Рассказы рифтенского Норда Гадвара Просвященного

Таверна «Пчела и Жало» Рифтен.

      Таверну наполняла атмосфера пьянства. Недавно в Рифтен вторглись Имперские солдаты и оккупировали его. Имперские сторонники праздновали этот великий день.       За одним из столиков сидел не слишком примечательный норд и наблюдал за всем этим. Его мысли было трудно прочитать, ведь на его лице не было ни единой эмоции, лишь его глаза, которые смотрели на все это, были похожи на глаза отброса с крысиной норы. Было заметно, что он выпил достаточно много мёда.       Норд ждал одного человека, который назначил ему встречу в этом месте. Этим человеком был начинающим писателем, который хотел передать весь ужас Гражданской войны в Скайриме своей книгой, которая написана не с пустых слов, а со слов очевидцев. Книга была почти готова, ей не хватало окончательного закрепления фактами, а их мог преподнести из своих уст этот неприметный норд, его звали Гадвар.       За всю Гражданскую войну Гадвар смог стать достаточно известным воином благодаря его непонятным обычному человеку поступкам. Автор будущего шедевра уж очень хотел услышать его рассказы, ведь этот норд побывал в каждом владении Скайрима, бился с драконами, видел смерть, любовь, разлуки и разочарования.

***

      Сидел он так уже несколько долгих часов в ожидании автора. В один момент двери таверны открылись, и Гадвар увидел низкого темного эльфа, одетого в недорогую одежку, на его поясе висел стеклянный кинжал. Эльф осмотрелся, увидев норда сразу подошел к нему. — Доброй ночи, я немного запоздал, это вы же тот самый Гадвар? — спросил эльф с отдышкой. — Да, это я, а вы тот самый писатель, который написал мне письмо? — передразнил Гадвар. — Конечно же, писатель, который написал вам письмо, — улыбнулся эльф, — зовут меня Нед, мне очень приятно видеть вас передо мной. — Давай уже, ближе к делу.       Нед рассказал свою задумку насчет книги, ее завершения. Сердце Гадвара сжалось, он не очень любил эту тему, как человек, который участвовал в этом, он хотел донести это до простого народа, но не мог, он просто не мог, его состояние не позволяло, как только он вспоминал об этом, так сразу ему становилось ужасно плохо. Гадвар согласился.       Эльф достал из своей немного потрепанной одежды свой блокнот. Подготовил перо. Осталось лишь ждать Гадвара, но тот в один момент сказал ему, что в данной обстановке он не сможет нормально передать свои мысли. И в правду, в таверне стоял гул, играли песни, мед лился на пол. Норд сказал, что нужно пойти в более укромное место и предложил его в крысиной норе, куда её обитатели не могли пробраться.       Добравшись до места, Гадвар уселся на свое место, это был деревянный стул с изогнутой спинкой, который норд нашел в одном из сожженных домов. Нед сел напротив него.       Первое, что спросил Нед была небольшая биография Гадвара. Спустя некоторое время в блокноте эльфа было написано: «Родился я и провел свое детство в одной из пещер неподалеку от Солитьюда. Мои родители были жертвами Альдмерского Доминиона. Моего отца поймали за молением Талосу в Маркарте, после его заключили в тюрьму, но он сбежал. сбежал со своей возлюбленной — моей мамой. Они поселились в очень удобной для жизни пещере. В ней было все, живность, тепло и не было неожиданных гостей. Я с самого детства поклонялся Талосу, папа смастерил алтарь. Обучался я азам выживания, техникой владения оружием. В один момент все поменялось, после того, как нас нашли солдаты Доминиона. Мой отец как обычно выходил на охоту. По дороге он увидел небольшой отряд солдат. Не знаю почему, то ли по глупости, то ли из-за того, что он хотел сделать нашу жизнь лучше, ведь припасы Альдмерских солдат были бы очень кстати, он решил их перерезать. В ответ его оглушили, больше я не видел своего отца, ведь эту информацию я нашел в одном