Принцесса и Разбойник

      Дни становились для юной Баттерфляй все более мрачными. Хотя, наверное, «мрачные» - не совсем правильное слово. Такими они казались скорее для ее окружения: видя, что принцесса не улыбается, постоянно погружена в себя, ни с кем не разговаривает, целыми днями не выходит из своей комнаты либо сидит на скамейке в королевском саду, прислуга, учителя, наставники, как бы ни старались, не могли назвать ее состояние иначе как «мрачным». Но для самой девушки оно было скорее задумчивым. Она постоянно размышляла, задавала себе самые разнообразные вопросы, пыталась дать на них более-менее вразумительные ответы, размышляла, строила планы и тут же в них разочаровывалась, убеждаясь в их полнейшей неполноценности.       «Так, что я знаю наверняка? – спрашивала она саму себя, - он не смог смириться со смертью от голода, он пошел против закона и против своих идеалов, чтобы прокормить свою семью. Убийство, грабежи – все это, конечно, плохо, но ведь это знак. Знак того, что в стране что-то не так. Почему он, человек пошедшей против системы, сломавший грань между плохим и хорошим человеком, перевернувший, в конце концов, с ног на голову мое представление о жизни, человек, не смирившийся с голодной смертью, смирился с казнью? Почему он не такой как все? Что в нем такого особенного?»       Звездочка сидела на каменной скамейке в саду у фонтана и смотрела, как легкий ветерок еле-еле колышет розовый куст. Ее взгляд, почему-то, приковал один цветок, который, колыхаясь, почти полностью проворачивался вокруг себя, а потом возвращался в исходное состояние.       «Похож на наш мир» - подчеркнула для себя принцесса.       И тут ее осенило:       «Стоп! А что, если все это из-за того, что он из другого мира? Что, если в этом вся особенность? Если на Земле все люди такие как он, то это все объясняет. Но что…»       - Миледи? – раздался рядом осторожный, тихий и мягкий голос.       От неожиданности Звездочка аж подпрыгнула на месте.       - Ой, простите. Я не хотела Вас напугать.       Перед Звездочкой стояла одна из служанок – молодая девушка, возможно даже ее ровесница, одетая, как и все слуги просто, но прилично. Служанка явно была очень обеспокоена тем, что принцесса уже несколько дней ходит, замкнувшись в себе, а также тем, что только что так ее напугала.       - Ничего… Кассия? – девушка кивнула, - я просто задумалась.       - Тогда… не буду Вам мешать, - протараторила служанка и уже собиралась побыстрее ретироваться, чтобы спокойствие принцессы не сменилось гневом, но не успела.       - Подожди, - окликнула ее Звездочка, - я хотела спросить…       Кассия напряглась всем телом и душой, и если бы принцесса Баттерфляй не была так глубоко погружена в свои мысли, то заметила бы, что ее собеседница очень боится.       - А ты откуда? – задала наконец вопрос Звездочка.       - Не поняла, Ваше Высочество, - переспросила служанка.       - Ну, в том смысле, где ты родилась? Кто твои родители? – уточнила принцесса.       На лице девушки, помимо страха, теперь появилась еще и грусть. Она опустила голову, но все-таки ответила:       - Я точно не знаю, где родилась. Родителей почти не помню – они умерли от голода, когда мне не было и пяти лет… Меня воспитывала моя бабушка, а четыре года назад я попала во дворец.       - Прости, - виновато опустила глаза Звездочка, - я не знала про твоих родителей.       - Нестрашно, я уже давно приняла их смерть, - почти безэмоционально ответила Кассия.       - Прости, - еще раз, но теперь уже шепотом, сказала принцесса и, резко встав со скамейки, пошла в замок, оставив девушку-служанку в легком замешательстве.       Звездочка разработала некий план подготовки к сегодняшней ночи – она решила пойти в королевскую библиотеку и найти там как можно больше информации о Земле. Но задача оказалась не из простых: несмотря на то, что книг об этом измерении было достаточно много, все они противоречили друг другу. В одних было написано, что на Земле есть множество философов, которые прославляют мир, труд и любовь, в других – что в этом мире постоянно ведутся войны из-за всякой ерунды. Одни авторы утверждали, что в Земном измерении живет много ученых и художников, которые создают все новые и новые изобретения, устройства, картины и скульптуры, другие – что все население планеты составляют сумасшедшие дикари, способные только разрушать то, что не могут объяснить, а поскольку они ничего не могу объяснить, то и разрушают все, что видят, и тут же строят что-то новое, что все также не понимают. Кто-то со всей ответственность заявлял, что там живут гениальные ученые, проникающие во все тайны мироздания, а кто-то, что там нет никого кроме религиозных фанатиков, противоречащих не только друг другу, но и самим себе.       