Однажды ты будешь моим...

      Кажется в этот день, первого сентября, на улице всегда шикарная погода, с года в год.       За окном, прямо на ветках деревьев, птички щебечут, как с ума посходили. Летают туда-сюда, будто у них батарейки не садятся! И, кажется, они пытаются к солнцу стремиться, что на горизонте сияет, щедро разбрасывая свои лучи и окутывая всё вокруг приятным теплом. А вот воздух всё же прохладен. И выходит так, что ни жарко, ни холодно — идеальная золотая середина.       Но вот только, несмотря на такую красоту за окном, не все были этому рады. Особенно школьники с студентами. Ведь сегодня, как ни крути, — чёртово первое сентября. Все учащиеся как миленькие после летних каникул снова возвращаются в унылые стены учебных заведений.       Кто-то впервые переступал порог этого, по мнению большинства, проклятого места, а кто-то — уже годами влачил своё существование, угрюмо таскаясь по коридорам после очередного «отдыха». Казалось бы, всё прекрасно — знания, учёба, исследования... Но почему тогда все так страдают? Чёрт его знает, ответа тут не найти. Ведь у каждого своё мнение на этот счёт, и хрен разберёшься в чужих головах.       А вот для Наруто ответ был прост и однозначен: он хотел спать. Чёрт возьми, он, конечно, любил учёбу... в общем-то, считался отличником, но... проклятье, он просто не был готов жертвовать своими сладкими утренними часами, минутами, ради каких-то скучных занятий. Ну уж нет, его так легко не заманишь. Вот если бы учёба начиналась во вторую смену, то ещё ладно. Но нет, будь добр — поднимай свою задницу ни свет ни заря и тащись на эти грёбаные пары.       И сегодня Наруто спал так сладко, что, казалось, его не разбудит даже землетрясение. И всё бы было прекрасно, если бы не Дейдара. Этот чертовски надоедливый старший брат умудрился вытащить его из постели чертовски рано. Воспоминания об утренней суматохе вновь нахлынули на Наруто, заполняя его смесью раздражения и безысходности.       Полчаса назад.       Злой как бешеный пёс Дейдара ворвался в комнату, словно торнадо. Время всего шесть утра, но он уже носился по дому, будто весь мир пылал. Конечно ему-то надо было торопиться на работу, а Наруто и их младшей сестре — на учёбу, но, чёрт возьми, к чему такой бедлам? Он успел кое-как натянуть майку и трусы, но выглядел, будто его только что вытащили из водоворота хаоса. Хотя он и есть олицетворение слова "хаос".       Дейдара как обычно проспал первый будильник. Поэтому, когда зазвенел второй, он вскочил с кровати с дикой паникой в глазах, думая, что уже безнадёжно опаздывает. В мгновение ока он метался по дому, как угорелый переворачивая всё вверх дном и поднимая такой шум, что даже соседи, наверное, успели его проклясть. Но, несмотря на весь этот бардак, один человек оставался непоколебимым и продолжал мирно дрыхнуть. И это был его младший брат — Наруто.       Не удосужившись даже взглянуть на часы, Дейдара ворвался в комнату младшего, словно с боевого задания. Дверь распахнулась с такой силой, что едва не слетела с петель.       — Эй, щенок! — орал он, подбегая к кровати брата и без церемоний стаскивая одеяло, не забывая усесться на младшего своей пятой точкой, — так, для профилактики. — Поднимай свою задницу, ты в школу проспал!       Наруто, потеряв драгоценное тепло своей кровати и ощутив на себе тяжёлую тушку, поморщился и напряженно выдохнул стискивая зубы. Цепляясь за остатки сна, он бурчит что-то нечленораздельное, пытается скинуть старшего с себя и натягивает подушку на голову. Туцукури, в надежде спрятаться от утреннего кошмара по имени Дейдара, чтобы дальше очутиться в мире Морфея, спихнуть не получается. Но Дейдара не был бы Дейдарой, если бы так просто сдался и отстал от младшего.       — Чёрт, я что, с трупом тут говорю? Поднимайся, мать твою, или я тебе холодной воды в рожу плесну! — он ладошкой хлопает его по груди, пока Узумаки взвывает, ну вот за что ему такой брат?       — Сука... Блядь, Дей... Я тебя прикончу, ирод... — хрипло рычит Наруто, едва поднимая голову с подушки. Он мысленно ещё находится в мире снов, и, откровенно говоря, настроен убить того, кто так нагло его разбудил. Но, чувствуя, что старший брат не собирается уходить и продолжает сверлить его взглядом, сидя на нём, Наруто пихает Дея. Тот в свою очередь сразу же встает, давая возможность младшему с неохотой сесть на кровать и потереть заспанные глаза.       По утрам у альфы феромоны, всегда с насыщенным запахом апельсинов и горького шоколада, заполняли комнату. Чего в принципе не должно быть, но, поскольку Узумаки раздражён, получается то, что получается.       Густой аромат мгновенно обрушивается на Дейдару, вызывая у того явное отвращение.       — Наруто, черт возьми, прекрати сыпать свои феромоны куда попало! — вопит омега, раздражённо сморщив нос. — Меня сейчас стошнит, мать твою!       Для усиления эффекта Дейдара драматично закрывает нос пальцами, будто пытаясь защититься от резкого запаха младшего. Наруто же только сильнее хмурится — его уши буквально звенят от громогласного голоса брата.       Этот омега всегда говорил так, будто его слушают с другого конца дома. И ладно бы он всего лишь был шумным, но блять... когда тебя будят криками, да ещё и продолжают орать на ухо, пока ты сам едва стоишь на ногах, — это действительно можно сравнить с адом.       — Дей, блять, заткнись уже! — Наруто с трудом поднимается с кровати, чуть ли не шатаясь. Его затёкшие плечи и руки ноют, будто он всю ночь спал на гвоздях. Потягиваясь и то открывая, то закрывая глаза, он пробует сфокусироваться на происходящем.       — Сколько вообще сейчас времени? — стонет, стараясь понять, какого чёрта Дейдара устроил утренний переполох.       Тот фыркает и косится на часы.       — Ещё только шесть тридцать, дибил ты недосыпанный! — хмыкнул он, притворно глядя на брата сверху вниз. — Но если ты не шевельнёшься, придётся тащить твою задницу в университет под крики и облако злобных феромонов.       Чего?       — Чего? — Наруто моргнул несколько раз, непонимающе уставившись на старшего. Он все ещё наполовину в тумане сна, поэтому смысл слов Дейдары явно доходит с задержкой. — Чего?! — переспрашивает ещё раз, недоуменно глядя на раздражённого омегу.       — Как это «чего», твою мать?! — тот закатывает глаза, уже на грани срыва. — Я говорю тебе: тебе и Карин надо собираться в университет, дубина! Наруто только сильнее хмурится, всё ещё пытаясь разобраться в происходящем.       — Нет, я говорю про время! — буркнул он, явно теряя терпение. — Сколько, мать твою, времени?       — Шесть с поло... — начал было Дейдара, всё так же раздражённо сверля брата взглядом, но тут внезапно осёкся. На его лице промелькнуло осознание, которое сменилось смесью ужаса и вины. — Блять...       Он медленно, словно охваченный паникой, начитает пятиться к двери, явно готовясь к неминуемой буре.       — ...виной, — заканчивает за него Наруто, и его лицо искажается прямо на глазах яростью. — Блять, Дей! Ты что, охренел?! Мне в универ только к половине девятого!       