Принцесса и Разбойник

      Звездочка уже больше часа мерила шагами свою комнату, энергично жестикулируя и шепча что-то себе под нос. Дело было крайне сложным: аристократы ни за что не захотят освободить разбойника, а королева ничего не сможет противопоставить им.       «Как так!? Это же просто немыслимо! – говорила сама себе девушка, - королева – главная в стране. Так было с незапамятных времен. А тут вдруг оказывается, что она и шагу не может ступить без позволения знати, не имеющей никаких прав, но обладающих, по факту, большим политическим весом. Неужели везде так!?»       Несколько раз Звездочка поглядывала в зеркало, дабы убедиться, что она не говорит вслух. Мысли в голове кричали сумасшедшими воплями, потому очень сложно было уследить за тем, чтобы они не вырывались из головы в виде слов.       «Мама, я прошу тебя, сделай правильный выбор. Если прогнешься сейчас – потом точно не выпрямишься. Эти тунеядцы поймут, что если ты не можешь настоять на своем даже в таком серьезном вопросе, то по менее весомым делам с тобой можно вообще не советоваться. Они станут еще сильнее, и я не уверена, что потом смогу с ними справиться.» - кричала у себя в голове Звездочка приближаясь к кабинету королевы.       Настроение у девушки было, мягко говоря, паршивое. Ситуация, в которой она оказалась, не могла не волновать ее, ведь под угрозой оказался не только Марко, но и ее мать, и вся династия Баттерфляев. Аристократы почувствуют свою силу если сейчас победят, и тогда королевская семья потеряет всякий авторитет. Рано или поздно Луну сменит ее дочь – своенравная и свободолюбивая бунтарка – ей и будет суждено вернуть все на свои места. Но вопрос заключается в том, сможет ли она это сделать. Почти каждый представитель знати имеет свои земли, которые приносят довольно неплохой доход, а значит, при желании, они смогут отделиться от государства. И не стоит забывать о том, что у многих есть свое рыцарское войско, подконтрольное только лишь своему господину!..       Звездочка тряхнула головой, дабы прогнать эти неприятные мысли. Думать об этом нет никакого смысла: как бы она не сопротивлялась, выбора нет – ей суждено стать королевой, а это значит, что именно ей придется разгребать все то, что достанется ей по праву наследства, и ей, а не кому-то придется исправлять все ошибки ее матери.       Принцесса хоть и была очень увлечена своими мыслями, но при этом не отрывалась от реальности, прекрасно понимая, где она находится, куда едет и что хочет или должна сделать. Тем не менее, она не сочла нужным постучаться, прежде чем войти в рабочий кабинет матери. Дверь скрипнула, и девушка снова оказалась в комнате, которую когда-то не любила больше всех других в замке, ведь ее мама всегда проводила больше времени в этой комнате, чем с ней.       - Доброе утро, - поздоровалась Звездочка, старательно пряча холодок своего голоса за той надеждой и тем нетерпением, которые она сейчас испытывала.       - Привет, доченька, - отозвалась королева уставшим голосом, выгибая затекшую спину.       «Похоже она не спала всю ночь, - отметила про себя девушка, - и не только эту… Она как-то говорила, что никогда не могла заснуть после вынесения какому-либо преступнику смертельного приговора и перед его исполнением. Хм… и даже вся эта пудра не помогает скрыть тени под глазами»       - Что решили на совете? – вот так вот в лоб, без прелюдий и предисловий спросила Звездочка. Она больше не видела какого-либо смысла в том, чтобы как-то юлить и изворачиваться, вопросы надо задавать просто и прямо.       - Повторная казнь состоится после-послезавтра на закате, - ответила Луна голосом, который не выражал абсолютно никаких эмоций, не глядя на дочь, опустив глаза на свои бумаги.       - ЧТО??? – вскричала Звездочка.       Королева от неожиданности подпрыгнула на стуле и уставилась на дочь округлившимися от удивления и испуга глазами. А сама принцесса тем временем вплотную подошла к столу и немного наклонилась, глядя в глаза матери.       - Как ты могла такое допустить? – твердым, решительным, но тихим голосом спросила она.       Луна обреченно и устало выдохнула:       - Звездочка, ты не понимаешь…       - Нет. Это ты не понимаешь, - перебила принцесса королеву.       - Звездочка, - более резко чем в прошлый раз сказала королева, но потом продолжила все тем же усталым, мягким тоном, - я понимаю, что ты могла привязаться к этому разбойнику за те две недели, что была вынуждена беседовать с ним. Но, прошу, не забывай, что он вор и убийца.       Девушка почувствовала сильный укол где-то в области груди, но каким-то чудесным образом никак не показала этого внешне и, словно, огородила ту часть себя, которая успела прочувствовать эффект от сказанного матерью. Внешне принцесса не подала каких-либо признаков того, какой важностью для нее обладала эта тема.       - Да при чем здесь это!? – словно громким шепотом сказала она, - ты хоть понимаешь, как подставляешь не только себя, но и меня, и всех наших потомков. Если эти увальни почувствуют свою безнаказанность, то вообще перестанут считаться с нами. Если ты такое проглотишь, то вскоре они перестанут советоваться с нами по вопросам зарубежной торговли, а потом и платить налог с нее. Да они вообще перестанут налоги платить, и никто слова им поперек сказать не сможет, - Звездочка тяжела дышала, глядя на мать, - я понимаю, что ты надеешься на меня, на то, что, когда я получу корону, всему этому придет конец. Но я не смогу все исправить, если мне будут противостоять почти полсотни человек, наделенных такой же властью, как и я.       Принцесса полуприсела на ногах и взяла маму за руки, обращая на себя максимум ее внимания:       - Ты же королева, - сказала она более мягким тоном, - а позволяешь так к себе относиться. Что за бедлам творился вчера на совете? Почему они позволяют себе так неуважительно к тебе относиться? Тебе пришлось кричать, чтобы заставить их успокоиться, но и это не помогло. Мам. Что происходит? Ты же та самая Луна Баттерфляй. Тебя же не просто так прозвали Неустрашимой. Вот и покажи, что ты еще достойна этого прозвища!       Королева высвободила свои руки и откинулась на спинку кресла. Помассировав пальцами виски, она подняла уставшие глаза на дочь:       - Тогда – не то же самое, что сейчас, - тихо сказала она, - в то время я была еще моложе тебя нынешней и… я была сильнее. Моя мать погибла, королевство пылало в огне – терять мне было нечего. А когда нечего терять – нечего и бояться. Сейчас все иначе… Обстановка в стране более, чем спокойная, у меня есть ты и твой папа, и идти, пусть даже дипломатической, но все же войной против кого-либо – безумие для меня… Тем более – я сама дала своим противникам карты, с которыми они не смогут проиграть. И тех сил, что были раньше, теперь у меня нет. Тогда мне хватило лишь одного заклинания, теперь же вопрос стоит о продолжительном конфликте, в котором мы либо выиграем, либо проиграем. Третьего не дано, а выиграть я не смогу. Поэтому я не стану эту войну начинать.       В голове Звездочки сейчас крутились самые разные мысли. Ей очень хотелось пожалеть маму, успокоить ее, сказать, что не все так уж плохо, как она говорит, но обида была сильнее. Ее мать просто-на-просто отказывается делать то, к чему ее обязывает высокий пост. Фактически, дезертирует и бросает на произвол судьбы свою дочь, отказывается спасать человека, который по всем законам должен жить.       - Всю мою жизнь мне говорили ровняться на тебя, - сказала девушка, - брать с тебя пример. И я поклясться готова, что пыталась это делать. Но сейчас я окончательно и твердо убеждена, что такой как ты, быть не хочу. Наш народ заслуживает лучшую королеву.       Сказав это Звездочка даже не проследила за реакцией матери – просто повернулась и вышла из кабинета. Дверь распахнулась сама-по-себе, и так же захлопнулась, повинуюсь непроизнесенному вслух заклинанию. Выражение ее лица было абсолютно непроницаемым, даже если бы кто-то и попытался угадать, о чем думает принцесса, все его попытки были бы обречены на провал. Сейчас, это было бы невозможно сделать.