Но в одном все авторы соглашались друг с другом: все как один они писали, что на Земле нет магии. И этот факт чрезвычайно удивлял принцессу – для нее магия была чем-то настолько обыденным, что стала просто неотъемлемой частью ее внутреннего мира. Звездочка и представить не могла, как это – мир без волшебства.       «И кому же мне верить?» - не понимала Звездочка.       В каждой книги была самая разная информация, самые разные характеристики Земного измерения и его обитателей.       Как можно найти верный подход к одному единственному землянину, если он не подходит не под одно из описаний? Точнее, подходит почти под все: в нем есть что-то философское и дикое, созидательное и разрушительное, дикое и утонченное. Так кто же он? Звездочке было проще ответить на этот вопрос до того, как она устроила этот читательский марафон.       К тому же, значение многих слов ей было не понятно: «религия», «Бог»… Принцесса даже приблизительно не представляла, что могут означать эти слова.       Девушка уже давно покинула библиотеку и сидела у себя в комнате, обложившись множеством книг и манускриптов. Вопросов по-прежнему оставалось больше, чем ответов.       Звездочка слезла с кровати и достала из-под нее Книгу Заклинаний. Когда не знаешь, что делать – спроси у Глоссарика, и он запутает тебя еще больше.       - К Вашим услугам, миледи, - приветственно сказал Повелитель магии, когда Звездочка открыла Книгу.       - Глоссарик, я тут изучаю Земное измерение и вычитала, что там нет магии. Но разве такое возможно? – сразу перешла к сути дела девушка.       - Ну-у… в каком-то смысле – да, а в каком-то – нет, - как обычно, загадкой ответил синий человечек.       - И что это значит? – тяжело выдохнув спросила принцесса.       - Это значит… - начал было Глоссарик, но тут же прервался и обреченно вздохнув, продолжил, - ладно, давай зайдем немного издалека. Магия – основа мироздания. Она присутствует абсолютно везде: в каждом измерении и каждом мире. Но есть измерения, подобные Земному, где нет существ, владеющих магией, но это не значит, что там нету самой магии. Если ты попадешь на Землю, то ты сможешь колдовать, потому что там есть магия, и любое другое существо, умеющее использовать магию, сможет использовать ее там.       - То есть, на Земле нет существ, умеющих использовать магию, - подытожила Звездочка.       - Может быть и есть, но они точно не родились там, - уточнил Глоссарик, - во всяком случае, их корни ведут в другие измерения.       - Но я еще вычитала о какой-то «религии», - возразила принцесса, - разве она не есть магия?       - Ну, в сущности да, - сказал маг, - но только она не дает людям возможности творить магию, а только лишь надеяться на нее.       - Я ничего не поняла.       - Это нормально, - успокоил принцессу ее наставник, - они тоже этого толком не понимают. Точнее, понимают, но каждый по своиму.       - Что ж, понятней не стало. Но все ровно, спасибо, - улыбнулась Звездочка, но когда Глоссарик исчез, она снова нахмурилась и задумалась.       «Может быть в этом особенность Землян? Для них главное на что-то надеяться и во что-то верить. Наверное, Диаз был таким же, но магическая природа Мьюни его изменила, и теперь, не имея веры, он сам творит свою судьбу. Но это пока только лишь догадки. Надо будет поговорить с ним конкретно о Земле. Мне надо понять, как он сам к ней относится и как воспринимает этот мир и его обитателей» - решила для себя девушка.       Звездочка не просто так расспрашивала девушку-служанку о ее происхождении. Отнюдь. Принцесса убедилась в том, что ее, по сути, окружают люди из очень бедных семей, которые считают невероятным везением и удачей тот факт, что им выпал шанс работать во дворце. Марко говорил, что у него были свои люди среди прислуги, которые помогли достать одежду и рассказали об устройстве замка. Звездочка ни секунды не сомневалась, что Кассия не была в этом замешена, слишком уж пугливой и зашуганной она казалась. Но принцесса наверняка знала, что были и более обиженные на судьбу слуги, которые считали бы своим долгом, помочь Диазу обчистить сокровищницу Баттерфляев.       Но сейчас это не важно. Главное, на данный момент, расспросить разбойника Марко Диаза о Земле.

