Поток. Договор Сердец

POV Миранда. Два дня спустя. Спальня Сани.

      Ф-у-у-у-х, можно передохнуть, здесь меня будут искать в последнюю очередь. — Мира-а-анда. Мира-а-андочка. Кысь-кысь-кысь-кысь! — Лех, да чего ты кискаешь, она же паук, а не кошка. — А ты у нас дофига укротитель пауков? Как умею, так и зову. — Нихрена ты не умеешь, пугаешь только. Вот где ее теперь искать? Новый препарат нужно проверить, и как можно быстрей. — Угу, и паутины по самым скромным подсчетам еще километр нужен. Миранда! Сюда иди, больно не будет. Наверное. — Ты шо? Опять? Да, чтоб у тебя линии на схемах криво легли! Молча ищи! — Не-а, так скучно. Кстати, напомню, что криво нацарапанные линии делают заготовку для дальнейших колдунств непригодной. А это у-у-у какие расходы. — Вот и пусть тебя жаба задушит. — Так склад-то общий. Страдать от внутричерепной живности будем оба. — Зараза, опять все себе на пользу вывернул! — Ага, я такой. Священное право невозбранно докапываться до всего частично разумного есть только у меня. А ты под критерии идеально подходишь.       Кажется, голоса стихают. Похоже, они пошли искать в других частях замка. Можно откинуться на перину и расслабиться. Все равно спать эти монстры предпочитают поближе к месту работы или прямо на нем. До нормальной кровати им идти лень, а вот стащить диван из личных покоев лорда Седрика — нет. Так что время на отдых есть и нельзя тратить его понапрасну. Эх, когда вообще я последний раз была обессилена настолько, что не могла обратить даже руку? Когда еще всем рулил папашка?       Он был торгаш хваткий, да и мать от него не отставала. Впрочем, как иначе бы выжили утратившие титул дворяне? Дядя, стоящий тогда во главе рода, снюхался с шавками Кандракара и умудрился испортить жизнь другим даже после смерти. Подвыпив, отец любил похвастаться своими ораторскими навыками, спасшими нашу семью сначала от казни, а потом участи узников Подводных Шахт. Правда, заканчивал он лицом в стол, после многочисленных ударов об него же сильной рукой матери, под мерный стук перечислявшей потерянное. А список был не маленький! Статус и земли, люди и дома в окрестностях столицы, особняк и целое состояние. До конца так ни разу и не дослушала, отец отключался раньше.       Оставшихся в тайниках средств и товаров вполне хватило на открытие торгового дела, но много ли легально заработаешь на нищих крестьянах? Продать же что-либо в замок или армию для опального рода не представлялось возможным. Отец не раз пытался выйти на рынок контрабанды, но мерзкие пасслинги слишком давно его заняли. Коротышки не брезговали любыми товарами за, порой, смешную плату и вызывали у тех же повстанцев куда больше доверия.       Приходилось браться за самые рискованные авантюры или перебиваться мелким мошенничеством. “Держись сильного, плюй на слабого и помни о личной выгоде” поучал отец после обмена очередной груды хлама у тупых крестьян на несколько мешков овощей и зерна. Бедняков трогал вид маленькой девочки, зазывающей покупателей, и они меньше торговались. Особенно хорошо стало получаться после посещения одной таверны, где папаша велел присмотреться к одной подавальщице на пару лет старше меня. Тихая девчонка, краснеющая от разговоров заезжих мужиков, постоянно получала напоследок гостинец “за труды”. Перенять ее манеру поведения было не сложно.       Пару лет ничего особо не менялось: меняли хлам на еду, еду на товары, перехватывали заказы пасслингов, по вечерам всей семьей смеялись над очередными обманутыми дураками, пока в десять не проснулся мой талант к оборотничеству. Отец быстро понял преимущества формы черного паутинника и использовал их по максимуму. Обретенные сила, скорость и выносливость позволили ускорить перевозки в несколько раз, а упакованный в паутину товар меньше повреждался в пути. Поначалу я этим гордилась, но со временем начала замечать все большее презрение в глубине глаз отца. Перерывы между поездками сокращались, расстояния увеличивались. Бывало, паучья форма настолько истощала, что, прям как сейчас, просто не было сил на обращение.       