах, а это, - он тяжело вздохнул. - Пойми, бизнес - есть бизнес. Возможно, я был несколько резок, но не могу сказать, что сожалею. И, - он снова улыбнулся, - если бы не это, то ты бы, наверное, снова продолжал меня игнорировать.       Парень вскинул брови и с удивлением уставился на Лейфа:       - Вы хотите посадить отца моего друга для того, чтобы я обратил на вас внимание? - Торфинн нахмурился. - Не кажется ли вам, что это крайние меры?       Но мужчина лишь рассмеялся и отпил из бокала:       - О, неплохо, - он отставил свое пиво. - Я не собираюсь никого сажать. Я лишь хочу, чтобы человек, совершивший преступление, отвечал по закону. Твой отец, Торс, был очень справедливым человеком.       - Моего отца...       - Твой родной отец, - быстро исправился Лейф и принялся крутить в руках свой бокал. - Мы с ним были знакомы несколько десятков лет. Он был очень влиятельным и великодушным человеком. Занимался благотворительностью, а твоя мать всегда его в этом поддерживала. - Он замолчал и прикрыл глаза, шмыгнув носом. - Прости. Я... Торфинн, дорогой, ты можешь спросить меня о чем угодно. Я многое знаю о твоей семье. О твоих родных и близких. Знаешь, до недавнего времени я думал, что ты... Прости. Дай мне минутку.       Торфинн ошарашенно наблюдал за тем, как мужчина пытается унять слезы. Неожиданно вместо отвращения Лейф начал вызывать сочувствие. "Кажется, что он, - парень нахмурился, - не врет. Сидит тут и почти рыдает. И похоже, что он не знал о моем существовании до недавнего времени". И именно это показалось Торфинну странным. Если Лейф такой влиятельный человек, то по какой причине, он так долго не мог найти своего племянника?       - Так, - начал Торфинн, и Лейф сразу же обратил все свое внимание к парню. - Вы тринадцать лет не знали о моем существовании? Это так?       - Прости. Я думал, что ты погиб четырнадцать лет назад. Но недавно мне открылись некоторые факты и я принялся искать тебя.       Парень приподнял бровь:       - Факты?       Мужчина закивал и сделал два жадных глотка из бокала:       - Для начала, - он отставил посуду в сторону, - давай перейдем на "ты". И да, факты. Во время своего приезда я снова пересматривал старые статьи о пожаре в торговом центре, который принадлежал компании Торса. Это большая боль для меня. Тогда был очень много пострадавших и погибших. И если ранее я скорбел по погибшим, изучал пострадавших, то в этот раз мне в руки попали некоторые бумаги. Это были старые записи фельдшеров скорой помощи. Извини, - Лейф снова потянулся к бокалу. - Я просто...       Торфинн лишь махнул рукой, наблюдая за мужчиной. Не похоже, что такие переживания можно отыграть. Парень сделал вывод, что Лейф честен с ним, раз так сильно нервничает.       Мужчина продолжил свой сбивчивый рассказ:       - Не пойми меня неправильно, я долгие годы жил с надеждой, что хоть кто-то из семьи моего дорогого кузена жив. И вот, когда я в очередной раз вернулся к своим поискам, то обнаружил записи фельдшера о мальчике, пострадавшем во время того ужасного пожара. Я не понимал, как я мог упустить такое. Но оказывается, что эти записи просто затерялись в архиве полиции и никто их не поднимал долгие годы. И судя по описанию, - он запнулся и всхлипнул, - это был ты. Я узнал детский дом, в который тебя определили, а потом и о том, кто тебя усыновил. И я...       - В больнице полиция опрашивала меня, чтобы иметь возможность найти родственников. Они...       