Мой дорогой Император

───── ◉ ─────

      Лето вступило в свои права. Вечера и ночи перестали быть холодными и ветреными. Первый месяц принес с собой удлиняющийся световой день. Весна была дождливой, но в этом году погода была снисходительна к империи.       Арктическая Империя оживала и зацветала вместе с природой – приемы в столичных поместьях кипели с ночи до утра каждый день, иной раз затягиваясь на несколько суток. Дворяне из отдаленных владений восполняли время проведенное вдали от столицы после празднеств дня Высокой воды.       Свет солнца не попадал через узкие окошки внутрь оружейной, но и он и не был нужен. Лампа на столе прекрасно справлялась со своей задачей, освещая верстак, на котором была разложена винтовка.       Оружие блестело свежим металлом и темной смазкой на подвижных частях. Дрим провел пальцами по деревянному прикладу, медленно выдыхая. Работа южных мастеров с использованием последних разработок, о которых на севере только слышали. Если бы была возможность, Дрим переманил бы всех, кого он знал из работающих с оружием, но эти люди не согласятся. Не предадут родину, на которой выросли. Даже если предложить им деньги, новую личность, честь и уважение, которое не даст им Юг.       Дрим потер лицо ладонью, прежде чем закатать рукава и взять винтовку в руки, передернуть пустой затвор. Движение мягкое, щелчок тихий, радующий уши.       Дрим скучал по оружию из родной страны. Оно отличалось от оружия Севера, грубого, менее точного, но высокой пробивной мощностью. Мужчина мягко нажал пальцем на спусковой крючок, винтовка щелкнула вхолостую. Дрим уложил оружие обратно на верстак и оперся о край руками, тяжело выдыхая.       Голова кипела настолько, что сбивались даже действия, давно уже доведенные до автоматизма движения. К Дриму в кабинет ежедневно стекалась масса бумаг и информации, которую необходимо сопоставить с данными из Канцелярии и понять, как правильно использовать. Накладные, путевые листы, которые заставили карту в кабинете Дрима выглядеть месивом из отметок.       Скрипнула входная дверь, но Дрим даже не заметил, увлеченный мыслями у себя в голове. — Вижу работа в самом разгаре? — Панз спустился по ступеням, закрывая за собой дверь и оставляя свежий воздух снаружи. — Да. — Дрим пододвинул к себе коробку с патронами, не поворачивая голову к Панзу. — В самом разгаре, я схожу с ума здесь, а не в кабинете. — Удивительно странная для тебя честность. — Панз прислонился бедром к верстаку, разглядывая лежащую на нем винтовку. — Но правда твоя, еще немного разбирательств без крупных зацепок и кто-нибудь из нас сойдет с ума. А из зацепок только граф и несколько упоминаний в накладных.       Дрим отстучал патроны в руке, прежде чем начать собирать их в пачку. На лице отобразилось раздражение. — Следы ведут в игорные дома и на закрытые вечера. Лезть туда, как ворошить осиное гнездо. У нас сейчас нет ресурсов, чтобы заниматься всем одновременно. Сперва разберемся с тем, что уже очевидно — Хало. — Считаешь, что граф все таки замешан? — Панз сложил руки на груди, наблюдая за действиями Дрима. — Уверен. Что отец, что сын не смогли получить власть на Юге, а теперь мы мешаем им получить весомую власть в Империи. Следователь был в поместье Хало? — Дрим отложил патроны в сторону и оперевшись руками о верстак, поднял уставший взгляд на Панза. — Есть результаты? — Был. Результатов нет. — Панз тяжело выдохнул, закрывая глаза. — Реагирует спокойно, показания дал размытые, а связь сына с мятежами отрицает. — Просто замечательно. — Дрим раздраженно вздохнул и выпрямился, складывая руки за спиной. Вдобавок к головной боли, теперь болела и поясница от долгой работы за столом. — Следователь действовал по плану? — Действовал. Но дядя непрошибаемый, забыл? — Панз покачал головой, — Он всегда таким был. — Как я мог забыть? — Дрим шумно фыркнул и прищурился в сторону Панза. — Придется нам самим съездить и привести дела дяди в беспорядок. — Прямо как в детстве? — Сейчас последствия будут хуже. — Дрим улыбнулся, — Тогда мы всего лишь опрокидывали чернильницу и раскидывали листы по кабинету. Детские шалости. — Хочешь сказать, что у тебя сейчас нет такого же предвкушения, как в детстве? — Сейчас у меня предвкушение гончей. — Дрим повернул и наклонил голову набок к Панзу. — Это даже лучше.       Панз отмахнулся на довольный оскал мужчины. — Я как вспомню, как ты отгрыз ухо в драке, меня аж передергивает. — Это было эффективно, согласись? — Эффективно, но от тебя шарахались больше месяца, помнишь? —Это было не так плохо, как ты запомнил. Половина испугалась, половина зауважала. — Дрим вернул взгляд к винтовке и вздохнул. — Чтобы сейчас добиться ответов, просто откусить ухо уже не получится. — Ты первый бы расстроился, если подобного хватит, чтобы закончить это дело. — Верно.       Дело развивалось и у Дрима было нехорошее ощущение, что если продолжить тянуть за нить, клубок запутается еще сильнее. Но разве был тут у кого-нибудь выбор?       Стоило узнать, были ли подозрительные поставки в поместье графа, чтобы понять, будет ли у них оружие, способное противостоять тому, что будет у отряда Дрима. Было бы хорошей новостью, если охрана столичного поместья Хало будет вооружена чем-то старым, вроде мечей и банальных мушкетов, что не всегда стреляли. — Смотрю я на оружие, что ты достал, и думаю, что при желании ты мог бы устроить революцию самостоятельно. С твоими-то связями и знаниями. — Панз хмыкнул и взял в руки винтовку, открыв крышку коробки, стоявшей в тени.       Дрим покосился на товарища и покачал головой. — Болтай больше и тебе отрежут твой длинный язык. — Мы тут одни и по совместительству еще и разведка Его Величества. — Панз прищурил глаз, переводя взгляд на Дрима. — Или я попал в яблочко и у тебя действительно были подобные мысли? — У меня нет желания встать во главу Империи и оказаться в центре внимания. Слишком много мороки. — Сам-то не боишься, что тебя за такие речи казнят? — Панз положил винтовку на место и закрыл оружие тряпкой. — “Мы тут одни и по совместительству еще и разведка Его Величества”? Так ты сказал? — Дрим острозубо улыбнулся и выпрямился, разводя руки в стороны. — Не боюсь. Один раз умер, второй уже не так страшно, ведь для этого меня надо поймать.       Панз тяжело вздохнул. — Я заражаюсь твоей уверенностью в собственном бессмертии. Остальные тоже скоро поддадутся твоему дурному влиянию. — Такое уж дурное? — Дрим надел на голову черный с белой лентой цилиндр. — Если все мои люди будут иметь такую же уверенность в себе, то это будет просто чудесно. — Извращенец. — Какой есть, Панз. Ты ведь все еще мне служишь. — Пока ни разу не пожалел. — Собирай людей. В три часа выезжаем. Проследи, чтобы все достаточно вооружились. И сам не забудь.       