Не знаю, долго ли могло так продолжаться, но в одной из таверн куда мы доставили еду, я услышала от хозяина проклятия в адрес оборотня на службе у князя Фобоса. Трактирщик пытался сбить цену, рассказывая о потерях в рядах повстанцев от рук лорда Седрика. Не помню, вышло у него или нет, моя голова была занята другими мыслями. Почему один оборотень служит на самой вершине правой рукой князя, имеет богатство, славу и власть, а я работаю заместо тяглового быка? На этот вопрос подвыпивший отец, злобно оскалившись, ответил “Ну, по-видимому большего добиться ты не способна” и плюнул мне в лицо. “Держись сильного, плюй на слабого и помни о личной выгоде”, да папаша? Сейчас стыдно вспоминать, но тогда я проревела до утра. К рассвету от обиды не осталось ничего, только злость. Как я, оборотень, могу быть слабой? Мое место никак не на грязных дорогах, а в свите самого князя Фобоса!       При первой же остановке в столице мне удалось ускользнуть и добежать до замка. Пущенная слеза и слова про “сестричку на кухне” открыли проход в замок, а слова о “важном сообщении для лорда Седрика” показали проход к покоям оборотня. Тот сначала хотел меня выгнать и всыпать плетей, но, увидев паучью форму, согласился выслушать. Я рассказала все: о родителях, контрабанде, известных благодаря ей местах проживания повстанцев и им сочувствующих. С каждым новым именем улыбка лорда становилась все шире, пока не превратилась в оскал частичной трансформации. Приказав ждать, он отправился с отрядом стражи на облаву. Благодаря мне были захвачены и переправлены в шахты почти полсотни мятежников, включая моих родителей. Этого и моих талантов оборотня хватило на возвышение до помощницы лорда Седрика! Лорда, являющегося правой рукой самого князя Фобоса! Я наконец получила достойное место и полагающееся мне уважение!       По моей просьбе, первым заданием было проследить за доставкой мятежников в шахты. Хотелось посмотреть на отца и спросить “кто из нас теперь слаб?”. Он заметил меня среди стражников довольно быстро и... улыбнулся. Он улыбался пока его везли, улыбался пока погружали под воду, улыбался пока заковывали в кандалы. Мать от него не отставала. Почему? Почему в момент моего превосходства и их падения они были так довольны? Почему, когда я выбивалась из сил, то не получала и капли такого же одобрения? Не знаю. Да и сейчас уже плевать.       Мои навыки оценили по достоинству. Не один раз под личиной потерявшейся девочки я узнавала о новых логовах повстанцев, ха, да половина узников шахт моя и только моя заслуга! Сам князь отмечал мои успехи! Еще год, другой и могла стать наравне с лордом Седриком и уж там... все возможно. Мать не просто так называли красавицей, а я в нее пошла.       В день, когда из глубин Бездны Теней прибыли посланцы иного мира мне, казалось бы, повезло. Выискивать, где собираются повстанцы стало сложнее, мятежники о чем-то догадались и начали относиться к одиноким молодым девушкам и девочкам с куда большим подозрением. Новый указ — следить за гостями, узнавать их секреты и слабости ничего сложного не сулил, не раз втиралась в доверие к лидеру очередной банды мятежников. То, что одна из целей сразу же отправилась охотиться на болота только подкрепляло мою уверенность, одиночке проще заморочить голову и в случае неудачи есть второй шанс.       