Я выбираю свет

POV Драко. Мой дом, в который я так стремился возвратиться после учебного года, вкушая летнее время. Мэнор был напичкан темными артефактами отца, порой мрачными и пустующими комнатами, серыми коридорами, в которые пробивалась пасмурная погода через окна. Но, в моем доме все равно оставался уют. Это чувство складывалось от присутствия мамы, которая следила за красотой особняка, и старалась разбавлять теплыми оттенками холодную дымку. Белые павлины, расхаживающие по нашему парку, оживляли место, делая его особенным. Я любил гулять в своем парке, это место меня успокаивало, когда мы ссорились с отцом или не получалось выполнить технику заклинания. В особенности, любил солнце под конец августа, когда уже не стояла сильная жара и приятный, слегка прохладный ветер добавлял воздуха в легкие. Мой дом ассоциировался до начала настоящего времени лишь с комфортом и умиротворением, но никак не с убийствами, кровью, темнотой и страхом. Теперь, я ненавидел это место и искренне хотел сбежать, если бы не родители. Тори. Когда Темный Лорд начал подходить к тебе, я думал, что тут же выдамся. Сердце колотило сильнейшими ритмами, быстрее обычного. Я забывал дышать и чувствовал удушение в горле, но все внимание было пристегнуто на вас. За несколько собраний, предостаточно увидел, как Волан-де-Морт издевается над своими жертвами, наслаждается их мучениями и медленно убивает. Это было его ежедневным допингом, на который приходилось смотреть всем Пожирателям. Я и подумать не мог, что буду видеть угасающие глаза волшебников, в чьих телах уходит жизнь. И вот, снова Он подходит к своей потенциальной жертве. И эта волшебница - смысл моей жизни. Темный Лорд даже понятия не имеет, что убив ее, он убьет двоих разом. Навязчивые мысли стремительно заполняют и без того тревожную голову с каждым его шагом к Тори. Но, если она ему действительно так нужна, о чем он говорил, то убивать ее будет бессмысленно и дурно. Моя девушка умеет прекрасно скрываться и истинных мотивов избавиться от юной студентки Хогвартса быть не должно. Так я себя пытался успокоить, прежде чем Темный Лорд все же придумал существенную чушь. Сразиться с собственным отцом, который учил ее заклинаниям с детства. Иронично и губительно для обеих сторон. За Сергиниуса я даже не переживаю, он явно по заслугам должен получить парочку больных заклятий за то, как обращался с Тори, и во что ввязал их семью. Наверное, тоже самое я могу сказать и о своем отце. Но, Тори. Я не мог смотреть на ее уставший вид, когда она часами выполняла задания в школе, болела или душевно страдала. Как мне со спокойным взглядом наблюдать за дуэлью, которая якобы должна доказать превосходство волшебницы. Откуда только этот уебок берет идеи? Тори права. Мы все для него циркачный мелкий скот, которого не жалко кинуть в огонь, приказать сражаться с мракоборцами, убивать невинных людей, и убить нас самих. Каждый сидящий за этим чертовым столом, лишь мелкое насекомое для Волан-де-Морта и всего его прихоти - наше проклятие. Руки начали дрожать, как только отец с дочерью встали напротив друг друга. Я не спускал с обоих взгляда, каждый раз нервно меняя зрительный ракурс на стоящих. Что мне делать, если Тори начнет проигрывать? Я не хочу в ней сомневаться, но внутри срабатывает инстинкт защиты. Я хочу ее заслонить собою не как волшебницу, а как любимую девушку. Что, если ринусь, стоит только ей громко упасть и отключиться? Тогда нас убьют моментально? Пока Тори сражалась, я быстро обрабатывал план спасения и, возможно, побега. Когда мы стали парой, она начала разделять лидирующее место с мамой. Я должен оберегать их и спасать в случае угрозы. Но, в последнее время, слишком часто задумываюсь, чтобы испариться вместе с Ней. Закрепиться на заклятии невидимости, менять каждую неделю места, чтобы нас не нашли и выжидать окончания войны. Но, снова родители, которых я не имею права оставлять. Возможно, это поступок труса и слабака, но я никогда не ценил так жизнь, до встречи с Ней. Когда, наконец, ощутил, что нужен этому человеку и увидел любовь ко мне. Я хочу сохранить наше время, растянуть его надолго, чтобы дольше оставаться в объятиях девушки. У меня