***

      Луна же, оставшись в одиночестве, несколько минут отходила от шока, в который ее повергла тирада ее дочери. Никогда в жизни ей не говорили ничего подобного, ни когда она была ребенком, ни когда только стола королевой. Душу разъедала обида.       «С каких пор Звездочка стала такой дерзкой? Сказать такое мне в лицо… - не могла поверить в происходящее женщина, - поверить не могу!» Голова разболелась еще сильнее – сказывались усталость, тревоги и бессонная ночь.       «Но ведь она права… - обреченно призналась сама себе Луна, - да, я не самая худшая королева, на это еще не значит, что я достаточно хороша… Ей легко говорить. Молодая, энергия бьет через край, столько силы… Может было бы лучше прямо сейчас передать ей корону, и дело с концом?»       Волшебница усмехнулась своим же мыслям – не самая лучшая идея, учитывая обстоятельства. Чтобы что-то изменить, перемены нужны с самого низа, с самого основания, если систему нужно менять, то менять кардинально.       «Пожалуй, Звездочка и смогла бы это сделать. Сил у нее хватит. Но ведь она еще ничего не знает. Чтобы начать преобразования, одного желания мало, нужна железная поддержка и помощь советников, а она сейчас их всех готова на кострах жечь… Нет. Рано ей еще на трон садиться. Она слишком горяча, не сможет удержать в руках все то, что хочет в них взять.»       Луна подошла к витражному окну и распахнула его, впуская в душный кабинет прохладный сырой воздух. Погода не особо радовала в последнее время: частые дожди, солнца почти нет, ветрено – похоже, в этом году опять жди неурожая. В городе царила привычная суматоха, лавочники стояли за своими прилавками, жадно пересчитывая свои скудные богатства, время от времени отвлекаясь на подошедшего покупателя, из нескольких мест одновременно слышались удары молотов о наковальни, во внутреннем дворе замка проходила тренировка оруженосцев, чьи рыцари сейчас стояли на постах или отдыхали после ночного дозора. Все было, как будто, по-старому, но при этом чувствовались какие-то перемены. Что-то было не так, как раньше.       Все словно стало тише, находилось настороже, в предвкушении чего-то, что должно вот-вот произойти. Все словно боялись пропустить что-то очень-очень важное, но при этом – пугающее.       Королева глубоко, на сколько позволял тугой корсет, вдохнула и выдохнула. Пару секунд она ощущала легкое головокружение, но потом голова прошла и разум очистился.       «Что-то в последнее время Звездочка стала совсем забывать о своих манерах, - думала Луна, закрывая створки окон и садясь на место, - надо бы, когда все это закончится, напомнить ей о правилах поведения в обществе. И когда она, вообще, научилась колдовать без палочки!?»       «Откуда в ней вся эта слабость!? – спрашивала сама себя Звездочка, идя в свою комнату, - сколько себя помню, мама казалась мне сильной, несгибаемой. А тут – не может ударить кулаком по столу и настоять на своем.»       Только закрыв за собой дверь и сев на кровать, девушка стала осознавать, что она несколько минут назад наговорила своей матери, по совместительству – королеве. Непозволительная дерзость. Никогда прежде она себе подобного не позволяла. Конечно, словесные перепалки у них с мамой были обычным делом, но они никогда так далеко не заходили. Звездочка впервые позволила себе повысить голос на мать, когда ей было четырнадцать, и потом долго себя за это корила, хотя и не была наказана. К семнадцати годам принцесса сильно повзрослела и почти перестала пререкаться с королевой, но это было связано, скорее, с тем, что сама Луна перестала воспринимать дочь, как безбашенную девицу, которой та была лет до шестнадцати. А весь последний год для матери и дочери прошел более-менее мирно, особых поводов для споров не было.       Звездочка понимала, что королева готовит ее к браку с наследником Люциторов, и ей это решительно не нравилось, но девушка не хотела раньше времени портить себе жизнь еще и этим вопросом. Принцесса очень хорошо помнила Тома, и какое-то время их даже связывало некое подобие отношений, но это ни к чему не привело – слишком уж вспыльчивым оказался принц-демон, и в прямом, и в переносном смысле этого слова.       Сейчас, вспоминая все это, юная волшебница пыталась угадать, не выльется ли для нее эта дерзость в отношении матери какими-то проблемами.       «Но сейчас важнее решить другой вопрос, - сказала про себя принцесса, - как мне вытащить Диаза? Осталось два с половиной дня на то, чтобы придумать план и все подготовить. Ни о какой сделке теперь не может идти и речи, придется прорываться с боем, или валить по-тихому.»       