Влюбленные

Он знал, что тот день стал точкой отсчета. Поворотным моментом, который изменил его жизнь раз и навсегда. Тот день, когда он увидел его. Веселого и обаятельного, всегда окруженного людьми и радостью. Когда он увидел его улыбку, которая предназначалась кому-то другому. Кому-то незнакомому. Кому-то, но не Крису. Кристофер знал, что ожидать ничего не стоит. Смотреть — вот, что ему позволено. Смотреть и тихо восхищаться. Возможно, стоило бы подойти, познакомиться, сделать вид, что Крис ничего не знает о нем. Но… нет. Он всегда просто наблюдал со стороны. Словно завороженный, на эти черные волосы и глубокие серые глаза. Он знал его имя, знал класс, даже знал, куда тот собирался идти учиться. Крициан Лавэнэ. Мальчик из богатой семьи со своими проблемами. В своих кругах его называли «Кица». Франц знал о нем много, но не знал ничего. Правда ли Кица рад видеть всех этих людей? Правда ли ему комфортно с ними? Не притворяется ли он, не натягивает ли на свое лицо эту фальшивую улыбку? Может, он совсем не тот, за кого себя выдает? Кица для Криса — загадка. Головоломка, которую чрезмерно сложно разгадать. Он весь такой… невероятный. До ужаса интересный, хоть и прикидывается простачком, что ничего не понимает. Кристофер видел это. Он видел внимательный взгляд, будто бы смотрел насквозь, замечая, как крутятся шестеренки в голове у Кицы. Видел, как тот складывает паззл, но делает вид, что ничего не произошло. Кристофер так долго за ним наблюдал, что смог увидеть все. Но он, замечтавшись, пропустил момент, когда у Лавэнэ появилась подружка. Высокая, стройная. Длинные ноги, густые шелковистые волосы. Если честно, Кристофер отчаянно не понимал, зачем она нужна Крициану. Если судить по обрывкам разговоров, что доносились до Криса, то естественное, что он мог сказать — Эта девушка невероятно тупая. До болезненного смеха глупая и поверхностная. Абсолютно никакая. Пустышка. Франц часто видел их вместе на играх. Иногда настолько сильно засматривался, что потом получай нагоняй от тренера и пинки от товарищей по команде. Ну не мог он не смотреть. От одного лишь взгляда на Кицу хотелось сиять, ослеплять всех своим светом, что так и рвался просочиться из груди. Еще сердце стучало бешеным галопом, пыталось выскочить. Крис знал, что Крициан — его личная проблема, но ничего не мог с этим поделать. Лишь грустно смотрел на парня. Иногда получилось словить его взгляд. В такие моменты Кристофер выжимал из себя все: он несся по полю, забивая гол за голом. Обходил защитников, прокладывал себе пусть самостоятельно, и все лишь для того, чтобы обрести внимание только одного человека. Больше никто Криса не интересовал. Ему не нужна была та победа и засчитанные очки, если Лавэнэ на него не смотрит. Так односторонне они и общались. Крис наблюдал, а Кица изредка поворачивался в его сторону, стараясь отыскать кого-то позади. Так все и продолжалось, пока Крис не сорвался. На одной из тренировок он задержался слишком долго. Уже давно стемнело, но Франц, кажется, домой и не собирался вовсе. Он раз за разом бросал мяч. Под разными углами, в прыжке, с разворота, на полной скорости или с места. Он бросал и бросал по пустым воротам. Не обращал внимания ни на что. Команда давным-давно ушла, наверное, все уже разъехались по домам и сидят пьют чай. Но не Крис. К ним на тренировки нередко приходили другие ученики. Кто-то из-за интереса к спорту, у кого-то в это время было окно, а кто-то прогуливал. Команда «Вервульфов» была одной из сильнейших в их округе, если не самой сильной. Руки уже начинали отсыхать, а плечи ныть. Крис решил все же закончить. Он снял шлем и перчатки, собираясь двинуться к раздевалкам, но замер. Трибуна была пуста, лишь один темный силуэт сидел, наблюдая за ним. Присмотревшись, Кристофер застыл. Парень поднялся с сидения и спустился по массивной лестнице вниз. Ланэнэ был таким же красивым, как и в любое другое время. Вот только теперь он смотрен не насквозь, а прямо на Криса. Обернувшись по сторонам, Франц убедился в этом. — Прости, если напугал тебя, я уже ухожу, — грустно улыбнулся Крициан и потер макушку. Крис не ответил. Он не мог, все еще находился в оцепенении. — Знаешь, наверное, это будет очень странно, — замялся Лавэнэ и вытащил что-то из кармана. — Я хотел отдать это любимому человеку, но… не пригодилось, — грустно усмехнулся он и протянул бумажку Францу. — Возьми. Можешь представить, будто тебе ее написал любимый человек. Улыбнувшись на прощание, Кица развернулся и направился прочь со стадиона. Крис смотрел ему вслед и, кажется, совсем забыл как дышать. Он прижал одну руку к груди, из которой что-то отчаянно старалось выбраться, а другой рукой сжал записку. Когда на поле Кристофер остался совершенно один, он вспомнил про записку в руке. Развернув листок трясущимися руками, Франц замер, читая.

«Хочу чувствовать свою руку в твоей

Будешь сегодня моей?..

Кица»

Тело пробило мелкой дрожью. От чего она — Крис не понял, то ли это холод, то ли разбитое сердце. Он свернул листок и засунул его в карман, а после упал на газон. Откинувшись на мягкое покрытие, Кристофер всматривался в звезды и искал созвездия, пытаясь отвлечься от собственных мыслей. Кица раз за разом находит новый способ напомнить о себе, даже не думая об этом. Крис обязательно что-то сделает с этими чувствами. Он обязательно во всем разберется. Франц готов сражаться за Лавэнэ, как бы глупо и по-детски это не звучало. Он готов ради парня на все. Даже сейчас, лежа на газоне, задыхаясь от соленых слез, Крис клялся сам себе, что добьется парня, чего бы ему это не стоило. Он даже забудет о спортивном университете. Куда там Лавэнэ собрался поступать? Медецинская Академия Уэльса? Хорошо. Крис сделает все, чтобы попасть туда. Несмотря на черное небо, залившееся слезами, Кристофер видел перед глазами ясный образ темноволосого парня. Видел его грустную улыбку и искренние серые глаза. До выпускного еще полгода. Пожалуйста, Кица, подожди. Он придет. Придет и сделает так, чтобы вы оба были счастливы по-настоящему, без какой-либо фальши и наигранной вежливости. Крис вытерпит все испытания, лишь бы просто оказаться еще раз рядом.