LEAVE ME ALONE

Яркий свет потолочных ламп заставляет Гарри щуриться, а Луи часто моргать. Зейн здоровается с парой сотрудников, пока подходит к своему столу, и вальяжно опускается на офисный стул. - Ну, началось, - бормочет Луи, заставляя Малика хмуро на себя посмотреть. Компьютер загружается мучительно медленно, издавая звуки, которые, кажется, не должны из него исходить. Зейн предлагает парням присесть, пока сам направляется к кофеварке. Этот напиток точно его когда-нибудь убьёт. Но Луи сейчас не до этого. Он мягко касается ладонью колена Гарри. - Ты как, в порядке?, - спрашивает он, оставшись наедине с парнем. - Относительно, - Стайлс натянуто улыбается, чувствуя, как ладонь мужчины сжимается чуть сильнее в знак поддержки. - Всё будет хорошо, Зейн во всем разберется, - спешит успокоить его Томлинсон. - Ага, - недоверчиво отвечает Гарри, наблюдая, как Малик возвращается к рабочему месту. - Ну что же, начнём с хорошей новости или плохой, - обрывает их Зейн, потирая руки. Он вводит пароль на экране и косится на парней. - Эмм... с хорошей, предлагает Гарри. Луи задерживает дыхание, а Зейн откашливается в кулак. - Тебя ищёт твой муж, - выпаливает Малик, будто полосуя острой бритвой по коже обоих. Луи в неверии смотрит на Гарри. Тот качает головой. И одновременно с этим бледнеет. - Он не мой муж, - еле сдерживаясь, выплёвывает он. Луи ещё не видел Гарри в таком состоянии - Знаю, - спешит заверить его Зейн, - мы пробили по базе, - он слабо улыбается Гарри, полностью игнорируя Томлинсона, - на самом деле, я бы не был так любезен, если бы нашёл хоть одну зацепку на тебя, Гарри Стайлс. Луи хочет ударить Зейна. Очень давно. - Но он меня ищет, - Стайлс возвращает тему, получая в ответ подтверждающий кивок. Зейн немного крутится на стуле. - Есть ещё кое-что, - Малик с опаской смотрит на Томлинсона, - ориентировка пришла настолько сверху, - он наклоняется чуть ближе к парням, говоря вполголоса, - что я даже не смог узнать насколько высоко, - он откидывается на спинку стула и выдерживает паузу. - Поэтому мы в полном дерьме, - подытоживает Луи. - Так точно, - заявляет Зейн, отпивая свой кофе. Гарри вздыхает и складывает руки перед собой, смотря в никуда. Он подозревал о связях Нейтона, но не настолько. - Какие у нас варианты?, - в нетерпении спрашивает Томлинсон. Малик жует губу, а затем достаёт бумагу и ручку. - Рассказать мне всё, - выносит вердикт шериф, - всё под протокол, - поясняет он. Луи и Гарри настороженно переглядываются. - Только так я смогу помочь, - спокойно произносит Зейн, с неохотой осознавая насколько долгим будет сегодняшний день, а он ещё так и не покурил. После двух часов всхлипываний Стайлса, подергиваний ноги Томлинсона и затёкших от писанины пальцев Малика, Гарри обнаруживает себя в коридоре, слушающим, как ругаются Луи и Зейн в комнате для допросов. Он стоит спиной к стене, прикрыв глаза, и старается контролировать своё дыхание. - Ты не станешь этого делать, черт тебя дери Малик, - слышит Гарри за дверью. - Это его единственный шанс, Томлинсон, недалекая твоя голова! Чем ты думаешь?, - Луи дышит, его ноздри раздуваются напротив лица Зейна. - Ты ничего не знаешь, - выплёвывает он в ответ, слабо защищаясь. Это был его последний аргумент. - Ты тоже, - Зейн демонстративно обходит стол и усаживается на стул, вертя в руках один из наручников. Луи с тоской смотрит на это, затем присаживаясь по другую сторону. - Он просто хотел уехать от всего этого, - вздыхает Луи. - И поэтому лучше разобраться с этим здесь, где я смогу помочь. Луи молчит, а Зейн продолжает. - В глубине души ты знаешь, что я прав. Томлинсон жуёт губу. Он хочет защитить Гарри. Но не знает, справится ли с этим сам Стайлс. - Ты вообще его видел? - слабо начинает Луи, - он пережил черт знает что и едва