Панз шутливо отдал честь, прежде чем выйти из оружейной на улицу.       До назначенного времени оставалось пара часов и Дрим продолжал заниматься оружием, позволяя рукам снова действовать без участия головы. В прохладе помещения было довольно зябко находится, но Дрим не мог уйти отсюда, пока не закончит подготовку.       Панз снова появился в дверях вместе с цокотом копыт и скрипом кареты, что остановилась снаружи, на маленькой подъездной дорожке.       Он выглядел довольным. — Сверкаешь, как начищенный подсвечник. — Имею полное право. Пойдем, одежда в карете, там переоденешься. — Остальные готовы? — Дрим закинул ремень винтовки на плечо и вышел на улицу, заранее прикрыл глаза от солнца. Небо было ясным и голубым, ни одного облака. Хорошая погода, чтобы вывести под руки одного своего названого дядю. — Да. Уже выдвинулись, будут ждать недалеко от поместья.       Дрим сел в карету вместе с Панзом и покосился на сложенную стопкой одежду на подушках сиденья. Вместе с теплой погодой можно разнообразить гардероб легкими тканями, но к портному Дрим снова не собирался и одежду шили по старым меркам. — У вас с Техно какое-то ненормальное желание одеть меня в светлое? — Мужчина приподнял рубашку, под которыми лежали бежевого цвета брюки. — У меня в гардеробе точно был черный костюм. — Плащ у тебя темный. — Панз кивнул на плащ, лежащий под черным цилиндром с белой лентой, на которой виднелись бурые брызги. — И шляпа.       Дрим вздохнул. Спорить с Панзом, как бодаться с бараном — бессмысленно и утомительно, а силы стоило поберечь. — Надо было тебя назначить следователем, а самому остаться на грязной работе. — Уверен, наша с тобой работа сейчас грязнее. — Что у нас есть по документам? — Дрим снял с себя рабочую рубашку, испачканную оружейной смазкой и пылью. Стоило сполоснуться, но откладывать поездку к графу еще сильнее было нельзя. — Придраться не к чему. — Панз положил папку со стопкой листов, чтобы завязать тесемки покрепче. — Такой бухгалтерии не должно существовать в природе, слишком уж все идеально. — Ответ от канцелярии и таможенной службы подшил? — Подшил, но по книге учета все совпадает, прикопаться не к чему. Вплоть до мелочей в названии приправ. Большинство хоть где-то, но ошибается. А тут — будто все одновременно писалось. — Значит, пока я буду разговаривать, найдешь нормальную бухгалтерскую книгу. — Я похож на бесплотного духа? — Панз вскинул бровь и отложил пухлую папку в сторону и сложил руки на груди. — В твоем представлении я прохожу сквозь стену в рабочий кабинет нашего графа и уношу с собой все необходимое? — Если в твоем арсенале есть и такие навыки, самое время их продемонстрировать, — Дрим отвлекся от застегивания запонок с желтыми камнями на свежей рубашке. Мужчина успел переодеться в узком пространстве кареты и скинуть грязную одежду под сиденье. — А если нет, то придется тебе действовать по старинке. Тем более в поместье будет суета. — Что ты успел сделать? — Ничего особенного, но если я правильно помню нашего с тобой дядю, найти нужное не составит труда. — Дрим хмыкнул и завязал под подбородком широкий платок — скрыть заметные шрамы и заодно продемонстрировать близость к императорской службе. Красный цвет носили не многие.       Дрим оказался прав. Уже на въезде в поместье гвардии, выставленной на охрану, оказалось больше в два раза. Они скрупулезно проверили документы, что им отдали, прежде чем разрешить кучеру продолжить путь по подъездной дороге. — Что ты успел вытворить? — С некоторой паузой поинтересовался Панз, после того как карета двинулась вперед, шурша колесами по гравию. — Ловкость рук и никакой магии. — Дрим надел шляпу на голову. — Не бери в голову.       Панз вздохнул и потер переносицу. Дрим, как ящерица, успел отрастить себе новые весьма длинные руки влияния, ничуть не хуже старых, и Панз абсолютно не успевал за ними следить.       Карета остановилась на подъездной дороге перед массивной лестницей из белого мрамора, ведущей к парадной двери. Дрим легко выпрыгнул, придержав шляпу рукой. Панз вышел следом, оглядываясь по сторонам.       Охраны рядом с домом не было, только из дверей вышел дворецкий, что совсем не был похож на дворецкого — слишком крупное телосложение и тупое лицо. Слуг с таким лицом ещё могут взять на тяжелую работу в поместье, но не дворецким. — Кто прибыл?       И разговаривает не как дворецкий. Дрим хмыкнул, не спеша подниматься по лестнице, пропуская Панза со всеми документами к дворецкому. Вряд ли этот амбал конечно хоть что-то поймёт в витиеватом почерке канцелярского служащего. — Следователь Голд и мой ассистент, — Панз кивнул на стоящего в начале лестницы Дрима, — К графу, нам необходимо поговорить.       Неправильный дворецкий рассматривал документы в папке абсолютно неосмысленным взглядом. Панз терпеливо ждал, пока Дрим отмечал непривычный беспорядок у парадной поместья.       Коробки, прикрытые тканью, остатки сена, хотя его тут быть не должно. Если Дрим не приглядывался бы и не знал, идеалистические представления о поместье у дяди, такие маленькие не состыковки почти невозможно заметить.       Что-то определенно грузили прямо через главный вход и не все успели сгрузить. Скорее всего ночью, чтобы не привлекать лишнее внимание. Обычно в поместье привозили, а не увозили.       Возможно, контрабанда в виде оружия повстанцев лежала в самом неочевидном месте. Прямо в поместье графа. Никто из следователей просто не стал бы копать под аристократию, что переметнулась в подданство Империи, предав свой народ. — Проходите. —Амбал все-таки соизволил отдать Панзу документы и открыть перед гостями двери. Дрим легко взбежал по лестнице и встал у Панза за правым плечом.       Затылок поджег неприятно-подозрительный взгляд, наверняка дворецкий невежливо поводил гостей взглядом.       В центре его холла стоял граф в окружении трех слуг: двух мужчин и женщины. Они внимательно слушали хозяина, находясь в шаге от того, чтобы заглядывать Хало в рот. — Приветствую графа. — Панз слегка наклонил голову, прижав руку к груди, но не спеша раскланиваться, как то было необходимо. — Имперский следователь, Голд, и мой помощник.       Дрим повторил движение Панза, но куда более слабо. Зеленые глаза внимательно разглядывали интерьер вокруг из-под полей шляпы. — Кажется, — Граф намерено пропустил приветствие, — Я уже ответил на все вопросы прошлому следователю.       