из документов Доминиона. Я остался с мамой один. На тот момент мне было 7 лет. Мы пытались охотиться, у меня это получалось лучше чем у мамы, поэтому я стал главным кормильцем. В окрестностях было много оленей, и оленина стала основным источником пропитания. Позже я узнал, что отца отправили в Доминион и дальше его судьба не известна. Вскоре на нашу пещеру напали тролли. Мама, защищая меня, 9 летнего сына, погибла, оставив меня в живых. Дальше я месяца два пытался жить один, но постоянные набеги троллей меня выматывали, я устал прятаться по восемь раз в день. В конечном итоге тролли подумали, что я окончательно покинул пещеру и поселились в ней. Я не сильно помню очертание этой пещеры, название сказать не могу, то ли ее завалило, то ли совсем меня моя память подводит. После занятия моей пещеры я отправился в скитания. Буквально за день я вышел на Драконий мост, на этом и закончилось мое детство. Меня приютил хозяин местной таверны, не помню как его зовут, я обычно не запоминаю имена противных мне людей. Он эксплуатировал меня. Каждый день я работал на ферме, спал по пять часов, пахал как лошадь, ел полузасохший хлеб… Сбежал я от него спустя полгода.       Скитался я по болотам до того момента, пока меня не нашла небольшая шайка воров. Меня приютили. Они научили обращаться с небольшими кинжалами. Вместе с ними я убил первого человека в своей жизни. Так же мы посетили гильдию воров, там я познакомился с Бриньольфом. Стал известен, как «маленький ворюга» ведь я прекрасно умел совершать карманные кражи. Пробыл я у них ровно год до роковой ночи. В ту ночь на нас устроили облаву в одном из домой. Нас взяли в окружение. Когда-то родные для меня люди погибли у меня на глазах. Одному перерезали горло и фонтан крови ринулся на пол, другому нанесли 14 ножевых ранений. Я плакал. Именно тогда я окончательно разочаровался во всем. Тяжёлая была у меня жизнь, не так давно начал это понимать, потерять детство в 9 лет… Смутно помню, что было после потери «вторых» родителей. Знаю лишь то, что меня продали. Какой-то человек выкупил меня, для меня это было счастьем. Ведь здесь я жил в подвале, в маленькой комнатушке, мою дверь всегда держали на замке и меня никуда не отпускали, но еда была в несколько раз лучше чем в Драконьем Мосте. На время транспортировки мне явно что-то подмешали, ведь я ничего не помню, я не знал куда меня везут, ведь на моей голове был мешок, я не знал, что со мной будет дальше.       По приезду с моей головы сняли этот проклятый мешок. Все вокруг было в снегу. Похоже я в Белом Береге, подумал я тогда, ведь всё напоминало именно его, ничего другого. Мой хозяин никогда не называл мне своего настоящего имени, я помню, что у него было нескромное хозяйство, дочь и лисица. Он был молчалив. Загадочный, но добрый человек с не менее хорошей дочерью, её имя я помню — её звали Софи. Хорошая девчонка в свободное время мы играли вместе, в другое время я работал по дому. На тот момент я был самым счастливым ребёнком на этом свете, мне так казалось. Пробыл я там три года своей жизни. Было очень трудно, работал очень много, занимался грязными делами. Был у меня определенный режим дня, из-за него у меня было ощущение полной рутины, только в день чтения книг я мог уйти далеко в свои мысли, у хозяина их было очень много, и они все были разными. В своё 14-летие я как всегда работал со скотом, хозяин пошел на ближайшую ферму за мукой и кормом для скота, меня он никогда не брал с собой, по сей день я так и не узнал, где я находился, пришли огромные люди, на тот момент я не знал, что их называют великанами, я понял, что они настроены для драки. Я вспомнил все те приемы, которому меня обучали разбойники. Выхватил кинжал, который я всегда носил с собой, и начал наносить по ним удары. Я ловко уворачивался от их атак, но один удар, попавший мне в грудь сбил меня с ног, и я отлетел далеко от дома и упал в реку.       