держится, дай нам время. - Ты такой заботливый, - уголок губы Зейна ползет наверх. - О, да пошел ты, - Луи откидывается на спинку, чуть расслабляясь, наконец. - Как Марисса?, - меняет тему Малик. - Привыкает к учебе, сегодня обещала позвонить. - Передавай привет, - Зейн сдерживает улыбку, но у него это трудно получается. - Ага, черта с два, Малик, я видел как ты на неё смотришь, - Томлинсон тычет пальцем в сторону молодого шерифа, грозно сведя брови. - Я ничего не сделал, - поднимает руки Зейн. - Ещё бы ты сделал, - фыркает Луи. - Брось, Томмо, разве я не лучший кандидат? Луи неохотно улыбается, сжимая губы. - И вспомни Рика, её недо-бойфренда, - продолжает Малик. - Лучше не напоминай, - Томлинсон начинает разминать плечи, стул в комнате для допросов не самый удобный. - Не волнуйся, я найду, за что его упечь за решётку. - Естественно, не по личным причинам, - поднимает бровь Томлинсон, ухмыляясь. - Естественно, - Зейн кладет наручники, с которыми играл весь разговор, и встаёт из-за стола. Луи поднимается следом - У вас есть месяц, может чуть меньше, - уточняет Малик, подходя к двери, - сомневаюсь, что смогу дольше это сдерживать. Томлинсон молча кивает. Он пока не знает хорошо это или плохо. Он пока просто доверяет Зейну. Возможно, Луи бы доверил Зейну свою дочь, но другая часть его сопротивляется этому из-за отцовской вредности. К тому же, Мариссе надо подрасти, а Малику держать мысли и руки при себе. - Стой - Зейн захлопывает дверь, чуть приотворенную Томлинсоном. - Господи, Малик, - Луи закатывает глаза, - что ещё? - Ты скажешь или я?, - Зейн терпеливо ожидает, когда глаза Луи перестанут метаться по его лицу. Наконец, Луи шумно выдыхает и смеряет Зейна взглядом, прежде чем переступить уже порог этой комнаты и встречает Гарри, стоящего в коридоре с поникшей головой. - Гарри, - Томлинсон почти подлетает к нему, - ты в порядке? - Как много ты слышал? - Малик тоже подходит к парням. - Только крики, - отвечает Стайл. -Луи и Зейн переглядываются. - Нас ждет разговор?,- Гарри смотрит на парней в ожидании своего вердикта. - Хм, пожалуй.., - начинает Зейн. - Просто пойдем домой, - перебивает Луи, поглаживая Гарри по спине и утешающе улыбаясь. Зейн выгибает бровь, не зная, что его больше удивляет: тесный контакт парней или Томлинсон, который говорит почти незнакомому парню "пойдём домой". Малик не видел Луи с кем-либо ещё ни разу. Но, если признаться, несмотря на все обстоятельства, он рад, что его друг, наконец, нашел о ком заботиться, что его сердце оттаяло. И что Зейн может узнать его с другой стороны. Но, возможно, он заберёт свои слова обратно, когда парни станут удушающе раздражающими в своих нежностях. А пока, он сочувственно прощается с ними, понимая, что Томлинсону предстоит поведать Гарри весьма неприятную информацию. Поэтому он похлопывает Луи по плечу в знак поддержки и разворачивается в сторону балкона, чтобы, наконец, спокойно покурить. Гарри дрожит. Действительно дрожит. Он потирает ладони о колени, где натянуты джинсы, но это слабо помогает успокоиться. Стены этого дома с выцветшими обоями, которые давно стоило переклеить, словно давят на него, сужаются. Луи понимающе кивает и продолжает. - Это называется ловля на живца. Так говорит Зейн. Или ему нравится так думать, - задумчиво добавляет Томлинсон. Он не знает, как смягчить. - И вы просто сдадите меня ему, - делает вывод Гарри, надавливая. Луи отводит взгляд. Он хочет собрать все свои вещи и отвезти Гарри, как можно дальше отсюда. В этом и состоял его диалог с Маликом, в ходе которого он пришёл к выводу, что это не выход. - Нет, не просто, - он встаёт с кресла и подходит к дивану, на котором сидит Гарри весь такой беззащитный и почти обессиленный. Ему не помешает сон, думает Луи, - Не просто, чёрт возьми, - повторяет