День Святого Валентина в красно-голубых тонах. Сборник

      Что есть вообще то доверие, возникшее теперь в их зыбком мире? Может точно такая же иллюзия, что и создала этот мир? Мир, наполненный яркими красками и улыбками. Счастливый мир. Он создал этот мир для своего героя из прошлого.       Создал и пропал среди этого цветного стекла от витражей прошлого. От этих гнетущих тёмных тонов прошлого, что сковало его душу когда-то.       Он был на привязи чужих требований, желаний и ожиданий. Он исчез среди всего этого, стал именно тенью. Его не было. Никогда? Нет, когда-то он мог позволить себе быть счастливым и чувствовать. Чувствовать всё. Он мог ощущать тепло, видеть этот мир в цвете. Мог. Но его ограничили. Закрыли в клетке высокомерного взрослого мира.       Он был не более, чем простым птенцом в клетке, из которой видел лишь маленькое окошко с голубым небом. «Свобода»       Тот, что спас его, когда-то казался просто насмешкой жизни. Жестоким творением природы. Он был и вправду жесток.       Чистые и невинные глаза цвета желанной свободы. Он мог чувствовать весь мир, без ограничений. Без преград. На его шее не было золотого ошейника, который контролировал бы каждый шаг и вздох.       Тот мальчик был свободен, но сковал себя сам.       «Это бессмысленно… У него есть всё, но он отказался от этого»       Всё или нет, но было прекрасно, когда они не знали о существовании друг друга. Видели, завидовали и стремились к тому, что находили прекрасным в возможностях. Прекрасным и недостижимым.       Эти двое совсем из разных миров. Они не должны были встретиться. Не должны были заговорить, узнать слабости друг друга. Узнать боль.       Простые слова, а сколько в них оказалось тепла. Сколько счастья приносили простые мечты, которые они стоили на берегу океана надежд.       Но эфемерное счастье слишком мимолётно, чтобы цепляться за него слишком долго. Рано или поздно приходит осознание, которое разбивает всё.       И в один миг с каждого слетает та оболочка, которая была мечтой. Каждый человек меняется. И меняется каждый миг. Никто не останется прежним. Не стоит на месте. Каждый выбирает свой путь. Свои цели, чтобы достичь мимолётного счастья для себя или создать его для другого.       И пути всегда расходятся. Никто не может цепляться постоянно за других. Всё меняется. Меняется и привязанность.       Интересно, в какой именно момент Акаши понял, что теперь он не считает Куроко просто другом? Не может долго беседовать наедине. Не может смотреть прямо в глаза. Интересно, как вообще так получилось, что мысли крутятся только вокруг этого паренька с глазами цвета его свободы, детской свободы.       Когда жизнь пошла кувырком? Когда это желание свободы сменилось на нечто более бессмысленное? Когда он возжелал побед? Когда позволил всей той взрослой тьме захватить себя? Когда перестал ценить людей за то, какими они были? Или когда понял, что Тецуя больше не смотрит на него так?       Да, пожалуй, именно тогда. В их выпускной из средней он понял, что теперь рядом с ним просто человек, который тянет на дно. А на какое дно? Это пугало больше. А ещё расстраивало, что в том взгляде отражался не Акаши Сейджуро, а какой-то жестокий взрослый.       Страшно. Страшно видеть себя таким в чужих глазах. Страшно видеть тот испуг, который промелькнул даже на одно чёртово мгновение. Долгое мгновение.       Интересно, почему это так исказило его? Что он вообще чувствовал тогда? Безнадёжность, кажется. А сейчас?       Сейчас Акаши судорожно понимал, что он больше не мог называть Тецу другом. Этот парнишка, который смог достучаться до настоящего Акаши, который стоял прямо перед ним… Этот парнишка был чем-то гораздо большим. И. это пугало. Пугало до такой степени, что хотелось бежать. Избегать.       Да что вообще с ним происходило? Разве может быть такое? Разве люди не просто расходный материал? Кроме тех, которые всегда поддерживали его… Таких Акаши считал друзьями. Но у него не было совершенно других людей, которые были бы ближе друзей. Не было и быть не могло.       Ему нельзя видеть в людях что-либо большее, чем просто инструменты. Кроме редких исключений, которые поднялись из этих самых инструментов.       Если появится хоть кто-то, кто станет дорог… дорог до той степени, что Акаши поможет абсолютно всем… Сей просто исчезнет в этот момент. А потому… Потому он не будет обращать внимания на то, что твориться в его душе. Он будет молчать. Нет смысла искать ответ. Зачем усложнять себе жизнь?       Они просто друзья. И иного быть не может. Ценнее друзей у Акаши может быть только он сам. А Куроко. Куроко просто друг. Такой же как его команда, как Аомине, Мидорима, Кисе и Мурасакибара… Точно такой же друг.       Да, они друзья. Точно друзья.       И неважно, что взгляд всегда ищет в толпе таких друзей эту голубую макушку. Первым делом. Да, Акаши просто переживает, что среди высоких людей Куроко он не заметит, а потому просто забудет поприветствовать. Будет некрасиво.       И совсем не важно, что порой хочется окружить теплом именно этого парнишку. Да, да, Куроко просто часто болел. И если заболел бы вновь, то и собраться поколение чудес не смогло бы. Было бы досадно. Путь из Киото неблизкий, а потому это была бы пустая трата времени. Драгоценного времени. Верно, именно из-за пустой траты времени он постоянно хотел укутать парнишку теплее.       А на счёт еды? Так ведь делали все, а потому это должно быть естественно. Ведь приятно получать заботу от кого-то? Ну а это голубоглазое недоразумение всегда было слабее всех из них. Потому о нём и хотели заботиться. Тоже проблемно, если кто-то из друзей неожиданно хлопнется в обморок от голода. А ведь Тецу могли и не заметить в таком случае. И было бы куда больше проблем. Проблем, которые никто не хотел бы разгребать.       А ещё это испортило бы настроение. А настроение важная вещь. С плохим настроением едва ли что-то можно сделать, тем более сделать всё хорошо. А Сейджуро должен был делать всё идеально.       И все его отговорки и оправдания перед самим собой тоже были идеальны. Излишне идеальны. Идеальная стена, закрывающая его истинные чувства.       Быть может, когда-нибудь наступит день краха этой стены. Едва ли Акаши мог себе представить подобное. Идеальные вещи нерушимы. И его вера в себя, в контроль над самим собой никогда не даст сбой. Он всю жизнь будет подчинять свои чувства разуму. Всю жизнь... И не пожалеет об этом... Не пожалеет...       Конечно же, он пожалеет о своих глупостях когда-нибудь потом... Ему будет больно от осознания своих ошибок, если он в них признается...       Даже сейчас он понимал, что сам загнал себя в клетку. Лишил свободы. Но он сам это сделал и не хотел покидать эту клетку. Когда-нибудь он пожалеет о своём решении, но.. Он явно никогда не признается себе в том, что его жизнь была пропитана ложью по отношению к кому-либо...