Любовь бывает разной

      Не проходило ни дня, чтобы Кроули не думал об Азирафаэле. Он сидел у него в голове, в сердце, в душе. Всё трепетало, стоило ангелу оказаться в поле зрения демона. А как он радовался, когда в телефонной трубке звучал этот мягкий, слегка взволнованный голос. Энтони стал нежнее относиться к своим растениям, часто произнося в их адрес хвалебные слова. Даже сам наливал себе виски в стакан, нежели как раньше, по щелчку пальцев. Всё изменилось и в Кроули, когда он почувствовал настоящую влюблённость. — Ох, Кроули, представляешь, я только недавно приобрёл это издание! — щебетал Ази, роясь на своей полке. — Представляешь, таких в мире всего двадцать штук! Три из них утеряны, одна таится на дне Тихого океана, а ещё четыре хранятся у одного арабского шейха. И вот, одна из них — в моей библиотеке! Мне так повезло, так…       Кроули сидел в кресле напротив, неотрывно наблюдая за всеми действиями ангела. Честно сказать, сконцентрироваться на дурацких книгах не получалось. Да и на самом разговоре тоже. Единственное, что волновало мужчину в данный момент: почему они всё еще были одеты? — Как же она оказалась у тебя? — едва поддерживая разговор, сказал демон, расплывшись в улыбке. — О, а это вообще удивительная история! — воскликнул ангел, достав с полки нужную ему книгу. — Шёл я, значит, на прошлой неделе за суши…       Демон пригубил вино и окончательно потерялся. Какие, черт возьми, книги, когда перед ним, воплоти, стоит сам Азирафаэль? В бежевом, выглаженном пальто, в этих коричневых брюках с идеальной длинной, подходящей по цвету к жилетке галстуке-бабочке, педантично завязанных шнурках на лакированных светлых ботинках. Оторвать пристальный взгляд Кроули не мог от слегка кудрявых белоснежных волос, розоватых щёк и сверкающих голубых глаз. Океан, в котором демон уже тонул без возможности выбраться. — Кроули, ты здесь? — ангел, внезапно оказавшийся сбоку, помахал перед глазами демона. — Зову, зову, а он сидит и улыбается. — Что? — Кроули, будто очнувшись, тряхнул головой. — А, это ты, — мужчина, снова улыбнувшись, уставился на Азирафаэля, проведя пальцем по нежной щеке. — Ты что, пьян? — ангел, проигнорировав касание, взял практическую пустую бутылку. — Тебе лучше протрезветь, ты же на машине. — Не хочу-у-у… — блаженно протянул мужчина, осушив до конца свой бокал. — Можно я останусь у тебя? Дома так одиноко, холодно, невыносимо!..       Азирафаэль снисходительно покачал головой, забирая из рук Кроули пустой бокал. Он пощелкал пальцами, наводя везде порядок. Книгу, о которой ангел говорил всё это время, он положил на свой стол, на видное место, чтобы не забыть переложить в другой стеллаж. «Вряд ли Кроули слушал» — подумал мужчина с улыбкой, обернувшись на развалившегося в кресле гостя. — Тогда… пойдём спать? — Ази, снова подойдя к Энтони, неловко сомкнул пальцы, ожидая ответа.       Кроули затуманенным взглядом смотрел снизу вверх на ангела. Сердце, часто бившееся в груди, отдавалось глухим ударами в ушах, оглушая. Его голова точь-в-точь закрывала небольшой настенный светильник, из-за которого лицо затемнилось. Края светлых волос обрамляла тонкая полоска мягкого света. Хотелось дотронуться, провести по ним ладонью, зарыться пальцами в пряди… — Пошли, — лениво отозвался демон, нехотя вставая. — Который час? — Хм-м, — Азирафаэль обернулся, всматриваясь в циферблат на стене. — Без пятнадцати девять. Не слишком поздно, но уже и не светло. — Да и неважно, — Кроули махнул рукой, направившись в сторону спальни ангела.       Ази засеменил следом, следя, чтобы его дорогой друг ненароком не поскользнулся, не запутался в ногах и не упал, распластавшись по лестнице или полу.       Как только Кроули увидел опрятно заправленную большую кровать, то сразу завалился на неё в позе звезды. — Кроули, — мягко начал Азирафаэль, сев рядом на край. — Хочешь завтра сходить в театр? — На что? — со слабой заинтересованностью спросил Энтони, прикрыв глаза.       