он, перетягивая ладони Стайлса в свои. - Но.. тогда.., - несмело начинает Гарри. - У тебя есть время, правда, - Томлинсон успокаивающе гладит костяшки Гарри, - у нас есть, - добавляет он, прижимаясь губами к руке парня., - а после всего, его будет сколько угодно. Тот прикрывает глаза и, наконец, восстанавливает дыхание. - И, если что, у меня есть ружьё в сарае, - шепчет Луи прямо в ладонь Стайлса, - я даже зарядил его, - добавляет он с ухмылкой. - Исусе, ты что, готовился к зомби-апокалипсису?, - смеётся Гарри в ответ проводя другой рукой сквозь мягкие волосы Томлинсона. Он чувствует, как тот льнёт к прикосновению. - Немного пересмотрел “Одни из нас”, - признаётся Луи, - подползая ближе и утыкаясь носом в живот Гарри. - Господи, только не говори, что сериал лучше игры, - настороженно произносит парень. - Не скажу, - успокаивает его Томлинсон, продолжая вдыхать запах футболки Гарри и запах самого Гарри, который так пугает его оттого, что становится таким родным. Томлинсон улыбается, пока чистит зубы, потому что Марисса по видео-связи рассказывает ему, на какое количество факультативов записалась. Она всегда была любопытной и старательной, а сейчас всё это вырвалось на свободу. И Луи больше не может это контролировать. Но всё ещё пытается. - Только не загоняй себя слишком сильно, ладно детка?, - он вытирается полотенцем. - Хорошо, пап, не волнуйся об этом, - девушка наблюдает за отцом на экране и понимает, как уже сильно соскучилась. - И чтобы не пострадала основная учёба, - добавляет он строже, смотря на себя в зеркало и поправляя чёлку. - Ну па-аап, - стонет она в трубку, закатывая глаза, будто ей снова 10 лет. Луи чуть ухмыляется. - Ответ неверный, - настаивает он, а Марисса вздыхает. - Ладно, - слышит он от дочери и радуется своей маленькой победе. Он уже собирается выйти из ванной, держа впереди себя телефон, пока дочка рассказывает ему о своей соседке по комнате Эмме, которая, похоже, уже стала ей лучшей подругой. Как сталкивается в дверях с Гарри, замирая. - Ой, прости, - смущается Стайлс, опуская свой взгляд. И тут же жалеет, потому как его глаза невольно цепляются за полотенце, натянутое на бёдрах Луи, и краснеет ещё больше. Он к этому никогда не привыкнет. - Всё в порядке, Гарри, ты ненадолго?, - Томлинсон бросает беглый взгляд на экран, где Марисса сосредоточенно всматривается в происходящее, пытаясь прочитать эмоции на лице отца. - Нет, только быстрый душ, - отвечает Стайлс. Они меняются местами, всё ещё оставаясь в дверях. - Хорошо, потому что я хотел с тобой обсудить ещё кое-что, - мягкость его собственного голоса болью отдаётся в голове, зная что дочь обязательно будет его подкалывать за это, - если ты, конечно, не против. - Да, хорошо, - заверяет его парень, перекатывая тюбик зубной пасту и щётку в руке. Томлинсон наблюдает за этим. - Кхм, - слышится из телефона, - кто такой Гарри?, - оба парня замирают и обмениваются испуганными взглядами. - Это эммм…, - начинает Луи, - но Стайлс не даёт ему продолжить, хватая Томлинсона за руку вместе с телефоном и поворачивает на себя. - Привеет, это ..мм. я, я Гарри - произносит он с улыбкой, глядя на милую девушку на экране, которая сидит с нескрываемым удивлением. - Привет, - смущённо отвечает она через мгновение, - я Марисса, - она видит как яркий свет ванной обрамляет копну кудряшек Стайлса. - У тебя всё хорошо, Марисса?, - Гарри нравится, как чувствуется имя девушки на языке. Он намерен расспросить Луи о том, кто дал ей имя и почему. Ему нужна вся история. - Да, спасибо, - вежливо отвечает Марисса, рассматривая Гарри и улыбаясь. Луи стоит истуканом, наблюдая за диалогом Гарри и Мариссы, почти не дыша. - Папа не рассказывал о тебе, но ты кажешься милым, - девушка вгоняет в краску Гарри, наслаждаясь эффектом. Она уже сложила