Очнулся я в одной из пещер рядом с недавно умершим человеком. Его лицо напугало меня, ведь на щёках было огромное количество ожогов, один вытекший глаз и выбитые зубы. Когда я встал, я первым делом стал искать выход, по моим подсчетам искал его я дня три, питавшись чем мог. В моих карманах оставалась еда от хозяина, которая спасла меня и помогла мне выжить. По иронии судьбы, после того как я вышел из пещеры, я увидел повозку, но добежать до неё не смог. Климат снаружи кардинально отличался от того, где я жил. Там было холодно, а здесь тепло. Усевшись под ближайшее дерево я начал рыдать, ведь снова всё пошло не так как надо, найдя прекрасную жизнь всё сразу испортилось, кто же меня так не любил? Я начал молиться. Молиться Талосу. Молить о помощи. Я никогда не узнаю, услышал ли он мои возгласы? Но я знал точно, что он поможет мне. Я пытался понять, где я нахожусь. Ничего не казалось мне чем то знакомым. всё какое-то иное. Решил пойти вдоль дороги, в надежде найти поселение или людей.       Вышел я на прямую дорогу в Рифтен. По пути я услышал звуки мечей и грохот стрел. Свернув в сторону звука, я увидел страшную картину. Норды, не щадя друг друга, бились между собой. На тот момент я плохо знал о войне, но я заметил в стороне двух солдат, которые были с разных сторон. Один помогал другому подняться, когда вокруг шла битва. Мечи бились о стальную броню, стрелы вонзались в тела, на небе были густые тучи. Крики. Стоны погибающих. Единственным лучом света были эти двоя. После того, как один помог встать другому, помогавшего сразу же подстрелили свои. Стрела прилетела ему прямо в спину. Задыхаясь, он промолвил свои последние слова: «Не щади тех, кто не уважает своего врага». С этими словами он погиб. Я, спрятавшись в кустах расслышал это. На моих глазах появились слёзы, слёзы страха и боли. В них были все мои последние страдания, я боялся. Я боялся, что это дойдет и до моего несуществующего дома, что погибнут еще более родные для меня люди. Тот норд, которого спасли был в ярости, но он не мог ничего сделать, он просто упал в бессилии. В слезах я ушел от этой кровавой и безжалостной бойни. Отойдя подальше, я упал на поляну и уснул.       Проснулся я от мычания коров, которое напоминало мне годы жизни в поместье у хозяина. Я снова очутился не пойми где, что со мной происходит? Именно это я думал в последнее время, я думал о себе, о своем существовании, ведь наверняка в нем есть определенная цель, наверняка я несу ценность. Но какую? Я все время бегаю с места на место, не могу найти себе дело. Выйдя на улицу, я понял где нахожусь. Я увидел Рифтенские красоты. По всей видимости я оказался на ферме.       Вспомня о старых знакомых, я с надеждой пошел к этому теплому, для меня, городу. На ферме я решил по тихому отведать местной капусты, уж очень я хотел есть. Стояла солнечная, безветренная погода, мычали коровы, кудахтали курицы, изредка были слышны звуки того, как я рыл землю, дабы достать капусту. Листва вокруг меня была желтая, из-за ветра некоторые листики просто падали с деревьев на землю. Наконец-то я достал качан капусты, уселся недалеко от фермы, за дерево и начал её тихонько есть. Вдруг меня резко подняли вверх, взяв меня за шкирку. Я пытался вырваться, но было поздно, меня закинули на плечи. Неизвестный мне человек нёс меня. Зайдя в дом, он снял меня с плеча и посадил в угол. Я увидел, как он достает узкие веточки и оборачивается ко мне. Это был немолодой мужчина, лет сорока от силы. Его лицо покрывали морщины, глаза были безжизненными и пустыми. Тут же я осмотрел и комнату, в которой я находился. Все вокруг было аккуратно убрано. На полках стояли книги, на столе теплая еда, в углу висел имперский флаг, а кровать была одна, скромная, на ней явно спал только он. Мужик