Продюсер Хан

– Заново! – в который раз повторяет разъяренный продюсер.  – Ну продюсер Хан, пожалуйста. Мы в 15 раз перезаписываем этот кусок к припеву, – умоляюще говорил Хенджин, чтобы над ними сжалились.  – Это вы айдолами захотели стать, не я. Теперь работайте, – раздражающе оглядывал всех четверых тот.  Хенджин был с кудряшками и волосами, цвета персика. Довольно часто ныл и устраивал на пустом месте драму.  Чонин ,самый младший из них. Всегда слушал его, но навыки по мнению Хана у него так себе.  Банчан. Джисон относился к нему лучше всего. Во первых потому, что тот был его хеном. А во вторых он всегда выполнял свою работу на высоте.  И Ли Минхо. Самый ужасный и надоедливый. Да, его вокал был очень красив, да и танцы шикарны. Но сам факт того, что это Минхо, доводил Хана до белого каления. Он его на дух не переносил, а тот, как на зло, делал все идеально. Но продюсер все равно умудрялся найти какие-то зацепки.  – Продюсер Хан, это правда перебор. Зачем нам живое исполнение в клипе? – пытался вразумить того Банчан.  – Полностью согласен с Крисом, мы все устали, – сказал Ли.  Минхо сидел в позе лотоса на полу, откинувшись к стенке реквизита.  – Ладно, снимаем в последний раз, потом получасовой перерыв, – Чан все же смог его вразумить.  Операторы судорожно выдохнули и вновь взяли в руки камеры. Хан начал отсчет.  – 1, – – 2, – – 3, –  Включилась музыка. Барабаны отбивали свой ритм и пришла очередь петь партию Чонина. Она длилась всего несколько секунд.  – Стоп! – закричал Джисон останавливая всех.  – Почему ты опять не смог взять высокую ноту Ян? – чуть ли не рвал на себе волосы от злости Джи.  – Да потому что он не разогревал связки! – уже задолбался Ли, крича на него в ответ.  Младший легонько трясся, испытывая уже гнев двоих.  – Вы певцы! Айдолы мать вашу! А в клипе должна быть изюминка! –  – Тогда спой вместо него. Покажи как надо, – ухмылялся Минхо, желая посмотреть на этот провал.  Но Джисон не собирался проигрывать. Не сегодня, не Минхо.  – Включите музыку, –  Банчан и Хенджин оба удивленно вскинули брови, желая посмотреть на это. Третья октава. Не каждый профессиональный вокалист сможет ее вытянуть, а обычный продюсер…  Мцзыка вновь заиграла. Опять вой колыбели, барабанов и гитары.  И Джисон запел.  – This is the sound, it's our sound 胸を響かす 歓声に合わせて動き出すんだ Dara-wara-da, dara-wara-da, –  Мало того, что у продюсера очень красивый голос, так он еще и все вытянул, не допустив ни единой ошибки.  Минхо со скрещенными руками стоял в шоке, но старался этого не показывать, сохраняя самообладание.  Допев, тот сделал глубокий вдох и сказал.  – Через пол часа, чтобы все стояли как штык, – и вышел из помещения.  Все судорожно выдохнули, постепенно уходя по делам. Только не Минхо.  Он смотрел на младшего, который сейчас вот-вот расплачется и мигом рванул за Джисоном.  Прибежав, Хан оказался в гримерной. Минхо закрыл дверь на ключ и быстрым шагом подошел к нему. Его охватывала злость, которую он больше не собирался держать внутри себя.  – Ну и зачем ты пришел? – раздраженно выдохнул Джисон, протирая пот на лбу салфеткой.  – А ты как думаешь? – злостно ответил Ли.  – Ну, то, что вы хреново поете я и так знаю, –  И Минхо переклинило от этого. Он схватил Джисона за запястья и грубо прижал к стене рядом с зеркалом.  – Мы, не хреново поем. Кто ж знал, что ты у нас такой проф вокалист и вытягиваешь до третьей октавы, –  Джисон попытался освободить руку, но сделал еще хуже. Теперь уже две руки были в заточении, а тело припечатано другим телом к холодной стене. Салфетка выпала.  – Ваш Нини ничего толком не умеет, – посмеивался парень с его собственного положения.  – Заткнись! – выкрикнул тот и придвинулся еще ближе. Не оставляя и капли места.  – Ну так заткни, – усмехнулся продюсер.  Все бы ничего, только Минхо не придумал ничего лучше, как поцеловать.  Он припал к губам, проникая в рот языком, вызывая у тела напротив судорожные вздохи. Губы ловили стоны от близости, а запястья сжимались все крепче и крепче.  