Мужчина поднял взгляд на двух блондинов и прищурился, явно недовольный увиденным, прежде чем отдать слугам стопку документов и отправить их восвояси. — Появились новые подробности дела, касаемые вашего сына. — Панз показал рукой на Дрима. — Мой коллега поговорит с вами, пока я осматриваю ваш кабинет и склады. — По какому праву? — Граф вопросительно выгнул бровь, коротко переводя взгляд на Дрима и следом возвращая его к лицу Панза. Своего второго названого племянника с изуродованным лицом мужчина не узнал. — На основе ордера. — Панз достал из папки лист гербовой бумаги. Граф не сумел сдержать гримасы разочарования. — Если чувствуете нужду удостовериться в подлинности, не стесняйтесь, возьмите. — Я верю. Позвольте я выделю вам слугу для осмотра дома, чтобы вы не заблудились. — Граф указал рукой на дворецкого. – Оливер, проводи мистера Голда в мой рабочий кабинет и покажи бухгалтерскую книгу.       Панз с видимым неодобрением посмотрел на “дворецкого”, но все таки пошел за ним по лестнице наверх, оставляя Дрима один на один с графом. Тишина в холле была оглушительной. — Удивлен, – Первым нарушил молчание граф, — Что ты жив. — Надеялся увидеть мою голову на воротах? Увы, там пока только голова твоего сына. — Дрим приподнял костяшками пальцев край шляпы. — Удивительно хорошо держишься.       Граф развернулся и открыл двустворчатые двери в небольшую гостиную со светлой мебелью. Солнце ярко заливало все вокруг через окна. — Я не верю, что мой сын мог сотворить подобную глупость, но вердикт вынесен нашим Императором. Моя задача отмыть теперь этот позор, даже если его не было. — Вашего? — Дрим не сдержал ухмылки, бесцеремонно садясь на диван и снимая шляпу с головы. Граф проследил этот жест глазами, прежде чем устроиться в кресле напротив. — Хорошая шутка, дядя. — Ты разговариваешь со мной в роли Имперского следователя. Не думаешь, что глупо предъявлять мне что-то? — Торговлю красной дурью среди народа Империи, например. — Дрим закинул ногу на ногу и слегка наклонил голову набок. — Достаточно серьезное обвинение? — Серьезными обвинениями раскидываешься, Клэй. — Граф прищурил глаза, откидываясь на спинку кресла и сцепляя руки в замок. — И какие у тебя доказательства? — Достаточно, чтобы не дать твоим амбициям разрастись до неприятных масштабов. — У тебя ничего нет на меня. — Уже утвердительно выдохнул граф и устроил руки на подлокотниках. — Ведь я ничего не планирую. — Вы вышли на контакт с людьми из южной делегации. — Дрим достал из пальто свернутый лист и развернул его. — Владелец алмазных шахт, если я правильно помню. — Да, все верно. Я общался со Скеппи еще когда был в южной аристократии. — Граф вздохнул. — Как это связано с моим сыном и твоими обвинениями? — Поговаривают, вы заключили сделку на поставку камней. Хотите открыть ювелирный салон? — Дрим улыбнулся, распрямляя бумаги на колене. — Как раз к летнему сезону, верно? — Верно. — Мужчина постучал ногой по полу, внимательно разглядывая Дрима. — Мы не афишировали сделку. — Вы подали накладные на груз, который вместе с делегацией. — Дрим хмыкнул, — Странно было бы закупать такое количество драгоценных камней для личного использования. — Неужели выводы на одних только накладных? — Граф вопросительно выгнул бровь. — А если бы они действительно были для личного использования? — Может, но я знаю тебя лично, дядя. — Дрим опустил взгляд в бумаги у себя на колене и прикрыл глаза. — Ты не переносишь предметы роскоши, украшенные камнями, и не стал бы так ухаживать за женщиной, на которую положил глаз, ты бы подарил камни, имеющий оттенок, а не бесцветные бриллианты. — Мужчина поднял взгляд, изучая реакцию сидящего напротив. — Мне всегда казалось, что твоих умственных способностей не хватит, чтобы проводить анализ. Такое не к лицу солдатам. — А я и не солдат, граф. — Дрим улыбнулся. — Я стратег.       Наверху что-то грохнуло и затихло. Граф напрягся в плечах и все таки метнулся взглядом к двери, а потом обратно к Дриму, что улыбнулся шире. — Кажется, все закончилось, пока мы с вами разговаривали. Будет проще, если вы скажете, что подтверждаете обвинение в ваш адрес и называете мне соучастников. — С чего бы это? — Смертную казнь за содействие следствию могут поменять на каторжные работы. Не лучше ли сохранить себе жизнь, дядя? Ведь вы так ей дорожите. — Дрим протянул бумаги графу. — Возьмите.       Помятые листы с корявым почерком, почти неузнаваемым. Если бы сам Дрим не видел, что их писал Сапнап, то не поверил бы, что он так мог написать.       Лицо у графа сначала побелело, а потом и позеленело. — Он грозился мне, что его отец снимет мне голову. — Дрим улыбнулся, щуря глаза и поглаживая освободившейся рукой цилиндр лежащий рядом на диване. — Сдается мне, что Сапнап слишком надеялся на тебя.       В этот раз грохнуло уже в холле.       Граф подскочил первым, выпуская из рук испачканные листы и доставая из-под плотного пиджака револьвер. Дрим резко наклонился вперед и прыгнул, хватая ствол оружия и направляя вверх, прежде чем врезаться головой в чужое перекошенное лицо.       Граф схватился за нос, опрокидываясь на кресло обратно, выпустив револьвер из руки. — Опасная игрушка, граф. А я наивно полагал, что вы таким не интересуетесь. — Дрим проверил барабан — полный — и направил оружие в чужой лоб. — Все закончилось, не дергайся. — У тебя нет оснований так утверждать. — Граф не без труда взял себя в руки, стирая озлобленную гримасу с лица.       Раньше, Дрим боялся злости этого человека, обманчиво спокойного, а сейчас граф казался жалким. Из разбитого носа по губам текла кровь.       Двери в гостиную открылись, граф не удержался — метнулся взглядом, но вместо ожидаемого подкрепления на пороге возник Панз. Весьма потрепанный, злой, но почти целый, не считая наливающегося синяка на скуле. — Вы задержаны, граф. — На каком основании? — Вы подозреваетесь в сговоре и контрабанде запрещенных веществ на территорию Империи. — Панз тяжело оперся о дверь плечом и жестом уличного фокусника достал из-за пазухи потрепанную книжицу, между листов которой торчала лента-закладка. — Обыск с ордером будет проведен завтра, но этого, думаю, будет достаточно. — Вы не имеете права распоряжаться моими вещами. — Вы сами дали согласие на обыск кабинета. Надеялись, что ваш бугай-дворецкий справится? — Дрим хмыкнул и направил ствол револьвера на графа. — Медленно встаем, дядя, и идем в нашу карету, что мигом домчит нас до каземата. — Стоило сгноить тебя еще в начале войны по карцерам, Клейтон. — Свой шанс вы упустили, дядя. Чего уж теперь говорить о прошлом.       Путь до кареты прошел в тишине. Кучер с кареты после приказа Панза уже успел позвать поджидающую неподалеку помощь. В поместье началось шевеление, испуганные остатки прислуги выгоняли в холл и обыскивали.       Граф Хало скрипел зубами, садясь в карету, подгоняемый утыкающимся в спину дулом револьвера.

