Мертвецы не ходят по земле

Дневник главного инспектора Джона Строка, март 1904 года. Прошло уже несколько месяцев с тех пор как я вернулся из моего захватывающего, опасного и необычного путешествия на борту "Террора", и несколько месяцев с тех пор, когда я последний раз писал об этих событиях. Да, тогда я, как и обещал мистер Уорд, сделался героем дня. Мое фото было в каждой газете, у меня брали интервью, и я смущаюсь, вспоминая, как сильно я был воодушевлен и рад такому вниманию, так что совсем забыл вести свой дневник. Но сейчас, когда разговоры вокруг моей персоны понемногу утихли, когда людям наскучило обсуждать одну и ту же новость, я снова могу вернуться к своей спокойной жизни и поэтому вновь пишу на этих страницах. Признаюсь честно, журналисты и народ, подогреваемый ими, хотели чтобы меня после такого успешного завершения расследования даже повысили в должности, и мистер Уорд тоже хотел этого. Он вызвал меня в кабинет, собираясь торжественно вручить мне должность суперинтеданта, но я был вынужден вежливо отказаться от такой чести, хоть и был немало польщен. Я был немного смущен из-за того, что послужило причиной этого предложения. Я по-прежнему вспоминал тот день, когда я в последний раз видел "Террор" и его команду, и меня грызло странное чувство вины. К тому же, я больше привык к полевой работе, чем к должности начальника, и должность старшего инспектора меня более чем устраивала. С тех пор я еще много раз участвовал в расследованиях. Не буду описывать подробности, но мне не приходилось часто отдыхать. Но хоть моя любознательная натура всю жизнь везде и всегда помогала мне найти то, где занять свой ум, я начал понемногу скучать. Надеюсь тот, кто когда-нибудь прочитает эти строки, не поймет меня неправильно. Я по-прежнему добросовестно выполнял свою работу, мы с моими помощниками успешно раскрывали все дела, и город по-прежнему мог положиться на нашу защиту, но все же, ни одно из этих дел не могло сравниться с тем, что я пережил тогда, и я сам не рад этому чувству. Мне становится все менее интересно заниматься этой работой. Возможно, мистер Уорд прав и мне стоит взять отпуск, тем более, что, хоть мне нельзя об этом рассказывать, прошлый как раз выпал на мое неожиданное путешествие, и теперь мне нужно было "отдохнуть" сразу за оба отпуска. Я не знаю, куда от этого деваться, мой мозг не привык не работать, и хоть я понимаю, что подобное умственное напряжение может привести к помешательству, как это случилось даже с Властелином Мира, я пока что лишь вежливо молчу, когда кто-то поднимает эту тему. Сейчас мне совсем не хочется отдыхать, особенно, когда мы с моей командой зашли в тупик с одним делом. Мне нужно собрать и упорядочить свои мысли, поэтому я вновь и вспомнил про свой дневник, который так часто выручал меня ранее. Пожар в булочной мистера Д. всполошил все ближайшие дома, люди выбегали, толпились и кричали, так что мне пришлось успокоить паникующую толпу, прежде чем пожарные смогли все потушить. К сожалению, к тому времени мало что осталось от магазина, не говоря уж о его товаре. Мистер Д. был вне себя от горя, он рыдал, стоя на коленях перед собравшейся толпой, заламывал руки и кричал, что это его единственный способ зарабатывать на жизнь и что из-за этого пожара все теперь пропало. Мне стало жаль его и я убедил его в том, что скорее всего ему полагается страховка, если он правильно заполнял все бумаги, и лишь тогда с трудом, но мне удалось его успокоить. В участке, куда мы его привели для составления протокола, он рассказал, что заметил огонь из своего окна, и сразу же выбежал, хоть уже собирался ложиться спать. На нем и правда была лишь рубашка и домашние брюки, и мне пришлось предложить ему свой плащ. Мистер Д. отрицал вероятность поджога, хотя потом, когда мы собирались уже отпустить его домой, он вдруг вспомнил, что поссорился со своими давними конкурентами, и это была хорошая зацепка, я даже обрадовался, что так легко раскрою это дело, но... Тут я и зашел в тупик. Конкуренты из пекарни на соседней улице ничего не знали о пожаре ночью и лишь утром, когда открыли свои двери, услышали новости из разговоров покупателей. Я не очень верю их словам, все же, у них никогда не было так много посетителей, как в тот день, после пожара в магазине мистера Д., но оснований их открыто подозревать у меня не было. Уже вторая неделя на исходе, а мы до сих пор не нашли виновного. Возможно, это и правда был несчастный случай. С тех пор как в почти каждом доме начало появляться электричество, люди не очень ему доверяли, и возможно они были правы в своих опасениях, что это не так уж безопасно. Мистер Д. все еще ожидал своей страховки, и мне было стыдно перед ним из-за медлительности расследования. Честно говоря, я уже думал сдаться и подписать протокол. Возможно, я забегаю вперед в своем повествовании, но вынужден признать, что хорошо, что я тогда этого не сделал. Я бы никогда не простил себе, если бы так глупо ошибся из-за банальной усталости. И мне все еще стыдно перед собой и мистером Уордом за эту небольшую слабость.