Время шло и быстро, и медленно. Казалось, вот, только недавно Звездочка вышла из кабинета матери, и вот уже прошло время обеда. Девушку мучала каждая прошедшая минута, но при этом те самые минуты шли достаточно быстро. Принцесса то мерила шагами комнату, то лежала на кровати, раскинув руки в стороны и глядя в потолок, то выходила на балкон и осматривала округу. Волшебница снова и снова пыталась придумать разгадку, план, который смог бы решить все ее проблемы разом. Но ничего не выходило. Вернее, принцесса понимала, что ей нужно сделать, но как, оставалось большим и неразрешимым вопросом.       Звездочка голову себе сломала, но так и не смогла придумать ничего путного: для того, чтобы придумать план побега, нужен опыт. У нее этого опыт нет. Потому девушка решила, что все размышления стоит отложить до ночи – она снова пойдет к разбойнику, расскажет ему о решении провести казнь повторно, и они вмести будут думать, что делать дальше.

***

      Марко никогда в жизни еще так хорошо не спал. Кровать, на которой он лежал была настольно непривычно-мягкой, что ему сначала показалось, что он утонет в ней. Но стоило полежать на ней лишь несколько минут и сон накрыл его с головой. На столько крепкий сон, что, казалось, и обрушение стен замка не смогло бы его разбудить.       Не удивительно, что проснулся он далеко за полдень. Еще никогда парень не чувствовал себя настолько свежим и отдохнувшим. Вторым приятным моментом начала нового дня стало то, что у Марко был завтрак. При чем еда была принесена ему лично принцессой Баттерфляй, а это не могло не льстить молодому разбойнику. И пусть мясо было холодным, а хлеб слегка зачерствел, зато качество этих продуктов было едва ли не самым лучшим во всем королевстве.       Впервые за последние пару месяцев Марко смог почувствовать себя довольным и абсолютно удовлетворенным – ему не хотелось есть, ему не хотелось спать, он был до сих жив, и, похоже у него появился шанс на спасение. Но теперь ему предстояла сложная, кропотливая работа – нужно воспользоваться этим шансом так, чтобы не причинить вреда принцессе. Слишком уж много она для него сделала, чтобы сбежать, подставив ее под удар.       «Так… допустим мне удастся выбраться из камеры и вырубить охранника – тут можно полагаться на удачу, потому что иных вариантов все равно нет, - рассуждал Марко, медленно расхаживая по тесному помещению, - что делать дальше? Дальше – вверх по лестнице. Но есть проблема: чтобы выбраться из замка самым коротким путем пройти четыре коридора. К тому же самый короткий путь ведет к тренировочной арене, а мне только драки с кучей рыцарей и их шестерок не хватало… Придется выходить через главные ворота, где почти все время стоят на посту три – четыре стражника… ну, допустим, я пройду через них, и что дальше? До леса мне бежать около сорока минут. Пешие-то меня может и не догонят, а вот конные… К тому же меня слишком важно убить, думаю, королева тоже будет принимать участие в погоне, а убежать от нее нет никакой возможности.»       Диаз сел на кровать и почесал подбородок, оценив длину отросшей за время ареста щетины. Выход из ситуации, до которой он дошел, придумывая сой план, напрашивался только один:       «Нужны Ножницы!.. Только где мне их достать?»       На несколько минут мыслительный процесс полностью прекратился – идей попросту не было. Голова на мгновение полностью опустела и, почему-то, эта пустота наполнила сознание легкостью. Всякое желание придумывать план побега испарилось, несколько часов, на протяжении которых Марко терзал себя ища решение нерешаемых задач, показались ему теперь бесполезной тратой времени. Хотелось верить. Беспечно верить в лучшее, надеяться на то, что его все-таки отпустят, что он снова станет живым и свободным. И плевать на все: на все те предпосылки, ведущие к повторной казни, на ненависть, неразрывно связанную со злобой и эгоцентризмом вельмож, на безжалостный жанр, согласно которому он не должен был и не мог выжить. Он – разбойник, вор и убийца, и никому не важны его мотивы. Он должен был умереть. Даже если путь к этой смерти идет через еще большие преступления, бесчинства и предательства. Но сейчас, в это верить просто не хотелось.       На столе лежал небольшой кусочек мяса, оставшийся после завтрака, обеда и ужина, стояла полупустая бутылка в соломенной оплетке, в которой, как оказалось было молоко, бумага, служившая упаковкой для еды, сложенная в несколько раз, лежала там же. Тело утопало в непривычно-мягком матрасе кровати, мягкий розовый свет от волшебного светильника наполнял камеру каким-то… уютом!? Да, как ни странно было это признавать, но в камере было уютно. Теперь было уютно. Благодаря ей, было уютно.