дважды два, - и горячим, - добавляет она, хихикая в ладошку. - Марисса!, - отмирает Томлинсон. И выдёргивает свой телефон из рук Стайлса, который уже почти полностью перехватил его. - Он смотрит в экран на дочь. Она явно веселится. Чего не скажешь о Луи. - Где твои манеры!, - добавляет он, качая головой. - Всё хорошо, правда, - встревает Гарри со своей стороны, смущённо улыбаясь. - Так, - в притворном раздражении начинает Луи, - Ты!, - указывает он на Стайлса, - быстро купаться!, - он указывает пальцем для пущего эффекта. Гарри закусывает губу. - А ты!, - Томлинсон обращается к дочери в экране, - нам ждёт разговор о твоём воспитании. - Ох, - вздыхает девушка, - папочка включил командира. - Мне нравится, - бормочет себе под нос Гарри, но в маленьком пространстве ванной это слышат все. Луи округляет глаза от удивления, а Стайлс - от испуга, что был услышан. И отводит взгляд. - Э-э, кажется я зашла не на ту территорию, - смущённо говорит девушка, впервые видя отца таким взволнованным. - Всё, юная леди, прощайся с Гарри, а мы продолжим в гостиной и не будем его задерживать, - прочищая горло тараторит Томлинсон. - Пока, Гарри!, - доносится из телефона. - Пока, Марисса! Рад знакомству с тобой!, - Луи закатывает глаза на вежливость Стайлса, кивает ему и прикрывает дверь ванной выдыхая, забывая что дочь наблюдает за ним через экран. - Он милый, - шепчет Марисса, широко улыбаясь и наслаждаясь смущённым цоканьем отца. - Просто прекрати это, - вполголоса отвечает он, спускаясь на кухню, готовый заварить чай, чтобы закончить этот день правильно. А Гарри ещё долго стоит, опершись руками на раковину и смотрит на себя, глупо улыбающегося, чувствуя как румянец постепенно сходит с его щёк. Остывший чай свидетельствует о двух вещах. Либо Гарри уснул в душе. Либо умер. И Томлинсон не идёт проверять обе эти версии лишь по одной причине - третья версия. О которой он запрещает себе думать. Он только что говорил с дочерью, чёрт возьми. А теперь должен показать парню дом, в котором Гарри сможет жить. Отдельно от Луи. Да. Ведь тот сам об этом попросил. Стайлс появляется ожидаемо с мокрыми кудряшками и в обтягивающей футболке на мокрое тело, которое он не вытер должным образом, пока торопился. Несмотря на достаточное количество времени. Луи сжимает челюсти и провожает Гарри взглядом, пока тот подходит к столу. - Кхм, да, присаживайся, - начинает Луи, - наблюдая, как Гарри хмыкает и отодвигает дальний стул. - Садись ближе, - возмущается Томлинсон, отодвигая стул рядом с собой и слегка разворачивая свой ноутбук. - Ты играешь со мной, - возвещает Стайлс, обречённо плетясь через весь стол. - Вовсе нет, - почти лжёт Томлинсон, чувствуя напряжение, исходящее от парня и сглатывая. Гарри присаживается рядом, складывая руки в замок. Его защитная поза, думает Томлинсон, останавливая себя от лишних комментариев или не дай боже действий. Он подвигает чашку чая для Гарри,заваренного около часа назад. И открывает нужную вкладку на экране. - Этот дом Айлин, - комментирует он, - увеличивая фотографию крыльца, - она уехала на Аляску за мужем несколько лет назад, он пилот. Луи листает фотографии дальше, открывая по порядку, гостиную, кухню, спальню, детскую и сад. Гарри внимательно следит за тем, как сменяются снимки и снова кусает губы. Его глаза то и дело вспыхивают, а Луи почти уверен, что парню нравится то, что он видит. - Неделю назад съехали жильцы, - продолжает Томлинсон, - семейная пара Джим и Джулия. Мы называли их Ди-Ди, а они себя - "команда мечты". Так получилось, что они оба почти одновременно получили направление на перевод в Нью-Йорк и внезапно съехали. Гарри задумчиво переваривает информацию. - А дети?, - он смотрит на Луи в поисках ответа. - Нет, у них не было детей, - отвечает Луи, улавливая беспокойство