Благословлённые

      Очередной теплый день под ярким светом Альфы Центавра подходил к концу. Ао’нунг только возвратился с охоты с дальних рифов. В этот раз ему вместе с Ротксо пришлось вести с собой троих молодых охотников. Ребята бестолковые, никого не слушают. Сказать, что рифовый принц с трудом удержался, чтобы не надавать тумаков каждому из этих скаунов — ничего не сказать. А еще было скучно без Нетейама. Изначально лесной мальчик должен был отправиться с ними, но в последний момент планы изменились, и он остался помогать с какими-то делами на суше.       Сейчас Ао’нунг шел, терзаемой неутихаемой злостью на маловозрастных скаунов. Ротксо вместе с ними пошел относить рыбу, а ему требовалось время, чтобы прийти в себя.       Отвлечься от своих негодований его заставил громкий восклик банш. Моргнув, он поднял голову и увидел кружащих над головой икранов; совсем недалеко от него на большом валуне сидела Тсирея с Ло’аком и Кири с Пауком.       Когда Кири остыла, парни извинились перед ней за свое поведение и пообещали больше никаких драк. Она сама не сильно этому поверила, но сменила гнев на милость. Паук и Ротксо действительно стали держаться друг от друга подальше, только обмениваясь редкими неприязненными взглядами.       — Что происходит? — спросил Ао’нунг, подойдя к друзьям.       — Нейтири и Нетейам устроили соревнование по стрельбе, — ответила Тсирея и указала на стоящие на камнях фрукты. Сверху раздался еще крик, и вниз пикировал один из икранов. На нем сидела Нейтири, одной рукой держась за повод, второй сжимая лук. Когда икран спустился ниже к земле, она выпрямилась, держась лишь пальцами ног за костяные стремена, и прицелившись, выпустила стрелу, попав точно в цель. Все собравшиеся заулюлюкали. На представление начали стягиваться другие на’ви и вот уже на третьем выпуске стрелы Нейтири — стоял гвалт восхищения и обсуждения ловкости и мастерству лесной на’ви.       — А ты не участвуешь? — спросил Ао’нунг, повернувшись к Ло’аку.       — Как бы не хотелось признавать, но в стрельбе из лука верхом на икране я им заметно уступаю. Я лучше стреляю с земли.       — Ты? И признал свою слабость? — усмехнулся Ао’нунг.       — Ой, да ну тебя, — с наигранной обидой фыркнул Ло’ак. Тсирея засмеялась и погладила его по руке. Икран Нейтири приземлился на свободном пятачке песка и пришла очередь Нетейама. Тот сделал два круга и, так же как и мать, пикировал вниз, уже недалеко от земли, выпрямившись на стременах и прицелившись из лука. У Ао’нунга захватило дыхание. То ли сам Нетейам парит вместе с икраном, то ли он сейчас просто-напросто рухнет с него. Но оторвать взгляд от выгнувшегося в спине и прицеливающегося лесного мальчика было невозможно. Его изящный тонкий хвост ловко покачивался в воздухе, помогая Нетейаму держать равновесие. Он выпустил первую стрелу, и та попала в цель. Ещё одна петля, и он, практически вися вверх ногами, выпустил еще стрелу. Ао’нунг дернулся, готовый уже бежать ловить его. Будто бы он смог это сделать. Хотелось закричать и попросить его слезть с этого существа на землю, и не подвергать себя такой опасности, но вот другие на’ви напротив, заулюлюкали такому экстремальному трюку. Нейтири с гордостью следила за сыном.       — Нетейам! — крикнул Ло’ак, вскочив на ноги, он подхватил лежащий рядом с ним фрукт и замахнувшись, подкинул его в воздух. Нетейам тут же отреагировал, выхватив стрелу и долго не целясь, выпустил ее. Та, пробив насквозь летящий фрукт, упала на землю. Толпа заликовала, так же как и Нейтири с Ло’аком.       — Это было круто, брат, — сказал младший Салли, когда икран приземлился, и лесной нави спрыгнул с него на землю.       — Спасибо, — Нетейам улыбнулся и похлопал брата по плечу.       — Твой старший сын искусный стрелок, — оценила Ронал. Когда среди зрителей появились Оло’эйктан и Тсахик, никто не заметил. — Ты можешь гордиться им.       — Я горжусь, — кивнула Нейтири, сдержанно улыбнувшись, хотя глаза ее искрились. Тук уже висела на руке старшего брата. — Я горжусь всеми своими детьми. Мои сыновья отличные воины и охотники, — Нейтири перевела взгляд на Ло’ака. Тот хоть и не высказывал ничего против восхваления умений старшего брата, но было видно, что эти слова матери для него многое значат.       — Ло’ак отличный подводный охотник, — подтвердила Тсирея.       — Есть еще чему учиться, но у него определенно хорошо получается, — не остался в стороне Ао’нунг, шутливо скривив лицо, когда младший Салли зыркнул на него.       — Мой братец нашел свое призвание, мне порой кажется, что он не в том племени родился, — засмеялся Нетейам. Ло’ак смутился, что было не свойственно для него. Он привык, что обычно его отчитывают, а тут все разом навалились с похвалой. После инцидента на корабле, когда Нетейам чуть не отдал душу Эйве, он заметно стал тише и послушней. Хотя неуемная натура все равно умудрилась находить себе приключения, но не столь опасные, как прежде, и теперь, прежде чем сделать необдуманный поступок, он десять раз подумает.       — Ты воспитала отличных сыновей, — подтвердил Тоновари. Нейтири кивнула, Ронал пригласила ее присоединиться для помощи и, оставив сыновей, та пошла следом. За последнее время обе на’ви крепко сдружились. Тсирея как-то сказала, что они нашли друг в друге духовных сестер, и эти незримые узы накрепко связали Нейтири и Ронал. Порой при общении они действительно выглядели как сестры, даже отчасти переняв некоторые манеры речи и характеры друг у друга. К тому же Ронал должна была скоро родить, и Нейтири активно помогала ей в подготовке к этому событию.       — Та-а-ак в честь чего соревнования? — спросил Ао’нунг, переведя взгляд на стоящего рядом с лесным принцем икрана.       — Просто так, — пожал плечами Нетейам и погладил пыхтящего над ухом икрана. — Для поддержания формы.       — А сможете научить нас стрелять из лука? — воодушевленно спросила Тсирея.       — Без проблем. Пошли, я дам тебе свой лук, — тут же вскочил Ло’ак. Молодые принцы проводили парочку взглядом и не сдержали смешка.       — Ло’ак готов всего себя к ногам Тсиреи положить, — заметил Нетейам.       — Правильно, иначе он и близко бы не подошёл к моей сестре, — ухмыльнулся Ао'нунг.       — А тебя тоже надо учить?       — Хм, зачем мне это? Я не собираюсь отправляться жить в лес, — отмахнулся рифовый принц, но взгляд скосил на лук в руках Нетейама. Тот улыбнулся и щёлкнув языком, отпустил икрана. Банши взмахнула крыльями и легко вспорхнула в воздух. — Пошли, научу. Интереса ради, — он пихнул лук в руки Ао’нунга.       — Нетейам! Нетейам! — раздался со стороны маруи голос Тук. Та бежала сломя голову и, остановившись рядом с братом, тяжело задышала. — Быстро пошли, — она схватила брата за руку и потянула его в сторону дома.       — Тук, что случилось?       — Бабушка. Норман принёс новости! — выпалила она. Нетейам изменился в лице.       — Извини, я сейчас, — бросил он А’онунгу и последовал за сестрой. Рифовый принц проводил их взглядом и взглянул на лук в своих руках. Сжав его, он отошёл к валунам и сел ждать. Он и сам не ожидал от себя того, что будет это делать. Будь это тот же Ротксо, он сказал бы ему, где его искать, когда закончит дела, а сам бы пошёл и нашёл себе на это время занятие, будь то рыболовство, плетение сетей или зависание с другими меткаинцами, но сейчас он был готов ждать сколько угодно.       Нетейам не задержался надолго: уже совсем скоро показалась его стройная фигура, но с ней было что-то не так. Голова не свойственно для него опущена, а кончик хвоста нервно покачивается из стороны в стороны. Ао’нунгу нравится ловить его за неугомонный хвост. Ротксо как-то даже пошутил, что со стороны кажется, будто он заигрывает с лесным мальчиком, за что после получил увесистую оплеуху. После этих слов Нетейама за хвост Ао’нунг больше не ловил, хотя так хотелось.       — Теям, всё хорошо? — спросил вскочивший на ноги Ао’нунг. Тот не сразу отреагировал на вопрос, но после кивнул и повернул голову в сторону изрядно потрёпанных фруктов.       — Давай туда, — он забрал свой лук из рук рифового принца, на мгновение коснувшись пальцами его кожи. Ао’нунг подавил желание схватить его за руку и никогда больше не выпускать, но лишь только расцепил пальцы и пошёл следом за другом…       — Следи за дыханием, осанкой и локтем. Если будешь это упускать — не сможешь нормально целиться, — пояснил он, взял стрелу и натянул тетиву, показывая правильную стойку, но взгляд Ао’нунга сосредоточился не на его руках, а на выгнувшейся в спине талии. Казалось он может спокойно обхватить её руками. Что навряд ли, конечно, но обхватить хотелось.       — Ао’нунг! — позвал его голос Нетейама и тот вздрогнув, поднял взгляд.       — Извини, задумался, — передернул он плечом, внимательно осмотрел его стойку и кивнул в знак того, что запомнил.       Удовлетворённо ухмыльнувшись, Нетейам передал лук меткаинцу и сделал шаг назад. Ао’нунг перехватил его удобнее и встал в стойку, заставив Нетейама засмеяться.       — Ноги на ширине плеч, — он подошёл и похлопал его по внутренней стороне колена, намекая куда и какую ногу надо отодвинуть. Новоиспечённый ученик послушно повиновался. Нетейам выпрямился, приподнял его локоть и руку, поставил правильно пальцы и похлопал меж лопатками, чтобы тот немного выпятил грудь вперёд, но рука его задержалась на чужой спине. Ао’нунг терпеливо стоял. Первая стрела пролетела мимо цели, но Нетейам всё равно похвалил его, от чего стало так тепло.       «Да что же это со мной» — мотнул головой рифовых принц и постарался сосредоточиться на луке.       Тренировались они до самого вечера. Когда Альфа Центавра на половину скрылась за горизонтом, у Ао’нунга наконец-то получилось попасть в цель.       — Отлично, ты молодец, — улыбнулся Нетейам и побежал за стрелой; вернувшись, протянул руку за луком.       — Давай ещё пару раз, — попросил Ао’нунг и выхватил стрелу из рук лесного.       Нетейам закатил глаза, не сдержав улыбку, и уступил.       Ао’нунг ухмыльнулся и снова встал в стойку и натянул тетиву. Нетейам вздохнул, подошёл ближе и мягко поднял его руки, наблюдая, чтобы стрела не ушла в сторону. Ощутив на себе пристальное внимание, он перевёл взгляд на рифового принца и встретился с его пронзительными голубыми глазами.       Отдернув руки, Нетейам отступил и кивнул в сторону цели.       — Стреляй и локти не отпускай, — скомандовал он, но кончик хвоста предательски подрагивал от смущения.       Возвращаясь к маруи почти в темноте, Ао’нунг заметил, что Нетейам снова выглядит понуро.       — Так что произошло? Ты, когда вернулся, был расстроен, и сейчас так же выглядишь.       — Мы улетаем. Мо’ат заболела, — ответил он. Поймав недоуменный взгляд Ао’нунга, продолжил.— Тцахик Оматикайя, она же моя бабушка.       — Насовсем? — Ао’нунг остановился, неверяще глядя на Нетейама. Тот, заметив это, тоже остановился и обернулся, пожав плечами.       — Не знаю. Может быть да, а может и нет, — вздохнул Нетейам. Ао’нунг поджал губы и посмотрел на беспокойную гладь воды. Ночью будет небольшой шторм, чем свидетельствовал и усилившийся ветер.       — Ты не хочешь улетать? — с какой-то надеждой спросил рифовый принц. Он понимал, что там у Нетейама семья, друзья, бабушка, но отпускать его не хотелось. Совсем.       — Затрудняюсь ответить, — скомкано ответил он. — Я привык уже к вашей деревне, но там мы нужны нашей деревне и родным.       — Тс. — усмехнулся Ао’нунг.       — Что?       — Так нужны были, что твой отец решил сбежать? — съязвил он.       — Он спасал нас, — огрызнулся Нетейам. Свободная рука сжалась в кулак.       — Он мог бы давно вернуться и спасать свой народ, а вас оставить здесь, раз он так беспокоится.       — Ты чего добиваешься? — почти прорычал Нетейам. Кончик его хвоста яростно метался из стороны в сторону.       — Говорю правду. Я отправлюсь с вами.       — Что? — повторился Нетейам, округлив глаза. Внезапное заявление Ао’нунга совсем сбило его с толку.       — Что слышал, — отмахнулся Ао’нунг и широким шагом направился к маруи.       Нетейам так и остался стоять ещё какое-то время не месте.       «Неужели он тоже не хочет расставаться?» — предположил он, ведь в слух так и не признался, что он рад вернуться домой, в родной лес и главной печалью его стала грядущая разлука с на’ви, который уже значительное время накрепко занял место в его душе, сердце и мыслях. В какие-то мгновения ему казалось, что это взаимно, но он тормозил эти мысли, засовывал поглубже в себя, дабы ни единая душа не заподозрила его в ненормальности. Как он тогда будет смотреть в глаза другим. Своему отцу, матери…       Утром они выдвинулись. К их удивлению попрощаться не пришла ни Тсирея, ни Ао’нунг. Если все удивились этому факту, то Ло’ак не скрывал своего огорчения, Нетейаму же пришлось усердно делать вид, что он расстроен не больше остальных, хотя обида острыми когтями скреблась изнутри. Не факт, что они вновь когда-нибудь увидятся, и, возможно, это прощание было бы последней возможностью увидеть Ао’нуга вновь и запомнить эти черты лица, которые снятся каждую ночь.       Уже сидя верхом на своем икране, Нетейам в последний раз оглянулся и мысленно попрощался с островами. Он будет скучать, даже несмотря на то, что так и не смог окончательно обжиться здесь и скучая по лесам.       — Не разлетаемся, идем точно в строю, — скомандовал Джейк. Нейтири обвела детей взглядом, убеждаясь, что все летят следом.       Паук летел на икране Кири и с каким-то непонятным выражением лица бросал взгляд на острова. Его тело пока оставалось там. Группа ученых, что помогали Ронал с раненными, пока прибывала на островах с позволения цахик изучая подводную флору и фауну. С судна контрабандистов они смогли достать некоторое уцелевшее оборудование и вернуть его в работоспособность. Они планировали отправиться обратно только через несколько дней.       Летели они до самого заката. Погода радовала теплом, а морской бриз приятно охлаждал нагретую кожу. Нетейам задумчиво глядел на их отражение на водной глади. Слова Ао’нунга не выходили из головы. Он бросил взгляд на летящего впереди отца. Внутри себя он был отчасти согласен с ним. Отец спасал их, но и сам бросил свой народ под обстрелом людей. Только выработанное годами восхищение закрывало глаза на такие моменты. Тем не менее обида за его резкие и грубые слова, гложила изнутри.       Когда Альфа Центавра своим ярким боком коснулась глади воды, они обнаружили неожиданных преследователей.       — Ма Джейк, сзади, — сказала Нейтири. Нетейам уже давно заметил, как мать регулярно оборачивается назад, но пытаясь отследить ее взгляд, не понимал, что она такого видит. Из-под ее подмышки тут же показалась голова Тук, которая пыталась высмотреть то, что и мама. Нетейам тоже обернулся, заметив, что и остальные стали всматриваться в воду. На приличном расстоянии из воды вынырнул цурак. Вынырнула он ненадолго, тут же погрузившись под воду. Нетейам моргнул, не поверив глазам. На спине цурака было двое наездников. Джейк, резко развернул своего икрана, заставив его пикировать к поверхности воды. Он на большой скорости летел в сторону преследователей. Нетейам и Ло’ак бросились следом. Не сговариваясь они выстроились в нужные позиции и, когда цурак снова вынырнул, им пришлось резко уводить икранов в сторону, предотвращая столкновение и атаку.       — Какого демона вы тут забыли? — рявкнул разъярённый Джейк. С новыми попутчиками им пришлось преодолеть еще несколько миль, пока они не добрались до небольшого островка. Они отдыхали на нем в прошлый раз, когда летели к Меткаинцам. Отпустив икранов охотиться и отдыхать, они собрались на берегу. Стоящий перед Туруком-Макто Ао’нунг с вызовом посмотрел ему в глаза.       — Вы хоть понимаете, что наделали? — зашипела Нейтири. — Ваши родители скорее всего уже с ума сходят! День заканчивается, а их дети пропали!       — Они бы не отпустили, — ответил Ао’нунг. Тсирея молчала, опустив глаза, стоя за плечом брата.       — Правильно! Они бы не отпустили своих детей отправляться туда, где идет война! — рявкнул Джейк.       — Мы хотели увидеть лес. Я говорил с отцом, но он не разрешил. Я собирался отправиться один за вами, но Тсирея увязалась следом, — закатил глаза Ао’нунг, получив возмущенный тычок в бок.       Джейк и Нейтири переглянулись и отошли на переговоры.       — Ну вы даете. Кто говорил о безответственности, — усмехнулся Нетейам, скрестив руки на груди и подойдя ближе к Меткаинцам. Ло’ак уже обнимал Тсирею, которая тут же расплылась в улыбке.       — Это другое, — фыркнул Ао’нунг.       — Ну надо же, как это Ротксо с собой не прихватили, — Кири улыбнулась, присоединившись ко всем, а вот Паука перекосило. Явно от облегчения от того, что Ротксо тут не было. Отношения между ними так и не установились, и они пытались держаться подальше друг от друга.       — Скажите, как вы вообще додумались плыть за нами на цураках. Что вы делали бы, если вас не заметила мама? — поинтересовался Нетейам. Его взгляд встретился с хитрым взглядом рифового принца.       — Вообще планировалось за вами идти незаметно до континента, — рассмеялся он.       — Хреновые из вас конспираторы, — сказал Ло’ак со смехом на английском. Его поняли все, кроме рифовых нави.       — Плохие из вас разведчики, — с усмешкой пояснил Нетейам. К ним вернулись Джейк и Нейтири.       — Значит так. Возвращаться мы уже не будем, мы провели в дороге весь день и слишком долго идти назад. Норман сказал, что сейчас там тихо…       — Ма Джейк, — резко оборвала его Нейтири, хлестанув хвостом себя по ногам.       — Я сам сопровожу вас обратно на острова, как только убедимся, что с Мо’ат все в порядке, — добавил он. — Полетите… Тсирея я, так понимаю, с Ло’аком, — он взглянул на обживающихся подростков. — А’онунг с Нетейамом, остальные икраны уже заняты, — махнул он рукой. Его икран нес на себе помимо всадника еще и большую часть их вещей. — Паук, ты голодный?       — Ну… не очень, — удивился Паук, непонимающе посмотрев на Джейка.       — Отлично, тогда завтра покормим тебя поплотнее; дуй спать, как очнешься, отправляйся на остров и найди Ронал с Тоновари, успокой их и убеди, что их дети в безопасности. Как бы Ронал еще не родила раньше времени на нервной почве, — вздохнул он. Паук спорить не стал. Кири потащила его устраиваться там, где они разбили лагерь в прошлый раз. Нейтири отправилась заниматься ужином, Тсирея пошла ей помогать, остальные под руководством Джейка обустраивались на ночь.       Сказать, что Тоновари и Ронал были злыми — ничего не сказать. Паук переживал, как бы ему еще не влетело за компанию. К моменту, как он к ним пришел, Тсахик и Оло’эйктан подняли на уши всех меткаинцев. Расправу обоим детям обещали страшную в виде сурового наказания. Тсирея неуверенно переглянулась с Ао’нунгом. Нетейам и Ло’ак прыснули в кулак.       Утром выдвинулись с первыми лучами.       — Объясни, чего вас понесло за нами? — Нетейам обратился к сидящему за ним Ао’нунгом. Тот вел себя нервно, его пальцы ощутимо сжимались на талии Нетейама, но показывать свой страх на глазах всех и обхватывать свой единственный спасательный круг на этом икране, он не мог себе позволить. Рифовый принц все старался смотреть куда-то вдаль, но только не вниз.       — Сказали же, что хотели посмотреть ваш лес, — излишне резко ответил тот. Нетейам обернулся, скептически смерив на’ви взглядом.       — Ну да, поэтому ты бросился через океан на цураке следом за нами. Ао’нунг, что случилось?       Рифовый принц посмотрел ему в глаза и поморщился, явно не горя желанием говорить откровенно. Он отвернулся, взгляд упал на гладь воды снизу. Это заставило его вздрогнуть и крепче вцепиться в Нетейама.       — Ай, ты мне ребра сейчас раздавишь, — тихо зашипел он, что его не услышали. Хватка ослабла, а за спиной раздалось ворчания.       — Чет уже даже жалею о том, что я решил вообще отправиться за вами, — услышал он недовольный голос Ао'нунга.       — Так что почему ты сбежал? Тсирея понятно — она следом за тобой к Ло’аку побежала, а ты?       Ао'нунг молчал.       — Ну и? — Нетейам снова обернулся и посмотрел на парня.       — Родители подобрали мне пару, — выдавил он нехотя. Нетейам почувствовал, что у него перехватило дыхание. Он нервно дернул ухом, с трудом удержал хвост на месте, но его кончик все равно предательски дернулся.       — С чего так? — он не стал оборачиваться, но почему-то услышать эту новость ему оказалось слишком неприятно.       — Отец хочет, чтобы я начал готовиться к становлению Оло’эйктаном.       — Рановато твой отец в отставку собирается, — невесело пошутил Нетейам.       — Не сейчас, но все же, — буркнул Ао’нунг.       — Но почему родители решили найти сами тебе пару?       — Спроси их, — психанул он и умолк. Нетейам вздохнул и более не стал доставать его вопросами. Им предстояла еще долгая дорога. Как минимум три дня пути, и не хотелось это время проводить в напряженном молчании.