***

Перед тем, как окончательно принять непоправимого решения, я решил еще подумать над этим делом. Я расхаживал по своей комнате, беспокоя своей суетливостью мою заботливую Грэд. Возможно, я и правда уже походил на сумасшедшего. Записав в тетради все, что мне было известно о пожаре, я отложил ненадолго перо и встал. На стене, на уровне глаз передо мной висела старая газетная вырезка, которую я сделал, когда еще был занят делом Властелина Мира. - Как же мне быть, Робур? - вслух обратился я к портрету на ней. Эту привычку я заметил за собой уже давно. Односторонние беседы с тем, кто, казалось бы, был способен на все в мире, немного помогали собраться с мыслями. Обращаясь к безмолвному портрету на стене, я словно бы говорил с той потаенной частью себя, которая могла знать какие-то ответы на волновавшие меня вопросы. Робур, естественно, молчал, уверенно и надменно глядя на меня со стены. Именно таким я запомнил его, когда мы встретились больше полугода назад. Его первое письмо, полученное мной сразу же после неудачного восхождения на Грейт-Эйри, лежало у меня на столе. Я бессознательно вертел его в руках, когда думал, прямо как сейчас. Оно все еще пахло чернилами, словно было только что написано, и я представлял в подробностях, прикладывая его краешек к губам, как оно было написано в жерле того вулкана. Меня не сильно пугали угрозы Властелина Мира, более того, почему-то я был уверен, что он бы не привел их в исполнение. Была какая-то причина в том, что он решил спасти меня от участи быть утопленым якорем его "Террора", и я видел ее в том, что, несмотря на всю эгоцентричность и вспыльчивость его натуры, Робур был хорошим человеком, а не преступником. Если бы я не был служителем закона, то иначе увидел его персону в первый раз, и, вероятно, мы бы не оказались по разные стороны. Может быть, мое умственное напряжение было слишком велико, но вскоре я упал на кровать и уснул совершенно без сил. Возможно, мне придется вырвать эту страницу, если я решу оставить кому-то мой дневник. Той безумной ночью мне снился Робур. В моем сне он был жив и взгляд его еще не затуманился душевным расстройством. Я целовал его руки, а потом вдруг почувствовал его губы на своем лице. Это все происходило почему-то в жерле спящего вулкана Грейт-Эйри, но Робур сам словно был живым вулканом. Его пылающий огнем вгляд, широкая грудь с мощными легкими, каждый вдох которых был сравним по силе маху кузнечных мехов - все это заставляло меня видеть в нем именно того, кем считала его моя суеверная экономка. Возможно, Робур на самом деле был самим воплощением Дьявола, и в это легко было поверить после того, что эти сны делали со мной.