Стайлса, - но у Айлин и Эмета были. Целых трое. Два мальчика и девочка. Но они выросли и разъехались по стране ещё до моего приезда,- повествует Луи. Он и сам не ожидал, что знает так много лишь об одном только доме в этом городке. - Ясно, - реагирует Гарри, - значит…, - медлит он, - никаких страшных историй? - Никаких, - заверяет его Луи, - он кладёт ладонь ему на плечо, мягко сжимая. - Хорошо, - выдыхает Стайлс, и, чуть помедлив, продолжает, - А что насчёт твоего дома? Лёгкая улыбка трогает губы Томлинсона. - Как я уже говорил, эти двери для тебя всегда откры.. - Нет, - перебивает Стайлс, - какая у него история?, - он любопытно осматривается. - Ну... здесь жил одинокий моряк, - нехотя начинает Томлинсон. Он не хочет сравнивать это с собой, но ничего не может с этим поделать, - а потом, кажется, дочь забрала его к себе, - он останавливается и бросает обеспокоенный взгляд на Гарри, чтобы понять думает ли он том же самом. - Это ничего не значит, - вырывается из Стайлса, он разворачивается к Луи. - Я знаю, просто…, - Томлинсон тушуется и заламывает пальцы рук. - Иди сюда, - Гарри втягивает Луи в долгие тёплые объятия, не говоря более ни слова. А Луи позволяет окунуть себя в мир безмятежности, хоть и ненадолго, гадая, чем заслужил такую передышку в вечной борьбе за жизнь и за самого себя. - Ты не должен меня утешать, это я должен, - настаивает Луи, находясь в объятиях Стайлса. - Мы ничего не должны друг другу так-то, - пытается успокоить его Гарри. - Точно, - обречённо бормочет Томлинсон, постепенно отстраняясь. - Нет, я не это имел ввиду, - торопится парень, напрасно пытаясь удержать Луи ещё ненадолго. - Всё в порядке, - заверяет его Томлинсон, вставая и разминая плечи, - сегодня был долгий и трудный день, - с намёком продолжает он, направляясь со своей чашкой к мойке под пристальным взглядом в спину. Боже, он должен будет скоро отпустить этого парня с несносными кудряшками. И лучше начнёт прямо сейчас. - Если что-то не так…, - тихо начинает Гарри. - Всё правда хорошо, - Луи ставит кружку в сушилку, - за исключением того, что, - он вздыхает и разворачивается, вытирая руки вафельным полотенцем, - что… может быть я буду немного скучать и… знаешь..., как будто, это звучит, как ошибка, если ты будешь где-то далеко. - Но это же совсем рядом, лишь через несколько улиц, - неуверенно произносит Стайлс, вставая со своего места. - Далеко, - определяет Томлинсон, почти капризничая. Он передаёт полотенце Гарри, бросая быстрый взгляд в зелёные глаза, которые пытаются этот взгляд удержать. - Я знаю, о чём ты говоришь, Луи, - начинает Стайлс, - и даже если я думаю также, это не значит, что это - то правильное, что нужно. Луи закусывает губу и бессильно опускает руки - Пойдём спать, - предлагает он, выдавливая слабую улыбку. Он даже не знает, как справиться с самим собой. Он просто не узнаёт себя. - Хорошо, - Гарри ополаскивает свою чашку, отчего-то зная, что Луи ждёт его у выхода из кухни, чтобы вместе подняться на второй этаж и разойтись по комнатам. После быстрого и скомканного прощания на ночь, парни спят из рук вон плохо. Гарри, ещё слегка приболевший, то и дело просыпается от кашля. А Луи… даже не пытается заснуть из-за вороха мыслей, атакующих его голову до самого утра. Он несколько раз порывается встать и зайти в комнату Стайлса, но боится прервать его и без того беспокойный сон. Всё это жутко выматывает. Поэтому на следующее утро, они находят друг друга на кухне достаточно помятыми, чтобы снисходительно улыбнуться друг другу. Луи заваривает кофе, а Гарри тянется за пакетиком чая, оставляя после себя дверцу шкафчика открытой. О которую непременно бьётся Томлинсон чертыхаясь и расплескивая часть напитка на свою футболку. Сначала он недовольно смотрит на парня, нахмурившись и не