***

      Весь день Марко был мрачнее тучи: признание, в первую очередь самому себе, далось ему очень тяжело. Диазу невероятно сложно было принять этот факт. Человек, который, по сути, является одним из главных его врагов, оказывается для него так же дорог, как и брат, и сестра. Как такое вообще возможно?       Как!?       Марко тяжело вздохнул и помотал головой, чтобы прогнать из головы ненужные мысли.       «Как же раньше все было просто, - почти ностальгически подумал он, - Баттерфляи – враги, рыцари – враги, аристократия – враги. А теперь!?.. Ничего не понятно: принцесса какого-то септарсиса стала… другом? Неужели она теперь друг? Ну… получается, что все так. Она меня по-настоящему слушает, пытается понять. Возможно, и я в этом не уверен, она все еще пытается меня спасти. Что же ей движет?»       И снова этот проклятый вопрос. Как же он уже достал за все это время. Как бы Диаз не пытался, но вразумительного ответа он дать себе так и не смог.       «Она сама сказала, что изначально ее стимул – сбежать из дворца, он потом этот стимул изменился. Вопрос: что стало причиной этой перемены? Ответ: причиной стала моя история и мои мотивы, которые принцесса с таким рвением пыталась узнать, она ведь думала, что я самый обычный грабитель, который только и пытается сорвать куш побольше и спустить его на выпивку и распутных девок. Но когда она узнала, куда деваются украденные мной деньги, драгоценности и продовольствие, то и ее отношение ко мне изменилось. И еще, скорее всего, ей стало очень жалко меня. Все-таки жизнь у меня была не из простых, а принцесса не лишена сострадания.»       Марко встал с нар и походил некоторое время по камере, стараясь хоть как-то проветрить голову.       «Так, с этим, вроде бы, разобрались. Теперь второй вопрос: что же конкретно она хочет сделать сейчас? Чего хочет добиться? Из того, что она говорила несколько ночей назад, можно сделать предположение, что ее целью стала моя свобода. Звучит странно, но это, как будто, правда. Но зачем ей моя свобода? Возможно, она надеется на то, что, получив свободу, я, из чувства благодарности или еще по какой-то причине, помогу получить эту же свободу ей. Ну… звучит, вроде бы, вполне логично. Но как-то это не надежно… С чего она решила, что я стану ей помогать из какого-то чувства благодарности? Нет, я, без сомнения, буду ей помогать из этого чувства, благодарности, будь она проклята, но с чего она это взяла? Или же она и сама в этом не уверена и действует на “авось”? Или ее настоящая цель не в этом? Если обратить внимание на все нюансы, то ситуация выглядит так, что она пытается меня спасти, даже не надеясь при этом на какую-то благодарность.»       Узник быстро подошел к стекающей с потолка струе воды и, на брав немного в горсть, плеснул ею в лицо. И еще. И еще. Он надеялся, что это выбьет из головы эту странную мысль.       «Фух, ну допустим, - продолжал рассуждать Марко, - допустим, ее цель – освободить меня, даже если я ничего не смогу предложить ей взамен. Опять встает вопрос: зачем?»       Разбойник походил по камере, бубня себе под нос какую-то незамысловатую мелодию. Вопрос-то сложный. К тому же, он основан на догадках, а значит ответы на него уже не могут быть определенно правильными.       «Возможно, она слишком сильно прониклась моими идеалами и теперь хочет меня освободить, чтобы я продолжал грабить богачей и поддерживать народ. Звучит почти логично, но как-то не очень убедительно. У нее ведь на много больше шансов что-либо изменить, когда она станет королевой. Еще не стоит исключать вероятность того, что она надеется с моей помощью стать королевой. Скорее всего, для того, чтобы, опять же, облегчить жизнь крестьянам. Меня можно будет помиловать и сделать свои личным советником, либо же использовать для запугивать мною вельмож, которые не будут согласны с ее вектором политики. Но… не думаю, что принцесса смогла бы так манипулировать людьми. Все-таки она производит впечатление очень доброго и чуткого человека, и в этом я уже успел убедиться. Поэтому этот вариант становится слишком уж накрученным.»       