Seven love

Пот неприятно щекотал кожу, стекая по всему телу. В ушах звенело. Юнги, концентрируя всё своё внимание на сопернике, с болью стиснул зубами каппу во рту. Хук справа, уклон, хук слева, Юнги ловко защищался от нападений, ожидая, пока противник выдохнется и допустит ошибку. Даст слабину. Что бы метко и расчетливо атаковать, вырывая победу. Шёл последний решающий раунд. Силы уже были на исходе, поэтому ошибка при такой интенсивной атаке была делом не долгим. И вот, момент. Пользуясь секундной задержкой, он бьёт. Нокаут. Соперник падает, тяжело дыша. Судья отсчитывает до десяти, но и так уже понятно, что бой окончен. Вокруг раздались овации наблюдающих зрителей, в основном состоящих из других боксеров спортивного клуба. — Хорошая защита, — тренер подал Юнги бутылку с водой, которую тот сразу же осушил, — но в нападении слишком неуверенно. Юнги кивнул. Проигравшему бой парню помогли подняться и усадили на скамейку. Выпив воды и обтеревшись полотенцем, он пришёл в норму, и недовольно косился на Мина. Тренер, дав Юнги свои комментарии, подошёл к нему. — Чимин, ты как? — Всё в порядке, — слегка осипшим голосом ответил он. — Хорошо. У тебя отличное нападение, но к концу раунда ты устаёшь из-за высокой интенсивности. Нужно потренировать защиту и выносливость. Кивок. Юнги поймал на себе прожигающий взгляд чужих глаз и посмотрел в ответ не менее прожигающим, нахально улыбаясь. Чимин поморщился и совсем не по-спортивному показал противнику средний палец. — Поосторожнее, а то сломаю, — Юнги подошёл ближе, скрестив руки на груди. — Нахуй пошёл, пока я тебе сам чего-нибудь не сломал, — с ненавистью в голосе плюнул Чимин. — Успокоились живо! — рявкнул тренер, пытаясь их угомонить. — Сам иди, сука, — Юнги гневно пнул скамейку, прежде чем скрыться в раздевалке под гневные крики тренера.

***

— Как же он меня бесит, — завалившись в комнату общежития к своему другу, с порога начал жаловаться Юнги. — Чимин-то? — закатывая глаза, переспросил Намджун, хотя ему было и так всё понятно. Это было частым явлением. — Смотреть на него не могу, а тренер стал нас постоянно в пару ставить на спарринги, — не унимался Мин, — с ним невозможно тренироваться. — В чём ваша проблема? Вы через слово друг друга хуями кроете… В чём их проблема? Юнги ненавидел Чимина. И хоть что-то у них было взаимно. Это началось так давно, что никто уже и не вспомнит, когда именно. Они всегда были главными соперниками в столь агрессивном спорте, и это порождало свои проблемы. Их всегда сравнивали, ставили друг другу в пример, и это бесило. Не то что бы в этом было что-то плохое, или это делали со зла, но, когда это происходит постоянно… рано или поздно это начинает злить. К тому же, у обоих характер не сахар… Такими темпами, они очень быстро стали из соперников на ринге соперниками в жизни. Постоянные передразнивания, ссоры, даже драки, всё это усугублялось с каждым годом всё сильнее и сильнее. Но, Юнги должен признать, в боксе Чимин был хорош. За это он его даже уважал. Он никогда не признается в этом Чимину, но всё же… ему лучше, чем кому бы то ни было известно, через что им приходится проходить, и это… тяжело. Чимин был единственным, кто мог составить ему конкуренцию. Они постоянно сравнивали счета своих побед. — Я просто его на дух не переношу, Джун, — ответил Юнги, не желая больше говорить про Чимина, хоть он и первым начал эту тему.

***

По спортивному залу раздался оглушительный звук свистка, оповещающий о перерыве. Тренирующиеся парни отвлеклись от своих упражнений и, тяжело дыша и вытирая пот с лица полотенцами, уселись на лавки. — Юнги, Чимин, подойдите ко мне, — позвал тренер. Юнги сразу заподозрил что-то неладное, и подошёл, нахмурившись и нервно перебинтовывая тейпы на руках. — Парни, вы оба хороши, но в разных областях, — Юнги с Чимином смерили друг друга презрительным взглядом, — я вас научил основе, остальное за вашими индивидуальными тренировками, на которых вы выработали индивидуальный подход в базе, за счёт чего и побеждаете. Но для обоих будет лучше всё-таки закрыть существующие пробелы. Поделиться опытом. — К чему вы клоните? — не сдержавшись, спросил Юнги. Ох, не зря ему всё это казалось странным. — Со следующей тренировки будете учить друг друга. — Нет! — одновременно выпалили они. — Это не обсуждается, понятно? Я устал с вами двоими нянчиться. Или делаете, как я сказал, или уходите из клуба. Тренер ушёл, не дав ничего себе возразить. — Пиздец… — снова в унисон произнесли парни, разойдясь в разные стороны.