подозревая о том, что выглядит мило. Его глаза словно щёлки, скулы немного скрыты под припухшей ото сна кожей, а волосы торчат в разные стороны, как иголки ёжика. Стайлс извиняется и виновато хлопает своими оленьими глазами, чем заставляет Луи с трудом подавить улыбку и пригласительно хлопнуть по коленям, присаживаясь на стул. Гарри на это пару раз моргает, вздыхает, но подходит к парню, осторожно опускаясь на его колени. Он чувствует, как рука Томлинсона мгновенно оборачивается вокруг его талии, а сам он наклоняется к его плечу и втягивает носом воздух. - Надеюсь, это не слишком, - вообще-то Луи знает, что это слишком. - Немного, - Стайлс отхлёбывает напиток, устраиваясь удобнее, но всё ещё не оборачиваясь. - Я уже скучаю, - признается Томлинсон. Он и не помнит, когда в последний раз в нём было столько смелости. - Я же не улетаю на другую планету, - шепчет Стайлс, поворачиваясь боком. Он перекидывает свободную руку через плечо Луи и чуть сжимает, чувствуя ответную реакцию его ладони на своем бедре. - Всё равно, - шепчет Томлинсон скользя взглядом от глаз парня к его губам, которые тот то и дело покусывает. Гарри понимает знак и уже тянется к губам Луи, который не глядя опускает свою нетронутую чашку кофе на стол. - Не уезжай, - мягко произносит Томлинсон, перед тем как втянуть парня в долгий, полный нежности и обещаний поцелуй. *** “Я должен”, - звенит в ушах Луи, пока он переодевается для того, чтобы взять сумку Гарри, его рюкзак и показать ему дом, в котором тот будет жить. Отдельно от него. Но он не может жаловаться. Ведь они ничего не должны друг другу. “Я знаю”, - снова и снова слышит Стайлс, ожидая парня с вещами у порога. У него нервно сосет под ложечкой, но он это старательно игнорирует. За окном ветер стих, как будто стих и пульс в этой гостиной. Эта тишина начинает въедаться Гарри в уши. Он не хочет думать о том, как окажется совсем один в пустом доме в городе, название которого ему запомнить не под силу. Он просто хочет немного вздремнуть и постараться не плакать. Луи спускается по ступеням со второго этажа. Слишком тихий. Словно тень самого себя. Это не нравится Гарри. Поэтому он сокращает между ними дистанцию на полпути. - Это действительно только из-за меня, прости, - шепчет он, совершенно не помогая тому количеству минут, которое Луи провел перед зеркалом, убеждая себя быть непоколебимым. - Всё в порядке, лов, - совершенно бессмысленно вырывается из Томлинсона. Он прикусывает язык, - я имею ввиду…ты всё собрал?, - он осматривает Гарри и его поклажу. - Да...я, - спешит заверить его Стайлс, отходя на пару шагов и оборачиваясь на свой багаж, - это всё, что было. Луи видит, как тот вздыхает, маскируя это под усталость. - Здесь .. ну... тоже есть немного нужного, на первое время, - Томлинсон демонстрирует парню небольшую сумку, в которой сложены плед, крупные спички, газировка, а также фонарик. Стайлс поднимает бровь. - Мой джентельменский набор, - шутливо оповещает его Томлинсон, - ещё я хотел положить пару сэндвичей, но ты за здоровое питание, поэтому, - он переминается с ноги на ногу, отодвигая в сторону плед, - на дно я положил немного ветчины и овощей, - уверен, ты с этим что-нибудь придумаешь, - слабо улыбаясь, заканчивает Луи. - Теперь никто не будет травить тебя брокколи, - в ответ посмеивается Стайлс, принимая сумку из рук Томлинсона. Однако, тот легко хлопает его по руке, застегивает молнию и закидывает сумку себе на плечо, разворачиваясь к порогу. - Это уж точно, приятель, - бормочет Луи вполоборота, пытаясь выдать за шутку то, что он будет невыносимо скучать по брокколи, приготовленной Гарри, которая оказывается не так уж и плоха, как он считал всю свою сознательную жизнь. Парни оказываются на улице быстрее, чем ожидают, ведь время никогда не останавливается. Погода, на