подошел ко мне и начал задавать вопросы, на подобии «Кто ты? Зачем воровал мою капусту?». Как и в глазах, я заметил в его голосе усталость, он был очень замученным и холодным. После он начал бить меня этими палками по моим рукам, попутно спрашивая меня одно и тоже. Я понял, что этот мужчина - норд. Я попытался воспользоваться этим. Я начал говорить, что мы братья норды, что мы не должны относиться так друг к другу, похоже это вызвало у него еще большой гнев, так как удары усиливались, в его голосе он тоже появился. Этот норд так активно бил меня, что из под его рубашки я видел амулет, я распознал, что это амулет Талоса. Меня пустило в слезы, я не понимал это, почему мы, люди из одного народа не можем относится друг к другу хорошо, ведь начиная с этого можно построить мир между всеми. В таком малом возрасте я понимал, чем все это может грозить и не хотел этого, очень не хотел. Я любил Скайрим, каждый уголок, в котором я был, каждый сантиметр земли, я рад был жить в нем. Единственной проблемой был раздор между всеми народами Скайрима, который нагонял на меня ужас и страх.       Избитый, весь в крови, лежал я на дороге. Этот норд избил меня и по всей видимости выкинул меня на дорогу. Меня еще никогда так не унижали, даже находясь в рабстве, я не подвергался такому. На моем лице была смесь крови, грязи, пыли и слез. Я всхлипывал. Погода нахмурилась. Собирался дождь. Мои глаза были красными, а небо было темным, по видимому должен быть не просто дождь, а сильная гроза. Я встал. Выйдя на дорогу я медленно, спотыкаясь пошел к воротам Рифтена. Дул сильный ветер, деревья шатались, а трава наклонилась под его мощной силой, я видел как бегали лисы, в поисках укрытия, олени смотрели на меня, как бы сожалея мне, а я просто шел, в надежде выжить и обрести покой в Рифтене.        Подойдя к воротам, я увидел стражников. Я понял, что так просто они меня туда не пустят. Тем временем начал идти дождь, капли падали и разбивались о мое тело. В моей голове были непонятные эмоции, почему то я радовался дождю и грустил от всего накипевшего мне. Подойдя к этим двум здоровякам, я сказал им, что я сын одного из местных рыбаков, что я вернулся с собирательства ягод. Да. Это был полный бред. В тот момент я ничего не мог и придумать лучше. Знаете ли, когда тебя избили, и тебе нужно быстро что-то придумать мозг хорошо не варит. Конечно же стражники мне не поверили, сказали катиться отсюда прочь или попаду в местный детский приют. Я был в отчаянии. То место, где я хотел обрести новый дом, нагло выпнуло меня куда-подальше. Я не знал что делать дальше, оставалось только попасть в этот злосчастный приют, по рассказам детей оттуда, которые я услышал, когда был у разбойников, место не из приятных. Ужасная воспитательница и хозяйка этого места все портит, абсолютно все, так они мне говорили. Помню, что у нее прозвище даже такое - добрая. У меня было время подумать, я снова сел под первое попавшееся дерево. Я действительно не знал, не мог предложить, что меня ждёт дальше. Я просто, я просто, не знаю, я был в замешательстве в тот момент. С одной стороны, не было места, куда я бы мог пойти, с другой, а что с другой, меня ждёт возможно такое же отчаяние в этом приюте, тем более, когда из него не забирают детей. Дождь начал медленно перерастать в грозу. Начали сверкать молнии, гром властно бил в небе. Я сидел, полностью промокший от дождя под деревом. Ветер был неимоверный и мне было очень холодно и страшно. Я вспоминал семью, хорошие времена с отцом, именно их я запомнил лучше всего и до сих пор отчетливо помню. Скучаю по нему. Был отличным человеком, наверно только он понимал меня. До сих пор я не нашел такого человека, который смог бы мне морально помочь. Сидя под этим деревом, я также думал о своих неудачах, плохих и ужасных моментах в моей жизни, я думал, что я бездарность