Хан вылизывал небу, сплетаясь своим языком с чужим. Их рты становились одним целым. Хан потирался своим возбуждением  о бедро Ли, вызывая у второго смешок. Они отстранились друг от друга с пошлым чмоком.  – А я и не знал, что такой злой продюсер будет тереться о мою ногу как животное, –  – Заткнись, – пытался отдышаться темноволосый.  – Ну так заткни, – передразнивал Хана Ли.  Джисону повторять много не надо. Он вновь припал к еще мокрым от слюны губам и вылизывал каждый зуб. Посасывал верхнюю и немного кусался. Только вот Минхо это не понравилось и он укусил того за язык.  – Айщ, не кусайся, – посмеялся продюсер.  – Ну-ну, – и вновь поцеловал, изучая все новое и тайное раньше.  Минхо убрал одну руку, начиная проникать под штаны младшего. И Джисон вот-вот начал опускать освобожденную конечность, как его вновь грубо припечатали к стене.  – Тсс, не убирай руки, если хочешь продолжения, – Минхо вновь принялся проникать под одежду, легонько поглаживая выпуклое возбуждения. Хан то и дело всхлипывал ,и дергался, но руки держал как положено вверху.  Старший начал проникать второй рукой под футболку, гладя кубики пресса. Он поднялся чуть выше и стискивал соски младшего по одному, легонько царапая грудь.  Член уже изнывал от обильного течения природной смазки и хотел, чтобы к нему прикоснулись. Но У Минхо было занятие поинтереснее. Он оттянул резинку боксеров и взял чужое возбуждение в правую руку, понемногу надрачивая тому большим пальцем. Хан то и дело всхлипывал, а Минхо уж слишком вовремя ловил его стоны губами, растворяясь в них.  Джисон закатывал глаза от происходящего. А в особенности от колена между его бедер.  Они простояли так несколько минут перед тем как Хан жалостливо произнес.  – Я сейчас кончу, – он весь сжался и подрагивал от любых касаний. Такому колючему и злому продюсеру слишком шло такое развитие событий. Скажи Минхо, что он будет прижимать своего начальника у стены в одной из гримерной и надрачивать ему, тот бы открыто рассмеялся прямо в лицо собеседнику. Но не сейчас.  – Эй нет, – протянул Ли, тут же убрав руку из штанов. Она уже стала мокрой.  –  Мы этого не допустим, верно Хани? – Парень на это лишь разочаровано всхлипнул, принимая. Минхо подарил ему последний поцелуй в шею и отодвинулся.  – У тебя есть презервативы и смазка? – спрашивал темноволосый.  – В столе, в третьем ящике, – стыдливо указал пальчиком продюсер.  – Вау, а я и не знал, что такой злой и недоступный Джисон, может стонать и стыдиться, – хитро и с прищуром улыбнулся тот, доставая содержимое третьего ящика.  Смазка была совершенно новая. Откуда она, Ли спрашивать не стал.  Минхо сел на стул прямо перед зеркалом и похлопал по коленям.  Хан маленькими шажками подошел к нему и сел на указанное место. Руками парень обвил его шею, утыкаясь куда-то в ключицу.  – Я тебя растяну, ты не против? – на это Ли получил утвердительный кивок в ту же ключицу.  Он усмехнулся про себя и приспустил штаны младшего. После в дело пошли трусы и он вновь добрался до самого сокровенного. Минхо обвел пальцами вход, вызывая судорожный вздох у тела на нем. Старший быстро облил смазкой руку, размазывая содержимое баночки. Пару раз обведя колечко мышц, поиграв, Ли вошел в него одним пальцем. Минхо успокаивал Хана поцелуями, гладя его, то и дело шепча на ухо какой он молодец. Хан тихо постанывал и даже не заметил как вошел второй палец. Растягивать его стало заметно тяжелее, но все еще терпимо. Старший ножницами отодвигал стенки, заходя все дальше и дальше.  – Я добавлю третий палец, – Джисон тихо угукнул и сжался, после того как в него вошли.  – Эй, расслабься, иначе я не смогу хорошо тебя растянуть, –  И Хан правда старался унять это сжимающееся колечко мышц, но все никак не мог.  – Посмотри на меня, – ласково произнес старший.  Джисон чуть привстал и выполнил, вглядываясь глубоко в две галактики напротив.  – Хочешь расскажу секрет? – спрашивал Ли.  Хан кивнул, зарываясь пальцами в локоны волос напротив.  