Backer St. / Бэкер Стрит

7 июня. 13:04 Менее, чем через полчаса начнется выставка. Так странно, когда твоя дальнейшая жизнь зависит от мнения людей в официальных костюмах, дорогих коллекционных ручек с блокнотами, где они делают свои записи, и портсигарника с гравировкой, которыми они, как правило, хвастают друг перед другом, выходя на перекур. Мистер Голд выглядел очень хорошо. Было видно, как для него важно произвести хорошее впечатление. Его картины тоже участвуют в выставке. Билдборд с рекламой выставки висел в двух местах нашего городка, отчего он надеялся, что его сын тоже придет.. У них сложились тяжелые отношения, когда тот был ещё совсем ребенком, но я не знаю всей правды. Отхожу в дамскую, чтобы взглянуть на себя в зеркало. Нервничаю. Даже по глазам видно. Нужно собраться. Я ждала этого дня последние несколько лет. Выпуская тяжелый выдох, и смотря на своё собственное отражение, я чуть слышно произношу: - Я знаю, что ты рядом, мам. 13.30. Двери студии открываются, Мистер Голд встречает гостей, пожимая им руки. Его особенная манера. Мне кажется, что все проходит хорошо, эти люди в официальных костюмах оказались на редкость приятными. Мы вместе обходим картинную галерею, где Мистер Голд с гордостью рассказывает о каждом полотне, что прибито к стене ржавыми гвоздями. Им очень понравился его автопортрет. - Очень тонкие детали и глубина. Вы, Мистер Голд, знаток своего дела! Его мы обязательно заберем. - Мужчины опускают головы, делая запись в блокноты, эмблему которых я пытаюсь разглядеть. - Желаете фужер? - Что? – чуть не отпрыгнув на пару метров, вымолвила я. - Фужер шампанского. – Официант берет с подноса бокал, протягивая его мне. - Да, спасибо. – смущенно отвечаю я. - Кстати, видел Вашу картину! Очень достойная работа! Так держать! Юный парниша уже как минуту скрылся в толпе, а я не могу перестать улыбаться... Ведь это всё та странная девушка, что случайно облила меня, проезжая мимо.. Ведь только из-за неё моя картина имеет вес и цитирование. Это кажется таким необычным… Случайность на Бэкер Стрит, что позволила мне быть здесь сегодня. - Эмма? Эмма! Да где же она? Эмма? Из моей же собственной головы меня вытащил голос Мистера Голда. Мой взгляд остановился на его машущей из толпы руке, и мне требуется несколько секунд, чтобы осмыслить, что они стоят рядом с моей картиной. Черт. Разлив половину содержимого фужера по дороге к ним, я кажется, забыла, как меня зовут. Потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, что моё имя Эмма, и я художница. Да, пожалуй, скажу им именно так. - Эмма? Так это вы Автор этой картины? – Мужчина в возрасте пятидесяти лет в сером строгом костюме, указывал на мой холст, не выражая ни одной эмоции. Я тяжело сглотнула. - Да-а…Меня зовут Эмма, и я художница. - У меня пересохло в горле, я делаю глоток той половины шампанского, что у меня осталось. - Хорошо, Эмма… Как она называется? – Он все так же был строг, а его компаньоны изучающее смотрели прямо в меня.. А ведь у картины не было названия.. Она просто была моим вдохновением в тот вечер… Чувством, что спасло меня от паршивого дня. - Бэкер Стрит. - Выпаливаю я. - Это название маленькой улочки рядом с разрушенным мостом у нас в Хоаксе. - Очень интересно… - он продолжил. – Меня зовут Хэмич, я представляю университет современных искусств в Калифорнии. Хочу сказать Вам, что это лучшая работа из всех, что я видел за последнее время. Живот окутало приторное тепло, я начала чувствовать невесомость. - Спасибо, Хэмич… - Я жму его руку. – Спасибо Вам огромное! Если бы вы знали, как много значат эти слова для меня. Мужчина улыбнулся. – Какая цена? - 100 долларов, - Аккуратно