удивление, хорошая. Нет ни ветерка, по крайней мере по местным меркам. Серые облака растягиваются под настойчивым поздним осенним солнцем. А голубая кромка неба даёт негласное обещание Гарри, который это замечает, что всё непременно будет хорошо. Пройдя пару кварталов и завернув налево, парни, наконец, останавливаются у голубого дома с мансардными окнами, поддерживаемыми кронштейнами, и двускатной крышей. Традиционное крыльцо и деревянные качели внутри него делают его по-настоящему американским, и Гарри улыбается, вспоминая своё детство. Раньше с сестрой они любили зависать на точно таких же качелях и читать друг другу детские детективы в своём небольшом доме под Балтимором, который им пришлось продать, когда мамы не стало. Тогда Джемма отправилась вслед за своей лучшей подругой в Чикаго и осталась там, неплохо устроившись в строительной компании, довольно быстро продвинувшись в карьере. А Гарри предпочел перебраться в Вашингтон, несмотря на то, что выучился в Балтиморе. Он просто хотел оставить всё позади и быть дальше от места, которое сквозило бездной воспоминаний, хороших и печальных. Но это было давно. А сейчас Гарри стоит на пороге, пропустив Луи вперёд, чтобы тот позвонил в дверь. Он изучает под своими ногами приветственный коврик с надписью welcome, чувствуя на себе обеспокоенный взгляд Томлинсона, когда дверь, наконец, открывается. Молодая девушка лет 25 приветствует их и представляется Розали, прежде чем гостеприимно пригласить их в дом, и Стайлс сразу узнаёт гостиную с фотографий, которые показывал ему Луи. Всё выглядит точно так же, за исключением некоторых элементов декора, как, например, корзина с красными пледами, аккуратно свёрнутыми в рулоны, около камина, а также цвета штор. На снимках они были тёмно-синими, а сейчас ярко-зелёные. Честно говоря, эта гостиная немного напоминает Гарри рождество. Пройдя дальше, Розали показывает парням ванную на первом этаже и кухню со шкафами молочного цвета и круглым столом около эркерного окна, выходящего на проезжую часть. Это не главная улица, поэтому они пока не увидели ни одной машины. Наверху располагаются спальня, ещё одна ванная и детская комната, в которой парни не сильно задерживаются. Розали рассказывает им немного о подведённых коммуникациях и правилах оплаты, а затем прощается, забрав свой экземпляр договора и пожелав приятного пребывания. Стайлс заплатил за требуемые два месяца с возможностью продления проживания, стараясь не думать, сколько у него осталось наличных. Он надеется, что выглядел уверенно, пока подписывал бумаги и передавал деньги, затем пожимая руку и принимая поздравления. На самом деле он всё это время старался избегать взгляда Луи, который, кажется, наоборот, пытался его поймать раз за разом, наблюдая за реакцией парня на каждую из комнат. - Тебе подходит, - произносит Луи, когда они остаются одни в слишком тихой гостиной. Гарри вскользь ловит его взгляд, прежде чем неловко опустится на диван. Он тяжело привыкает к новому, даже если ему всё нравится. - Спасибо, - выдыхает он чуть смущенно, - похоже на то. - Ты… ты хочешь, чтобы я разжёг огонь?, - интересуется Томлинсон, видя замешательство парня, находящегося в своих мыслях. - Да, пожалуйста, - слишком быстро выпаливает он, - то есть, если тебе удобно, - Стайлс ёрзает на диване, пытаясь принять удобную позу, но в итоге закидывает ноги на диван, сгибая в коленях. Он сидит в самом углу, опираясь на подлокотник и пытается осознать происходящее. - Без проблем, - Луи присаживается к камину и начинает со знанием дела разводить огонь. А Гарри просто смотрит на его спину, смотрит, как тот поднимается, стягивая с себя куртку и свернув её на объемном кресле, что стоит рядом. И эта первая вещь, которая попадает в дом, помимо тех сумок, что они