Весь дом содрогнулся от крика Наруто, и он метнулся к брату, словно разъярённый бык, готовый разорвать его на части. Дейдара, поняв, что ситуация вышла из-под контроля, развернулся и рванул прочь из комнаты, не глядя назад. — Стой, сука, я тебя убью! — разъярённо орал Наруто, но омега уже скрылся за углом коридора, оставив младшего брата кипеть в бессильной ярости. Поняв, что гоняться за Дейдарой бесполезно и что его крики ничего уже не изменят, Наруто тяжело вздохнул и, смирившись с ситуацией, решил привести себя в порядок. Спать уже не хотелось — злость и адреналин окончательно разбудили его, так что он потянулся за полотенцем и чистой одеждой, намереваясь принять душ. Прошагав по коридору, он зашёл в ванную и запер за собой дверь. Тёплая вода приятно касалась его кожи, смывая остатки сна и раздражения. Наруто наслаждался моментом покоя, чувствуя, как горячие струи расслабляют затёкшие мышцы. Пар наполнял пространство, окутывая его, словно мягкий туман, и он на несколько минут забыл обо всём происходящем находится в блаженной эйфории. Тем временем на кухне воцарилась суета. Кушина, их мать, уже вовсю хлопотала, готовя завтрак. На ней был милый фартук пастельного оттенка — то ли серый, то ли голубой, с большим карманом и забавным рисунком на ткани. Её длинные, огненно-рыжие волосы были собраны в аккуратный хвостик, чтобы не мешало во время готовки. Женщина то и дело металась по кухне, словно вихрь, выхватывая нужные ингредиенты из холодильника и полок. В воздухе витал аромат свежих овощей и специй. На плите шипел омлет с рисом — традиционное японское блюдо, которое она готовила с любовью и вниманием к каждой детали. Масло на сковороде приятно потрескивало, когда она ловко переворачивала омлет, добиваясь идеальной золотистой корочки. Из кухни доносился такой насыщенный, аппетитный запах, что он тут же разливался по всему дому, пробуждая даже самых непробиваемых сонь. Аромат проник даже сквозь двери ванной комнаты, где Наруто всё ещё наслаждался душем. Он замер, глубоко вдохнув этот манящий запах. "Чёрт возьми, как же я обожаю её готовку," — подумал он с лёгкой улыбкой. Даже после всех скандалов и утренних разборок, запах еды, приготовленной мамой, всегда умудрялся поднять ему настроение. Будто вся его злость растаяла, стоило только вдохнуть этот аромат. Это было совершенство в чистом виде. Кушина знала, как угодить своим близким, и каждый завтрак превращался в маленький праздник, даже если им приходилось буквально выбегать из дома, чтобы не опоздать. Пока Кушина накладывала еду на тарелки, атмосфера в доме становилась всё более хаотичной. Дэйдара и Карин, очевидно, устроили нешуточную бурю, споря между собой, как два неугомонных штормовых ветра. Карин преследовала старшего по дому с бурными криками, пытаясь достучаться до него. Сам же Туцукури небрежно отмахивался от неё изначально и посмеивался, ну правда, сдался ему её шампунь. Но на долго его не хватило, всё же он — вспыльчивая личность. И уже кажись не серьёзная разборка переросла в настоящий скандал. Их крики разносились по всей квартире, отдаваясь эхом в других комнатах. И вот, наконец, Дэйдара, не выдержав этого абсурда, в надежде на Кушину, остановился рядом с плитой, тяжело дыша, словно только что пробежал марафон. А оно так и было, они бегали туда сюда с криками, как дети малые. — Мне оно не нужно! — рявкнул он, пытаясь вернуть хоть какую-то форму контроля над ситуацией. Его крик, неожиданно громкий и резкий, заставил Кушину буквально подпрыгнуть от испуга. Она не ожидала, что её сын вдруг окажется прямо у неё под носом и закричит над ухом. Карин не остановилась. Скривив лицо в недовольной гримасе, она закатила глаза и, сложив руки на груди, устало остановилась перед братом. Её терпение вот-вот должно было лопнуть. Хотя оно уже. — Сука, Дэй, я же знаю, это ты! — сказала она, отчётливо передавая всю свою злость в этих словах. Но вместо того чтобы продолжать кричать, она уже говорила спокойнее, но не менее опасно. — Где мой любимый шампунь? Дэйдара, почувствовав её гнев, бросил взгляд на мать, которая стояла неподалёку, но быстро вернулся к Карин. Разводя руки, словно не зная, что сказать, он только повысил голос: — Чёрт возьми! Откуда я знаю?! — сказал он, яростно разводя руки в стороны, словно хотел передать всю свою