***

      И снова коридор, и снова ступени. Снова на плече сумка, набитая продуктами. Снова принцесса идет к разбойнику, чтобы сообщить плохое известие. Снова… Звездочке казалось, что все это уже вошло у нее в привычку, она теперь и представить не могла, как это, жить без него.       И вновь до боли врезавшиеся в память лестничные пролеты, коридоры, повороты, мелькают перед глазами. Принцесса спускается на самый низ – в подземелье.       - Открывай, - повелительно сказала она охраннику.       Молодой рыцарь даже слегка растерялся от того, насколько властно звучал голос его принцессы и тут же суетливо принялся выполнить приказ. Звездочка, наблюдая за его поведением, заключила, что парень совсем недавно одел на себя рыцарские латы и, возможно, впервые увидел ее настолько близко. Догадку подтвердило еще и то, что военный не вспомнил о своей обязанности войти в камеру первым и связать преступнику руки, дабы обезопасить наследницу престола. Вместо этого он открыл дверь и выпрямился по струнке, пропуская юную волшебницу внутрь.       «Он скорее не рыцарь, а швейцар» - отметила для себя Звездочка, заходя в камеру и тут же забывая эту мысль, видя до боли знакомый интерьер, чувствуя какой-то родной запах и видя привычный розовый свет волшебного светильника.       Девушка переступила порог и оглянулась, почему-то в этой маленько, тесной камере она не заметила ее обитателя. Но вскоре ее взгляд остановился на полуприкрытом одеялом спящем на кровати теле. На секунду она неотрывно уставилась на Марко, но потом спохватилась: дверь за ней не закрылась. Раздраженно повернувшись, Звездочка схватилась за край и с силой ее захлопнула.       Удивительно, но даже от такого сильного хлопка Марко не проснулся. Звездочка молча создала звукоизоляцию и, подойдя к столику начала выкладывать всю принесенную сегодня еду.       Материализовав из ничего стул, принцесса села рядом с кроватью разбойника, наблюдая за его сном. Диаз лежал на спине, непонятно как раскинув в стороны согнутые руки и ноги, голова была слегка наклонена вбок, лицом к девушке, рот приоткрыт. Звездочка отчетливо слышала, как парень посапывает во сне, время от времени негромко всхрапывая. Одеяло было спущено примерно до середины живота, а нательная рубашка расстегнута, открывая взору грудь парня.       Звездочка всегда подмечала тот факт, что кожа Диаза отличается сильным загаром. Сколько себя помнит, принцесса всегда находилась в окружении людей, почти все время проводящих в закрытом помещении, потому видеть человека со смуглой кожей для девушки было чем-то из ряда вон выходящем. Еще на том самом балу, на котором Марко был пойман, принцесса обратила внимание на то, что у странного молодого человека кожа на несколько тонов темнее всех прочих. Сейчас же, у волшебницы появилась возможность еще раз рассмотреть его вблизи.       Несколько минут Звездочка, не отрываясь, смотрела на разбойника, но потом до нее вдруг дошло, что она пялится на полуголого молодого человека. А правила хорошего тона требовали от приличной девушки в таком положении, хотя бы покраснеть. Не то, чтобы Звездочка всегда придерживалась всех этих правил, но ситуация действительно была порядком смущающая.       Так или иначе, но румянец на щеках принцессы все-таки проступил, причем, довольно яркий. Звездочка вдруг увидела себя со стороны, безотрывно смотрящей на Диаза.       Видимо, напряжение в воздухе стало настолько сильным, что его почувствовал даже спящий Марко и стал потихоньку шевелиться. Уже очень давно он не спал так долго. Еле раздирая слипшиеся глаза, разбойник пытался прийти в себя и заодно понять, почему ему кажется, что за ним наблюдают. Парень несколько раз пытался подняться, сделав рывок всем телом, но это у него не получалось, тело просто отвыкло двигаться и еще не до конца проснулось.       