оставили в коридоре. На Луи свитер тёмно-бордового оттенка с серыми вкраплениями, а на его лице отражается пока ещё слабое пламя. Он подкидывает хворост, что стоит в углублении стены, и снова присаживается, поправляя поленья. Появляется еще слышимый треск, перед тем как Томлинсон разворачивается, сталкиваясь с заинтересованным взглядом Гарри. Тот слабо улыбается, тихо благодаря Луи. - Присядешь?, - Стайлс кивает парню на диван и тот без лишних слов подходит к нему и садится рядом. Они вслушиваются в потрескивание камина, наблюдая, как языки пламени облизывают новые поленья, пока Луи не выдыхает и не закидывает руку за спину Гарри, перетягивая его в свои объятия. И Стайлс обманет, если скажет, что это не именно то, что ему было нужно весь день. А может и всю жизнь. Лишь тогда его плечи расслабляются, а сам он утыкается в шею Луи, вдыхая уже знакомый аромат кожи и слабый запах геля для душа. Всё это невероятно успокаивает, особенно тогда, когда рука парня начинает медленно поглаживать его, обнимая чуть крепче. Гарри понимает, что в этот момент не хотел бы быть где-то ещё. Пока Гарри распаковывает вещи в спальне, Луи варит или, правильнее сказать, тушит овощи с курицей на сковороде, которая выглядит, как волчье логово, если честно. Но здесь есть только такая. - Это называется сазан или типа того, - оправдывается Луи, помешивая смесь, пока Гарри, наблюдает за ним сквозь очки, которые он использует для ноутбука. - Казан или вок-сковорода, - поправляет его Стайлс, - и это лучшее изобретение человечества, - важно замечает он, присаживаясь за свой старенький macbook, вставляя штекер в розетку иначе тот не работает. - Кажется, ничего не происходит!, - отчаянно вздыхает Томлинсон, глядя на сковороду, как та и должна называться. - Розали сказала, что прошлые хозяева очень ценили азиатскую кухню, - и Гарри вскидывает полотенце себе на плечо, пробуя соус. - Исусе, когда вы успели поговорить об этом?, - вскидывает брови Луи. - Тогда, когда ты, кажется, заглядывал под кровать на предмет улик или чего-то такого, - смеётся Стайлс, уличая того в излишней подозрительности. - Я просто не хочу, чтобы ты спал среди использованных презервативов!, - парирует Томлинсон, пытаясь склонить Гарри к мнению, что он просто заботится он нём, а не ревнует, черт возьми. - О-о, - губы парня складываются в идеальную “О”, в понимающую “О”, - которую тот никак не комментирует. А Луи продолжает беситься. - Просто не нарывайся, ладно?, - Томлинсон правда не хотел, чтобы это выскользнуло из его рта. Но он слишком азартен для того, чтобы сдерживаться. - А то что?, - отвечает Гарри, почти забывая, как дышать. И когда это превратилось в ЭТО? Стайлс не понимает, что происходит, пока Луи не оказывается так близко, что у него перехватывает дыхание. Поэтому он слегка тушуется, после своего такого дерзкого ответа. И хлопает ресницами, невинно смотря на парня. - Ты знаешь что, - чувствует в себе смелость Луи, пробегаясь взглядом по губам Стайлса, а следом по его кадыку, который двигается от нервного сглатывания и выдаёт того с потрохами. - Останешься?, - спрашивает Стайлс. Он звучит отчаянно и знает об этом. - Мне одному кажется, что ничего не поменялось с твоим переездом из моего дома?, - Томлинсон поднимает бровь, - твоя теория совсем нерабочая, - Луи качает головой. Он наблюдал за Гарри весь день. И буквально предложил жить у него. А теперь тот просит его остаться. Они просто танцуют в танце, так думает Луи, пока не кивает Гарри, протягивая свои руки к талии парня, что падает в его объятия снова, хватаясь за свитер парня, как за спасательный круг. Томлинсон именно им себя и ощущает, на секунду трезво мысля, а затем снова теряясь в бездне кудряшек и тепла чужого тела, прижимающегося к его собственному в надежде найти покой.