злость на мир. — Может, ты куда-то его положила? Почему сразу я, чёрт возьми?! Он закатил глаза, и взгляд его стал ледяным, когда он посмотрел прямо в глаза Карин. Карин не сдержалась. Её феромоны начали наполнять пространство, и Дейдары тоже. Их запах — острый, как цитрус, горький, как лимон — стал постепенно заполнять комнату, превращая её в поле напряжённой битвы. Карин подошла к брату, шаг за шагом, будто уже предвкушая победу. — Где. Мой. Шампунь. — повторила она, растягивая слова, словно каждый слог был ножом, готовым вот-вот порезать. В её глазах была такая решимость, что Дэйдара даже попятился назад. Карин стояла напротив, уже не просто угрожающая, а уверенная в своей правоте. Её феромоны теперь не просто висели в воздухе, а буквально сжигали атмосферу, превращая момент в нечто большее, чем просто утренний спор. Карин будто сошла с ума, снова и снова обвиняя Дейдару в том, что тот якобы украл её любимый шампунь. Её голос, полный ярости и сарказма, был настолько резким, что, казалось, вот-вот разорвёт воздух на части. Но Дейдара не уступал, несмотря на то, что он был старше. Весь его облик сейчас напоминал ребёнка, который отстаивает своё право на игрушку. Кушина пыталась вмешаться, умоляя их прекратить этот бесполезный спор. Но её мягкий голос тонули в нескончаемом потоке ругательств и выкриков. Она только тяжело вздыхает. И считает в уме до десяти. Срывается на детей не хорошо. Ситуация накалялась, как вода в кастрюле на плите, готовая вот-вот закипеть и выплеснуться наружу. Наруто, только что вышедший из душа, услышав тот адский шум тяжело вздохнул. Он надеялся, что это просто временный переполох, который скоро утихнет сам собой, но звуки из кухни становились всё громче и громче. Раздражённый и не в силах больше терпеть, он быстро надел одежду и направился на кухню, надеясь положить конец этой бессмысленной перепалке. Как только он вошёл, его встретила картина хаоса: Дейдара и Карин стояли друг напротив друга, почти сталкиваясь лбами, крича так, будто от этого зависела их жизнь. Карин, заливая воздух своими резкими феромонами, буквально душила комнату, а Дейдара в ответ распространял свой запах, словно доказывая, что он не сдастся. Наруто сразу уловил суть конфликта: очередная ссора из-за какой-то ерунды, на этот раз жертвой стал шампунь. Он закатил глаза, про себя чертыхаясь. Как два взрослых человека могут вести себя так, словно они в песочнице? — Да что за чёртова детсадовская возня?! — раздражённо выдохнул Наруто, его терпение уже на пределе. Не выдержав этого шума и глупости, он резко подошёл к столу и с силой ударил по нему ладонью. Звук удара был настолько громким, что эхом разнёсся по всей кухне, заставив Карин и Дейдару замолчать и повернуть к нему головы. — Вы двое, заткнитесь! — рявкнул Наруто, смотря на них так, будто готов был прибить обоих на месте. А он был готов. Его феромоны начали распространяться по комнате, заполняя воздух пряным запахом апельсина с нотками горького шоколада, что вызвало неприятное ощущение у его брата и сестры. Кушина испуганно вздрогнула, но облегчённо вздохнула, увидев, что Наруто наконец вмешался. Ему всегда удавалось утихомирить этих двоих, и она надеялась, что и в этот раз он сумеет навести порядок. — Мне плевать, кто взял этот дурацкий шампунь! — продолжал Наруто, его голос был твёрдым и уверенным. — Если вы не прекратите орать, я вас, к чёртовой бабушке, выгоню на улицу, в том виде в котором вы находитесь! Карин и Дейдара замерли, переглядываясь между собой. Они понимали, что дошли до той грани, когда даже Наруто, обычно спокойный и равнодушный к их мелким ссорам, был готов устроить им разнос. Когда Наруто, наконец, заставил всех замолчать, вокруг установилась напряжённая, но долгожданная тишина. Карин и Дейдара переглядывались