Весь мой опыт оказался бесполезен, а гордость растоптана. Череп никак не реагировал на мои девичьи чары, даже больше, обозвал Статьей и посоветовал подрасти лет на восемь. Образ глуповатой смущающейся всего девицы его смешил и временами раздражал. Да он больше интересовался стенами замка! За все время прогулки по окрестностям на меня всего пару раз взглянул, а вот камни постоянно изучал и трогал.       После возвращения в покои стало еще хуже. Череп осмотрел комнаты, ворча об отсутствии обещанного призрака, и особенно надолго задержался в уборной. Вот кем надо быть, чтобы сожалеть об ОТСУТСТВИИ призраков? От лорда Седрика знаю, что немертвые не могут появиться на этажах знати, их отпугивает магия Князя. Слухи появились только из-за длинного языка трусливых слуг, иначе согласилась бы я тут жить? Плохое настроение, как тогда надеялась, временного господина не поправил и принесенный обед. Череп ел, не отрываясь от бумаг, и снова недовольно высказывался о пресном вкусе блюд. Блюд со стола самого Князя! Кем же они у себя были, если такая еда для них пресная?       Окончив трапезу, “господин” выдал мне листок с длинной-длинной надписью, “сделанный на скорую руку калькулиатор”, выглядящий как слепленная одним комом стопка бумаг с символами, и приказал считать. На первый взгляд невзрачная кучка страниц умела безошибочно и мгновенно складывать, вычитать, умножать и даже делить любые числа! Нужно было всего лишь коснуться пальцем значков на верхнем листе и тут же появляется угловатая светящаяся надпись с результатом. С таким артефактом можно перепоручить работы по подсчету содержимого складов и проверке отчетов любому преданному и хоть немного образованному слуге, вроде офицера стражи, что очень понравилось бы лорду Седрику. Оставалось лишь дождаться нормального исполнения калькулиатора... Так я тогда думала.       На деле, после выполнения нескольких десятков арифметических операций по указаниям на листе, Череп довольно ухмыльнулся и бросил мне листок со словами “отлично, а теперь еще по этим данным повтори раз пятьдесят”. О, как хотелось обратиться и оторвать ему голову! Ранее мне приходилось неоднократно прислуживать лорду Седрику при разборе накопившихся гор бумаг, но это ни в какое сравнение не идет с такой пыткой. С обеда до глубокой ночи меня лишь раз отпустили сходить поесть. Цифры, цифры, проклятые цифры! С какого-то момента я уже только создавала видимость работы, делала записи наобум и следила за Черепом. Тогда впервые проскользнули сомнения о его человеческой природе. Он считал, рисовал магические схемы, ругал чернила, поминал Саню на двух языках и лишь раз выпил немного зелья. Когда уходила в выделенную мне соседнюю комнату, господин и не думал отдыхать.       Первую половину следующего дня удавалось притворяться спящей и безнаказанно наблюдать за работой Черепа, но все испортил неуклюжий солдафон, рухнувший с таким грохотом, что и мертвый бы проснулся. Оставалось либо создавать видимость работы и подносить разные мелочи по требованию, либо садится за проклятый калькулиатор. Главное, по возвращению Зверя, с важного разговора меня прогнали! Ни одного секрета так и не выяснила, а сил ушло как на поимку десяти командиров повстанцев. И это не все, оказывается все время прямо перед моими глазами и, возможно, с моей помощью, Череп создавал барьерные артефакты. Причем не уступающие Завесе! Так он и сказал: “Знали бы авторы Завесы, как я над их творением надругался, то расплакались. А они узнают, уж я постараюсь!”. Только плакать хотелось мне! Я присутствовала и наблюдала за каждым шагом превращения стопки бумаг и пузырька чернил в настоящий артефакт и ничего не поняла. С такими умениями и силой можно было бы не волноваться о положении при дворе, ведь создать что-то похожее может лишь сам Князь! Магические ловушки его работы на всем Меридиане можно по пальцам одной руки пересчитать. Встать наравне с Фобосом, пусть и в магическом ремесле — слишком лакомая добыча.       