──────────

      Холод каземат теперь не заставлял ежиться и пытаться искать место, где он будет не таким губительным для тела. Теперь Дрим сидел на стуле недалеко от камеры, одетый в теплый рабочий шерстяной костюм, и клевал носом.       Кто посмеет тронуть человека Императора, которого он лично вытащил из здешней камеры?       В камере позади царила тишина. Граф не терял остатков достоинства, оказавшись тут, и надеялся на возможность откупиться, выйти из каземата целым и невредимым.       Дрим зевнул и прикрыл рот ладонью в черной перчатке. Его Величество запаздывал, но сейчас Дрим был даже готов простить Императора, заставляющего его сейчас сидеть дольше необходимого. В голове пока неспешно формировалось дополнение к следующим шагам. Самое тяжелое — найти распространителей и оставшиеся склады, было поручено Панзу. Дриму оставалась неблагодарная и грязная работа дознавателя.       Дрим зевнул еще раз.       Неровно горели факелы на стенах — проводить газовое освещение сюда дорого и воздуха в местных коридорах было совсем мало, чтобы тратить его еще и на подобное. Огонь колыхнулся от порыва ветра, когда где-то открылась дверь и Дрим закрыл глаза, прислушиваясь к шагам.       Четкая и тяжелая поступь, недостаточно тяжелая, чтобы быть военной, и тихое бряцание металлической цепочки. Мундиры местных такие звуки не издают, они еле слышно шуршат. — Сон в тюрьме для тебя привлекательнее, чем в личных покоях Дрим? Мне стоит перевести тебя обратно? — Ваша милость не знает границ, мой Император. — Дрим открыл глаза, и скосил взгляд на подошедшего Техноблейда. — Но я предпочту остаться на своем месте. — Твой посыльный передал, что происходящее не терпит отлагательств, а ты спишь? — Пока я дождался вашего появления, я мог выспаться на ближайшие пару дней. — Дрим встал и указал раскрытой ладонью в сторону камеры, рядом с которой сидел. — Обычно дворян запирают в покоях собственного поместья или в более удобных камерах, но мы ведь оба не хотим давать хорошие условия для источника красной заразы?       Император проследил взглядом за рукой и вернулся к Дриму. — Значит, ты уже провел допрос? — Нет. Граф не из тех, кто просто так все расскажет, стоит загнать его в угол. — На лице у южанина появилась тяжелая гримаса разочарования, которую Техно разглядел только мельком. — А нам было бы на руку, если обставить все как чистосердечное признание с подписью и раскаяньем виновника. —Нам?       Дрим улыбнулся, слегка прищурив глаза за полупрозрачной вуалью и снял с пояса связку ключей, чтобы открыть дверь в камеру.       Граф, сидевший в полумраке, прищурился в сторону вошедших и откинул движением головы растрепанные волосы с глаз. Император незаинтересованно скользнул взглядом по чужому лицу. Лихорадочно горящие глаза, притворно спокойное выражение лица, несмотря на разбитый нос и засохшую под ним кровь. Многие заключенные так выглядели, и не важно, аристократы это были или простолюдины. — Ваше величество, приветствую вас. — Можешь сидеть. — Техноблейд остановил графа раскрытой ладонью. — Благодарю, Ваше Величество. — Мужчина перевел взгляд на Дрима, что стоял позади Императора и не принимал участие в происходящем. — Смею заявить, что меня несправедливо оболгали из-за личной неприязни, Ваше Величество.       Дрим и глазом не повел, разглядывая камеру и не испытывая к заключенному ни капли интереса. — Если в ходе расследования будут обнаружены подложные факты, виновные будут найдены и наказаны. — Одно мое нахождение здесь уже следствие клеветы. — Граф нервно растер запястья и сцепил пальцы в замок. — Должен признаться, вашего следователя и меня связывают весьма неоднозначные события, что могут влиять на ход расследования ввиду желания мести. — Среди моих следователей есть такие люди? — Техноблейд удивленно приподнял брови. — Как интересно.       Граф быстро скосил взгляд на Клейтона, что переключил свое внимание на Императора, и выдохнул, будто собирался произнести что-то не предназначенное для лишних ушей. — Я уверен, даже мой сын не был виновен в том, что ему приписывают. У Клейтона личная неприязнь к моей семье.       Дрим покачал головой и выдохнул, выпрямляясь и переставая подпирать неровную стену лопатками, — Я думал, вы придумаете что-то более интересное, чем обвинение в клевете, дядя. В детстве мне казалось, что вы невероятно умны.       Мужчина на деревянной лежанке напрягся и дернул губой, будто собираясь показать зубы на манер животного. Император молча наблюдал, отходя на задний план происходящего. Здесь и сейчас он был наблюдателем, чье вмешательство было бы лишним. — А вы оказались так банальны. — Дрим поправил черные перчатки на руках и улыбнулся. — Заключение в местных казематах научило меня северным обычаям обращения с заключенными преступниками. Например, к командирам, что разрешали солдатам насиловать женщин на захваченных землях. Или к наркоторговцам. — Приписываешь свои грехи ко мне? — Граф отодвинулся от чужой руки, что протянули к нему, то ли, чтобы схватить за грудки, то ли за горло. — Наглая клевета — не мое оружие, дядя. — Дрим улыбнулся и приподнял вуаль с лица, заглядывая глаза в глаза. — Я обещал Его Величеству показать, как получают задокументированное признание вины. — Моя вина не доказана. — Твоего поместья и дуболома-дворецкого достаточно. Разговор с тобой не более, чем формальность. Сапнап очень нехорошо умер с политической точки зрения. Надо это исправить. — Что ты вообще знаешь про политику? — Лицо графа исказилось в неприятную гримасу отвращения. — Тебя не готовили на наследника, тебе даже основы не дали, чтобы бы и дальше вел себя как мертвая мышь. — Эта мертвая мышь настолько встала вашим планам костью в горле, что избавились от меня первым же подвернувшимся способом. — Дрим сжал чужие волосы в кулак. — Сейчас, не думаешь ли, что ваши амбиции слишком уж разыгрались?       Об Императоре, стоявшем в стороне, кажется, забыли. Техноблейд прикрыл рот рукой, задумчиво рассматривая фигуру Дрима в полумраке. Очень хотелось увидеть, какое у него сейчас выражение лица. Он злится сейчас или наоборот довольствуется происходящим и своим вкладом?       