Звездочка на несколько минут словно забыла обо всей серьезности глобального положения вещей – видя то, как беспомощно Марко пытается подняться, как смешно он морщит все лицо, девушка придалась почти детскому восторгу и умилению. Картина, представшая ее взгляду, не приносила смущения или неловкости, только покой и умиротворение.       - Добрый вечер, - прохрипел Марко, когда наконец пришел в себя и понял, что наблюдала за ним принцесса.       - Привет, - коротко отозвалась Звездочка, все еще мило улыбаясь.       - Ну, что? – тут же спросил разбойник, - меня будут повторно убивать?       Улыбку с лица девушки как будто камнем сбило, она тут же с головой окунулась в ледяную прорубь жестокой действительности.       - Да, - сильно дрогнувшим голосом сказала она.       Марко, к тому времени уже севший на кровати и свесивший с нее ноги, сначала уставился прямо в глаза своей собеседнице, порядком удивленный такой реакцией с ее стороны на сказанную ею же новость, но потом как-то немного виновато опустил глаза. Разбойник словно чувствовал какую-то вину за то, что весть о его повторной казни так расстроила принцессу. Марко мог бы очень долго думать об этом, но время для сейчас не самое подходящее. Он уже поднял голову и открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Звездочка его опередила:       - Поэтому самое время подумать о твоем побеге, - сказала она, смотря, казалось в самую душу.       Парня сбила с толку та настойчивость, с которой говорила принцесса, и на несколько секунд он впал ступор.       - Мне стоит напомнить Вам о всех тех последствиях, которые ждут не только меня, но и Вас в случае успеха? И тем более в случае провала? – спросил Марко приглушенным голосом, словно совесть, взывающая к голосу разума.       - Я знаю, на какой риск иду, - уверенным голосом сказала Звездочка, глядя в глаза разбойнику.       - Прекрасно, - бодро и почти весело отозвался разбойник, - тогда, слушайте…       Марко поднял ноги на кровать и сел по-турецки, наклоняясь ближе к девушке и стал рассказывать все свои дневные размышления, приправляя слова активной жестикуляцией:       - Я весь день думал, искал ответ на вопрос, как мне выйти из камеры, подняться на четыре этажа вверх, покинуть стены замка, приделы города и при этом, остаться живым. Но точного ответа дать так и не смог.       Звездочка безотрывно смотрела на собеседника, стараясь запомнить каждое слово, каждый акцент и каждый жест:       - Но… кое-какие идейки у меня все же появились, - добавил разбойник, думая, как бы максимально понятно и просто сформулировать мысль, - весь план, для упрощения стоит разделить на шесть частей. Но для начала надо прояснить насколько вопросов…       Сказав это, парень посмотрел на принцессу, словно спрашивая, готова ли она на них отвечать.       - Я слушаю, - отозвалась Звездочка, ни на секунду не теряя серьезного выражения лица.       - Первое: мне почти ничего доподлинно не известно о том омуте, в который я с головой прыгаю... Я могу рассчитывать на Вашу помощь в сборе всей необходимой информации? – Марко старался говорить максимально аккуратно, дабы не спугнуть свою единственную надежду на свободу.       - Безусловно, - тут же отозвалась девушка, - это нужно и мне тоже. Мы с тобой в одной лодке.       Разбойник несколько секунд помолчал, обдумывая услышанное.       - Второе – принципиальный вопрос – вы будете помогать мне только на этапе составления плана, или я могу рассчитывать на Вашу поддержку и в момент прорыва?       - Я ухожу с тобой, - еще тверже и решительнее чем прежде сказала Звездочка.       Теперь Марко уставился на девушку в удивлении и непонимании.       - Значит, Вы не отказываетесь от своих взглядов, что рассказали мне в шестую ночь нашего знакомства?       На секунду принцесса задумалась, вспоминая, что такого она рассказала ему в шестую ночь.       - Это не важно, - попыталась она уйти от ответа.       - Важно, - почти перебил ее разбойник, - Вы сами сказали, что теперь мы плывем в одной лодке. На сколько долго мы будем плыть в месте в пределах нашего хлипкого суденышка, я не знаю. Возможно этот союз закончится уже утром, а возможно, продлиться несколько месяцев, а то и лет. Поэтом я должен знать, почему вы на это идете. И каков Ваш личный план касательно меня.       На этот раз наступила очередь Звездочки внимательно смотреть в глаза собеседнику, гадая, как лучше сформулировать свои мысли, да и стоит ли вообще озвучивать их?       - Не бойся. Мною движут не безумные романтические идеи принцессы. А планы на тебя у меня достаточно серьезные, - заметив легкое смятение и даже, как будто, смущение на лице разбойника, девушка поспешила исправиться, - не в этом смысле…       И тут Звездочка на долю секунды задалась вопросом:       «А действительно ли не в этом? Правда ли я не имею на него никаких планов?»       - Ну, думаю, стоит рассказать полностью, - словно размышляя вслух, сказала она, - короче говоря, решение о повторной казни было принято не мамой. Вернее, она была против этого. Большая часть комиссии была на ее стороне, но знать оказалась сильнее. Подумать только!? Кучка вельмож обладает большей властью, чем королева-волшебница и владыки разных сфер магии. Абсурд!.. Наша королева слишком слаба, чтобы достойно управлять страной. И это не мои слова – она сама мне это сказала сегодня утром… А они не думают о благополучии государства, мьюниан… только о себе. И мама не сможет от них избавиться… Только я. Но я не смогу сохранять свои силы на борьбу до тех пор, когда стану королевой. И я не намерена этого ждать! Я сбегу вместе с тобой, и мы разорим и избавимся от каждого из них.       Марко слушал принцессу, но при этом старался во всех подробностях запомнить ее лицо. Это выражение, полное решимости, силы и жертвенности. Лицо девушки, которая сознательно ставит на кон свою свободу и благополучие ради людей, для которых она стала, возможно, единственной надеждой на дальнейшее спасение.       - Я иду, чтобы вступить с ними в войну, - сказала она таким тоном, словно точно знала, что никто не сможет ее остановить.       Марко кивнул, давая понять, что такой ответ его более, чем устраивает.       - Хорошо. Тогда запоминайте: Вы должны узнать несколько важных данных. Во-первых, кто будет охранять мою камеру через… А когда меня планируется меня убить? – спросил вдруг Марко, но настолько будничным тоном, словно он говорил не о своей смерти, а о том, какого цвета галстук стоит повязать для похода на скучный, бесполезный бал.       Само собой, такая реакция не могла не удивить Звездочку, но она почти никак не проявила своего удивления. За то время, сколько она с ним общается, к такому уже можно было несколько раз привыкнуть.       - Послезавтра вечером, - произнесла девушка пугающую ее фразу. Она, как будто, только сейчас поняла, как мало у них осталось времени.       - Ага… хорошо… Тогда, узнайте, кто будет стоять на посту у двери после завтра утром. Так же мне нужно знать, как расставлены посты по кратчайшему пути в сокровищницу…       - Ты не собираешься уходить с пустыми руками, так? – несколько осуждающе спросила принцесса.       - Там сейчас должны храниться мои Ножницы, - твердо запротестовал разбойник, - я через слишком многое прошел, чтобы оставить их здесь… Также, мне надо знать, сколько рыцарей стоит на главных воротах в замок, и во сколько оруженосцы заканчивают свою тренировку.       На лице Звездочки отразилось непонимание:       - А это зачем? – спросила она.       - Если на главных воротах будет слишком усиленная охрана, то можно будет пройти через тренировочную арену. Через окно второго этажа в левом крыле замка можно выбраться как раз туда. Казармы находятся в примыкающем корпусе, но на то, чтобы выйти оттуда на арену, бойцам понадобится около четырех минут, если они меня увидят.       - Нас, - поправила Звездочка.       - Нет. Меня. Вы, миледи, пойдете другим путем и подстрахуете меня, если появится такая необходимость.       На этом пояснении Марко, видимо, закончил объяснения зарождающегося плана.       - Пока, это – все, что Вы должны узнать, - сказал он.       На лице Звездочки тут же выразилось недовольство.       «Как это так? Почему я не могу знать весь план? Неужели он до сих пор мне не доверяет!?»       Но Марко заметил столь сильную перемену в эмоциях девушки и поспешил объясниться:       - От этих сведений зависит то, имеет ли вообще смысл эта попытка побега. Если то, что вы мне завтра расскажите, окажется приемлемым для нас, то мы начнем работать дальше.       «Убедительно» - прокомментировала про себя такой ход принцесса.       - Так, значит, узнать про стражу в день и час побега… и про оруженосцев, - повторила Звездочка.       Макро кивнул, подтверждая это.       - Вы сможете это узнать?       - Да, думаю, проблем с этим быть не должно. Этими вопросами ведает мой отец, а он… не особо мнительный, - сказала девушка, понимая, что куда лучше здесь подошел бы эпитет “глупый” или “невнимательный”.       - Хорошо, - подытожил Диаз, - тогда, думаю, на сегодня нам стоит проститься. Завтра Вам предстоит собрать достаточно много важных сведений, а мне продумать детали плана. Нам обоим стоит выспаться.

***

      Звездочка так и не поняла, почему та фраза разбойника смутила ее. Пусть ненадолго, но ее щеки все же окрасились в легкий румянец, и она понимала, что этот факт не мог скрыться от его наблюдательного взгляда.       «Но почему? – в который раз задавалась одним и тем же вопросом принцесса, - это же не было проявлением какой-то сверх-заботы, или симпатии. Не было же?»       Девушка, придя в свою комнату, поняла, что сколько бы она не старалась, но уснуть в ближайшие пару часов ей на вряд ли удастся, а потому даже пробовать не стала. За последние несколько дней, она уже привыкла спать по четыре часа в сутки. Сейчас же, сидя на перилах своего балкона, беззаботно свесив ноги в бездну, юная волшебница гадала, как будет выглядеть конечный вариант плана их общего побега. Догадаться, что было на уме у этого разбойника – гиблая идея – ни к чему не приведет. Но все же… Звездочке было невероятно интересно.       Небо начинало потихоньку светлеть, природа – просыпаться. Ботинки девушки шелестели от касания со стеблями огромного розового куста, длинные блондинистые волосы шевелил ветер. Тишина и безмятежность, царившие вокруг, казались очень обманчивыми, но на самом деле, таковыми не являлись. У нее есть день. Еще один последний день. Потом ее жизнь изменится до неузнаваемости. Принцесса вырывает себя из сытой неги и отдает бродяге-разбойнику, при этом подвергая смертельной опасности и его, себя и.       «Оно того стоит! – сказала сама себе Звездочка, - оно стоит того. Я делаю это не для себя. И даже не для него. Пришло время менять систему, которая пренебрегает большинством раде блага меньшинства. Если я не могу сделать это сверху, то придется делать снизу. Не могу все изменить, будучи принцессой – стану разбойницей. Но я все изменю. Хватит с меня вельмож, чиновников и аристократов. Если в стране главная – королева, то она и будет главной!»       Солнце выглянуло из-за горизонта и его свет упал на лицо принцессе. Но постороннему наблюдателю могло бы показаться, что в этот момент глаза девушки горят намного ярче, чем утренняя звезда. Весь огонь и вся сила, которые на протяжении нескольких лет томились внутри Звездочки, скоро, очень скоро смогут вырваться наружу. И больше никто не сможет ее сдержать. Она будет делать то, что нужно, как бы преступно это не выглядело со стороны!