Полночный танцор. CHAPTER 2. (18+)

***

— Как ты сегодня спал? — высокий брюнет одним пальцем поправил на носу очки в тонкой металлической оправе, не сводя глубокий задумчивый взгляд с Тэхёна. Этот кабинет — место, куда Ким Тэхён приходит раз в неделю, а иногда и чаще. Тёмно-изумрудные стены, асимметричный эбеновый журнальный столик, наверняка изготовленный на заказ или купленный на каком-нибудь аукционе, дубовый паркет, жёлтые орхидеи в витиеватых кашпо на подоконнике, которые больше похожи на мраморное подобие ваз, и два удобных кожаных кресла с подголовниками, на которых можно развалиться полулёжа. Чем Тэхён и занимался. Всё стало привычно. Ким полгода не мог «ужиться» ни с одним мозгоправом, которых ему любезно предоставляло Бюро. Они все сбегали от нового пациента уже к третьему сеансу. Тэхён делал для этого всё и ещё немного сверху. Забавно было наблюдать, как рушатся духовные скрепы примитивных людей. Они изображали на своих лицах вселенскую скорбь и сострадание, но на деле в их глазах не было и капли заинтересованности. Лишь пустота. И тогда Ким помещал на место этой пустоты страх. Просто потому, что может и умеет. Сразу становилось интереснее. Но не настолько, чтобы продолжать сеансы. Пока не появился Ким Сокджин. В отличии от предыдущей вереницы пустоголовых докторов, Джин честно признался, что не понимает Тэхёна и не знает, как ему помочь, но выслушать готов. И он действительно слушал. Жадно впитывал каждое слово, как сухая губка каплю воды. В глазах Сокджина страх сменялся любопытством, удивлением, неверием, снова страхом и чем-то ещё, что Тэхён разобрать не мог. И ему вдруг стало интересно. Всё обрело смысл. Джин старался держать лицо. Не выдавать трясущихся рук. По обыкновению мало говорил и никогда не перебивал, как и подобает психотерапевту. А ещё на него было приятно смотреть. Тёмные рубашки идеально гармонировали с цветом всегда идеально уложенных волос и оттеняли бархатную кожу. Джин выглядел как настоящий педант, но Тэхён быстро раскусил, что тот таковым не являлся. Это напускной лоск. Красивый образ. Очень красивый. Тэхён перевёл взгляд на множество вычурных картин на стенах, которые, однако, смотрелись в этом помещении очень уместно, и на выдохе ответил на один из обязательных вопросов каждой их совместной встречи вот уже как год: — Я не спал. Джин кивнул, не ожидая услышать ничего нового. На его вопрос у Тэхена было только два варианта ответа: «приснился кошмар» или «не спал совсем». — Зато провёл ночь без кошмаров, — Сокджин приободрил спокойным голосом, без улыбки или притворной доброты. Просто поделился фактом, и Тэхён согласно кивнул. — Какие мысли тебя посещали ночью? — Джин закинул ногу на ногу, борясь с желанием отзеркалить позу Тэхёна. Тот сидел расслабленно, широко расставив ноги и опустив спинку тяжестью собственного веса. Выглядело удобно. Тэхён задумался. Потом потянулся к тяжёлым гелевым часам на журнальном столике, что призваны были исполнять роль антистресса для нуждающихся в этом пациентов, и перевернул, заставив серые бусины геля нарушить покой воды внутри другого отсека. — Я не помню, — пожал он плечами, принимая прежнее положение. — Может быть, ты помнишь, какие эмоции у тебя вызывали эти мысли? — тихий голос Джина. Они всегда разговаривали так, будто кто-то может услышать лишнее. А лишнего в их разговорах было много. — Да. Эти эмоции мало отличаются от тех, что сопровождают меня днём, — Тэхён облизал губы и прикрыл глаза, окончательно опуская голову. — На что это похоже? — продолжил подталкивать Сокджин, не надеясь услышать что-то способное его удивить. Тэхён молчал. По ощущениям долгих минут десять. Джин бы подумал, что тот заснул, но за год хорошо изучил все привычки своего главного пациента. — Это похоже… — глубокий вдох и такой же глубокий выдох. — На остывшую золу. На толщу воды над тобой. На темноту, когда ты уже открыл глаза. Это как долго дышать полной грудью, но вместо головокружения от переизбытка кислорода почувствовать, что задыхаешься. — Твои сравнения становятся всё осязаемее. Мне это нравится, — закивал Джин скорее своим мыслям, чем Тэхёну. — Ты не должен давать оценку. Ты же доктор, — усмехнулся Тэхён, приоткрыв один глаз. — А ещё человек. И я не оцениваю твои эмоции. Мне понравились образы. Они близки каждому человеку в той или иной степени. Мы все склонны к самоистязанию и прокручиваю в голове разных сценариев, которые никогда не произойдут. Блуждать по лабиринту собственного разума — это увлекательно и страшно одновременно. Никогда не знаешь, что ожидает тебя за поворотом. — И за что же ТЫ истязаешь себя? — Тэхён сел ровно и принялся разглядывать серьёзное лицо напротив. Лицо, которое в очередной раз не смог прочесть. — У меня тоже есть секреты, Тэхён, — Сокджин замолчал, давая понять, что подробностей от него ждать не стоит. — Ты знаешь далеко не всю мою историю. Но даже эта крупица явно больше твоего самого страшного секрета, Джинни. Джин вовремя не позволил себе улыбнуться. Хотя уголки пухлых губ дрогнули. — Ты явно меня недооцениваешь Тэхёни. — Неужели? — Тэхён улыбку не сдерживал, просияв. — Во-первых, ты блефуешь, говоря, что мне известна лишь малая доля правды. Мы оба в курсе, что я знаю даже больше, чем нужно. Возможно, больше, чем хотел бы. — А во-вторых? — Тэхён нетерпеливо выгнул бровь. Сокджин снял очки и, сложив, убрал в нагрудный карман чёрной рубашки: — А во-вторых, мой скелет в шкафу тебя бы впечатлил.

***