была материнская любовь и порой уделялась отцовская. Только, по истине не одиноким почувствовал себя именно с Ней. За меня всегда беспокоились : какие физические или душевные боли я испытываю, хорошо ли сплю, ем, о чем беспокоюсь. Маме также важно все это знать, но от Тори это исходит по-другому. Впервые, в Хогвартсе я увидел счастье. И сейчас, мне приходится смотреть, как заклинания ранят мою девушку. Первый удар в ее тело и я сжал под столом кулак, стиснув зубы. Я не могу спокойно сидеть и выжидать, пока с нее упадет первая капля крови. Заклятие от отца разозлило Тори и, набравшись еще большей решительности, она уже не жалела обилие световых лучей. Она прекрасно унизила отца, сделав его посмешищем перед элитой среди Пожирателей. Все начали смеяться. Я же, наконец, смог выдохнуть, убедившись, что она меньше всего пострадала. Надеялся, что последнее заклятие обезоруживания закроет дуэль, но Сергиниус совершил ошибку. От неожиданности, когда он в одну секунду поднял ее тело вверх и кинул в окно, я подскочил. Но, из-за того, что все внимание было направлено на Тори, никто этого не заметил. Рука матери твердо опускала меня на место и я послушался. Мне казалось, что все попытки сдерживать эмоции оказались ничтожны. Глаза были готовы выпасть, я не моргал, чтобы не упустить ни одну секунду развития событий. Тори была действительно сильна и вынослива, и даже громкий удар ее не удержал надолго в лежащем состоянии. Только кровь все же пролилась. Половина лица была алого цвета, она несла за собой эти капли, оставляя следы на полу. Сейчас, я не узнал свою девушку. Мигом, это была холодная, жестокая, и совсем безжалостная слизеринка. Не думая, применила Круциатус на отца и стремительно смотрела на него. Это заклинание получилось у нее без колебаний. Чтобы выполнить его, нужно иметь истинное желание причинить человеку боль и мучения. Видимо, этого в ее голове было предостаточно. Я уже больше беспокоился за Сергиниуса, нежели за Тори. Я впервые услышал от такого гордого, высокомерного человека истошный крик. Воспоминания о прошлом лете, где Волан-де-Морт, перед тем, как убить волшебника применял Непростительное, открылись новой картиной. Только сейчас стоял не Он, а добрая девушка, которая не могла и смотреть, как на пятом курсе Грюм испытывал на животных заклинания. Она всегда осуждала их использования и радовалась, что за них можно сесть в Азкабан на пожизненно. Тори, но как ты выглядишь сейчас. Словно, ты обратилась в Беллатрису и вкушаешь наслаждения от услышанной и видимой боли. Мне казалось, что длилась вечность с момента, как она стояла над телом и не успокаивалась. Ее ненависть к отцу, обида, злость породили внутреннего монстра, который мог и убить, наплевав на рассудок хозяина. Но она остановилась, не стала часами мучать и, удовлетворившись страданиями, отпустила заклятие. Откуда-то у Сергиниуса остались силы и он жалко попытался кинуть в Тори голубой луч, но она тут же его отбила, накипая новой волной злости. Яркие грозы пронзили тело измученного волшебника и он бездыханно упал. После последнего заклинания, палочка вылетела с его рук, что означало, дуэль завершилась. Около пяти секунд стояла тишина и лишь быстрые и глубокие выдохи Тори проходились эхом по залу. Волан-де-Морт медленно захлопал, но никто не осмелился поддержать его. Он встал и снова подошел к волшебнице. - Браво, Виктория. Честно говоря, я и не думал, что дочь сможет так легко расправиться с телом отца. - натянуто начал улыбаться он. Тори смотрела без страха и дрожи на него и, кажется, было вообще плевать, кто стоит перед ней. - Благодарю Вас, Темный Лорд. - восстановив дыхание, сухо ответила она. Волан-де-Морт подошел к Сергиниусу и палочкой тыкнул в лицо, оценивая его вид. - К сожалению или к счастью, ты его не убила. Наш темный друг в бессознательном состоянии. - возвращался он снова к Тори. - Не думаю, что я бы расстроилась. - уверено ответила она. - Тогда, может добьешь его? - с интересом спросил Волан-де-Морт. Тори посмотрела на отца и снова перевела взгляд на Темного Лорда. - Осмелюсь предположить, что Сергиниус Вам понадобится для дальнейших боев. - твердо начала отвечать. - К тому же, у моего