Рассказы рифтенского Норда Гадвара Просвященного

И свет со тьмой сойдутся вновь В свой танец недалекий. В краю несчастья всхлипла вновь Та дева с светлою душой, Вопя о своих муках. Ворожьи перья из покрова, Как горы из земли, Проходят вверх из недр крова, И гром вот бьёт вдали. И дева та уже не та, Любимая мальчишками, Ведь похоть волшебства её Пронзила душу иглами.

Стих Гадвара, написанный после увиденного им в логове ворожеи.

***

      Утро. Рифтен озарили солнечные лучи. Город стал просыпаться. На рыночной площади торговцы готовилось к новому дню, стражники, отстоявшие всю ночь в охране города сменялись на других, птицы начинали свой голосистый «концерт», рыбаки шли в порт, а в таверне все так же, все глубоко вошли в сон после вчерашнего дня, и никто даже и не думал просыпаться. Спустившись к каналам можно было изредка увидеть одиноких воров, которые после ночи возвращались к себе в «нору». За стенами города можно было увидеть пьяниц, которых на время выдворили за буянство. Солнечные лучи прибивались в комнату Неда, падая ему на лицо. Почувствовав тепло, эльф неохотно медленно потянулся на удобной кровати. «Сегодня должен быть не менее хороший день. Сегодня Гадвар должен быть полон сил!», — пролетели в мыслях у молодого писателя. Он встал с кровати, прогнув спину, подошёл к окну. Не смотря на то, что ему в лицо светило солнце, Нед посмотрел на утренний Рифтен, его сердце наполнялось вдохновением от нахождения здесь, каждый сантиметр этого города делал эльфа счастливым. Писатель наблюдал за лавочниками, за каждым их действием. Он никого не знал, но все казалось таким родным, это всё сильно западало в его сердце.       В таверне пахло добрым запахом крепкого мёда, который остался с ночи. Нед спустился вниз, никого не было кроме аргонианки за стойкой. Эльф взял себе похлебку на завтрак и сел за свободный стол. В его голове была буря эмоций, которые засели в нём от истории Гадвара. Они перемешивались с удивлением, которое оказал на него Рифтен, создавая некий баланс в его душе. Он уплетал одну ложку за другой, всё так же размышляя о сегодняшнем дне, надеясь услышать больше и интереснее. Норд говорил Неду о предстоящем рассказе, который он поведает до него. История должна была бать о ворожеях. Эльфу всегда была интересна их сущность, его голову не покидала мысль о том, что движет девами, которые отдаются в магию жертвуя своей красотой. Съев очередную ложку он понял, что очень сильно хочет пить. Вновь подойдя к аргонианке, он поинтересовался о всевозможной выпивке, которая у них есть. Она сказала, что остался мёд. Нед не горел желанием напиваться, но и оставаться без воды не хотел, поэтому выбора не было, ведь встреча с Гадваром была запланирована у ворот Рифтена днём, и эльф подумал о том, что можно немножечко выпить. Похлебка с медовухой шла отлично, Неду очень понравилась здешняя выпивка. На сегодняшний вечер Нед в своём дневнике записал «Небольшой отдых», что явно означало, что он хотел бы выпить крепкого и уснуть в пьяном угаре.       Окончив завтрак, эльф решил вернуться в свою комнату, чтобы собраться с мыслями и подготовиться к возможной длительной прогулке с Гадваром. Нед думал о том, что этот норд не такой как все обычные. За всё своё путешествие по землям Скайрима, он повидал множество представителей этой расы, которые были не очень приятны для него, ведь большая часть из них была хотя бы немного да расистами, которые недолюбливали эльфов. Нед записал эту отличительную черту к себе в ещё один дневник, который он вёл с начала путешествия по этим землям. Он был уверен, что истинная душа Гадвара еще не раскрылась перед ним, а эльф уже знает, что на него можно положиться. «Люди, повидавшие настоящие ужасы войны и этого мира, уже совсем не как обычные» -, заметил смышлённый писатель, собирая свои вещи ко встрече.       Вещи были собранны. Солнце на улице взошло, и начала кипеть настоящая, бурная Рифтенская жизнь. На пирсе стояли рыбаки, держа в руках свои удочки. Лавочники зазывали гостей города и горожан. А стража как и стояла утром, так и стоит днём. Ветер покачивал деревья, разнося опавшие листья, которые издавали приятный шелест. На улице стояла приятная тёплая погода. Нед стоял у окна и в очередной раз убеждался, что нахождение здесь наполняло его нутро, его душу вдохновением. Ему хотелось прямо здесь сесть и написать пару приятных строчек об этом городе, но, к сожалению, уже нужно было идти, ведь эльф заметил Гадвара, идущего к воротам. Нед не мог заставить героя его книги ждать из-за своего уважение к нему и своей пунктуальности.       