вмешался Мистер Голд. - Отлично. Полагаю, она могла бы стоить и намного больше. – Толпа преподавателей и коллекционеров уже было начала разворачиваться, оставляя меня в смятении, как Хэмич наклонился ко мне и сказал: - Я бы очень хотел увидеть ещё картины. Сможете прислать их по этому адресу? – Мужчина протянул белоснежную визитку, зафиксировав её в моей ладони. – Мне кажется, у Вас есть огромный потенциал выставлять свои работы не только в маленьком городке, но и за приделами этой - Хэмич стал говорить чуть тише - забытой богом окраины. У этой женщины на полотне.. У нее живой взгляд, понимаете, Эмма? Манящий и пронзающий. Работа очень стоящая. - С..Спасибо.. Спасибо Вам. Я обязательно пришлю. - Буду ждать до конца этого месяца, моя Дорогая Эмма. Надеюсь, мы с Вами ещё обязательно встретимся. – Он последовал за своими коллегами и Мистером Голдом, пока я, опустив взгляд, рассматривала его визитную карточку: «Хэмич Мендес, искусство – наше будущее.» - Добрый вечер. – Прошептали прямо через моё плечо. Я узнала этот тембр, этот запах моментально окутал меня, подобно солнечным лучам, которых в этом городе так не хватало… По телу пробежали мурашки, и я точно знала, кто вызвал эти ощущения. - Добрый вечер, Мисс Миллс. - Эмма, Вы так тщательно меня избегаете, что вскоре мне уже будет нужна другая причина, чтобы встретиться с Вами, ведь химчистка Ваших вещей уже не кажется такой уместной. Она выглядела даже лучше, чем я её помню. Белоснежная улыбка, ямочки у правого уголка губ. Медово-карий оттенок глаз, в сочетании с красной помадой… Сегодня на ней были шпильки и черный брючный костюм. Интересно, её целью было забрать всё внимание с картин на себя? У неё получилось. - Д-да.. Вы правы, вещи уже чистые. - Я поправила прядь волос, что так небрежно скатилась на лицо, пока я вновь изучала свою Музу. - Проведете для меня экскурсию? - Реджина, послушайте... Из меня паршивый друг. Я не знаю, чего Вы добиваетесь от встреч со мной, но я по жизни волк-одиночка. - Эмма... Вы правы. Мне всегда было интересно искусство, но сегодня я здесь по другой причине. – Незнакомка положила ладонь на мою руку, слегка улыбнувшись. - Вам что-то успело приглядеться? – Я прочищаю горло от скопившегося кома, что было вызвано этой фразой, делая маленький шаг назад. В этот самый момент меня взволновал вопрос: Видела ли она мою картину? Черт, черт, черт.. Как она отнесется к тому, что я нарисовала её, выставив на всеобщее обозрение? Мне хотелось сквозь землю провалиться. Прошло уже несколько дней, я думала, что Реджина Миллс покинула Хоакс. - Картины очень достойные. Только я, к сожалению, не знаю, какие из них Ваши. Тот олененок на золотистой опушке? Или портрет Мистера Голда в начале галереи? - Вы знакомы с Мистером Голдом? Вопрос застал её врасплох. Было заметно, как пронзительный взгляд на время утратил свою силу, будто бы глаза направились на поиск наиболее подходящего ответа, осматривая все вокруг. - Конечно! Он ведь... Владелец этой студии? - Её тон стал мягче обычного. - Верно. Прекрасно понимая тот факт, что она не оставит мне выбора, я постаралась перевести тему нашего разговора. - Реджина, а может найдем официанта, чтобы он обновил Ваш фужер? - Эмма, Вы с каждой встречей кажитесь мне всё интереснее… Вновь не хотите, чтобы я видела Ваши работы? Вопрос застал врасплох. Как я могла не подумать о том, что она не уедет из городка через пару дней? Волнение сгущало краски, а Реджина все с той же таинственной улыбкой смотрела на меня, ожидая ответа. Её руки бели скрещены на груди, она явно нацелила ружье, чтобы сделать выстрел. А выстрел напрямую зависил от моего ответа ей. - Мисс