Детям нашим много ль надо?

Дверца подземного хода открылась легко и беззвучно. И то сказать – дварфы делали! За ней царил полумрак, лишь слабо светились невесомые дворцы Паучьего царства… Память предков что-то хрипло пискнула, и я перестала её слышать. Такое бывало и раньше, но тут я перепугалась. Очень уж не вовремя! - Память предков, Память предков, эй… - От двери отвернись… - слабо простонали из глубин моего сознания. – Спиной встань… К подземному ходу, блин, спиной встань! При чём тут свадебная ритуальная еда, я не поняла, но поспешно развернулась, как просили. - Господи боже ты мой, какой кошмар… - прошелестела Память предков умирающим голосом. – Не оборачивайся! Я пауков боюсь! Сначала я не поверила своим ушам. Потом мне стало жутко. Если пауки для предков были угрозой, значит, мои ненормальные предки поклонялись Князю кровососов? Ой-ой… - Память предков, только честно… Твой бог, которого ты упоминаешь – это Анофелегнус? - Чего?! У меня отлегло от сердца. Удивление Памяти предков было абсолютно искренним. Слава богам, не затесались в наш род асуропоклонники! Но почему тогда такой ужас… Хотя, может, предки жили на югах, там пауки ядовитые… - Память предков, ты не бойся. Эти пауки безобидные, они даже не кусаются! - Не поворачивайся!.. Я знаю, что они безобидные, я просто видеть их не могу!.. - Но почему? Они красивые… - Они страшные! И не спорь со мной, у меня арахнофобия! Тут у меня просто голова кругом пошла. При чём тут арахны, которых я видела только на картинках в учебнике географии? Да, они разводят пауков, но те пауки и эти отличаются размерами, как кошка и мышь! - Я тебе потом объясню… - простонала Память предков. – А сейчас я спрячусь и глаза закрою, чтобы на этот ужас не смотреть… Потом, когда выйдешь из подземного хода и восьмилапых с себя оберёшь, позови меня… Только пауков с себя сними обязательно, а то я помру на месте! Ну, пауков я бы по-любому с себя сняла. Грех обижать Ткачей-защитников! Они же безобидные и полезные. Хотя, конечно, лицом в паутину влететь – приятного мало. И мне, и паукам. *** Господи, какое счастье, что у тела родная хозяйка есть! Тот проход окаянный весь паутиной завешан. И крестовики здоровущие, жирные, как в фильме про Буратино… Нет, конечно, не такие большие, это мне с перепугу показалось. Но вот не люблю я пауков, с детства не люблю. Змей и мышей никогда не боялась, спокойно в руки брала, а вот пауки – бррр! Малявка задёргалась и понесла пургу про малярийных комаров. Я даже толком не вслушивалась, что она лепечет: рядом с этим паутинным царством у меня мозги отрубались напрочь. *** Мама вошла в комнату, где я занималась танцами под руководством Фархада. Папка к обучению подошёл серьёзно, и кинжал мелькал в моих руках, ранее привычных только к мечу и копью. «Пляска Гюрзы», так это называлось. Система самообороны для тонких и хрупких гаремных мальчиков… Моего отца-бербера тоже звали Фархад, мама выбрала папку только из-за имени, ей было всё равно, она свалилась в чёрную тоску из-за смерти мужа и старшего ребёнка… Мы с сестрой были близнецы, но сестра умерла в безжалостных руках берберской прабабки. А я выжила, никчёмное создание… Источник проблемы для мамы и её друзей, если кто-то узнает, что мама… что я… - Ну вот, всё улажено. Я получила ответ от посестримы, она готова тебя принять. У неё есть дочка твоих лет. Надеюсь, вы подружитесь. - А она… знает? - Воздушная почта, детка, не рассчитана на большие письма. Подробное письмо поедет с тобой. Я провожу тебя до границы… - Возьми с собой Зульфизар, - попросил папа. – Пусть они с Мир пообщаются, девочка так соскучилась… - Я подумаю. - И мне кажется, она догадывается… - Фархад! - Айнур, сердце моё, у нас умная дочь. И она любит Мир, кем бы та не была. Мама сжала губы и нехотя кивнула. - Солнышко, начинай потихоньку собираться. Для всех – ты едешь за женихом. Я упакую мужскую одежду, в Борейском княжестве одинокой женщине путешествовать неприлично, это всё равно как я бы у нас сорвался куда-то без сопровождения… - Если привяжутся на таможне, скажешь – подарок наречённому, - подхватила мама. Подошла вплотную и обняла нас с Фархадом. – Котёнок мой, я бы всё отдала, чтобы тебе никуда не уезжать!