Нед вышел из таверны впервые за этот день и в его голову ударил приятный тёплый ветер. Эльф направился прямиком к огромному норду, который стоял у ворот. Подойдя к нему, он вежливо поздоровался, а в ответ получил суровый кивок. — Куда направляемся? — спросил эльф, немного напряжённый от холодного приветствия. — За ворота. Я хочу найти свой закопанный дневник тех времён, думаю тебе это тоже интересно, особенно если думать о твоей книге -, сказал низким голосом крупный норд. — Это было бы очень хорошо, ведь в книге нужны не поддельные эмоции. В связи с этим мог бы я переписать ваш дневник ко мне в книгу? — очень заинтересованным и «зажжённым» голосом проговорил эльф. — Да, мне уже скрывать нечего, мне уже этот дневник совсем не сдался, поэтому я так подумал и решил совершить такую прогулку.       Эльф с нордом вышли за ворота города. Нед был в предвкушении рассказа о ворожеях, вопрос которых так мучал душу молодого писателя. Пройдя несколько метров норд начал свой рассказ. — В моей остальной жизни, как и в детстве, вся деятельность была связана с пролитием крови, грабежами и прочими гадостями. Эта история выпала на тот момент, когда я состоял в группе наёмников. Её я буду рассказывать исходя из дневников, которые я нашёл в одном из логов ворожей. Это всё очень больно вспоминать для меня, правда, поэтому постарайся, Нед, всё успеть записать за один раз.       Солнце вышло из облаков, пролетела стая птиц, и путники сошли с дороги и вышли на поляну небольшую поляну. Гарвард сел на один из камней, а Нед разместился напротив него с пером в руках. История норда гласила о мальчике Арне, который был сыном нордского брака Йона и Инги.       «Была одна небольшая, но дружная семья в Солитьюде, были они перебежчиками из Виндхельма. Отец с матерью не приняли восстание и решили уйти из города. Йон был простодушным, не сильно воинственным мужчиной, которому по душе были спокойные занятия, а не кровавые бойни, Инга была активной, «боевой» и весёлой женщиной, ей тоже не были приятны побоища и идея доминирования нордов. Пара была ещё молода. В Солитьюде они смогли построить счастливую жизнь для своей семьи. Муж работал в лавке, продавал лекарства и зелья, ведь он очень любил алхимию, а жена какое-то время работала поручителем во дворце. Их сыном был Арне, тихий, но целеустремлённый малец, который очень сильно любил своих родителей. Во время переезда их семьи, он был ещё совсем маленьким, поэтому он рос на улицах Солитьюда.       Отношения между ними, как упоминалось, были дружными, все члены семьи помогали друг другу. Для родителей их сын был их настоящей гордостью, они видели в нём большой потенциал. Мальчик интересовался книгами про магию, в день он мог прочитать целый том. Всё может заканчиваться, как и книги, которые он находил и покупал у странствующих магов. Любовь Арна к книгам не смогла бы так просто угаснуть, он обыскал весь город и нашёл лишь пару потрёпанных томов у зала мёртвых, которые лежали на бочке у входа. Ему ничего не оставалось кроме того, как тайно их взять. Этого сделать не получилось и за мальчиком в дом вошёл стражник, сообщив родителям о том, что малец ворует чужие книги. Родители были шокированы, выплатили штраф, отдали книги и сказали Арну о том, что воровство не является выходом. Парень расплакался и начал жаловаться своим родителям на то, что у него закончились все книги. Он не любил просить о помощи у родителей, поэтому все покупки проворачивал за их спиной, как и своё деяние с кражей. Инга отнеслась с пониманием к своему сыну и пообещала ему сходить до придворного мага во дворец, тем временем как отец отдал ему пару своих книг об алхимии.       