Как я только не изворачивалась, дабы поуменьшить значимость мастерства этих монстров в глазах лорда Седрика, ведь одно дело — наблюдать за просто подозрительными личностями и совсем другое — иметь шанс изучить магическое искусство. Однако все было бесполезно. С получением первой добычи они постоянно были чем-то заняты. Почти без отдыха: то ростки измеряли, то считали по еще более страшным “формулам”, то варили зелья в десятках разных изогнутых сосудах разом, то рисовали магические письмена, после чего бежали проверять результаты. Из-за этих проверок теперь в княжеских садах на несколько статуй меньше. И да, они именно монстры! Хоть сами говорят, что люди и под жуткой броней выглядят соответствующе... но, думаю, человечий облик — это или еще один слой защиты, безобидный образ наподобие моих, или следствие очередного эксперимента. У них лечебная мазь взрывается разрушительней боевых артефактов, так что все может быть. Подчинили же они своей воле двух настоящих СКАРОВ!!! Легендарные звери, известные своей свирепостью и ненавистью к людям, теперь приходят ЛАСТИТЬСЯ к ним и готовы уничтожить малейшую угрозу для хозяина. Моя попытка взять ненадолго шлем Зверя, дабы найти слабые места или понять откуда идет как-то упомянутая Черепом неразрушимость доспехов, едва не закончилась смертью. Даже обратись я, не было и шанса против только-только вставших на ноги хищников, да что там, их и лорд Седрик опасался лишний раз провоцировать! И вот такие могучие звери демонстрировали полное, почти раболепное послушание. Что это, если не результат магии Бездны? Клянусь, из-за нее и цвет их доспехов сменился с серебряного на черный! Глупые служанки на кухне сплетничают о том, что это Фобос их так проклял и оттого “могучие войны” ему теперь служат. Но я-то знаю правду! Не встречались они с князем ни в тот день, ни загодя, а значит сами “осквернились”.       Сбросив маскировку благородного рыцаря Череп и Зверь, казалось, и сдерживаться перестали. К разбитым статуям в саду добавилось множество подпалин, выжженных молнией, что вылетала из маленького темного артефакта под жуткий хохот и крик “абсолютная власть”. В тот момент я начала понимать шарахающихся в ужасе от “темных господ” служанок. Когда в темном коридоре замка проносится черная тень со сверкающими зеленым или желтым пламенем глазницами... это и правда страшно. Страшно вдвойне если тень ищет тебя!       Тот самый взрыв целебной мази, после которого я полностью осознала, что их магическую науку понять не смогу никогда, поделил мое служение на до и после. Проклятье, самой страшной ошибкой было преувеличить страх и показать не частичное, а полное обращение. Ранее о моих талантах и не догадывались, была возможность тихо и незаметно прибрать к рукам пару колб с молниями, но не сейчас. Переезд в старые казематы и пыточные временно меня спас, поиск призраков и подготовка к скорой охоте отнимали слишком много времени. Причем призраков нашли! Нашли, но решили, что развлекаться будут чуть позже. Развлекаться!!!       С уходом на болота Зверя и обоих скаров Череп с каждым днем нагонял все больше жути. Магические письмена множились и уже не влезали на один лист, приходилось склевать по четыре, а то и по восемь. Калькулиатор работал непрерывно, стук пальцев и скрип вечного пера сопровождались напевом заклинаний на неизвестном мне языке. Иногда он переходил на Меридианский, и те слова надежно отпечатались в моей памяти.

За столом всю жизнь я прожигаю, Как детей, я всех переиграю Да, о сладкой жизни я мечтаю Ну а сейчас к мечте своей шагаю Не боюсь того, что вы сказали Не боюсь зверей, что вы призвали Моя кружка полная амбиций Город в красках моих композиций Я жду, не дождусь, Вновь сказать вам Я не продаюсь! Что я не деталь машины вам! Не деталь машины вам! Машина я сам...