отца прекрасный опыт в Министерстве Магии, он полезный ресурс для грамотного ведения политической жизни Магического мира. - слегка улыбнувшись, закончила Тори. Ресурс? Тори, что ты несешь? Ты не могла выносить той мысли, что мы здесь все сидящие вещички Волан-де-Морта, подвластны лишь ему. И теперь, первая зародившееся мысль - это оставить в живых, потому что ценный ресурс? Или, может, ты так вживаешься в роль темной волшебницы, пытаясь убедить Темного Лорда, чтобы он не добивал Сергиниуса? Пожалуйста, пусть будет так. По шее Тори стекала кровь, волосы были наполовину сырые. Я не сомневаюсь, как у нее сейчас гудит голова от этой боли. - Да, девочка, ты все верно говоришь. Думаю, Сергиниусу сегодня хорошо досталось. Его наказание пройдено. - с искривленной улыбкой, посмотрел он на Тори, а затем повернулся к нам. - Виктория Розье справилась со своим испытанием и теперь пополнит ряды Пожирателей. - по столу прошлись хлопки и дурные ликования. Я тихо хлопал в ладони и не спускал глаз с Тори. На миг, она сжала глаза и сделала шаг назад, резко схватилась за голову. Мерлин, только не падай в обморок, или я тут же побегу к тебе. Потерпи еще немного, прошу. Когда Волан-де-Морт снова повернулся к ней, она уже прямо стояла, продолжая уверено держаться на ногах. Но я чувствую как тебе тяжело, Тори. - Дай свою руку, юная девочка. - с вытянутой палочкой направлялся Темный Лорд к ней. Тори скинула пиджак, закатила рукав водолазки и выпрямила руку. Черная уродливая метка высачивалась на ее нежной бледной коже. Она ей совсем не шла. Девушка поджимала губы, расширяла еле заметно ноздри, когда только наступали первые изгибы. Это действительно больное чувство, я помню это. Словно, тебе прожигают руку до костей. - Поприветствуем новоиспеченного Пожирателя. - указал на ладонью, в которой держал палочку Волан-де-Морт и хлопки снова прошлись по нашему столу. Столько ликований и восторгов я еще не слышал ни на одном собрании. Ты смогла произвести фурор, Тори Розье, но какой ценой... - Думаю, тебе нужно набраться сил и избавиться от следов дуэли. Ступай к себе, сегодняшнее собрание пройдет без тебя. - хриплым голосом обратился темный маг ней. - Благодарю Вас, мой Темный Лорд. - слегка поклонилась она и удалилась из зала. Черт, зачем он ее отпустил. Да, она действительно должна отдохнуть и залечить раны, но как мне спокойно сидеть без нее. А если она пойдет не в комнату, а убежит куда-то. Затаится в замке или трансгрессирует от наплыва эмоций, и где мне ее искать? Пусть это будет самое короткое собрание, сидеть на этом ебучем стуле я не выдерживаю. - Подведем итоги сегодняшнего дня. - начал Волан-де-Морт, сев на свое место. - Дамблдор успешно устранен. - снова заулыбался он. - Хоть и не руками Драко Малфоя. - посмотрел на меня и остальные взгляды уткнулись в мою сторону. - Весьма сказать, я немного разочарован, Драко. Но ты смог пропустить Пожирателей в Хогвартс, поэтому на этот раз я милосердно прощаю твою ошибку. - закончил он. - Спасибо, мой Лорд. - слегка наклонил я голову. Мне хотелось блевать от этой фразы. Изрядно достало произносить подобную чушь, которая так радует мерзкую тварь. Собрание продлилось около 30 минут. За это время мы рассказали в подробностях о проникновении в Хогвартс, об убийстве Дамблдора. Во время нападения на учителей в школе, никто из Пожирателей не убил волшебников, кроме одного и самого главного. Такие факты не очень порадовали Волан-де-Морта, когда он услышал, что мы в основном оборонялись. Ну конечно, ублюдок, тебе мало одной смерти. Наконец, обсудив предположительные планы захваты Министерства Магии летом, мы были свободны. Как только мы вышли из зала, я кинулся в свою комнату, отбросив ладонь мамы, которая хотела мне что-то сказать. Завернув за угол, быстро побежал подниматься по лестнице. Тори, пожалуйста, будь сейчас там. Только не уходи никуда. Врываюсь в свою комнату, широко распахнув дверь и осматриваю каждый угол. Кровать, гардеробная, ванная. Ее нет. Черт! Черт! Я знал. Я так и знал, что она не усидит на месте. - Блять, да что же это такое! - ударил кулаком в стену и нервно перебирался по комнате. Еще раз осмотрел ее. Нет чемоданов Тори, ее