Наступило утро. Ночью шёл сильный дождь, дороги были мокрыми, и Инга выдвинулась во дворец. Войдя внутрь, она двинулась прямиком к придворному магу. В его комнате, стоял человек в чёрной накидке. Мать, думая о том, что это придворный маг, подошла к персоне и постучала по плечу. К ней развернулся совершенно другой человек. — Ох, деточка, чего ты хочешь? Хочешь обрести настоящую силу магии? — промолвила сущность. Её лица не было видно из-за тени капюшона, но Инга чувствовала то, как холод медленно бился ей в лицо и опускался вниз по телу. — Н… нет. Извините, вы кто? — сказала Инга. На неё лице был виден страх и удивление. — Хммм… но я же вижу, что ты хочешь этого, — голос обрёл тёплые и добрые тона, — Так давай же сделаем тебя невероятно сильной, девица, — из-под капюшона начал идти тёплый воздух, персона положила руку в перчатке на плечо девушки и нежно провела ею к щекам, — Я знаю… я знаю…       Ингу охватило оцепенение, голос чаровал её, в то время, как она не могла выпустить ни слова из её уст, а рука на её щеке была. такой тёплой и приятной. Страх в её голове мешался с чувством счастья и порхания в небесах. В животе, можно сказать, что летали бабочки. — Ты ищешь книги… да… я чувствую! Ты ищешь знания. но не для себя. Хммм, а для кого же? Ты такая молодая… не уж то у тебя есть сын? Да. сын, ещё не совсем взрослый сыночек, но такой… такой умный. ха-ха. даааа. я чувствую его энергию и потенциал, — голос был похож на голос безумца, но он был таким очаровывавшим и сладким, — Дай-ка подумать. Он же и так очень мудр, и если я дам ему эту книгу, то будет очень нечестно по отношению к тебе, моя милая. Давай я дам её тебе для тебя самой же. Поверь, ты станешь очень могущественной и никто не посмеет встать на дорогу против тебя. — Х. х. хорош. хорошо, — Инга была очарована прелестью общения с этой личностью. С каждой секундой её чувства улетали, как и её физические силы. Она упала в обморок.       Разбудил её придворный маг. — Инга, Инга, очнись! Что с тобой? — он был явно взволнован. — Ч. что? — простонала девушка. — Как ты тут оказалась? Да ещё и как упала в обморок. — Да я хотела взять у тебя пару книжек для с. сына… Ох, чёрт… — Ингу одолевали головные боли в тот момент, она даже не заметила старую чёрную книгу в её руках.       Совершив сделку, она вышла со дворца, напрочь позабыв о работе и направилась к дому. Дома же её ждал Арне. Она протянуло сыну стопку из нескольких томов книг. Он с радостью отнёс их к себе и сердечно благодарил маму, но Инга его не слышала, все слова будто пролетали сквозь её голову. Зайдя в свою комнату, она оглянула своё тело и заметила шрам на её плече, который был в виде креста и создавал сильные боли. Девушка положила книгу на полку и легла на кровать с мыслью вздремнуть, но что-то не давало ей это сделать. Она чувствовала некую энергию, исходящую от чёрной книги, будто боли усиливались тогда, когда книга становилась дальше.       На второй день Инга не могла пройти дальше своей комнаты. Арне с Йоном сильно волновались, пытались узнать у неё, что же произошло, но она не могла говорить об этом, будто что-то запрещало ей это делать. Когда Инга уединилась, девушка не могла больше терпеть и достала с полки уже запылившуюся книгу. Легла на кровать и открыла её. С тех пор она не могла оторваться от неё. Чёрные таинства заполоняли её голову, и она не могла остановиться, в то время как в центре шрама появился небольшой бугор.       На пятый день она не могла находиться дома более. Её тянуло в горы, но Инга не могла бросить семью, поэтому начались многократные истерики с молением о том, чтобы пожить какое-то время в далёких пещерах. Это продолжалось несколько дней, и Йон не выдержал и повёлся на её просьбы. Семья собрала вещи и выдвинулась с тележкой в забытые всеми пещеры.       Они хорошо обосновались. Особых проблем не было, кроме странного поведения Инги, которое становилось всё назойливее и назойливее. Мальчик с отцом были на грани того, чтобы оставить её одну, но она не давала им уйти, грозясь убить себя, если они это сделают. Безумство матери изменило её до неузнаваемости. Она вся исхудала, волосы выпадали, пальцы стали длиннее. В один момент Йон не выдержал, он собрал вещи и уже было стоял на выходе и звал сына, но Инга взяла Арне за шею и приставила свой длинный палец с очень длинным ногтем к его шее. Муж был ошеломлён. Ещё никогда с ним такого не происходило. Мать, которая не так давно очень любила и оберегала сына, схватила его и грозится убить. У Йона был выбор: уйти или же спасти сына. Отец не был силён характером и такие поступки для него было очень трудно совершать. «Сейчас или никогда», — пролетела мысль в голове мужчины, и он бросился на свою жену, достав свой кинжал, но в этот же момент в него прилетел магический шар. Ярость утихла, и Йон свалился на землю без сознания.       