Торфинн замолчал, когда Лейф начал качать головой:       - Всего лишь сказка, чтобы оправдать человеческое равнодушие. У тебя амнезия. Они просто сложили бумаги в архив и закрыли это дело. Ведь было куда больше детей, которые помнили и знали свою родню. А твоя семья... Тебя считали погибшим, и поэтому все опустили руки. Но я питал надежду, что есть шанс... Черт, я такой сентиментальный. Прости меня. Однако, - он стал немного серьезнее, - когда я узнал о том, что тебя усыновил одинокий мужчина, то это вызвало у меня подозрения. Не могли так просто отдать ребенка в семью из одного человека. Я копнул немного глубже и узнал причины, по которым твой приемный отец так просто обзавелся ребенком. Он смог надавить на директора твоего приюта с юридической стороны, и у него как раз есть хороший друг в полиции. Я сложил два и два, и сделал вывод, что он сделал это ради денег.       Вот тут Торфинн окончательно растерялся:       - Денег? Да я за всю жизнь ни разу о таком не слышал. Это какой-то бред.       Парень резко поднялся. Но Лейф поспешил остановить его:       - Погоди. Ну подумай сам. Ты же уже взрослый мальчик, Торфинн. Не горячись.       - Ты снова пытаешься...       - Ну а зачем взрослому одинокому мужчине понадобился ребенок с амнезией из приюта? - После этих слов Торфинн присел обратно. - Дело в том, что Торс изначально составил завещание. Все доставалось его детям. А поскольку ты последний наследник семьи Карлсефни, все активы компании Торса достаются тебе. Ты же должен понимать, как это работает. Ты же учишься на юридическом. До твоего совершеннолетия никто не в праве распоряжаться твоим наследством. Но подумай о том, что он, как твой официальный опекун, может претендовать на его часть, когда ты вступишь в права. Пойми, я пришел не поливать Артория каста грязью, я всего лишь хочу защитить тебя и открыть тебе глаза на этого человека. Все сходится. Есть и полицейский при высокой должности рядом, и его возможности адвоката, его образование, которое позволяет вносить нужные коррективы в любые документы. И возможно, что он сделал это, когда забирал тебя из приюта.       Торфинн уже был готов возразить, когда перед глазами мелькнуло внезапное воспоминание. Прежде, чем забрать Торфинна домой, Арторий протянул директору приюта какие-то бумаги, сказав, что вносил туда свои исправления. Но парень поспешил отбросить эти мысли. Лейф - просто неизвестный мужик, который свалился как снег на голову. А Арторий тринадцать с лишним лет был для Торфинна отцом и всегда поддерживал. Но почему же весь этот рассказ Лейфа так сильно похож на правду?       Мужчина видел, что парень в растерянности. Он подтолкнул второй, полный, бокал в сторону Торфинна, но тот лишь хмуро покосился на него. А потом резко перевел взгляд на Лейфа:       - Говоришь складно, но не думаю, что могу тебе верить.       - Ох, я и не ждал, что ты так просто поверишь мне. Торфинн, если я могу рассчитывать на то, что, - он горько улыбнулся, - ты позволишь хотя бы иногда узнавать, как у тебя дела, то я уже буду счастлив. Правда. Уверен, я не тот, кто должен был говорить тебе подобные вещи. Но если я могу предупредить своего дорогого племянника об опасности, то я буду рад это сделать. Прости, что мой путь к тебе занял столько времени. И если я могу что-то сделать для тебя - прошу, только скажи.       Торфинн продолжал хмуро смотреть на мужчину. Он решил, что это отличный шанс высказать основную причину, по которой он вообще затеял эту встречу:       - Отстань от Свена. Заяви, что твоя компания не имеет претензий, и весь этот скандал - просто ошибка.       Лейф опешил. Он посмотрел на бокал парня, а потом заглянул в его карие глаза:       - Но это... Если для тебя это так важно, то я непременно так и сделаю. Ты же хочешь помочь своему другу. Жаль, что... Прости, да, конечно, я это сделаю. Если для тебя справедливость выглядит именно так, то уже сегодня отец твоего друга будет свободен. Обещаю тебе.       - Посмотрим. - Торфинн поднялся. - Если хочешь - пей, - он кивнул на бокал. - Я не пью.       - Торс тоже презирал алкоголь, - тепло улыбнулся Лейф. - Ох, если тебе нужно идти, я не стану тебя задерживать. Если понадобиться помощь, то ты знаешь моей номер. И я оплачу счет.       - Не...       - Торфинн, я не собираюсь давить на тебя. Я и мечтать не мог, что ты жив и я смогу вот так поговорить с тобой. Спасибо, что пришел, правда. Пусть даже ты это сделал и не ради меня.       Последние слова Лейфа немного задели парня и заставили почувствовать себя немного мерзким. Похоже, что Лейф Эрикссон не плохой человек. Он очень даже милый и добродушный мужчина, который ради эгоистичных интересов своего племянника готов рискнуть делами своей компании.       Вечер оказался куда более радостным, нежели утро. Кнуд влетел в комнату Торфинна с улыбкой на губах и заявил о том, что "Northen lights" сняли все обвинения со Свена и даже извинились, назвав случившееся ошибкой, за которую соответствующие сотрудники уже уволены.       - Поверить не могу, - Кнуд сел на кровать и облегченно вздохнул. - Арторий и я готовились к худшему, а оказалось, что это даже не вина отца. И самое главное, что "Northen lights" сами это признали.       Торфинн сначала немного удивился, а потом расплылся в улыбке.       - Хорошо все, что хорошо заканчивается.       - Да, я, - Кнуд резко поднялся. - Я поеду домой. Дядя и брат уже приехали, а твой крестный помог отцу добраться до дома. Арторий пообещал отвезти меня. Так что...       - Семейный ужин? - Торфинн с ухмылкой посмотрел на друга.       Тот радостно закивал:       - Да, именно. Прости, что побеспокоил. Я не думал, что все так просто закончится. Ну я... Я пойду.       Торфинн кивнул и поднялся с пола, где он развалился на подушках, читая статьи в телефоне. Кнуд не сдержался и обнял друга. Но потом резко отстранился и отвел взгляд:       - Прости. Я просто так счастлив...       - Да ничего. Я понимаю. Тебя провести?

***

      Все то время, что Торфинн провел дома, он изучал историю семьи Карлсефни. И чем больше он читал, тем больше убеждался в том, что слова Лейфа могут оказаться истиной. Сейчас парень испытывал противоречивые чувства. Он верил обоим - и Арторию, и Лейфу. Эрикссон сдержал свое слово и отозвал все обвинения своей компании против Свена. И натолкнул Торфинна на мысль о том, что он никогда не интересовался у своего отца о причинах, почему он решил взять из приюта именно его. Как и сказал Лейф, одинокому мужчине ни к чему обзаводиться ребенком. Да и если подумать, то Торфинн ни разу не замечал за Арторием, чтобы тот водил женщин или мужчин, или вообще - хоть как-то реализовывал свою личную жизнь, помимо заботы о Торфинне. И сейчас это казалось очень странным.       Прочитав массу материала, Торфинн сделал вывод, что денег у его родной семьи было больше, чем достаточно. Много денег, много влияния, масса возможностей. И если это все взаправду принадлежит Торфинну, то жизнь парня явно удалась. Только вот его напрягали слова о том, что именно это и стало причиной того, что у Торфинна внезапно появился очень любящий и понимающий родитель. Стало мерзко.       И чтобы не сидеть и не накручивать себя еще больше, он решил напрямую спросить у Артория причину усыновления.       Домой мужчина вернулся крайне задумчивый и немного растерянный. Он устроился на диване даже не переодевшись с бокалом вина в руке. Торфинн знал, что Арторий всегда так делает, когда у него был очень тяжелый день или когда ему очень хочется расслабиться и ни о чем не думать. Кажется, что сейчас подходили оба варианта. Но никакая усталость другого человека не остановит Торфинна сейчас.       Он присел рядом с отцом, но при этом держась на расстоянии вытянутой руки. Хотя раньше постоянно чуть ли не на родителя садился, устраивая голову на плече или на коленях. И Арторий это знал. Поэтому он отставил бокал, вопросительно глядя на сына:       - Торфинн, все хорошо? Твой друг очень рад, он тебе рассказал?       