Machine (Imagine Dragons в переводе Музыкант вещает)

      Что это было? Просто песня? Заклинание? Озвучивание планов вслух? Проверка? Думаю, все вместе и еще нечто большее. Не просто же так Череп выходил из бывшей пыточной и с ленцой преследовал меня? В вечерних сумерках под тихий металлический лязг из-за поворота выплывала тень с голым черепом вместо головы и зеленым пламенем в глазницах. Издавая странное шипение “КШС-С, КШС-С, КШС-С”, она медленно и неотвратимо преследовала меня, пока, насытившись страхом и ужасом, не решала вернуться в свою обитель. Этот образ мог бы приходить ко мне в кошмарах, если бы постоянно не повторялся наяву!       Сейчас уже две темные фигуры рыщут по замку в поисках меня. И иного выхода, кроме как прятаться нет. Нет!!! Мне не к кому идти искать защиты, лорд Седрик, по-видимому, прознал о моих недомолвках или разочаровался из-за неспособности контролировать “новых слуг Князя”. Да, я два дня не могла заставить их явиться в тронный зал, но что мне было делать? Сложно настаивать на выполнении приказов пред лицом недовольного высокого монстра, облаченного в броню и залитого кровью с головы до пят! Особенно, когда второй такой же в двух шагах нарезает очередную смертельно опасную тварь с болот!!! Отныне по личному указу князя Фобоса моя судьба полностью в руках Черепа и Зверя.       О, а они своего не упустят. Всего за один день я вымотана до предела. Сколько раз обращалась? Пять? Шесть? Может больше. Каждый раз из меня вытягивали всю паутину до капли, а последний раз так и вовсе отстригли всю шерсть! И это, чую, не предел, ведь повреждения формы паука на основное тело не переносятся и при новом обращении восстанавливаются. Я не хочу пополнять полки шкафа с надписью “ингредиенты”!!! Хнык. Хнык. — Да и хрен с ней, задолбался бегать, — внезапно послышался голос из-за двери вместе с приближающимися шагами. — Если бы один придурок не превращал поиски с фарс, сама бы вышла. Все, я спать, в кой то веки на приличной кровати, — дверь раскрылась, и Зверь вошел в комнату. Я попыталась забиться в угол и спрятаться, но тщетно. — Оп-па. Лех, глянь что нашел. — Шо? Опять жировые складки нащупал? — показался в проеме Череп. — А я говорил, даже на такой отвратной еде отожраться можно. Тренироваться по системе Ярика — лень, не хочется, но надо, — тут он заметил меня и его глаза вспыхнули, — о, ладно, пошутейки откладываются, пропажа нашлась. Товарищ человек-паук, не сопротивляйтесь и проходите в цех заготовки паутины. Будете усугублять, натравлю человека-тапка. За него у нас Саня. — А чего это я? — возмутился Зверь, ненадолго отвлекаясь. — Тупой как валенок, за дальнего родственника тапка сойдешь, — отмахнулся Череп, — малая, что сидим, кого ждем? Погнали, работы вагон. Товарный вагон. — Погоди, — остановил его Зверь, внимательно вглядываясь мне в лицо, — ты, скотина буйная, походу, девчонку до слез довел. — Я? — Ты-ты. Глицин-редбула пережрал и бафф от него сбивать не хочешь, ходишь голодный и злой, несешь всем вокруг боль и страдания. Ладно я привык, а Миранда от тебя, вон, по углам прячется. Сколько раз ты ее сегодня на материалы грабил? — Недостаточно, — Череп привалился к косяку двери, полностью преградив мне путь к побегу. — И с каких пор ты у нас такой жалостливый? Чет когда для зелий шерсть паучью состригал не возмущался. — Эм... Ну-у-у... — задумался Зверь, поочередно смотря то на меня, то на него. — Окей, давай тогда по-другому. Миранду нам передали на полное обеспечение, значит ее можно считать НАШИМ движимым имуществом. А портить НАШЕ добро на балансе склада, я не дам. — Не порчу я... и вообще она притворяется. Знаешь сколько раз мелкая отлынивала и саботировала работу, пока ты по болотам мотался? — Не, в этот раз, вроде, все серьезно. Не похоже ее поведение на наигранное, да и чуйка со мной согласна. — Меня смущает это “вроде”, но... Эх. Хорошо, в ее сторону чудить буду меньше, — Череп пошел в мой угол, на ходу доставая что-то из кармана. — Эй, малая, мир? Будешь конфетку?       Я машинально взяла в руку прозрачный осколок с синим отливом, похожий на чистейший лед или стекло. И это конфета? На леденец не похож, слишком красив, да и кто бы из поваров мог приготовить такое. Ну, никаких зелий в нем припрятать невозможно, слишком мал. Значит, в знак “примирения” лучше съесть и не раздражать господ.       