Он очнулся на земле со связанными руками, когда рядом находился его сын. Перед ним лишь металась из стороны в сторону какая-то тварь, разглядеть он смог только тогда, когда она приблизилась к нему, это была ворожея. Йон потерял счёт времени, сколько же прошло дней, чтобы его возлюбленная превратилась в такое чудовище, одержимое чудовище. У него не было слов, он лишь хотел поскорей вырваться из плена и сбежать вместе с сыном, но у Инги были другие планы. Она сказала ему о том, что будет держать Арне здесь, до самого конца, пока Йон будет искать жертв в виде путников на дорогах неподалёку. Любящий отец не мог так просто сбежать, оставив с одержимой матерью, ему ничего не оставалось кроме того, как подчиняться ей.       Шли дни такой жизни, со временем пропажи людей заметили. Во дворце объявили о награде за разгадку этой тайны. Многие пытались в одиночку, но эти одиночки пропадали. Ярлу это надоело. К делу был привлечён отряд наёмников, в числе которого был Гадвар. Группа из пятерых человек выдвинулась в горы. У одной из пещер они обнаружили гору разлагающихся и изуродованных трупов, было понятно, что их готовились сжечь. Войдя внутрь они обнаружили огромный зал пещеры, в одном углу находился мальчик со связанными руками, в другом мужчина, сзади которого находилась ворожея, а по середине страшный алтарь, на нём лежали три отрубленных головы. Ворожея сразу заметила гостей. Она схватила Йона и была готова убить его. Наёмники пошли на неё. Инга отбросила своего мужа в сторону и начала защищаться. Стрела за стрелой вонзались под кожу чудовищу, когда то в ответ отправляло огненные стрелы. Одна из них попала в непокрытую шлемом голову наёмника, и та разлетелась во все стороны, оставив много крови. Было понятно, что ворожея погибнет, и сама Инга это понимала. В последний момент, она выпустила огненную стрелу, которая полетела в спину её мужа, который бежал к своему сыну. Стрела пронзила Йона и прошла насквозь. Она не попала в мальчишку, ведь он лежал на земле. В него попала кровь отца, которая вырвалась из раны. На глазах Арне тяжело погиб его отец. Он видел множество зверств, расчленения в этой пещере, но именно эта смерть осталась в его сердце навсегда. Арне помнил, что мать стала такой после его просьбы сходить за книгой, она превратилась в жестокого монстра, который под конец стал относился к нему, как к куску мяса, он принял вину на себя, сирота считал, что отец и мать погибли из-за него.       Гадвар нанёс решающий удар ворожее, отрубив ей голову. После осмотра пещеры, он нашёл дневники отца и сына, которые лежали за камнем. Оттуда он и узнал эту историю. После вылазки он узнал, что через несколько недель пропал и Арне. Он сбежал из приюта. Больше его никто не видел.»       После того, как Гадвар закончил свой рассказ, на него и Неда из-за кустов вышел грабитель. Норд выхватил свой кинжал и дал ему бой. Исход был неутешителен для бедолаги с дорог, через несколько секунд он лежал на дороге и стонал от боли из-за быстрого удара Гадвара: -Пощади… прошу. — сказал грабитель, истекая кровью. -Ты заслуживаешь мучительной смерти, паскуда, — ответил без эмоций Гадвар.       Он взял грабителя в свои руки и приставил к дереву. После поднял руки, наложил ладонь на ладонь и пронзил их своим кинжалом, оставив его в них. Грабитель ныл от резкой боли, а Гадвар просто стоял перед ним не шевелясь. Через несколько минут стоны прекратились, и норд забрал свой кинжал, оставив тело гнить на месте. Нед окаменел. Он был шокирован увиденным. Это продлилось несколько минут после этого, Гадвар раздражённо напомнил о том, что им нужно найти его дневник.       Путники выдвинулись дальше. Нед перестал замечать красоту вокруг из-за своего продолжительного шока. Он просто шёл за огромным телом норда. Они вышли к дереву. Гадвар начал активно что-то откапывать. Он достал небольшую металлическую шкатулку, из которой достал потрепанный дневник. -Вот, держи. Это тебе пригодится для твоих сочинений, а я пойду в Рифтен. Устал я за сегодня, — после этих слов Гадвар развернулся и пошёл к городу.       Нед стоял с книгой на месте несколько десятков минут, после чего решил выдвинуться обратно. Он много размышлял по дороге о том, что увидел. Действия Гадвара шокировали его. Эльф понял, что слишком идеализировал его для себя, и может всё-таки норды все одинаковые. Эти мысли остались с ним до самой ночи. Он сидел на кровати под пение сверчков, таверна сегодня легла спать немного раньше чем вчера, ведь празднования ещё не закончились.

Рифтен засыпает.