И Минхо прошелся в точности по анатомическому расположению нервов.  Хан громко простонал, тут же стараясь заглушить себя, кусая губу. Он все еще сжимался, а колечко мышц пульсировало, сдавливая три пальца стенками входа.  Старший сделал тоже самое, только уже задержавшись на подольше, гладя комочек нервов.  Джисон от этого действия то и дело всхлипывал, а одной рукой пытался заглушить свои стоны.  – Как тебе секрет? – ухмыльнулся парень.  И Джисон одарил его самым тупым на свете выражением лица.  – Ты… – пытался нормально отдышаться Хан, но ничего не выходило.  – А теперь представь, что с тобой будет, если своим членом я пройдусь по тому же месту, – шепнул на ухо Ли, вылизывая мочку уха. Хан покрылся мурашками и заметно покраснел.  – Третья октава, – посмеивался парень.  – А теперь представь, что будет с тобой, если ты этого сейчас же не сделаешь, – зло взглянул на того Джи.  А Минхо повторять много то и не надо. Он стянул с себя и младшего футболку, после принимаясь делать это ,и со штанами.  – Привстань и повернись, – в приказном тоге сказал он. Кто такой Джисон, чтобы не повиноваться этому медовому голосу.  – Умничка, – с Хана в ту же секунду стянули штаны. Минхо сделал с собой тоже самое, а после Хана приволокли за талию обратно. Теперь он сидел прямо перед огромны зеркалом, видя все, что Ли с ним вытворяет.  – Продюсер Хан, вы очень красивый, – улыбнулся тот. Поглаживая бока мальчика.  Джисон попытался сдержать улыбку, кусая беличьи щеки изнутри. Минхо гладил его пресс и бока, отчего Хан готов был превратиться в лужицу. Он, кажется, от любого его прикосновения расплавиться и потечет. *Уже потек* Минхо обильно облил свой член смазкой, раскатав по органу презерватив и за талию аккуратно попытался насадить на него Хана. Джисон опускался чуть ниже, а Ли ему в этом помогал. Вскоре он полностью насадил Хана на свой член до упора. Джи тихо всхлипывал, стараясь привыкнуть в достаточно внушительному размеру органа. Потусторонние ласки чужих рук и губ ему очень сильно в этом помогали.  – Я готов, – Минхо аккуратно поднимал и отпускал его, а Джисон немного подпрыгивал.  Сначала Ли медленно входил и выходил, постоянно держа зрительный контакт в зеркале, а потом начал набирать темп. Через несколько минут были слышны стоны Хана, кажется на всю компанию. Но об этом они подумают позже. Джисон то и дело подпрыгивал ,и двигался на коленях парня, закатывая глаза от удовольствия. Минхо терзал его шею губами, пальцами стискивая соски, а другой рукой надрачивая тому. О последствиях они подумают позже, сейчас оба гнались за удовольствием, которое они вскоре получат.  – Хани, я сейчас, – и от этого прозвища у Джисона мурашки по телу пробежали. Минхо, конечно же, это почувствовал. Он то и дело вбивался силком в парня на коленях, ласково шепча ему новое прозвище на ухо.  Когда Минхо кончил, он все еще через силу из-за сверх-чувствительности попадал про простате Джи, чтобы тот достиг пика. И ровно с минуты на минуту тот тоже кончил. Оба выдохнули, распластавшись на этом жалком стуле перед зеркалом. Джисон раздвинул ноги еще больше ,и то и дело судорожно вдыхал.  – Сколько нам осталось? – устало спросил Ли и Хан тут же посмотрел на часы.  – Блять! Мы опоздали уже на 10 минут, – Джисон наспех начал накидывать на себя вещи, беря что попало. Минхо делал тоже самое и оба не заметили, как надели толстовки друг друга.  Те выбежали из гримерной и вскоре добрались до съемной площадки.  И все бы ничего, только Хенджин посмеивался с толстовок, что поменялись местами.  – Продюсер Хан, я понимаю, что вы тоже может мечтали стать айдолом. Но верните Минхо костюм, – уши младшего покраснели и тот наспех поменялся с ним обратно.  Хван все еще посмеивался, потому что слышал звуки из гримерной, но тут же нацепил прежний покер фейс.  – Еще раз! – выкрикнул продюсер Хан и работа вновь пошла своим чередом.  Только кое что все-таки изменилось. Может быть злой продюсер Хан будет не таким злым, если по ночам его будет трахать Минхо? Может быть.