Принцесса и Разбойник

      Звездочка была морально истощена. Она не могла думать ни о чем кроме Марко. Этот разбойник занял все ее мысли. Она даже это записала в своем дневнике. Каждое его слово оставалось в ее памяти, его образ мысли отражался на ее мировоззрении – для принцессы все стало другим, чужим.       Звездочка уже не могла надевать самые красивые платья из своего гардероба, чего, пусть не очень настойчиво, но все же, требовала ее мама. Она почти перестала смеяться, хотя всегда была заводилой и хохотушкой, каких еще поискать. С Пони созваниваться совсем не хотела – принцесса облачного королевства никогда не отличалась добротой и бережливостью, хотя и была верной подругой. Звездочка понимала, что уже не сможет нормально общаться со своей подругой-транжиркой. С каждым днем девушка ела все меньше и меньше – просто не могла заставить себя съесть лишний кусочек, зная, что совсем не далеко от дворца дети умирают от голода. Да и от своих любимых блюд она стала отказываться: сладости, которые она обожала, теперь вызывали в ней лишь чувство вины.       По привычке, сидя на кровати и листая книгу заклинаний, девушка прокручивала в голове весь вчерашний разговор с Диазом, стараясь найти в каком-нибудь его слове скрытый смысл. И тут Звездочка вспомнила, что разбойник один раз упомянул прозвище «Неустрашимая». И это показалось ей странным.       «Несмотря на то, что он, по его словам, не держит зла на нее, я видела, с каким призрением он говорит о моей маме, - размышляла юная Баттерфляй, - и при этом он упоминает прозвище “Неустрашимая” - достаточно лестное. Что-то здесь не так… Зачем использовать это, достаточно уважительно прозвище, если, на самом деле, ненавидишь этого человека?»       Звездочка задала сама себе очень интересный вопрос, на который точно не сможет так быстро ответить. Но она тут же отвлеклась от поиска ответа, задавшись другим вопросом: какое прозвище подошло бы ей? Да, она его еще не заслужила – еще даже не стала королевой… Но все же ей стало интересно…

***

      Для Марко день прошел в более тревожных раздумьях: снова начались подозрения и опасения по поводу Звездочки. Он рассказал ей все, что только мог. И если она все-таки подосланная, то ему теперь точно конец. Если это правда, то этой ночью принцесса получила все, что ей было нужно и теперь они могут смело казнить разбойника.       Но что… если это не так? Если принцессе действительно стало жалко этого человека, если она, в какой-то мере, разделяет его идеи и стремления, если она все время была абсолютно искренна с ним, то это реальная возможность сбежать!       «Да что за побег!? – сам прервал свои мечты Марко, - с какой стати ей помогать мне!? Хотя… тот синий чудик говорил, что она меняется. Интересно, о чем это он? Какие перемены он имел в виду?.. Он же еще говорил что-то о том, что если у меня получится помочь ей стать этой бабочкой-страшилищей, то у меня будет шанс на свободу. Каким образом? Может он подразумевал, что она сама меня освободит? Что когда она научится превращаться, то станет королевой и будет вольна менять приговоры, вынесенные ее матерью? Возможно…»       Вопросов, как всегда, было больше чем ответов, но что-то подсказывало Марко, что ответы он получит в ближайшие дни. Что он доживет до этих дней.       «А все-таки она странная, - лишний раз подчеркнул для себя Диаз, - и на нее странным образом влияет все то, что я рассказываю. Она явно меняется. Это подтверждают слова этого... Глоссарика. Я ведь думал, что она меня, как минимум, покалечит за то, что я сказал про королеву, а она как будто согласилась со мной… А я ее недооценил. Снова…»       И это была чистой воды правда – Марко уже три раза недооценил принцессу Баттерфляй. Первый раз – когда она не выстрелила в него. Второй раз – когда она не среагировала на балу, в ту самую ночь, когда его поймали. Третий раз – когда догадался, что это именно она предложила идею с его освобождением в обмен на рыцарскую службу. И вот, четвертый – сейчас. Звездочка оказалась совсем не такой, какой он ее считал. Она действительно сочувствовала ему, его судьбе и его участи. Она и в самом деле меняется, жалеет нуждающихся, и, как будто, хочет что-то изменить. Как и он…       «Видно, правду о ней в народе говорят…» - в который раз отметил про себя Диаз. Только на этот раз он был в этом уже практически убежден.