друг с другом с неловким видом, словно дети, которых только что отчитали за шалость. Их лица покраснели от стыда, и оба избегали смотреть Наруто в глаза. — Извините, Наруто... мама, — почти одновременно проговорили они, бросив короткие взгляды на Кушину, которая, скрестив руки на груди, с облегчением наблюдала за тем, как конфликт потихоньку стихает. Наруто тяжело вздохнул, стараясь успокоить свои нервы, и посмотрел на часы на стене. Время стремительно приближалось к моменту, когда ему самому нужно было выходить, но он решил раздать последние указания. — Карин, иди готовься к выходу. Не думаю , что собираешься в одном лифчике ехать. Поедешь со мной, всё равно теперь ты тоже в том же университете, что и я теперь , — проговорил он, уже более спокойно, но всё ещё твёрдо. — А ты, брат, поторопись на работу. Иначе опять опоздаешь. И надень штаны, носки хорошо, но без штанов образ не полный, тебе не кажется? Оба покраснели и кивнули в знак согласия и, быстро не теряя времени, разошлись по своим комнатам. Карин быстро побежала наверх, собирая учебники и пакуя сумку, а Дейдара отправился за своими делами, по пути ещё раз проверяя свой телефон на наличие сообщений от коллег. Кушина только покачала головой, глядя на своих непослушных детей, и затем перевела взгляд на Наруто. На её лице мелькнула тёплая улыбка. — Спасибо, Наруто, — сказала она, продолжая раскладывать омлет по тарелкам. — Ты всегда знаешь, как их утихомирить. Наруто лишь молча кивнул, чувствуя, как усталость от утреннего переполоха постепенно отпускает его. Когда все, наконец, успокоились и присоединились к столу, Наруто почувствовал, как долгожданное утро становится немного спокойнее. Кухня наполнилась уютной атмосферой, пропитанной ароматом свежеприготовленного омлета и риса. Пока все усаживались, Наруто помогал матери расставить оставшиеся тарелки и приборы, тихо радуясь редкому моменту семейного единства. Дейдара, уже полностью готовый к работе, одетый в строгий костюм, отложил свой телефон и, наконец, сосредоточился на еде. Его взгляд стал мягче, когда он встретился с глазами Наруто. Карин, проверяла содержимое своего рюкзака, убеждаясь, что взяла все необходимые учебники и тетради. Кушина с нежной улыбкой смотрела на своих детей, наслаждаясь моментом. — Ну что ж, начнём есть? — предложил Наруто, разрывая тишину. — Ага, давай уже, я проголодался как волк, — согласился Дейдара, откладывая телефон в сторону и сосредоточившись на горячем омлете. — Спасибо, мама, всё как всегда невероятно вкусно, — добавила Карин, наполняя свою тарелку рисом. — Приятного аппетита, ребята, — улыбнулась Кушина, разливая по чашкам зелёный чай. Все дружно приступили к еде, и на какое-то время в комнате слышался лишь звон посуды и тихие разговоры. Несмотря на суматошное утро и перепалки, завтрак стал маленьким островком покоя, где каждый мог на мгновение забыть о предстоящих делах и просто наслаждаться обществом друг друга. Наруто, кусая омлет, украдкой посмотрел на своих близких. Он чувствовал, что, несмотря на все сложности и утренние склоки, такие моменты семейного тепла — самое ценное, что у него есть. Когда завтрак был полностью съеден, Кушина облегчённо вздохнула и оглядела своих детей. Она чувствовала гордость за них, но, взглянув на часы, тяжело вздохнула — время поджимало. Наруто, заметив её обеспокоенный взгляд, тихо поинтересовался: — Мам, ты сегодня идёшь на работу? — Да, — с лёгкой усталостью в голосе ответила Кушина. — Вернусь, наверное, ближе к вечеру... Может, около половины девятого. — Она попыталась улыбнуться, но в её глазах читалась грусть. В последнее время работа поглощала всё её время, и ей не хватало общения с детьми. Конечно, она знала, что они взрослые и самостоятельные, но её материнское сердце всё равно