***

— Ты совсем тупой или да? — Нарываешься, Мин Юнги? Может, хочешь на ринге проверить, кто тут тупой, а? — Сам же себя от пола отскребать будешь, Пак. — Пф, не смеши меня! — Здесь только ты смешишь всех, клоун! — Да заткнитесь вы уже! Вы оба клоуны! — не выдержав бесконечной перепалки, встрял кто-то из тренирующихся парней. Юнги с Чимином сверлили друг друга взглядом. Сегодня первый день их совместной тренировки, и всё с самого начало пошло по пизде. Юнги буквально умолял тренера передумать, но тот был непреклонен. С первой минуты занятий они уже довели друг друга до такого состояния, что готовы были подраться. И вовсе не по-боксёрски, а просто. Без всяких правил. Юнги искренне не понимал, как они смогут научиться хоть чему-то на таких занятиях.

***

Спустя уже неделю, они в конец достали не только друг друга, но и вообще всех в клубе. Тренировочный процесс практически встал, однако, тренер всё ещё не отступал от своих планов. Вместо того, чтобы разрешить им заниматься как прежде, по отдельности, он перенёс их занятия в другой корпус, подальше от остальных. Весьма опрометчиво с его стороны, ведь там они смогут поубивать друг друга без свидетелей… Эта мысль не давала Юнги покоя. Однако, на подкорке сознания, он понимал, что они вряд ли зайдут дальше взаимных оскорблений. Максимум, слегка подерутся… Всё-таки, обладая определённой силой, нужно было быть особенно осторожным. Боксёрскому кодексу они следовали. Но меньше руки от этого не чесались…

***

Ещё через неделю стало понятно, что так продолжаться больше не может. Им нужно добиться определённых успехов, чтобы двигаться в тренировках дальше, и даже их взаимная ненависть к друг другу не должна этому помешать. К тому же, стало понятно, что от их ссор ничего не изменится, и им всё равно придётся работать вместе. Юнги прошёл через все стадии принятия этой истины. Он вынес весь мозг Намджуну, хотел напиться, но вспомнил, что не пьёт алкоголь, а потому расстроился ещё больше и… бедный Намджун. Придя на тренировку, он пообещал себе не срываться на Чимине. Вообще по возможности с ним не разговаривать. Только по делу. И, кажется, Чимин пришёл к тому же выводу, потому что при встрече он просто поздоровался, не отпустив никакой колкой шутки или язвительного комментария. Похвально. — И тебе привет, — также сдержано ответил Юнги. Ну вот, может же, когда захочет. Вся тренировка прошла на удивление спокойно. И действительно оказалась эффективной, что пришлось признать. К тому же, в какой-то степени, Юнги нравилось заниматься в пустом корпусе. Здесь было тихо и можно было лучше сконцентрироваться. Да, наедине с Паком, но всё же… Если они и дальше будут продолжать в таком духе, как сегодня, то смогут стать лучше. — Тренировка окончена, можете идти по домам, — в их уединённый тренировочный зал заглянул тренер. Юнги взял свою сумку и уже направился к выходу, однако обратил внимание, что Чимин никуда не собирается. Интерес превысил и он всё-таки решил спросить. — Ты остаёшься? — Тебе-то что? — Чимин от удивления приподнял бровь. И правда, а ему-то что? — Да, в общем-то, ничего, — как можно спокойнее ответил он, — просто. Чимин вздохнул, и, на удивление Юнги, снова не выдал никакого сарказма. — Хочу ещё позаниматься, так что останусь. На часах уже перевалило за десять, было довольно поздно, и тренировки были выматывающими. Юнги впечатлился. Он тоже порой задерживался дольше, но с Чимином они не пересекались. — Не против, если составлю компанию? — поддаваясь какому-то внезапному вдохновению спросил Юнги. Было нечто, что увлекало Юнги по-настоящему. Что будоражило его и зажигало. И это был бокс. Он всё ещё не переносил Чимина, но уважал его, как спортсмена. Поэтому, почему бы и нет? Юнги физически ощущал метания Чимина и такие же мыслительные процессы внутри него. В конце концов, он кивнул. — Оставайся, если хочешь.