Вкуса конфета почти не имела, лишь холодила язык. Волны прохлады вымывали усталость и приносили чувство насыщения. Стало казаться, что вернулись силы на пару-тройку обращений. Внезапно, левая рука начала увеличиваться, а на щеке проросла черная паучья шерсть. — О, работает мана-мет, можно и дальше варить, — довольно потер руки Череп, пока последние крупицы таяли во рту, и меховой покров продолжал ползти все дальше. — Сволочуга ты, — покачал головой Зверь, — под предлогом утешения плачущей напуганной девочки проводить испытания экспериментальных препаратов... — Так я из самых лучших намерений. Вон, вид у нее теперь не столь убитый, даже можно сказать боевой. Мана, по моим предположениям, для оборотней, в принципе, полезна. — Хрен с тобой, я вообще спать шел. И только попробуй во время моего отдыха мелкую уже под допингом загонять... в шлем насру, — с этими словами Зверь выгнал нас обоих из комнаты и плотно закрыл дверь. — И ведь насрет... — задумчиво протянул Череп, и повернулся ко мне. — Как себя чувствуешь? — Хорошо, господин, — после той “конфетки” усталость полностью ушла, а излишки силы более не стремились начать самовольную трансформацию. — Хорошо — это хорошо, — он оглядел меня с головы до пят, как будто оценивая. — Обернуться пауком можешь? — Могу... — обречено протянула я. Силы то есть, но опять выдавливать паутину и формировать из нее веревки... — Но через силу, — закончил за меня Череп. — Это из-за усталости в паучьей форме или из-за стрижки в последний раз? — и не дав мне ответить продолжил, — ты, если что, говори, мы в оборотничестве пока не очень разбираемся. Или скорее “очень не”, потому рассмотрим любые возмущения и предложения, большую часть удовлетворим. Однако, — он присел на колено, снял шлем и посмотрел мне прямо в глаза, — Саня правильно сказал, тебя передали на наше усмотрение, а значит ты вроде как теперь наш человек. Мне откровенно лень что-то придумывать, следить, проверять, потому давай условимся, ты, — палец в перчатке уткнулся мне в грудь, — выполняешь наши указания, подробно описываешь результаты испытаний и не пытаешься нас кинуть, а я, — теперь палец переместился на его грудь, — постараюсь не жестить, обеспечиваю тебе комфорт в процессе бесчеловечных опытов, удовлетворяю разумные хотелки и прочее. В этом я даю тебе свое слово. Главное не ври и не умалчивай, иначе с меня станется пакость какую учинить. Ладно, — Череп поднялся на ноги и пошел в сторону столов с раскиданными бумагами, — я все сказал. Если надо — отдыхай. Эх, мне еще конструкцию тепличных артефактов и станок по их производству досчитывать. Щита более метра в рабочей части моим кривым подобием Завесы не поднять, а значит на один гектар уже надо тысяч десять... и нахреначить эту гору надо за время пока место расчищают... задница. Задница как она есть. И сдохнуть не вариант, в отличие от живых, нежити выходные в принципе не положены.       Десять тысяч артефактов? Для барьера, похожего на тот, что в саду? Слышала, земли под теплицу князь выделил почти в половину квартала знати. За снос построек лурдены уже принялись, для них такая работа в радость, справятся дней за десять. Если для Черепа создание не менее тысячи артефактов в день — сложная, но выполнимая задача, то... не выгляжу ли я в его глазах лентяйкой? Может оттого он меня и недолюбливал? Хм, раз и Череп, и Зверь назвали меня своей слугой, то не шанс ли это? Если докажу лояльность и преданность, получу выгоды поболее, чем от службы у Фобоса. У магов-артефакторов я единственная, а у князя одна из многих. — Постойте. На одно обращение сил хватит, — окликнула я Черепа, который уже почти уселся за стол.       Проявленный энтузиазм тому виной или причина в официальном вхождении в круг личных слуг и назначение “младшим антинаучным сотрудником НИИ “Впопуданец”, но новые господа стали относиться ко мне с большим вниманием. Череп в процессе “проб новых материалов” собрал новый калькулиатор, который имел вид достойный молодой аристократки, и самой достойной подарил. Мне. Полупрозрачная пластина из горного хрусталя с золотыми прожилками завораживала тонкостью работы и красотой сплетающихся линий. Тем удивительней было ворчание Черепа о том, что “можно было и лучше”. Старый образец из бумаг тоже не лежал без дела, в него заключили НАСТОЯЩЕГО ПРИЗРАКА и ЗАСТАВИЛИ круглые сутки вводить и выводить числа. Я его побаиваюсь немного, но Зверь обещал при любых поползновениях духа в мою сторону скрутить того в протоплазменный рог.       