Миллс, я хочу извиниться… - Ох, Эмма – девушка обвивает мои плечи. Я чувствую тепло, исходящее от ее рук. – Вам не стоит извиняться.. Это Вы меня простите.. Я быть может, слишком давлю на Вас… Давайте просто найдем официанта. – Девушка разворачивается, поворачивая меня в сторону, чтобы сделать шаг на встречу к поиску, но теперь она стоит прямо на против той самой картины, что связывает нашу встречу. Она молчит. Нет ни единой эмоции на лице. Я сделала глубокий вдох. - Реджина, я искренне прошу Вашего прощения… - Это Вы нарисовали? – перебивает меня она. - Да.. но я хочу, чтобы Вы знали, что… - Эмма, это просто невероятная работа. - Брюнетка прикасается пальцами к полотну, медленно ведя их по собственному силуэту... - Я и подумать не могла, что Вы... умеете такое. В смысле, конечно же Вы умеете. Я в замешательстве. - Вам нравится? - Очень! – Реджина Миллс покрывает мое плечо своей рукой, и по моему телу вновь пробегают мурашки. Её взгляд возвращается обратно к картине, а мой к её лицу… Идеальные линии, она словно из тех актрис, что играют в театрах, или девушек из книг, ради которых рискуешь жизнью. - У Вас талант. И я просто без ума от того, что Вы выбрали меня. Даже и не думала, что выгляжу так хорошо в тот самый день, когда испортила Ваши вещи. - Слегка приобнимая меня, шутит она. - Давайте не будем вспоминать про вещи. - Вы правы. Ох, официант! Официант! Прошу прощения, можно ли мне и моей подруге два фужера, пожалуйста? – Она засунула несколько долларов в его маленький кармашек в черной жилетке. - Сию минуту, Мисс. Подруге. - Эмма, всё хорошо? - Да… Просто очень волнительный день вышел. - Милые дамы, прошу, Ваше шампанское. - Благодарю, молодой человек. – Реджина взяла фужер игристого, преподнося его к моему. - За Ваш талант, Моя Дорогая. – Она наклонилась ко мне так же близко, как и в тот день в машине. Я чувствую её дыхание на своей коже. Мои глаза медленно спускаются по её лицу, останавливаясь на губах. Мы в паре миллиметров друг от друга… Этот алый цвет просто безупречен. Она смотрит прямо в меня. И теперь её ружье выстреливает. Мои ладони вспотели, фужер скользит по пальцам. Я вдохновляюсь за эту долю секунды до краёв. Мы смотрим друг другу в глаза, не в силах отвести взгляд. Всё вокруг - театр теней, а мы - яркие оттенки красного. С самой первой встречи с ней меня не покидает чувство, что между нами есть какая-то связь, которую я не могу объяснить себе до 4 утра каждую ночь, что думаю об этом. Я хочу прикоснуться, я хочу ощутить... Но если я позволю ей пробраться под кожу, то она вскроет её, оставив огромный шрам. И я точно знала, что не готова терять ещё кого-то. - Реджина, Реджина… Прошу простить меня.. Я совсем забыла, что мне нужно задать вопрос одному из представителей насчет дальнейшего сотрудничества. Я-я... была рада Вас увидеть. Спасибо за Ваше одобрение к картине, Я действительно волновалась на этот счет. Брюнетка сменилась в лице, словно я вызвала у неё презрение. Оставив её, я направилась прямо в толпу, чтобы как можно скорее скрыться. Я покинула студию за считанные минуты, в надежде, что она не последует за мной. На улице шел дождь. Капли стучали по крышам домов, листва деревьев судорожно покачивалась из стороны в сторону, создавая шум. Поток моих мыслей не мог найти покой до самой двери дома. Оказавшись внутри, я закрыла замок, медленно спускаясь по стене… Вода капала на пол, кисти рук леденели. Меня будоражит от чувства, что я испытываю… Кто такая Реджина Миллс? В кромешной темноте, в комнате, окутанной табачным дымом и запахом сырости, я вытирала собственные слезы, повторяя: - Обещаю, что никогда не приближусь к ней вновь.