Даже процесс такого близкого допроса не так интересен, как состояние Дрима. Когда он стал так предан Империи? Это благодарность стране, что вытащила его из камеры, или лично Императору? — Ваше Величество, вы слушаете?       Техно склонялся ко второму варианту. Желание выслужиться перед страной тут ни причем.       Дрим звучно цокнул языком, прежде чем недовольно прошипеть: —Техно, сейчас не время предаваться праздным размышлениям, раз пришел. Если настроение думать о своем, чем-то высоком, то на выход.       Непривычное обращение резануло по ушам Императора и он все таки вышел из своего состояния молчаливого созерцания. Дрим смотрел на него, во вполоборота повернув голову и взгляд неприятно жег кожу даже через вуаль. —Что? — Что слышали, Ваше Величество. — Дрим отвернулся и взял заключенного за лицо, проигнорировав последнюю наивную попытку укусить и прищурился, смотря глаза в глаза графу. До него уже постепенно дошло, что взывать к Императору более чем бесполезно. И правитель, и этот демон были заодно. — Подписанные показания занесу в кабинет, лично или с Панзом. Ваше присутствие больше не обязательно.       Техно потер подбородок, задумчиво разглядывая спину Дрима. Поднять лояльность за счет проведения показательно, открытого суда над аристократом? Да и дело связано с наркотиками от которых страдали и простолюдины. — Оставь лицо в приличном состоянии, чтобы было не стыдно показать людям.       Техно собирался наблюдать за допросом, чтобы принять решение, но сейчас внутри груди, и даже в голове, все успокоилось, будто вода после шторма. Дрим сделает свою работу верно. Не нужно контролировать, как Император делал это по привычке. — Как прикажете, Ваше величество.       Техно отвернул голову, мимолетом отмахиваясь от назойливого шума в голове. Сейчас шло все в русле, которое было полезно и Империи, и лично Императору. Верному псу не надо ничего говорить.       Дрим знает, как делать свою работу.       В коридоре, помимо блондина, чье имя Техноблейд совершенно не хотел запоминать, брезгливо озираясь, стоял посыльный от совета. Неприязнь и отвращение от этого тонкого человека исходила ощутимая, будто протяни руку и сможешь пощупать эти волны. — Ваше Величество, вас ожидают в кабинете. — Не припомню, чтобы договаривался о встрече с членами совета. — Техноблейд окинул взглядом посыльного. Раздражение ощутимо покалывало пальцы. Император не собирался тратить время на стариков, упрямо пытающихся доказать, что Техно не способен править самостоятельно. — Я прислан передать смиренную просьбу. — Слуга зыркнул на блондина и поклонился Императору. — от членов Совета.       Техноблейд планировал поговорить с Дримом, когда он закончит с признанием Хало своей вины. Стоило выкинуть посыльного вон и остаться ждать, но остаться потом в окружении шести человек, кто не замолкал по одному только взгляду Императора?       Император потер виски и оглянулся на камеру, прежде чем направиться к выходу из каземат, в сопровождении посыльного. Снаружи уже вечерело. Если разогнать всех недовольных быстро, то он еще успеет вызвать Дрима к себе в кабинет, чтобы переговорить о результатах допроса. Читать с бумаги витиеватый почерк, в очередной раз, не хотелось. Слишком болели глаза, а в голове как заноза пульсировала возможность обмана.       При разговоре ложь выявить легче, чем увидеть ее на бумаге.       Зал собрания, на удивление Техноблейда, был пуст. В нем сидел только один человек. Советник и приближенный Отца-Императора. Скептик и консерватор, яростнее всех высказывавший недовольство от такого близкого сотрудничества с южанами.       Его давно стоило сместить со своего места, ибо Бран был человеком Филзы, а не Техноблейда. Он выдвигал Уилбура как кандидата на Императорское место и был крайне недоволен, когда его фаворита смели с законного места. — Ваше Величество, Вы кажется, совершенно не предаете внимания происходящему. — Тон, будто сам отец решил отчитывать сына через своего советника. — Ближе к делу, — Отрезал Император и дернул бровью. — Мне некогда выслушивать нотации. — Из поместья пропало несколько слуг после того, как ты решил, что пустить южан во дворец — здравая идея. — Слуги всегда пропадали во дворце. Это не та новость из-за которой ты имеешь право разговаривать со мной в таком тоне.       Техно сморщился, внимательно смотря на пожилого мужчину. Устраивать с ним словесное противостояние Техноблейд не собирался. Это было не так интересно и захватывающе, как если бы ему пришлось ругаться с Дримом.       Советник Отца пытался давить опытом, а Техно брезговал марать о старика руки, хотя придушить его было бы куда более милосердно. Чтобы он не мучался болезней, присущих его возрасту.       Будто слыша его мысли, мужчина закашлялся в кулак и строго посмотрел на Техно. — Ваш отец просил меня обучить Вас, чтобы вы не натворили глупостей. А вы, игнорируя мои советы, привели во дворец южанина в первые месяцы вашего правления! — Хочешь сказать мне, что я ошибся? — Техно наклонил голову набок и медленно подошел к советнику, нависая над ним. — Я правильно тебя понял? — Ты верно меня услышал, Техно. — Бран нахмурился, но не дрогнул. — Я помню, как ты ходил под стол, и как твой отец, передавая тебе бразды управления, очень просил меня позаботиться о тебе. — Мой отец ошибся. — Техно зажал рот пожилому мужчине и наклонился к нему. — Твоя помощь мне не нужна. Настоятельно рекомендую тебе съездить поправить здоровье и не возвращаться в столицу.       Бран прищурил глаза, смотря на Императора. В глазах не было страха от неозвученой, но явственной угрозы. Техноблейд убрал руку от чужого рта. — Ваша дружба с южанином не закончится ничем хорошим, ни для вас, ни для Империи. — Это я буду уже решать самостоятельно. А сейчас — вон отсюда.       Когда зал собраний опустел, Техно помассировал виски пальцами. Разговаривать с Дримом было легче, он не ощущал себя ребенком, которого взрослые тянут из стороны в сторону, чтобы он подстроился под их желание и образ, что выстроен у них в голове.       Стоило отправить к Дриму слугу прямо сейчас.