и мне нужно убить себя. Впервые за долгое время у меня появились сильные суицидальные мысли, в голове все было в кашу, полную кашу, но на моем лице не было ни единой эмоции. Я хотел разбить свою голову об это злопамятное дерево, не знаю почему злопамятное, но в тот момент я ненавидел все. А дождь все так и шел, жизнь в этом мире кипела, никому не было дела до какого-то мальчишки, который потерял родителей, надежду. Единственное, во что я верил - это был Талос. Я верил, что рано или поздно он мне поможет. Но почему он не сделал этого раньше? Когда погиб мой отец за него, ни за кого другого. Отец был настолько верен ему, учил всю семью вере в Талоса. Прекрасное время, так соскучился я по нему. Я ослабел. Дикая слабость охватила мое тело. Я сильно хотел есть, пить, мне не хватало тепла. Я пополз на дорогу в надежде, что меня кто-то встретит. Люблю Рифт. В такой сложный момент, я наслаждался своим нахождением на этой земле. Я любил ее. Природа, ее звуки, ее красота, все заставляло меня любоваться ей, даже через боль, через слабость. Когда я выполз на дорогу, те стражники заметили меня, последнее, что я помню это то, как они меня взяли и потащили.       На удивление очнулся я не в приюте. Я не понимал, где я находился. Лежал я на достаточно дорогой кровати, вокруг были картины и различная мебель. Окно было занавешено. Но я знал, что это может быть только Рифтен, я оказался в нем. Этот запах не спутаешь ни с чем. Довольно ностальгический для меня запах был на тот момент, в этот раз я бросился с воспоминаниями о проведенном времени с бандитами и ворами. Вдруг дверь отворилась. В комнату вошел один из стражников. Осмотревшись, его взор упал на меня. Я был в диком недоумении, ран на себе я не заметил, кровать чистая, а белье было старым. Видимо, он это заметил, подошел поближе и сказал мне, что я здесь оказался из-за своих бывших тесных связей с Гильдией, и он добавил, что в скором времени я отправлюсь в Буйную Флягу. После этих слов он покинул комнату. По всей видимости они хотели реализовать мой талант воровать, которым я изрядно пользовался в те времена, когда мы были знакомы.       Прошло несколько часов, за мной пришел Бриньольф и отвел меня в Буйную Флягу. По пути он рассказал, что было во время моей пропажи, рассказал, что меня искали, в общем сошлись они во мнении, что я умер. Сказал что для меня есть много работы, что им не хватало такого, как я.        Прожил я в гильдии до шестнадцати лет. Жизнь под городом не очень сладка. С начала моей новой жизни в гильдии все дела начали идти на перекос. Дела шли ужасно. Поэтому, заработав свой последний гонорар я ушёл из нор и поселился в таверне. Я всё так же оставался участником гильдии, но «пассивным», я уже не хотел учавствовать в кражах и всём подобном.

***

      Моя жизнь вне гильдии и разбоях начала наполняться чем то новым. Я стал интересоваться прошлым, читал много книг. Проводил много времени у нордских руин возле Рифтена, исследовал их, делал записи. Я понял, что Рифт - это лучшее место для моей жизни. Со временем я понял, кем хочу пробыть всю оставшуюся жизнь, я хочу сражаться за честь нордов, за свободу, я захотел сражаться в рядах Братьев Бури». - Ну, а что было дальше это совсем другая история -, сказал Гардвар, взяв со стола бутыль сладкого мёда. - Уже с нетерпением жду! - ответил Нед - давайте пройдем обратно в таверну спать, всё таки поздно уже.       Эльф с нордом покинули крысиную нору, выйдя на вверх. Улица выглядела тихо, горели факела, а стража активно патрулировала город. По улице разносился запах свежей рыбы и хорошего мёда. Городскую тишину прерывал треск сверчков. Рифтен засыпал. Войдя в таверну, Нед отметил для себя то, что все уже разлеглись в свои покои. «Но это же не значит, что праздник закончен» -, подумал он - «Всё только начинается»…

Рифтен засыпает.