духов и косметики, стоящих на моем комоде. Она ведь не уехала насовсем? Не сбежала навсегда? Нет, это было бы глупо, только получив черную метку. С ней найти Волан-де-Морту предателя будет проще простого. Ты же умная девушка, ты не могла. А что если, она ушла в другую комнату? Да, захотела побыть одна или подумала, что мы не будем сейчас ночевать вместе, потому что это не поймет моя мама? Снова сорвался с места и побежал в то место, где она ночевала, когда приезжала зимой. Несколько шагов от моей комнаты и я раскрываю эту дверь. Был слышан звук воды, доносящийся из ванной. Чемоданы стояли возле зеркала. Она здесь. Слава Салазару. Облегченно вздохнув, направился в ванную. Белая растянутая раковина была замарана алым цветом, смешанным с водой. Ее тело стояло слегка согнутым над водой и руки смывали раны. - Ты не сбежала. - медленно подошел к ней и она повернулась ко мне. Рана оказалась глубже, чем я думал. Стекло прорезало ей выходящую из виска линию, которая остановилась на щеке. Выглядело так, будто острым когтем Тори ударил оборотень. Из только что промывшегося пореза выступала новая кровь. Достав палочку, направил ее на рану. - Эпискеи. - произнес я и кровь тут же перестала течь. - Я справлюсь, Драко. - хмыкнула она и взяла свою палочку. - Вулнера санентур. - медленно прочитала заклятие и посмотрелась в зеркало. Этой раны больше не было. - Тебе нужно научить меня использовать это заклятие, еще не раз жизнь спасет. - сказал я и подошел к ней ближе, развернув к себе. Осмотрел лицо, убеждаясь, что больше нет порезов или крови. - У тебя болит еще что-нибудь? - Немного гудят ноги от падения, но ничего серьезного. - сухо ответила она. Тори не смотрела мне в глаза. Я понимаю, что это значит. Сейчас ей очень тяжело от произошедшего. Как бы она не пыталась скрыть это, но все эмоции я прочитаю. Для этого мне не нужно залазить к тебе в голову и читать мысли. - Ты напугана? - спросил ее тихо я. - Я чуть не убила его, Драко. - продолжая утыкаться своим взглядом мне в грудь, ответила она. - Он взбесил меня, не успокаивался, не принял свое поражение. Отец разозлил меня и я плохо помню, как все произошло. Я взял аккуратно взял рукой ее за подбородок и поднял лицо. Из глаз готовы были выйти первые слезы, они показывали сочувствие и жалость. Моя Тори точно не была и не будет злодейкой. Она может запутаться, думать, что поступает правильно, но в ней присутствует та отличительная рассудительность, совесть и доброта, которыми не могут быть наделены Пожиратели. Они, в свою очередь, убьют не для самозащиты. Лишь для утешения, веселья, упоения, жаждая пролить как можно больше крови и кинуть Непростительных. - Но ты остановилась и не убила его. - смотрел в ее кристальные очаровательные грустные глаза. - А любой другой Пожиратель бы убил, не церемонясь. Возможно, твой отец заслужил этого наказания. - убеждал ее я, хотя сам так не считал до конца. Да, Сергиниус определенно должен был поплатиться за пренебрежительное отношение к дочери, но не такими методами. - Теперь я стану прогнившей душой. - истощенным голосом посмотрела она на свою метку. Я остановился на татуировке, из-за которой кожа Тори была красной. Надеюсь, Волан-де-Морт сдохнет самой худшей смертью за всю историю волшебников, иначе все наши жертвы были напрасны. Я опустил ее руку и взяла за плечи. - Даже не думай об этом. Ты один самых светлых людей, которых я знаю. Именно твои слова убедили меня поменять сторону и открыли глаза, что есть шанс. - я погладил ее плечи. - Человек, который желает спасти своих близких и избавить мир от ужаса, не может стать плохим и ходить с прогнившей душой, Тори. Не принимай на свой счет все, что произошло сегодня. Ты не могла поступить иначе, Сергиниус сам это спровоцировал. Зрачки в ее глазах задрожали, брови и губы сомкнулись. Из глаз тут же полились слезы. Я прижал ее к себе и ноги Тори ослабли. Мы опустились на пол и отчаяние моей девушки стало громче. Заключив ее крепче, гладил медленно по голове и терпеливо ждал дать ее чувствам вырваться наружу. Она долго держалась и справилась с самой главной задачей. Настолько сильных девушек я еще не встречал. Ты точно изменишь мою жизнь, Тори Розье.