──────────

      Арендованная карета медленно покачивалась, двигаясь по неровной брусчатке одной из главных улиц. К вечеру в казино стягивалась публика, желающая просадить деньги на азартных играх. Аристократы, желающие развлечься от медленных однообразных дней, и простые горожане, жаждущие быстрой наживы, — в казино можно было встретить разную публику.       Дрим скучающе смотрел в окно на улицу, освещенную газовыми фонарями. Светло как днем. Красиво и заставляет вспомнить улочки родного города, рядом с которым находилось поместье. Солнце на юге частый гость, оно заливает улицы и комнаты через широкие окна. На севере, даже летом, такое почти невозможно увидеть.       Карета остановилась около парадного входа. Дрим выдохнул и зачесал темные волосы пятерней. Потраченное на изменение внешности время должно будет окупиться. Найти во дворце служанку, способную косметикой изменить черты лица было нелегко и весьма затратно.       Дверь кареты открыл лакей и Дрим вышел на улицу. Сегодня будет отвратительно длинная ночь.       Игорные дома были частным бизнесом, хотя еще пару лет назад, они были под юрисдикцией Императорской семьи. Они исчезали и появлялись на старых местах уже с другими владельцами.       Дрим отдал охране на входе конверт с подтверждением своего статуса и прошел в ярко освещенную парадную. Охрана стояла в коридоре, наблюдая за прибывающими посетителями, не давая пройти простолюдинам в недоступные для них залы. Остро пахло табаком, газом и чем-то терпко-сладким.       Стоило бы запретить азартные игры, но тогда они уйдут в подполье и вреда будет только больше.       Мужчина прищурился от яркого света и направился в просторный зал, где между столами, окруженными людьми, сновали официанты с подносами. Было шумно и жарко, несмотря на открытые настежь окна и двери балкона. Дрим взял бокал с шампанским у проходящего мимо официанта и пригубил. Прохладное игристое почти обожгло рот, но найти в зале что-то помимо алкоголя потребует слишком много времени и будет выделять Дрима еще сильнее. Шрамы на лице с этим уже прекрасно справляются.       В толпе обнаружилось что-то привычное глазу южанина. Около одного из столов с рулеткой заливалась смехом, лишь прикрыв рот рукой, девушка в элегантном брючном костюме. Гостья с Юга. Только там женская мода повернула в сторону от привычных платьев и жестких корсетов. Дрим помнит, как недоверчиво его сестра первый раз надела брюки и как потом с восторгом рассказывала, насколько это удобно.       Стоит наладить контакты с людьми, прибывшими с Юга как сопровождение делегации. Дрим был уверен — кто-то о них проговорится о чем-нибудь интересным, за что можно будет зацепиться. Кто откажется поболтать и перемыть кости людям другой страны? Дрим хмыкнул и притерся к группе за столом с рулеткой. Звонко прыгал шарик по ячейкам вращающегося колеса. Стоило сыграть, приглядеться к публике и поболтать за игрой.       В толпе около балконов терлась смутно знакомая фигура с ярким топазом в серебряном обрамлении на светлом камзоле. Делегат с Юга из числа, посетивших прием во дворце.       Хало молчал об этом молодом человеке до последнего. Дриму пришлось постараться, чтобы найти способ надавить и заставить говорить о посреднике, на которого оставят организацию пути красной дури на север. Вытаскивать подробности из мужчины пришлось клещами. Вместе с зубами.       Дрим потер собственную челюсть в месте, где у него самого не хватало зуба.       Такой метод допроса эффективен, когда человеку не плевать на боль и собственную жизнь. Сапнап продержался дольше, если сравнивать его с отцом. Дрима это забавило. Сын оказался крепче отца, которого на юге считали недоступным даже для боли.       Взгляд зацепился за покерный стол, где было как раз свободное место. Дрим поймал проходящего мимо служащего и качнул головой в сторону. Молодой мужчина сверился со списками и кивнул, — Пройдемте, место свободно. — Отрадно это слышать. У вас сегодня оживленно. — Весна, господин. Все хотят успеть отдохнуть. — Служащий улыбнулся и слегка поклонился, останавливаясь около стола. — Приятной игры, господин.       К новому игроку обратились взгляды уже сидящих за столом. Дрим поздоровался кивком головы, устраиваясь в кресле.       Пока мужчина получал фишки и раскладывался, за столом хранилось молчание. К новичку приглядывались — Дрим чувствовал чужие взгляды на коже как иголки. Дилер мешал карты, не участвуя в изучении южанина.       Первый кон прошел в настороженным молчании, пока Дрим показательно нервничал и ошибался, тер жесткий накрахмаленный ворот и поглядывал по сторонам, чем вызывал легкую ухмылку и сидящих вокруг. — Ты ведь не из столичной аристократии? — Сидящий по правую руку от Дрима мужчина подал голос первым к концу второго кона. В его банке уже лежало достаточно количество фишек с золотыми гранями. — Я прав?       Дрим выдохнул и бросил быстрый взгляд на свои немногочисленные фишки. Мужчина грешным делом уже считал, что затея не выгорит и деньги проиграны зря. — Так сильно заметно, господин? — Сильно. Ты совершенно не умеешь держать лицо. — Мужчина подозвал официанта, стоящего неподалеку, чтобы тот наполнил рокс крепким алкоголем. — Так откуда ты? — Я с окраин Юга. — Дрим пригладил волосы, — По моей внешности так не скажешь, но я коренной южанин. — Редко от кого добьешься такой честности. Особенно после войны. — Мужчина пригубил виски и скосил взгляд в сторону Дрима. — Как твое имя? — Клейтон, господин. — Дрим улыбнулся, разглядывая собеседника. Возраст выше среднего, на висках и бакенбардах только начинает появляться седина. Держится уверенно, явно аристократ, но рука с роксом подрагивает. — Как я могу к вам общаться? — Джеймс Шлатт. — Мужчина протянул ладонь. — Будем знакомы.       Шлатт, фигура не особо примечательная в светской жизни, повеса и любитель алкоголя. Данные разведки не обманывали. Мужчина был харизматичен, к нему очевидно тянулись, если смотреть на сидящих за столом. Джеймс был самопровозглашëнным лидером в компании. От него за версту пахло неизмеримо огромными амбициями.       И именно это не сходилось.       По данным разведки, этот человек не участвовал в политических играх аристократии и не был вхож во дворец. В это нельзя было поверить, наблюдая за мужчиной лично. Двойное дно тут было таким же глубоким, как у здания казино.       Стоило приглядеться поближе. — Будем знакомы.       Во время игры Джеймс не был словоохотлив, он курил, перекидывался фразами с остальными игроками, но не более. Шлатт справлялся и без слов, его движения ловили, за ним наблюдали.       Не все так просто, как бы Джеймс не окружал себя вуалью бесполезности.       Дрим отметил взглядом еще одного администратора, наблюдающего со второго этажа за обстановкой зала. Не такой, как остальные, этому хватало одного только наблюдения с определенной точки. Подтянутый мужчина с очками на носу. Типаж совершенно не подходил к месту, но встретившись с цепким взглядом, стало понятно, почему именно он стоит на этом месте.       