Всё здесь пропиталось запахом ангела: простыни, подушки, одеяло, плед, настольные лампы, тумбочки, даже стены и белоснежный потолок. У Кроули начала кружиться голова от изобилия прекрасного. Хотелось надышаться им вдоволь, чтобы завтра, нюхая свою одежду, чувствовать его. Было ли это нездоровой привязанностью? Манией? Любовью, граничащей с безумием? Возможно. И Кроули это нравилось. Каждый прожитый миг рядом с Азирафаэлем хотелось касаться его, смотреть на него, слышать его поющий голос. Между ними была особенная связь, не подкрепленная никакими людскими удовольствиями. Это было нечто большее. — Опера! — восхищенно произнёс ангел, хлопая в ладоши. — «Свадьба Фигаро» Вольфганга Амадея Моцарта. Всегда мечтал на неё сходить, — Азирафаэль вдохнул полной грудью, поправляя пальто. — В день премьеры были дела. — А когда была премьера? — демон, повернувшись на один бок, протяжно зевнул. — Первого мая 1786 года. — У-у-у... Давненько это было, а? — Энтони усмехнулся. — Восемнадцатый век. Эти бесконечные французские революции, крушение монархии, кажется, тогда ещё появился Наполеон? — Нет, дорогой, Наполеон — начало девятнадцатого. — А, точно-точно. О, как я мог забыть? США провозгласило свою независимость, — Кроули немного оживился и, привстав на локте, прислонил палец к губам. — «Декларация о независимости» да?       В ответ ангел кивнул, начиная раздеваться. Демон как будто этого не замечал, вспоминая давно минувшие события прошлых столетий. — Тогда они ещё и Конституцию приняли. Честно говоря, хотел им помешать, но устраивать одновременно взятие Бастилии и срыв власти было просто невозможно. Хотя, может оно и к лучшему. — Решение о выдаче равных прав американцам далось Гавриилу с трудом, — Азирафаэль аккуратно повесил пальто на вешалку, следом начал расстёгивать жилет и снимать бабочку. — Но я настоял. Всё рано или поздно должно хорошо закончиться. — Так это ты сделал? — Кроули удивлённо хмыкнул, снова повалившись на кровать и закинув руки за голову. — Джорджа Вашингтона тоже ты на пост первого Президента посадил? — А что? Он был достойный человек. Главнокомандующий американской Континентальной армией, стал героем, был переизбран Президентом дважды. — И почему я узнаю об этом только сейчас?       Ангел повесил на вешалку голубую рубашку и сразу надел белую в нежно-розовую полосочку. Мужчина ловко сложил пополам свои брюки, положил их на стул и натянул свободные штаны в точно такую же полоску, как и рубашка. Довольно милый комплект для сна.       Кроули, заметив это краем глаза, непонимающе выгнул бровь. — Ангел, зачем ты переодеваешься как простой смертный? — демон из горизонтального положения принял вертикальное, устраиваясь на половине кровати удобнее. — Всегда же можно сделать так.       И, щёлкнув пальцами, на теле Кроули тут же вместо повседневных джинс и чёрного пиджака появился точно такой же комплект, как и у Ангела, только чёрный и из блестящего шёлка. Обаятельно улыбнувшись, мужчина развёл руки в стороны, демонстрируя проделанную работу. — Так уже не интересно. — Ази нажал на выключатель, выключая в комнате свет, и прыгнул к демону под бок, накрываясь пуховым одеялом. — Только не уходи утром, хорошо? Хочу накормить тебя утром блинчиками. — Конечно.       Кроули тоже накинул на себя одеяло, снова закидывая руки за голову.       Их отношения, если говорить с человеческой точки зрения, были весьма странные. То они горы готовы друг за друга свернуть, то, не разделив точки зрения, разбегались и не общались, бывало, по несколько недель. А потом встречались и спали в одной кровати, как ни в чём не бывало. И дело даже не в различиях между ангелом и демоном. Просто Азирафаэль всегда воспринимал это как хорошую, крепкую дружбу, а Кроули… Кроули по-своему любил и обожал ангела, души в нём не чаял.       Почему он всё ещё не признался? Просто Кроули знал, что уже ничто не будет как прежде. Ангел никогда не полюбит его так, как его любит Энтони. И демона это полностью устраивало.