Парень кивнул:       - Да, он был очень счастлив. Неожиданно получилось.       - Неожиданно - не то слово, - вздохнул Арторий и снова взял в руку бокал. - Но меня беспокоит тот факт, что глава "Northen lights" лично отозвал свой иск. Как-то это...       - Почему ты усыновил меня? - Торфинн повернулся к мужчине. Его взгляд был полон ожидания.       Эта тема сразу же напрягла Арторий. Он немного склонил голову на бок:       - Я же тебе говорил, еще когда мы впервые встретились, что хотел бы...       - Да-да, я помню. Мне интересна настоящая причина, - перебил Торфинн.       - Настоящая? Торфинн, эта причина одна. К чему вообще этот вопрос?       Голубые глаза Артория выражали раздражение и непонимание. Парень даже мысленно усмехнулся - кажется, он смог застать приемного родителя врасплох.       - Я просто подумал, что странно, что одинокий мужчина забирает ребенка из приюта. Тем более, что моя история - так себе.       - Торфинн, я не понимаю тебя. - Арторий нахмурился. - Почему ты так внезапно?.. Нет, - он резко поднялся. - Только не говори, что ты виделся с этим...       - Да! - Торфинн вскочил и встал напротив родителя. - Виделся! И это я попросил его отозвать иск и освободить Свена! И как видишь, Лейф это сделал.       Пальцы мужчина крепче сжали бокал. Он смотрел на сына с непониманием и некоторым разочарованием:       - Торфинн, что он наплел тебе? Что бы он не наговорил - это все не просто так. Такие как он просто так что-то не делают.       - А такие как ты?       Арторий растерялся:       - Что? Торфинн, черт, да столько лет прошло. Неужели...       - О, да. Долго пришлось ждать, да?       Парень понимал, что сейчас просто вспылил. Что, возможно, он говорит лишнее. Но эта реакция приемного отца лишь доказывала правоту слов Лейфа. Растерянность в глазах, нежелание, чтобы Торфинн вообще общался с родным дядей, недоверие, даже некоторая злость. Парень подметил все эти мелочи и заявил:       - Ты сделал это не по доброте душевной. Тебе что-то нужно было от меня. Я прав?       - Торфинн, ты несешь какой-то бред. Что мне от тебя могло быть нужно? Ты - мой сын. И мне...       - Я не твой сын, - резко перебил Торфинн. А потом замолчал, прикрыв рот рукой.       Арторий выронил свой бокал и удивленно уставился на парня. Он опустил взгляд на осколки и уже спокойнее проговорил:       - Кажется, нам обоим нужно остыть. Ты уже взрослый, и ты сам в праве выбирать, общаться тебе с Лейфом или нет. Возможно, я не в праве тебе что-то запрещать.       Такого расстроенного тона Торфинн не слышал никогда. Арторий не кричал, не ругался, не доказывал свою правоту. Даже не смотря на те ужасные слова, что только что вылетели изо рта парня. Торфинн стыдливо опустил взгляд. Он хотел просто проверить верность слов Лейфа, который и правда оказался не плохим человеком. Он не хотел так оскорблять человека, который столько лет заботился о нем.       - Пап, я...       - Что бы тебе не сказал тот человек, ты уже поверил его словам. И что бы я не сказал тебе сейчас - ты будешь считать это ложью. Давай сначала немного успокоимся, а уже потом поговорим.       Торфинн сглотнул, а потом сделал шаг назад. Все же Арторий прав - что бы сейчас Торфинн не услышал, он скорее будет верить Лейфу. Парень наблюдал, как отец опускается на диван все еще глядя на осколки бокала перед собой. "Черт. Блять. Пиздец. Я же просто хотел знать причину", - парень прикусил губу, чтобы больше не ляпнуть лишнего. Торфинн шагнул в сторону лестницы, а потом поднялся в свою комнату и прикрыл дверь.       Он осмотрел такое знакомое, такое родное место, но не почувствовал того тепла, что прежде.