Полночный танцор. CHAPTER 2. (18+)

***

Молодой мужчина в самых обычных классических синих джинсах, растоптанных на первый взгляд чёрных кроссовках со стёртой подошвой и застёгнутой по самое горло серой толстовке на молнии. Капюшон болтается за спиной, зато надвинута тёмно-синяя бейсболка так, что глаза мужчины прячутся в тени её козырька. Самый неприметный из неприметных. Затерялся среди толпы, ускоряя шаг, но не нарушая беспорядочный строй многочисленных прохожих, спешащих по своим делам. Утро, может, и не раннее, но Чикаго едва ли можно назвать тихим городом. Загазованные выхлопами многочисленных машин улицы, серые здания из стекла и бетона. Бездушные коробки. И живут в этих коробках такие же бездушные люди. Не все, конечно, но многие. И все же мужчина в кепке будет испытывать муки совести за своё сегодняшнее деяние. Хоть оно ещё не совершено. Каждый раз испытывает, но за работу берётся исправно и безукоризненно выполняет каждый заказ. Свернув в узкий зазор между домов, он начинает длинный путь своего восхождения на тридцать второй этаж по старой и ржавой пожарной лестнице времен сухого закона. В Чикаго есть здания и повыше. Это, можно сказать, ничем не примечательно. Но именно отсюда открывается правильный вид и доступ к нужным окнам. Мужчина долгие полтора часа поднимается к выбранному месту. Не торопится. У него есть ещё запас времени. А вот сбивать дыхание никак нельзя. Чревато нежелательными последствиями. Проделав свой долгий и выматывающий, но размеренный путь, мужчина, наконец, оказывается в заданной точке. Он проходит прогулочным шагом всю крышу, заглядывая в каждый угол, и в принесенный с собой бинокль внимательно рассматривает соседние сооружения. Всё проверил. Был тут уже три раза. В разную погоду и время суток. Хорошо изучил местность и углы обзора: всё учёл, ко всему подготовился. Детально изучил вопрос. Как всегда. Мужчина находит недавно припрятанный тут им самим же ящик со всем необходимым и достает тяжёлый навесной замок. Вешает его на выход, он же вход на крышу, пару раз дёргает со всей своей немалой силой, чтобы убедиться, что сорвать его будет задачей не из лёгких. Тихо отпускает замок, чтобы не издать лишних звуков, и возвращается к ящику, занимая позицию, в которой проведёт ближайшие несколько часов. С этой точки заметить его можно только с пролегающего на достаточно близком расстоянии вертолёта. Но на этот случай тоже есть перестраховка в виде специального покрывала с тонким металлическим покрытием. Оно отражает солнечный свет и не даёт разглядеть человека под ним. И его винтовку тоже разглядеть не даёт. Мужчина ложится на живот, широко расставляя ноги, упирается локтями в твёрдое покрытие крыши и всматривается в прицел своего массивного оружия, надёжно установленного на подставку для устойчивости, минимизации отдачи и банального удобства. Он внимательно смотрит в глазок винтовки, подмечая каждую деталь, что сейчас предстаёт перед его взором. За обычными окнами соседней, но находящейся на небольшом отдалении от мужчины и его холодного взгляда высотки расположились восемь человек. Наблюдатель знал каждого из них. Их имя, рост, вес, семью, клички домашних животных, вредные привычки и все самые грязные секреты, коих было целое множество. Мужчина в отвращении кривит рот, на секунду останавливая взгляд на одном из присутствующих. Он бы с большим удовольствием пустил этому ублюдку две пули в сердце. Но сегодня мужчина пришёл не по его душу. Он много раз отводил взгляд. Пытался не смотреть. Но снова и снова возвращался глазами к гармоничной фигуре и раскосым пустым глазам, к длинным пальцам, настукивающим неизвестный ритм, и чёрным, слегка вьющимся волосам. Ким Тэхён собственной персоной. Мужчина до легкой дрожи хочет испачкать его белоснежную рубашку кровью самого Тэхёна. Но ещё не время. Если сделает это сейчас, дальше просто не будет смысла продолжать то, что начал. Но отступать слишком рано. Мужчина берёт себя в руки и обращает всё своё внимание на того, кто сидит по правую руку от Тэхёна. Мужчина за сорок, в таком же строгом костюме, который сидит на нём, в отличии от Кима, как похоронный. Он что-то увлечённо рассказывает своим компаньонам и делает частые глотки воды из пластиковой бутылки. Не привык так много публично говорить. Нервничает. Напрасно. Но нервничал бы ещё больше, если бы знал, что сейчас произносит свои последние слова. Наблюдатель перестаёт быть таковым. Он выдыхает, прицеливается, делая поправку на ветер, и нажимает на курок один, а потом ещё один раз. Обе пули попадают точно в цель. Одна оказывается в сердце, вторая пробивает лёгкое. Кровь мгновенно окрашивает белую рубашку и чёрный пиджак. Мёртвое тело безвольно обмякает на стуле, коротко прохрипев напоследок, и заваливается назад. Стрелявший не слышит эти звуки, но прекрасно их представляет. В помещении начинается паника. Все оказываются на полу, пытаются спрятаться. Насмотрелись глупых боевиков и думают, что их это может как-то спасти. Но единственное, что может их спасти — воля человека, держащего палец на спусковом крючке своей винтовки. Все продолжают паниковать, на время позабыв о мертвеце. И только один человек продолжил спокойно сидеть на стуле рядом, с невозмутимым видом вытирая лицо от попавшей на него чужой крови. Он брезгливо отбросил грязную салфетку и поднялся из-за стола, подходя к тому самому окну, в стекле которого красовались следы от выстрелов. Он безэмоционально разглядел их и перевел взор туда, где расположился убийца. Увидеть с такого расстояния точно не мог, но от этих глаз по позвоночнику пробежался холодок. Странная реакция для человека с винтовкой в руках. И эти руки чешутся выпустить ещё пару пуль. Но нельзя. Да и времени уже нет. Надо уходить. Мужчина выдыхает, чувствуя подступающую паническую атаку. Держится за всё хорошее, что у него есть. Быстро собирает вещи в сумку для гольфа и закидывает её на плечо. Уходит тем же путем, что пришёл сюда. Ловит на дороге жёлтое такси и направляется в один из самых дорогих и престижных районов Чикаго. Сегодня он справился. Но завтра его снова будет мучить совесть. Быть может, она замолчит, когда пули настигнут Ким Тэхёна.

***