Интересно будет поглядеть на самого владельца казино. Гости заведения представляли собой занимательный материал для изучения.       Последние фишки были бездарно проиграны. Дрим устало потер пальцами переносицу. — Выходец с Юга, да? — Сбоку хмыкнул Джеймс. — Как вижу, неумение играть у вас в крови.       Дрим не сдержался, недовольно дернул губой, смотря на кудрявого мужчину. — Ну-ну, не злись, Клейтон. Обязательно повезет в другой раз. — Обязательно. Был рад познакомиться, Джеймс. — Буду рад, если увижу тебя тут еще раз. — Шлатт отсалютовал Дриму стаканом, отвечая на вежливый кивок головы южанина.       Бесполезно проведенное время, не считая новой информации о темной лошадке Джеймсе Шлатте. Дрим не сдержал раздражения, проходя мимо людей, игнорируя хмельные разговоры.       С другой стороны, столица тоже не за один день строилась. Дриму стоит поумерить свой пыл и желание копать носом землю, лишь бы побыстрее найти красную дурь в сердце Севера. Мужчина пригубил прохладное игристое, взятое с мимо проходящего подноса.       Неприятно болела голова. Сливать фишки, намеренно проигрывая и строя из себя не очень богатого отпрыска, не нюхавшего пороха и настоящей жизни в столице. Хотелось настоящей игры, когда ставки настолько велики, что любая ошибка и просчет может закончиться плачевно.       Дрим любил это ощущение покалывание в кончиках пальцев, гул в голове от бесконечных расчетов и анализа противника. Отвлечься на интересный разговор, запутать противника и заставить думать в нужном Дриму русле — вот настоящий интерес.       Строить из себя наивного мальчишку надоело ещё на родине.       Еще до войны Дрим несовершеннолетним попал в этот мир и не смог оторваться. Такой всплеск адреналина и предвкушения нельзя было найти в вечно тихом поместье. Подросток сбегал туда в каждый свободный вечер, таскал туда все деньги, которые только появлялись у него на руках.       Дрим прислонился плечом к стене рядом с открытыми настежь дверями балкона. На улице поднялся слабый ветер, который колыхал полупрозрачные занавески.       Человек с неприлично яркой топазовой брошью обнаружился на балконе рядом с администратором в очках. Судя по жестикуляции разговор между мужчинами был оживленным. С такого расстояния, даже без вуали, разглядеть и прочитать по губам было невозможно.       Мужчина потер виски и оставил пустой бокал на стоящем рядом столике с белой скатертью. Официанты уберут, когда будут проходить мимо. Дрим чувствовал, как раздражение скребет затылок. А от шума вокруг становилось только хуже.       На верхние этажи просто так не попадешь. Около лестницы можно было наблюдать скопление охраны, что совершенно не упрощало дело.       Администратор и мужчина с брошью пропали с балкона, скрылись за широкими дверьми. Стоит заслать Панза, чтобы тот забрался на закрытую от посторонних глаз территорию казино, если Дриму надоест играть в шпионаж, используя себя как выгодную фигуру на доске.       С Хало, Дрим был уверен, что дело прогорит, даже при отсутствии весомых доказательств здесь и сейчас. Графское поместье с лихвой оправдало расчеты. С Топазом, на которого указал Хало, так не получится — задержание подданного Юга так просто не пройдет. Многие ищут как кольнуть Север после победы в войне, особенно южное королевство, ведь это будет весомым аргументом, чтобы выбить более мягкие условия.       Дрим потер виски.       Стол рядом взорвался звуками восхищений и поздравлениями. — Новеньким везет, госпожа! Не хотите попробовать еще? — Ну что вы, удача приходит быстро, не стоит тратить ее на такие развлечения? — Госпожа, вижу, что вы из обеспеченной семьи. Разве не интересно проверить вам свой лимит?       Девушка сидящая напротив выдвинутых к ней фишек была слишком зажата для южанки, пускай и носила брючный костюм. Если приглядеться, то одежда плохо подогнана, а рыжие волосы собраны слишком прилизано. Дрим наклонил голову набок и прищурился.       Пришлось несколько потолкаться, чтобы подойти к столу и выйти на свободное место.       От девушки нежно пахло цветочной сладостью.       И ей было неуютно в окружении мужчин, смотрящих на нее неестественно возбужденно. Казино и его публика любили перематывать везучих новичков с хорошими задатками.       Любой другой уже ушел бы, отмахнувшись от надоедливых и липнувших со всех сторон людей. Но эта не южанка робко сидела на высоком столе, положив руку на стол, во второй держа бокал на тонкой витой ножке.       Дрим хмыкнул и собирался было выходить из толпы, потеряв интерес к этой подделке. Какая женщина, мечтающая о свободных нравах, не стала бы подражать южным женщинам?       Девушка ещё успеет прятать свои желания или сбежит на Юг, игнорируя возражения матушки и отца.       Незнакомка неловко поправила прядь около лица и Дрим остановился на месте, разглядывая и не зная, надеется он или больше не верит, что видит это здесь.       Кудрявая розовая прядка, почти незаметная под рыжим париком, исчезла, стоило незнакомке поправить волосы ещё раз. Много ли в Империи людей с благословением Бога крови?       Император и жена среднего императорского отпрыска. Вряд ли был кто-то с розовым цветом волос, о котором не знал бы императорский двор. Значит это жена Уилбура. Вечер переставал быть томным.       Техноблейд вряд ли смог бы влезть в узкое платье и выглядеть как невинная девушка. — С вашего позволения, я украду у вас милую девушку. — Дрим улыбнулся, нежно обхватывая незнакомку за пояс, чтобы притянуть к себе и помочь выйти из толпы. — Моя спутница устала.       Девушка благодарно улыбнулась, выглядя растерянно, когда она с Дримом оказались у балкона. — Благодарю за спасение, господин…? — Клейтон. Можно просто Клейтон. — Дрим улыбнулся и поцеловал протянутую руку, подтверждая для себя догадку, что девушка не с юга. — Приятно познакомиться с такой милой девушкой. Как я могу обращаться к даме?       Девушка замешкалась, но быстро нашлась, — Можете звать меня Кристи. — Хорошо, Кристи. — Дрим отпустил руку девушки с некоторой задержкой. — Вы ведь прибыли с Юга, Кристи? — Ах, да. Я захотела посмотреть какова из себя страна, что победила в войне. — Девушка врала, и врала неуверенно, неправильно. Так даже интереснее.       Дрим прищурился и протянул Кристи бокал шампанского, взяв его с подноса. — Я тоже с Юга, перебрался сюда до войны. Приятно встретить кого-то из родной страны сейчас, особенно после войны.       Девушка смутилась, принимая бокал. Информация о спутнике очевидно оказалась для нее неожиданными и она не смогла спрятать эту растерянность на лице. — Вот как? Тогда я тем более рада знакомству.       