тревожилось. Однако Кушина любила свою работу в компании "Rasengan" — коллеги были хорошими, а зарплата позволяла обеспечивать семью. — Понял. — Наруто коротко кивнул, не показывая никаких эмоций, но внутри он всегда переживал за мать. Дейдара, доедая последние кусочки, поднялся со стула. — Я пошёл, иначе точно опоздаю на работу, — подошёл к Кушине и нежно поцеловал её в лоб. — Спасибо за завтрак, мам. Твоя еда как всегда божественна. Улыбка озарила лицо Кушины, и она на мгновение забыла о своих тревогах. Туцукури попрощался с остальными и торопливо вышел из дома. Наруто и Карин тоже поспешили не задерживаться. Подойдя к матери, каждый из них по очереди поцеловал её в лоб, выражая благодарность за заботу и вкусный завтрак. — Спасибо, мам, — сказала Карин, поправляя ремешок рюкзака. — Я побежала, Наруто меня подвезёт. — Будь осторожна, и удачного дня, — тепло пожелала им Кушина, провожая взглядом своих детей, исчезающих за дверью. Когда все ушли, тишина вновь окутала дом. Узумаки некоторое время стояла, глядя на закрытую дверь, затем вздохнула и направилась собираться на работу. Её дети были её гордостью и счастьем, и ради них она была готова трудиться ещё усерднее.

***

Сегодняшнее утро для Саске началось с того, что его разбудил Итачи около 6:30. Чёрт возьми, как же он ненавидит вставать так рано, особенно если предстоит идти в университет. Но в этот раз это особенный день — первый день в университете, в который он перевёл с другого конца города. Он, конечно, мог бы продолжить учёбу в том, но его старший брат настоял на том, что этот университет — один из лучших в Токио и носит гордое название "Konoha". К тому же, он значительно ближе к дому, чем его прежний. Саске не торопился переводиться — желания просто не было. Но Итачи, как всегда, нашёл нужные слова и убедил его в том, что перемены будут только на пользу. Так что теперь ему предстоит адаптироваться к новому месту и новым людям. Решив не затягивать с утренними сборами, омега взял полотенце и направился в ванную комнату. Сначала он почистил зубы, затем умывался, чтобы окончательно проснуться. После этого шагнул в душевую кабинку и позволил тёплой воде стекать по телу, снимая остатки сонливости. Пока Саске мылся, Итачи, заботливый и внимательный старший брат, уже занимался приготовлением завтрака на кухне. Альфа решил побаловать Саске его любимым блюдом — омлетом с помидорами и баклажанами. Отыскав в холодильнике все необходимые ингредиенты, Итачи умело готовил на плите, тихонько напевая себе под нос. Как только завтрак был почти готов, Саске, полностью одевшись и убедившись, что выглядит опрятно, начал спускаться по лестнице. Запах свежеприготовленной еды сразу ударил ему в нос, вызывая лёгкую улыбку на лице — Итачи всегда знал, как порадовать младшего брата. — Доброе утро, — поздоровался Саске, тепло улыбнувшись, когда зашёл на кухню. Итачи, замечая, что младший брат уже полностью готов к учебе, начал раскладывать свежеприготовленный завтрак по тарелкам. — Доброе утро, — с мягкой улыбкой ответил Итачи, пригласив брата к столу. Саске молча сел за стол, его взгляд стал задумчивым, когда он наблюдал за действиями брата. Учиха старший сразу уловил напряжение в воздухе и, сев за стол напротив Саске, решил разрядить обстановку: — Что-то не так? Саске, почувствовав, что его поймали, отвел взгляд. Затем, вздохнув, всё-таки решился задать вопрос: — Во сколько ты сегодня будешь дома? — тихо спросил омега, искоса поглядывая на брата своими тёмными глазами. Итачи тихо рассмеялся: — Какой серьёзный вопрос с утра, — с улыбкой заметил он. Но, заметив недовольный взгляд младшего, сменил тон на более серьёзный: — Честно говоря, не знаю. Может задержусь до позднего вечера. — Серьёзно? — Саске недоуменно приподнял брови. В последние