***

      Звездочка снова шла в камеру к разбойнику, имея конкретную цель и зная, о чем она его спросит и о чем поведет разговор – она хотела узнать причину, по которой преступник упомянул о ее матери, назвав ее прозвищем «Неустрашимая».       Привычный ритуал: открывается дверь, недовольная рожа охранника, заспанная мордашка разбойника – Звездочка уже не представляла свою жизнь без этого – три привычных заклинания и, уже ставшее милым, ожидание, пока Диаз отойдет от сна.       - Привет, - максимально мягким тоном сказала Звездочка.       Марко сначала несколько раз почти незаметно кивнул и только потом ответил:       - Добрый вечер.       Какое-то время они просто сидели и молча глядели друг на друга: Марко – ожидая, что юная Баттерфляй начнет разговор, Звездочка – наблюдая за тем, как Диез морщится, стараясь привыкнуть к свету после кромешной тьмы. Когда же Марко смог нормально разглядеть сидящую перед ним девушку, не щуря при этом глаза, принцесса, наконец, прервала молчание:       - Слушай… ты вчера назвала мою маму Неустрашимой. Но почему?       - Это ее прозвище, - ответил Марко, безэмоционально глядя в глаза принцессе, стараясь понять причину такого недоумения с ее стороны.       - Да, это я знаю, - сказала Звездочка, - но почему ты его употребил? Ты же ненавидишь ее… Это очень хорошо заметно со стороны.       Марко усмехнулся:       - Не я ее так прозвал.       - Но ты согласен с таким прозвищем, если сам употребляешь его? – спросила девушка.       Марко пожал плечами:       - Я очень плохо знаю Ваше матушку, - сказал он, - я на Мьюни не так давно… Это прозвище, на сколько я знаю, ей дали после ее победы над Ящером. А она тогда проявила себя действительно неустрашимой… Ее так называют и крестьяне, и знать, и Комиссия… А это, хоть что-то, но значит.       - Но ты согласен с таким прозвищем? – повторила свой вопрос Звездочка. Разбойник помолчал несколько секунд, а потом сказал:       - Я не считаю, что у меня есть право судить об этом… Я, лично, знаю о ней только плохое. Но я твердо убежден, что самые верные прозвища – это те, которые придумал народ. Народ назвал Вашу матушку – Неустрашимая. Поэтому, как бы я не был не согласен с этим, я соглашаюсь.       Около минуты оба сидели молча, хотя оба хотели нарушить эту тишину. У Марко было чувство, что он недоговорил, и Звездочка тоже это чувствовала, потому и молчала.       - Это ведь была очень жестокая война, - сказал, наконец, разбойник, - война с монстрами. Те, кто были очевидцами тех ужасных событий и дожили до наших дней, рассказывают страшные вещи. Ваша бабушка ведь погибла именно на этой войне. Луна, пойдя против Совета, против Комиссии, в одиночку отправилась в лагерь врага. Ящеры способны за считанные секунды восстанавливать части тел, поэтому их никто не мог победить. Но Ваша матушка использовала какую-то очень сильную магию, и смогла их одолеть.       Звездочка была в шоке – она впервые слышала эту историю.       - Если все, что мне рассказывали про ее действия во время той войны – правда, то она, безусловно и полностью, достойна этого прозвища, - подытожил свои рассуждения Марко, - я, вообще, считаю, что лучшая оценка действий правителя – прозвище, которое ему дают его подданные. Да и, наверное, это касается всех людей.       - А могут не совпадать официальные прозвища монархов с теми, которые им дает народ? – задала неожиданный вопрос Звездочка.       - Ну, думаю, это вполне возможно, - сказал Марко, - если хотите, можем проверить.       На этот раз усмехнулась Звездочка:       - Ну, давай. Начнем с… Солярии Грозы-монстров.       - Я чаще слышал, что ее называют Освободительница или Избавительница.       - Ладно… Тогда-а… Эклипса Королева Тьмы.       - Королева Тьмы!? – усмехнувшись переспросил узник, - нет. Я слышал только, чтобы ее называли Своенравной, Своевольной или Свободолюбивой.       - Свободолюбивой!? – не поверила своим ушам принцесса.       - Да, - спокойно подтвердил свои же слова разбойник, - не знаю только, почему. А почему Королева Тьмы?       - Говорят, она занималась темной магией, - объяснила Звездочка, - даже написала Запретную главу в Книге Заклинаний. Хотя в этой главе я не нашла ничего подозрительного. Еще мне мама говорила, что Эклипса предала королевство, но не объяснила, что это значит.       - Предала королевство!? – воскликнул Марко, - монстры мне рассказывали, что она сбежала от нелюбимого мужа к монстру, в которого была без памяти влюблена. Если это считать предательством королевства, то… ну, я даже не знаю… Звездочка пару секунд подумала, а потом призналась:       - Я никогда не слышала такой версии… Хотя, рассказы монстров – не самый надежный источник сведений.       - Может быть… - не стал спорить Марко.       - А как тебя прозвали в народе? – вдруг неожиданно спросила принцесса, - я слышала, что рыцари называют тебя Дерзким       - Дерзким!? – усмехнулся разбойник, - ну, возможно. Нет, я знал про это прозвище, но не думал, что его употребляет кто-то кроме рыцарей… В народе меня называют Правильным.       - Праведный!? – не расслышала Звездочка.       - Правильный.       - А-а... почему? – искренне не понимая причины выбора такого странного прозвища, спросила девушка.       Марко несколько секунд помолчал, думая, стоит ли рассказывать об этом, но потом, глубоко вздохнув, сказал:       - Потому что я всегда поступаю правильно. Ну, по крайней мере, мне так говорили… Поступаю так, как надо… Вообще, это прозвище придумал мой брат. А он объяснил его тем, что я всегда следую каким бы то ни было правилам. Это и отличает меня от других разбойников – они творят беззаконие, я – следую своему закону.       - Своему закону? – не поняла волшебница, - это как?       Марко пожал плечами:       - Не брать себе больше необходимого, не убивать без веской необходимости… Их много… правил.       - Но почему? – спросила Звездочка, - зачем придумывать какие-то правила и следовать им, если ты все ровно вне закона?       Марко снова пожал плечами.       - Не знаю, - тихим голосом ответил он, - что-то же должно меня ограничивать. Какие-то запреты, табу… Иначе все, что я делаю – не имеет смысла, ибо я поступаю, как те, против кого я веду войну.       Около минуты они сидели молча. Такое было и раньше, но сейчас вся соль заключалась в том, что ни он, ни она не хотели нарушать эту тишину. Но, почувствовав, в конце концов, какую-то неловкость, Звездочка нарушила молчание, задав своему собеседнику вопрос, которым сама задавалась этим днем:       - Марко, как ты думаешь, какое прозвище подойдет мне?       Диаз задумался. Очень крепко задумался. Такие вопросы ему всегда были интересны, ведь прозвище должно отражать всю сущность своего владельца. В голове сразу закрутились множества вариантов, но ни один из них не отражал в полной мере характер Звездочки, на сколько его понимал Марко. И тут его осенило:       - Недооцененная.       - Как? - с легкой усмешкой переспросила принцесса.       - Звездочка Баттерфляй Недооцененная, - торжественно произнес Марко.       Волшебница около полуминуты просидела с приоткрытым ртом, не зная, как отреагировать. Прозвище было, мягко говоря, необычное. Ничего подобного принцесса еще не встречала.       - А… п-почему? – спросила она.       - Я очень редко ошибаюсь в людях, - ответил парень, - однако, Вас недооценил… четырежды… Со мной такое редко бывает. Да и мне кажется, что Вас многие порядком недооценивают. В Вас очень много упорства, уверенности, но при этом Вы можете признавать свои ошибки, свою неправоту. И… есть еще что-то… я пока и сам не понимаю, что именно, но что-то определенно есть. И это что-то когда-нибудь может очень Вам помочь… Главное – не бойтесь рисковать. В Вас есть силы, чтобы справиться с очень сложными испытаниями… Я это чувствую.       - Но почему ты решил, что многие меня недооценивают? – спросила задетое за живое Звездочка.       - Не знаю, - признался Марко, - но в народе про Вас говаривают разное… Вас считают очень странной, и… я с эти согласен. Но эта странность отнюдь не плохая. Вы – очень необычная девушка. Люди ждут и одновременно опасаются того дня, когда Вы станете королевой.       - Почему? – еле слышно спросила принцесса.       - Ждут, потому что Вы не похожи на свою матушку. Опасаются, потому что пытаетесь быть на нее похожей.       - Я не пытаюсь, - тут же запротестовала Звездочка.       - Я знаю, - сразу же ответил Марко, - но они-то не знают этого . Так или иначе, они Вас тоже недооценивают. Вы намного необычнее, чем они думают. Они очень Вас недооценивают.       Звездочке начало казаться, что она немного покраснела.       - Что же во мне такого необычного? – все еще не понимала она.       - Вы пытаетесь вырваться отсюда, - сказал Марко, окидывая взглядом камеру, но имея ввиду дворец, - не знаю, что это: жажда свободы, справедливости или глупость, но оно толкает Вас на безумные мысли. Не стоит их бояться.       - Меня всю жизнь учили скрывать свою индивидуальность, - сказала принцесса, - говорили, что будущая королева должна быть идеальна во всем.       Марко усмехнулся:       - Я не считаю, что надо скрывать то, чем Вы отличаетесь. Ведь ум, талант, характер, мнение – это все отличия одного человека от другого. В этом и состоит уникальность каждого. Я бы не стал отказываться от индивдуальности… Вас во многом недооценивают, поэтому не надо безоговорочно выполнять то, что от Вас требуют. Идите своей дорогой.       - Но куда она меня приведет? – Звездочка уже не отдавала себе отчета в словах, вопросы, рождающиеся сами собой, также сами собой и оглашались.       - Да куда угодно, - немного небрежно ответил Марко, - рыцари, родившиеся в бедных семьях, могут стать графами. А приемный крестьянский сын может стать разбойником. Как-то оценить свой путь, сказать, легким он был, интересным или невероятно трудным, можно только тогда, когда он подойдет к своему завершению. Но важно в первую очередь то, что Вы сами хотите встретить на этом пути.       - Но ведь это зависит не только от моего желания, - возразила девушка.       - Конечно нет, - усмехнулся разбойник, - но от Вашего желания зависит то, при каких обстоятельствах вы будете встречать выпадающие Вам испытания. У Вас выбор есть. Это у меня он был безальтернативный, а вы вольны выбирать.       И снова в воздухе повисло молчание, нарушаемое только звуком падающий струй воды. Каждый думал о своем, при этом, не отрываясь глядя в глаза собеседника.       - Значит, Недооцененная… - вполголоса проговорила принцесса.       - Это только мое мнение, - возразил себе же Марко, - Вы вольны с ним не согласиться.       Но Звездочка, улыбнувшись, успокоила Диаза:       - Оно мне нравится… Заставляет двигаться вверх, чтобы сохранить его.       Опять тишина… Опять взгляд глаза-в-глаза… Но при этом – никакого неудобства или неловкости. Оба чувствовали, какое-то притяжение со стороны друг друга, но не понимали его природу, чувствовали необъяснимое родство друг к другу.       - Эм… Ты сказал, что недооценил меня несколько раза, - сказала Звездочка, - а, когда?       Марко тяжело вздохнул:       - Мне обязательно отвечать на этот вопрос?       - Ну, мне было бы приятно узнать правду, - попыталась ненавязчиво настоять девушка.       Марко опустил взгляд и несколько секунд раздумывал, говорить правду или нет. Что-то его останавливало… Безусловно, морально он был готов раскрыть ей душу, но проклятый разум останавливал его. И впервые за долгое время Марко решил поступить так, как просила душа:       - Первый раз – когда вы не выстрелили в меня… там, на башне… Сначала я думал, что Вам просто, банально, не хватило смелости, но сейчас я понимаю, что это был не страх и не слабость, а доброта и милосердие…       Звездочка легонько улыбнулась уголками губ.       - …Второй раз – когда на балу, в ту ночь, когда меня поймали… - продолжал разбойник, - вы ведь не выдали меня тогда. Я не знаю, точную причину этого Вашего поступка… возможно Вы и сами его не знаете, но тем не менее, этого я от Вас совсем не ждал.       Звездочка тихонько усмехнулась и улыбнулась немного шире.       - Третий раз – когда Вы рассказали мне о этом Вашем плане, - продолжал Марко, - нет, я предполагал, что это Ваших рук дело, и что Вы преследуете какие-то свои цели, отличные от целей королевы. Но я и представить не мог, что изначальная Ваша цель – спасти меня. Тогда вы снова превзошли мои ожидания.       Улыбка принцессы стала еще шире.       - И четвертый раз – вчера ночью, когда я рассказал Вам историю Вышей матери и мое к ней отношение… Я думал, что вы порядком рассердитесь... ну, из-за моих слов. Все-таки я не совсем лестно отзывался о ней… но Вы задумались, обдумали и приняли это, как мою точку зрения, не стали требовать извиниться… или что-то такое… Да. Вчера я недооценил Вас в четвертый раз, и – я ни секунды в том не сомневаюсь – далеко не в последний.       Марко улыбнулся Звездочке какой-то доброй, но при этом, безрадостной улыбкой. Именно такую можно было увидеть на устах заключенного, который уже смирился со своим смертным приговором, но успел сделать еще что-то хорошее для этого мира, для человека, который ему… дорог?       «Неужели?..» - но Марко не успел додумать эту мысль. Его прервала Звездочка:       - Возможно, ты действительно прав, - сказала она, и тут же добавила, - насчет всего… Мне всегда казалось, что от меня требуют слишком много, но при этом, что я могу сделать еще больше. Мне все учителя и наставники постоянно говорили, что я не похожа ни на кого из династии Баттерфляев. Хотя… недавно меня сравнили с Эклипсой. Не знаю, плохо это, или – хорошо.       - Ну, если она для Вас – Королева Тьмы, то – плохо, - сказал Марко, - а если она все-таки Свободолюбивая или Своевольная, то… думаю, это очень даже хорошо.       Эта фраза заставила девушку улыбнуться еще шире чем до этого.       «Он меня понимает!» - промелькнуло у нее в голове.       Звездочка встала со стула, и он тут же испарился, превратившись в небольшое бело-розовое облачко. Макро решил встать со шконки, ради, хоть какого-то, приличия, и теперь они стояли рядом друг с другом, смотря друг другу в глаза. Девушка еле смогла сдержать невесть откуда взявшееся желание броситься в объятия этому человеку, но это стоило ей очень больших усилий. Марко же, как будто прочитав мысли принцессы, решил, что будет лучше им обоим технично прощаться.       - Спокойной ночи, Звездочка Недооцененная, - сказал он негромким низким голом.       - Спокойной ночи, Марко Дерзкий, - отозвалась девушка, глядя ему в глаза.       - Правильный, - поправил ее Диаз, - для своих – правильный.