***

Очнулся я еще более разбитым, чем накануне. Из головы все не выходили сцены из сна, и мне пришлось хорошо умыться и выпить чашку кофе, прежде чем я смог заметить обеспокоенный взгляд Грэд. Она всегда относилась ко мне как к собственному сыну, и я рос с ощущением, что обо мне и правда заботятся две матери. Я как мог бодро улыбнулся, не желая ее волновать. - Все в порядке, Грэд. Просто, все не могу понять, что же произошло в том магазине, из-за чего случился пожар, - сказал я, и это было действительно правдой. Грэд лишь покачала головой. - Вам следует отдохнуть, мистер Строк, возьмите отпуск. Я знаю, вы намеренно его избегаете. Я не знаю, почему вы это делаете, но вижу, что это вам только вредит. Оставьте это дело кому-нибудь другому, уверена, мистер Уорд будет только рад, если вы отдохнете. Он тоже беспокоится о вас. - Я знаю, - вздохнул я и поднялся из-за стола, игнорируя расстроенный тон Грэд. Я знал, что не смогу бросить это дело раньше, чем найду разгадку. Обыкновенный пожар стал для меня головной болью на несколько недель. Все было очень похоже на неполадки с недавно проведенной электрической сетью, но глядя на вырезку с фотографией на стене, во время внутреннего диалога с Робуром и самим собой, я чувствовал, что не могу поверить в самое простое. Только не в этот раз. Наверху, в своем кабинете, я накрыл ладонью портрет, избегая его взгляда. Это действие мне самому показалось ребячливым, но все же я спокойно выдохнул, на миг прикрыв глаза. - Что если я что-то успускаю? - спросил я себя. Фотография под ладонью жгла мне руку. Я отдернул ее и пристально посмотрел на Робура. Мне показалось, что он ухмыляется мне.

***

В полицейском участке, куда я добрался, полностью уйдя в себя и практически не глядя по сторонам, меня ждал приятный сюрприз, который сразу же очистил мой пылающий разум, и подарил надежду на то, что мы все же сможем раскрыть это дело. Нашлись свиделели среди зевак и жителей соседних с булочной домов, которые видели в день перед пожаром, как кто-то подозрительный ходил перед магазином. Жаль, что они не дали точного описания, потому что подозреваемый был в плаще, закрывающим его лицо, но я все равно решил прогуляться к месту преступления, чтобы собрать всю картину воедино. Туман, который я не заметил по пути в участок, уже успел покрыть всю улицу, когда я вышел. Шляпа моя тут же намокла, настолько густым он был, но я не решился ее снять. По такой погоде прогулка до улицы, на которой располагался магазин мистера Д., заняла у меня чуть больше времени. Людей было не очень много, но я надеялся, что раз преступник всегда возвращается на место преступления, то такой туман мог бы выманить его сегодня из дома. Несмотря на плохую видимость, я издалека заметил пострадавшую от пожара табличку булочной мистера Д. и ускорил шаг, однако мне тут же пришлось резко остановиться. Мое чутье, которое редко подводило меня, заставило меня обратить внимание на подозрительного человека возле магазина. Как и описывали свидетели, он был в плаще с высоким воротником, так что когда я окликнул его, внутренне уже радуясь, что мои предположения оказались верны, я не смог полностью разглядеть его лица. Незнакомец быстро обернулся, ища того, кто позвал его в тумане, и я был готов кинуться за ним, если бы он побежал. Но он не двинулся с места, а я вдруг ощутил, что не могу выдавить ни звука, кроме несдержанного вскрика, когда на мгновение наши глаза встретились. Странное чувство окатило меня, лишая меня прежней решимости. На секунду мне показалось, что я узнал его. Но этого просто не могло быть. Возможно, я обознался в этом густом тумане или же мой рассудок наконец начал подводить меня, как и предостерегала Грэд. Я не помню, как добрался до дома, и как поднялся к себе. Очнулся я только когда почувствовал, что совершенно замерз в мокрой одежде. По оконной раме снаружи тихо стучал мелкий дождь, возможно, он начался еще до кого, как я вернулся. Я позволил Грэд забрать мокрое пальто, в котором сел прямо в свое кресло в кабинете. Добрая экономка наверняка ругала меня за такую беспечность, беспокоясь о моем здоровье, но я даже не слышал того, что она говорила. Я был полностью погружен в свои мысли и даже потерял счет времени, не первый раз на этой неделе. Очнувшись, я мысленно поблагодарил Грэд за все ее ворчания и своевременную заботу. Если бы не она, я, вероятно, к концу дня слег бы с воспалением легких. Но благодаря ей в моем кабинете было сухо и тепло, даже жарко, и я, сев за дневник в попытке еще раз обдумать детали тяжелого дела, был вынужден открыть окно, чтобы впустить немного воздуха. Дождь по-прежнему моросил, и капли, стекая с крыши, стучали по раме моего окна. Я высунулся на мгновение из него, вдыхая всей грудью прохладный, влажный воздух, и чуть не выпал, когда случайно посмотрел вниз. Мне пришлось схватиться руками за подоконник, да так, что на ладонях наверняка осталась облупившаяся от времени краска. Сбежав вниз по лестнице, забыв свое пальто, сушившееся у камина, я готов был броситься за людьми, которых увидел из своего окна. На них были широкие шляпы, и весь их вид выдавал в них шпионов. Не знаю, зачем им понадобилось следить за моим окном. Возможно, они были как-то связаны с пожаром и надеялись запугать офицера, занимавшегося этим делом. Но какими бы ни были их мотивы, я надеялся, что смогу выяснить это у них в полицейском участке. Однако, когда я выскочил из дома, люди уже успели скрыться. Я вернулся в квартиру ни с чем, и вынужден был рассказать Грэд о причине моего странного поведения. - Это призраки, сэр, - испуганно прошептала экономка, быстро крестясь. А после, словно вдруг сама нашла для себя другое объяснение, молча покачала головой, глядя на меня.