Дрим приободряюще улыбнулся, — Я могу быть вашим экскурсоводом на сегодняшний вечер, если вы захотите. Со мной у вас будет меньше таких проблем, как было у стола с рулеткой. — Вы готовы сопровождать меня? — Как я могу отказать, такой милой девушке? — Дрим протянул руку и поправил выбившуюся розовую прядь, пряча ее под рыжий парик. Стоит разыграть эту карту или она будет бесполезна? Что вынудило члена правящей семьи прятаться в казино под чужим обликом и именем? — Или вы против, Кристи? —... Я не против, Клейтон. — Кристи улыбнулась и взялась за протянутую руку.       Девушка с интересом слушала рассказ Дрима о происхождении тех или иных азартных игр, выдавая в себе новичка, и была рада посмотреть как ее спутник играет. Кристи быстро осмелела и уже спустя бокал, крепко держалась за подставленный локоть. Дрим наблюдал за восторгом девушки и старался его поддерживать, щедро осыпая девушку комплиментами, и время от времени подавая шампанское.       Дрим все больше поражался детской наивности члена Императорской семьи. Что за жизнь была у этой девушки до того как она стала женой Уилбура? Стоило поднять документы, если Дрим собирается использовать новообретенное знакомство.       Как-то незаметно Дрим с Кристи перешли на “ты” и никто не был против происходящего. Дрим придержал девушку за талию, когда она запуталась в собственных каблуках и почти упала. — Аккуратнее, Кристи. — Дрим улыбнулся, осторожно поставив девушку на ноги ровно. — Полы скользкие, а углы у столов острые. — Но ты же меня поймаешь? — Кристи весело посмотрела на мужчину и смело взяла его за руку. — Почему-то, я уверена, что да.       Дриму оставалось только скрывать свое удивление от такой раскованности по отношению к незнакомцу и замужней женщины.       К середине ночи настроение Кристи переменилось и на лице стала заметна непонятная тяжесть, очевидно сидящая в душе уже давно и крепкая уверенность. Девушка остановилась на балконе, смотря на удивительно чистое небо с серебряной луной. Вдали небо уже начинало розоветь. Дрим остановился рядом, поставив на перила наполовину полный бокал. Кажется, это был тот же самый, что мужчина взял у официанта еще когда вечер в компании Кристи только начинался. — Что-то задумала, Кристи? — Я устала от того, как живу. — Девушка провела пальцами по перилам и вздохнула. — Я живу с мужчиной, пускай мы и не любим друг друга, я надеялась на уважение. Как если бы мы были партнерами       Девушка закрыла глаза и сжала губы в тонкую полоску. Все веселье от вечера с лица девушки схлынуло, превращаясь в усталость. — Браки не всегда заключаются по любви, это верно. — Дрим оперся о перила рядом и повернул к Кристи голову. — Но тогда партнеры просто не замечают, что делает второй в их паре. — Я не партнер. Я просто красивое украшение, которое должно поддерживать статус. — Девушка сдернула с рук перчатки и сцепила пальцы в замок. — Меня будто не существует в его глазах.       Дрим зацепился взглядом за женские руки и беспардонно взял ладонь девушки, чтобы рассмотреть свежие мозоли. — Непростые раны.       Кристи залилась краской и выдернула руку, будто Дрим увидел что-то непотребное. — Попрошу так больше не делать, Клейтон. — С мечом упражняетесь, Кристи? — Дрим стянул перчатку с левой руки и показал свои мозоли, уже старые и зажившие. — Интересное у вас домашнее занятие. — Теперь не занимаюсь. — Девушка посмотрела на свои ладони и сжала руки в кулаки, так что аккуратные полукружья ногтей впились в кожу. — Муж запретил. Закрыл от меня оружейную. Но ничего, я еще найду способ. — Вы весьма уверены в себе. — Это касается только противостояния мужу. — Кристи потерла шею и наклонила голову набок, неловко улыбаясь. — Думаю, что если поставить меня против кого-то другого, я спасую. — Вы плохого о себе мнения, хотя секунду назад были так уверены. — Разве? — Девушка широко улыбнулась и прикрыла рот рукой. — Считаете, что это не так, Клейтон? Дрим прищурился и протянул руку, чтобы взять женскую ладонь. — Считаю, что будь больше свободы у вас, результат и ваше положение было бы другим. — Отрадно это слышать. Мужчины обычно должны быть другого мнения. — Улыбка стала печальной. — Вы ведь тоже говорите это, только потому, что вы мой партнер на этот вечер. — Я в целом воспитан по-другому, ведь я не был рожден здесь. Моя мать активно участвовала в событиях на политической арене. — Как было бы прелестно, будь все такими милыми, как вы, Клейтон. — Кристи проследила, как Дрим прижался губами к ее ладони. — Но это невозможно. — На сегодняшнюю ночь я могу быть милым только с вами. — Нам стоит переместиться в другое место, не так ли? — Девушка улыбнулась. — Зовите меня, с этого момента, Никки.       Свободная комната для отдыха гостей нашлась быстро. Дрим беспардонно завел туда девушку и закрыл дверь изнутри на замок.       Кристи потянула с волос рыжий парик и по плечам сразу разметались волнистые розовые волосы. Дрима не подвели глаза и ум, это действительно была та девушка с приема, которую он видел на балконе в слезах. Тогда думалось, что жена второго принца слабый тепличный цветок.       На поверку, все оказалось не так однозначно. —Тяжело описать, как я устала быть нелюбимой. — Девушка выдохнула, без стеснения толкая Дрима на диван и усаживаясь к нему на колени. — Клейтон, полюбите меня на одну ночь, будто бы я ваша возлюбленная.       Тонкие женские пальцы провели по уродливому шраму на щеке и под глазом и Дрим, подумав, заторможено прижался к теплой маленькой ладони. Тепло казалось чуждым, и только сейчас Дрим начинал понимать, как давно он его не ощущал.       Цветочный запах духов от женской шеи был насыщенным, но недостаточно, чтобы безмерно раздражать. Он окутывал легкой вуалью и оставлял место, чтобы дышать.       Розовые локоны упали на нежную девичью грудь, когда Никки расстегнула рубашку и скинула ее со своих плеч, освободившись от объемных рукавов. Любой посчитал бы такой вид красивым.       Дрим считал, что к розовому цвету больше шел запах оружейной стали и крови, а в сопровождение — золото и меха.       Мужчина нахмурился и легко помотал головой. — Знаешь, мой муж не делил со мной одну постель ни разу с момента брачной ночи. — Никки развязала крават на шее Дрима и стянула его, чтобы небрежно откинуть в сторону. — Мне приходилось видеть, как он делит кровать со служанками и даже мужчинами, но только не со мной. — Как ты только можешь называть этого человека мужем. — Мы связаны с ним на небесах перед ликом бога. Сколько раз я представляла, как перерезаю ему горло, когда он стонет над очередным любовником в нашей спальне. — Дрим положил руку на девичью щеку и погладил большим пальцем под глазом. Ники подняла на него взгляд и ответила на улыбку, прижимаясь к мужской руке, — Сейчас я просто устала и желаю вернуть свой меч и своего учителя.       Розовые волосы обрамляли женское лицо. Дрим задержался на них взглядом. Все-таки остро не хватало золота, меха. Кожа слишком нежная, без следов сражений и карты шрамов на лице. Слишком неправильно для него. — На сегодняшнюю ночь представим, что ты не замужем.