недели его брат вёл себя странно. Раньше Итачи всегда говорил, во сколько планирует вернуться, но теперь его ответы стали расплывчатыми. И что ещё более странно, каждый раз, когда он возвращался домой, от него пахло чужими феромонами. Запах лимона с нотками молочного шоколада. Конечно, Саске понимал, что Итачи взрослый альфа и у него могут быть свои отношения. Но что действительно сбивало его с толку, так это то, что этот запах не менялся. Один и тот же феромон каждую ночь. Это было странно, ведь его брат никогда не был привязан к одной и той же омеге. Но что, если... если это истинная связь? Эта мысль была такой ошеломляющей, что Саске поперхнулся и закашлялся едой. Итачи тут же подскочил, похлопывая его по спине. — Ты в порядке? — озабоченно спросил старший, подавая стакан воды. Но Саске, даже не успев отдышаться, внезапно выкрикнул: — Ты нашёл истинного?! — Что?.. — Итачи замер, держа стакан в руке. В его глазах мелькнуло удивление и растерянность. Тяжело сглотнув, он осторожно, почти шёпотом, спросил: — Откуда ты это узнал? Учиха младший, ошеломлённый услышанным, на миг застыл. Значит, всё это время его догадки были верны? У его брата действительно был истинный, и тот молчал об этом целый месяц?! — Ты серьёзно? — голос Саске был полон недоумения. — Ты нашёл своего истинного месяц назад и не сказал мне ни слова? Итачи закусил губу, напряжённо опустив глаза. Он понимал, что сейчас перед ним не просто младший брат, но и тот, кто чувствует себя преданным из-за того, что ему не доверились. — Я просто... не был готов рассказывать об этом, — начал Итачи. — Это случилось неожиданно, и я сам ещё не до конца разобрался в своих чувствах. — Но я твой брат, — голос Саске звучал почти жалобно. — Я должен был узнать об этом первым. Итачи медленно вздохнул, чувствуя, как его сердце сжимается от вины. У них была договоренность. — Прости, Саске. Я не хотел держать это в секрете. Просто... это всё так ново для меня, — его взгляд был наполнен искренним сожалением. — Дай мне немного времени, и я расскажу тебе всё. Саске, видя искренность брата, немного смягчился, но чувство горечи всё ещё оставалось. — Ладно, — наконец произнёс он, немного сбавив тон. — Но только потому, сегодня я добрый. — он ухмыляется, слегка разбавляя обстановку. — Я хочу, чтобы ты был счастлив, Итачи. Итачи благодарно кивнул, чувствуя, как напряжение немного спадает. Их разговор на некоторое время был прерван, но теперь между ними повисло понимание — пусть и с примесью не разрешённых вопросов, которые требовали своего времени. — Хотя, знаешь... у нас с ним как-то... всё не очень хорошо, — с горечью признался Итачи, устало потерев виски. Саске удивлённо посмотрел на брата и приподнял бровь: — Не хорошо? Как это? Итачи чуть смутился, опустив взгляд на стол: — Ну, понимаешь... Он считает меня придурком. Типа, богатый альфа, который только и делает, что спит с кем попало, — Итачи горько усмехнулся, смущённо потирая затылок. Саске, услышав это, не смог сдержаться и громко расхохотался. Он ещё не знал, кто этот омега, но уже был в восторге от него. — Серьёзно?! Ему удалось отказать тебе?! — смеясь до слёз, захлёбывался Саске. — Боже, я уже его обожаю! Итачи посмотрел на брата с явным раздражением, его лицо раскраснелось от смущения. — Блядь, Саске, хватит смеяться! — рыкнул он, обиженно закатив глаза. — Я тут душу тебе изливаю, вообще-то! Саске, пытаясь успокоиться, сделал несколько глотков воды и, утихнув, наконец смог задать более серьёзный вопрос: — Ладно, ладно, извини. Но если он отвергает твои признания, почему бы просто не предложить ему дружбу? — предложил Саске, пожимая плечами. Итачи задумался, его брови нахмурились. Он выглядел так, будто обдумывал что-то сложное и неприятное для себя. — Это разве не