***

Увы, мне знаком был этот взгляд. Добрая Грэд жалела меня. Она считала, что я сошел с ума, но я не мог ее винить. Я сам почти был готов поддаться и поверить всему, что мне твердили дома и на работе. Я слишком много работаю, устаю, мой разум не справляется и играет со мной, заставляя видеть и слышать то, чего нет на самом деле. И я бы легко поверил в это, если бы не знал, что действительно видел то, о чем даже боялся признаться в своем дневнике. Мертвецы не встают из могил и не ходят по земле, даже моя суеверная старая экономка это знала. Однако, я, застыв посреди комнаты, не мог заставить себя отвести взгляд от газетной вырезки на стене. Никто на земле не способен был смотреть так, как это делал Властелин Мира. Взгляд его был не просто пристальным, но проникающим в глубину души. Он словно вторгался в голову, не спрашивая ни согласия, ни приглашения. И этот взгляд сейчас прожигал в моем сердце дыру, как и всегда, когда я задумывался о его судьбе. Однако, мое сердце сегодня болело уже не так мучительно. Человек у сгоревшей булочной, которого я встретил в тумане, смотрел на меня именно тем взглядом, который я привык замечать с фотографии на стене в моем кабинете.

***

Связь Робура с пожаром в булочной мистера Д. мне была неясна. Зачем человеку, который мог бы получить все в мире, стоило бы только захотеть, устраивать мелкий поджог? Возможно, мистер Д. когда-то встал у него на пути? Это было маловероятно, к тому же для человека, называющего себя Властелином Мира, подобное было бы слишком мелочно. Но что, в таком случае, Робур делал в тот день на месте преступления? Естественно, я не мог идти с этими вопросами в участок. Мистер Уорд не верит в то, что мертвые ходят по улицам, когда им вздумается, к тому же, он и без того считает меня сумасшедшим. Если Робур правда жив и имеет отношение к пожару, я должен сам во всем разобраться.