Марко лег на шконку и закрыл глаза, чтобы ничего не отвлекало его от мыслительного процесса. Парень уже начал привыкать к своей временной «пастели».       «Так, ну есть у меня еще один вариант. Вероятно, она просто не хочет, чтобы я погиб. Почему? А ворон ее знает… Ну, можно предположить… что она… ну, как бы… прониклась ко мне какими-то чувствами… Но это уже совсем похоже на сказку. Хотя… получается очень даже красиво: разбойник, отбирающий у богатых и отдающий бедным, и принцесса, увидевшая правду, пошедшая против всей династии ради того, кто ей дорог и своего народа… Невероятно сентиментально. Хотя… очень поэтично. Думаю, такая сказка пользовалась бы успехом на Земле. Но, стоит признать… мне этот сюжет тоже нравится…»

***

      Звездочка, в который раз, снова шла к камере Марко Диаза. На этот раз она не обдумывала начало разговора, а считала ступеньки. Принцессе стало интересно, сколько ступеней ей приходилось преодолевать каждый вечер чтобы встретиться с этим разбойником. Спустившись с последней лестницы, девушка отметила для себя чисто 894.       «Подумать только, я каждый вечер прохожу почти девятьсот ступеней, чтобы поговорить с приговоренным к казни преступником» - пронеслась мысль в голове у Звездочки, и ей тут же стало грустно.       Она и представить не могла, что будет после исполнения приговора, но пока еще надеялась, что до этого не дойдет.

***

      И снова она сидит в камере заключенного. И снова он старается прийти в себя после не очень долгого, но крепкого сна. Как же Звездочка привыкла к этому, как ей не хватает этого целый день: этой жуткой камеры, постоянной капающей и журчащей воды и этого вечно задумчивого, на вид грозного, но на самом деле – доброго парня.       - Привет, - сказала девушка максимально мягким тоном, постаравшись вложить в это слово как можно больше нежности, теплоты и доброжелательности.       - Добрый вечер, - сонно прохрипел в ответ Марко, еще не до конца проснувшись.       Какое-то время они просидели в абсолютной тишине, которая не казалось неловкой ни одному из постоянных ночных собеседников. Наоборот, Марко эта пауза была нужна чтобы окончательно прийти в себя после короткого сна, а Звездочке – чтобы вдоволь насмотреться на этого разбойника.       Принцесса всегда была любительнице разных милых вещиц: бабочки, цветочки, единорожки. Это пристрастие не оставляло ее даже в, казалось бы, достаточно зрелом возрасте. Но сейчас ей казалось невероятно красивой эта картина: молодой парень, с начинающими заживать рассечениями на брови и губе, отросшая щетина, заспанное лицо, сбившаяся сильно вбок грязная нательная рубашка. На первый взгляд – странно: что в этом может быть красивого? На сколько нужной быть лишенным чувства прекрасного, чтобы эта картина казалось красивой и завораживала? Но ведь бывают такие люди, которые даже в самом ужасном человеке могут разглядеть что-то хорошее, даже в самом унылом пейзаже – что-то красивое. Таким человеком, без сомнения, была принцесса Баттерфляй. В той картине, которая предстала перед ее глазами, действительно, не было и не могло быть ничего красивого, но Звездочка уловила в ней какую-то эстетику, что-то, что ее явно притягивало. И это притяжение разлилось по всему телу девушки сначала горячей волной, потом холодной, затем – снова горячей. Принцесса почувствовала что-то новое, до этого момента неизведанное. И, возможно, это неизведанное чувство завладело бы всем разумом девушки, но ее вырвал из прострации, прозвучавший как грохот камнепада, голос Марко:       - О чем вы спросите меня этой ночью?       В его голосе не было ни угрозы, ни злости, ни, даже, сарказма. Фраза была сказана мягко, из голоса уже почти исчезла послесонная хрипотца. Но, несмотря на это, Звездочка аж подпрыгнула на месте от неожиданности. Еще несколько секунд переменные горячие-холодные волны продолжали ходить по ее телу, а потом весь жар собрался где-то в животе и неожиданно растворился, оставив за собой приятное ощущение тепла.       - Эм… Я хотела расспросить тебя о Земле, - более-менее придя в себя, сказала девушка, - я прочитала много книг, но не нашла ничего определенного. Там пишут самые противоречивые вещи: то земляне гениальные ученые, то безумные фанатики; то творцы, то разрушители. А что из этого правда?       Марко не выдержал и рассмеялся.       - Ну, вы даете, - сквозь смех сказал Марко, - ну, вообще, правда и то, и то. Но… все не совсем так.       - Что это значит? – не поняла Звездочка.       - Это значит, что земляне почти ничем не отличаются от мьюниан, - пояснил Марко, - есть конечно несколько отличий в организации сознания, но в целом – мы одинаковые.       - А можешь рассказать подробней? – попросила принцесса.       Марко улыбнулся одним уголком губ и, видимо задумался, с чего начать-то.       - Ну, знаете… - немного неуверенно начал он, но постепенно возвращаясь в свое обычное состояние, - это, на мой взгляд, самая главная ошибка, которую допускают люди при характеристике других народов. Это касается и народов Земле, и народов Мьюни, и их взаимодействия. Люди всегда пытаются дать друг другу какую-то одну определенную общую оценку: гении, фанатики… По сути, люди везде примерно одинаковые. Я не спорю, что есть отличия в менталитете, но это касается только отдельно взятых личностей, а толпа – везде одинаковая.       Звездочка даже немного приоткрыла рот – так внимательно слушала своего собеседника.       - Я жил и на Земле, и на Мьюни, - продолжал разбойник, - и мне кажется, что есть только два значимых отличия. Первое: это размер – Земля намного больше, там живет огромное количество разных народов, которые очень долгое время не имели возможности пересекаться друг с другом, из-за этого есть различия в культурах, в то время как на Мьюни почти все народы издревле контактировали между собой. Второе отличие: отсутствие на Земле магии...       - Мне сказали, что магия есть везде, - перебила Марко принцесса, - только на Земле нет существ, умеющих ее использовать.       В ответ парень пожал плечами:       - Возможно, это так, - сказал он, - но здесь есть еще и множество магических явлений, а на земле их нет.       Звездочка понимающе кивала головой. Но Диаз так и не рассказал ничего конкретного о народах Земли – так, общие уклончивые фразы, поэтому Звездочка спросила напрямик:       - А что скажешь на счет «религии», «Бога»? Я, если честно, до сих пор не поняла, что конкретно означают эти слова.       Марко усмехнулся:       - Ну, по сути, они ничего конкретного и не означают, - словно на ходу раздумывая сказал он, - из-за того, что на Земле нет магии, люди очень долгое время не знали, как объяснить те или иные явления. Само понятие «Бог» подразумевает под собой некое всесильное существо, которое создало всю жизнь во вселенной и управляет ею – поощряет добрых и хороших людей, карает злых, заботится о всех. Короче говоря – это, в какой-то степени, воплощение человеческой совести, только еще и в будущем.       Марко, определенно, объяснял намного понятнее, чем Глоссарик, Звездочка почти все поняла, но вопросы еще оставались:       - А что на счет религии? – спросила она.       - А что на счет религии... – переспросил Марко, - религия – это вера в Бога.       - И ты веришь? – тут же уточнила принцесса.       Марко вздохнул:       - В какой-то мере… – да, - нерешительно сказал он, - ну, то есть… Знаете, миледи, на Земле многие говорят, что всякая власть – от Бога, но иногда в это просто не верится… Я верю, но по-другому. Я верю в справедливость. И хочу верить, что тех, кого мы любили, мы встретим после смерти.       Марко тяжело и немного прерывисто вздохнул, борясь с горечью, которая хотела вырваться вместе со слезами.       - Вера помогает бороться, дает сил. Поэтому, особо не важно, во что верить… На Мьюни есть несколько королевств, - продолжал Марко, - но находятся они не далеко друг от друга, и все люди говорят на одном языке. И не только люди, но и монстры. На Земле же есть огромное множество государств, сотни земель, где живут люди, но нет хозяина и бесчисленное количество языков… поэтому власть распределяется несколько иначе… Свой отпечаток наложило и невозможность использования магии – стала развиваться техника. Философия немного другая… В целом, все те книги, которые Вы читали, описывают одни из крайностей. Звездочка не отрываясь смотрела на своего собеседника, который, похоже, и сам только сейчас осознавал все эти отличия двух разных народов.       - А где тебе больше понравилось жить? – просила принцесса.       - На Земле, - резко и не раздумывая ответил парень, - потому что на Мьюни я не жил – я боролся за жизнь.       - Но почему тогда ты вернулся?       Марко поджал губы, очень крепко о чем-то задумавшись. Собственно говоря, задумался он о том же о чем и всегда: говорить или нет?       - Семья, - сказала в итоге он, - я вернулся к ним. Да и… я не смог больше быть на Земле. Мьюни меня не отпускало… слишком сильно я изменился. Хотя, должен признать, что там, действительно, мне жилось неплохо: наличие денег, более мягкое управления государствами. Все как-то более миролюбиво. Ну, кроме людей. А так, очень даже хорошо.       - А сейчас… ты не хочешь вернуться? – нерешительно, но с какой-то надеждой спросила девушка.       - Куда? – тут же спросил Марко, - к чему? Здесь мой дом. Здесь моя семья. И я лучше умру здесь, чем буду жить там.       Звездочка недоумевала, чем вызвана такая неприязнь, но решила не углубляться в эту тему. Пока…       На несколько секунд повисла уже ставшая привычной тишина. И, как обычно, никто не хотел ее прерывать. Что-то определенно странное было в этой тишине: никакой неловкости, никакого желания ее нарушить, а какое-то спокойствие, умиротворение, словно уничтожающее на время все проблемы для этих двух молодых людей. Вот прошла минута… вторая…       - А вы когда-нибудь были в других измерениях? – вдруг неожиданно спросил разбойник девушку.       Звездочка словно очнулась ото сна и тут же, сама не зная, почему, слегка покраснела.       - Да, - сказала она, - но это было лишь развлечение. Мы с подругой бывали в основном на Прыгающем Облаке… В Преисподней была. Да и все, наверное. Сейчас даже вспомнить не могу.       Принцессой вдруг овладело ужасное чувство вины с легкой примесью зависти: она – наследница престола за свою жизнь путешествовала меньше, чем разбойник, приемный сын крестьян достатка ниже среднего, но эти путешествия она посвящала лишь развлечениям, а он – помощи народу, который его не является. Как такое вообще может быть? Как она – та которой судьбой написано заботиться о людях и стоять во главе великого королевства, оказалась прикованной нерушимыми цепями к одному, до смертельной боли ненавистному ей месту? Почему она лишена возможности быть свободной и делать то, раде чего появилась на этот свет – заботиться о людях?       «А для этого ли я, вообще, на свет-то появилась!?» - вдруг врезалось девушке в мысли.       - Ну, вот, допустим, я решила жить на Земле, - неожиданно для самой себя сказала Звездочка, - что мне нужно делать, как себя вести, чтобы слиться с толпой?       Марко усмехнулся:       - Ну, во-первых, держаться подальше от толпы, - сказал он с улыбкой на устах, - Ваши знаки на щеках не дадут Вам спокойно жить. Люди сразу же прозовут Вас ведьмой, а это сравнимо со смертным приговором. Во-вторых, стараться жить вдали от этих самых людей – в первую очередь, в целях безопасности. Можно пойти на контакт с местным правительством…       - Но ты же сказал, что с людьми нельзя контактировать, - перебила принцесса.       - С людьми – нет, - подтвердил свои слова парень, - с правительством – даже желательно. Если они увидят Ваши магические способности, то сладкая жизнь на Земле Вам обеспечена. Народ боится и пытается уничтожить то, чего не может объяснить, а умные – пытаются это использовать, - Марко усмехнулся и добавил, - как, собственно, и на Мьюни. Вельможи не могли понять, в чем заключается секрет моих удач, и поэтому пытаются меня уничтожить. Вы же – наоборот – пытаетесь воспользоваться этой моей удачливостью, в чем бы не заключался ее секрет.       - И мне очень стыдно, что я хотела тебя использовать, - начала было оправдываться девушка, но разбойник тут же ее перебил.       - Оставьте, миледи, - сказал он, - в этом нет ничего постыдного…       - Для меня есть, - воскликнула Звездочка, - я не имею права использовать других людей. Никто не имеет. Но я все ровно пыталась это сделать… Это бесчестно.       - Вы сейчас, сами того не зная, повторяете мысли очень многих философов Земли, - улыбнувшись сказал Марко. В отличии от принцессы, которая стала говорить очень эмоционально, он был абсолютно спокоен, - равенство… свобода… Многие в этом измерении восхваляют эти идеалы, но… не многие их придерживаются.       - В каком смысле? – не поняла мысли Звездочка.       - На Земле очень многие стремятся к власти, - начал заходить издалека разбойник, - богатства, счастье… все уходит на второй план. А для того, чтобы иметь власть над людьми, надо им понравится. А как людям может понравится такой же голодный и ободранный бродяга, как и они!? Вот, жадные до власти люди и начинают говорить речи, которые нравятся народу, и заставляют его, таким образом, идти за собой. Причем… все эти речи были написаны столетия назад людьми, которые только лишь пытались докопаться до сути бытия, и сказаны десятки раз самыми разными сорвиголовами. И… те слова которые вы сейчас сказали… могут повести за собой народ.       - То есть… мне можно отправляться на Землю и устраивать революции!? – с явным сарказмом спросила девушка.       Оба посмеялись. Обстановка сейчас была совсем разряженная: оба улыбались, оба смотрели друг другу в глаза, оба не думали ни о чем кроме глаз, в которые был направлен взгляд каждого. То, что происходило сейчас, совсем не было похоже на встречу приговоренного к смерти лихого разбойника и наследной принцессы. Это было похоже на что-то совершенно иное. На что-то… что-то…       - Наверное, мне уже пора, - вдруг сказала Звездочка, - у меня тут уже завелась традиция – поле наших бесед наблюдать за рассветом… Не хотелось бы ее нарушать. Марко кивнул, отводя взгляд в сторону, почувствовав какую-то неловкость.       - Тогда… приятно Вам встретить рассвет, - сказал он, покрываясь легким румянцем, но из-за смуглой кожи это было очень сложно заметить.       - Спасибо, - сказала девушка и еле смогла побороть порыв, обнять на прощание заключенного…

***

      И снова балкон, и снова только-только начинающий золотиться горизонт, легкий ветер в лицо, прикрытые глаза, покой… Покой!? Как бы ни так. Только с виду принцесса находилась сейчас в безмятежном трансе, на самом же деле в ее голове велась настоящая война. Тысячи вопросов сыпались словно с неба, а ответы можно было по пальцам одной руки пересчитать. По сути, Марко сказал, что он сам и весь народ королевства будет готов пойти за ней, если она будет придерживаться тех же взглядов, что и сейчас. Но каких взглядов она придерживается сейчас? Да никаких! Она просто не хочет всего этого: она не хочет, чтобы за ней шли, не хочет, чтобы на нее смотрели, не хочет быть символом, не хочет быть лидером, не хочет быть принцессой, и, уж тем более – королевой. Но есть ли у нее выбор? Марко сказал, что выбор есть всегда. «Но какой он у меня!?» - продолжала неистово терзать свой мозг Звездочка. От мысленного перенапряжения у девушки закружилась голова, а учитывая то, что стояла она на перилах своего балкона, это явление могло бы стать для нее смертоносным. Принцесса сделала небольшой шаг назад и, опустившись на пол, пошла к гардеробу, даже не открывая глаз. «Как же это ужасно отвратительно, - подумала она, - ходить по комнате с закрытыми глазами, точно зная, что не споткнешься, не ударишься и не упадешь. Страшно на столько хорошо знать помещение…» Словно в доказательство этих слов Звездочка смело протянула руку вперед и взялась за ручку шкафа. Сквозь сжатые веки стали пробиваться слезы, когда она, даже не на ощупь, а абсолютно уверено взяла свою ночную рубашку и подошла к кровати. «Лучше бы я шагнула вперед, - пронеслась вдруг мысль в голове девушки, - научилась бы превращаться. А если нет… то и ладно. Кокой смысл жить, если все в твоей жизни тебе и так известно!?»