странно? — осторожно произнёс он, словно боясь услышать ответ. — После стольких признаний и попыток завоевать его... вдруг предложить дружбу? Саске тяжело вздохнул, закатив глаза, как будто объяснял очевидное: — Ну, хоть что-то между вами будет. Лучше быть другом, чем никем, верно? — омега посмотрел на Итачи с лёгкой усмешкой. — Если ты ему действительно нравишься, то дружба может стать началом чего-то большего. Итачи задумчиво опустил глаза на свои руки, словно обдумывая слова брата. — Знаешь... ты, возможно, прав. Может, и правда стоит попробовать. По крайней мере, так я смогу быть рядом, — пробормотал он, немного оживившись. — Вот и отлично! — с довольной ухмылкой сказал Саске. — К тому же, ты всегда был мастером завоёвывать сердца. Может, ты и его со временем покоришь. Итачи слабо улыбнулся, но в глазах читалась всё ещё неуверенность. — Спасибо, Саске, — тихо произнёс он. — Может, ты и прав... Просто мне нужно быть терпеливым. — Терпение, Итачи — твой козырь, — с улыбкой поддержал его Саске. — Так что не спеши и будь собой. Итачи, немного приободрившись, кивнул и, наконец, принялся доедать свой завтрак. В воздухе повисло лёгкое ощущение надежды, словно тучи, нависшие над головой Итачи, начали немного рассеиваться. Доедая завтрак в приятной тишине, братья решили, что опаздывать в первый день учебы было бы недопустимо. Саске, поблагодарив Итачи за завтрак, быстро привел себя в порядок, помыл руки и отправился к выходу. В прихожей оба натянули ботинки и, собрав все необходимое, вышли из дома. Итачи, как настоящий джентльмен, открыл дверь своей дорогой машины и пригласил Саске сесть на переднее пассажирское сиденье. Они ехали в уютной тишине, но это молчание не было напряжённым — оно скорее напоминало спокойное понимание между братьями. Итачи довёз Саске до входа, и тот быстро выпрыгнул из машины, махнув брату на прощание. — Спасибо за подвоз! Удачного дня! — крикнул Саске, улыбаясь. Итачи лишь кивнул и махнул в ответ, но тут же заметил, что младший брат замер и его взгляд устремился куда-то вдаль. — Что-то случилось? — поинтересовался Итачи, приподняв бровь. Саске не сразу ответил. Его внимание было приковано к толпе омег, сгрудившихся вокруг стоящей рядом машины. Она явно привлекла всеобщее внимание, и Саске стало любопытно, что там происходит. Из жёлтого с чёрной крышей, блестящего автомобиля с тонированными стеклами грациозно вышла девушка. Она была среднего роста, с алыми глазами и огненно-красными волосами, аккуратно собранными в хвост. Её одежда сидела на ней идеально, подчёркивая хрупкость фигуры. Несмотря на то, что она выглядела как типичная студентка, в её осанке и движениях чувствовалась уверенность и некоторая надменность. Сразу за ней из машины вышел высокий альфа, чей вид заставил многих замереть. Он был широкоплечим, со светлыми волосами, падающими на лоб, и яркими голубыми глазами, которые казались почти прозрачными. Его взгляд был холодным и равнодушным, словно ему было всё равно на внимание окружающих. А ему было. — Интересно, кто это такие? — пробормотал Саске, не сводя глаз с новоприбывших. Толпа студентов возбуждённо шепталась, многие омеги с завистью и любопытством смотрели на красноволосую девушку и её спутника. Очевидно, альфа был не новеньким, а вот девушка , по реакции окружающих — да. Их внушительное появление заставило всех тут же обратить на них внимание. Такое в жизни бывает вообще? Кажется только в сериалах и фильмах. Итачи, заметив заинтересованный взгляд младшего брата, тихо рассмеялся: — Кажется, новый университет уже преподносит сюрпризы. Удачи тебе, не ввязывайся ни в какие неприятности, Саске. — Да брось, — фыркнул Саске, махнув рукой. — Я всегда держусь подальше от лишних проблем. Но про себя он понимал, что сегодня явно не будет обычного деня.