Расчетами я занимаюсь теперь чтобы покрасоваться красивым калькулиатором, а главная моя задача — испытания зелий и препаратов для оборотней. Та “конфетка” или как они ее называют мана-мет — образец леденца для восстановления сил магов и оборотней. Последние могут вдобавок ненадолго усилить боевую форму и капельку эффекта сохранить. Очевидно, разрабатывается все это не для меня, а для лорда Седрика, но пока суть да дело я успею накопить немалую силу! На этом фоне необходимость плести ежедневно целые горы паутины и иногда давать себя остричь — кувшинка на просторах бескрайних болот и может считаться тренировкой.       В общем, мое новое положение мне нравится. За несколько дней полностью привыкнуть к взрывам и ругательствам со стороны зоны испытаний, свободно расхаживающим, но не трогающим меня скарам и магическим песнопениям не получилось, но я стараюсь. И с “людьми”, и со зверьми главное помнить — лишний раз не раздражать, иначе они предупредительно шипят и после могут “пакость какую учинить”. Мстят скары мелочно: пугают, подножки ставят. Отыгрываются и за себя, и за хозяев.       Череп с головой ушел в постройку магических столов с кучей самодвижущихся частей и отвлекаться на разные мелочи не хочет. Один раз попробовала расспросить об их назначении... из объяснений про “станки”, “техпроцессы” и “автоматизацию” поняла только то, что это артефакты, которые могут сами делать артефакты. “Зачем все делать своими кривыми руками, если можно собрать не менее кривую хреновину, которая сделает все за тебя?” — вроде так он говорил? Значит, научусь им пользоваться и не придется упрашивать показать премудрости магического ремесла. Основам они обучить, вроде, не против, как перегонять силу из зелий в накопители объяснили, но на большее времени у них нет.       Зверь тоже не выходит из зоны испытаний, все составляет некие “технологические карты” для артефактных столов и дорабатывает мана-зелья и мана-мет. Позавчера вместе с Черепом собрал устройство, похожее на алхимический перегонный куб и теперь пробует изготовить некие “ведьмачьи зелья”. Сам Череп называет продукт идеальным топливом, так как “теперь эта злоебучая жижа еще и горит”.       Сегодня с самого утра суеты больше чем обычно. Артефактный стол, нареченный Карусельным Многостаночником или кратко Многокарусом, закончен и сам собрал первые артефакты: тепличный куб из красивого полупрозрачного дымчатого камня с золотыми узорчатыми пластинами внутри и по одной колдунской колбе молний, потока огня и воды. Оба мага засели за подсчеты и, судя по особенно громкой ругани Зверя, материалов им на свои проекты не хватает даже с учетом княжеской казны. Ну оно и неудивительно, только из подслушанного требуется более тонны золота, огромное количество кварца и тысячи драгоценных камней! Череп даже к князю ходил и либо Фобос их очень ценит, либо монстры из Бездны Теней бессмертны. Так говорить с государем, без почтения, нарушая все мыслимые правила этикета... и все рано получить право собрать недостающее по закромам аристократических семей. Собственно, поэтому и такая суматоха, готовятся к отъезду. Да, Зверь тоже хочет, как он говорит “сходить в рейд за ништяками” и целью выбрал ближайший покинутый город Аураман. Три дня пути по болотам без защиты магии князя проделать почти невозможно, но с охраной из двух скаров и личной поддержкой могучего мага шанс поживиться брошенными ценностями немаленький. Это шанс! Мне просто необходимо показать свою полезность! Подготовка и обеспечение сопровождающих отрядов для Зверя и Черепа явно в тягость, а уж если сроки выхода сократятся на день-другой, точно можно рассчитывать на новый красивый и полезный артефакт в подарок. А может мне даже доверят самой пользоваться Карусельным Многостаночником? Ношу же я партии колдунских колб князю, так почему бы мне самой их не заготавливать?