Re:Love

До сегодняшнего дня Субару никогда не приглашали на ночевку. Вернее, он никогда на них не ходил, приглашали его или нет. Хотя идея провести ночь в компании друзей казалась неплохой, мать не раз говорила ему, что если бы там были девушки, то для такого человека, как он, все стало бы очень неприятно. Поначалу он не понимал, что она имеет в виду, и у юноши были все основания чувствовать себя законно обиженным за это. Но когда Эмилия объяснила ему, что леди Хосин собирается остаться на ночь в поместье и быть их гостьей с ночевкой, он понял, что нужно многое уладить и о многом побеспокоиться. Даже когда ему сказали, что там будет Мими с братьями и сёстрами, он понял, что это скверно. Особенно когда он был единственным взрослым мужчиной в комнате. Он возразил, что Юлиус тоже должен быть там, но рыцарь отказался, сославшись на то, что "рыцарь не должен вторгаться в комнату, где спят дамы, без уважительной причины". А Субару не был рыцарем, поэтому у него не было причин "обижать" свою даму, пытаясь уклониться от этой "обязанности". Даже ему было ясно, что это ужасная идея, но он не мог определить, относится ли его беспокойство к его даме или, может быть, к самому Барусу. Это было, конечно, странное развитие событий, но он знал, что у него нет особого выбора. Итак, он сидел в комнате Эмилии на полу возле кровати, пока обе королевские кандидатки... разговаривали. Больше всего разговоров вела Анастасия, что явно было попыткой занять доминирующее положение в комнате. Эмилия ограничивалась короткими репликами и кивками, стараясь не подавлять в себе очаровательное умение Анастасии вести диалог. Как преуспевающий торговец, она была ожидаема, и все же это было очень неприятно. Единственным спасением для Субару было его общение с тройняшками, за которыми он ухаживал: одной "большой девочке" поправили волосы брошью. Мими была в восторге от сложившейся ситуации. Она превратилась в "мини-петру", как только подошла достаточно близко, чтобы испытать его ловкие руки, но не похоже, что она унаследовала одержимость обычной девочки. Она была довольно покорной, но, казалось, вполне спокойно позволяла другим участвовать в этом занятии или даже отступала, если видела, что Субару слишком устал для этого. Сами мальчики терпеливо ждали своей очереди, переводя взгляды то на него, то на сестру, то на близнецов, ожидающих у края кроватей. На Рем, в частности, иногда бросали "умоляющие взгляды", поскольку она уже показала, что умеет обращаться с ними так же бережно, но, несмотря на краткие моменты желания в ее выражении, синеволосая служанка держалась рядом с братом и сестрой. И вряд ли Рам была заинтересована в том, чтобы "рисковать" собой и сестрой, вступая в схватку с потенциальными противниками. Она была ошеломлена тем, что Субару мог пойти на такое, но по тому, как тройняшки реагировали на его прикосновения, старшая служанка поняла, что это пошло им на пользу. Это было странное зрелище, но, по крайней мере, казалось, что он знает, что делает. Однако если с виду ситуация выглядела довольно простой, поскольку группа из шести человек "наслаждалась" ночевкой, то на самом деле одна фиолетововолосая девушка уже успела продумать несколько деталей, чтобы сделать все еще более захватывающим. На самом деле ей пора было придать этому событию еще больше пикантности. "А теперь мне нужно в уборную. Если можно..." "Вы можете идти" радостно вмешалась Эмилия, но Анастасия улыбнулась еще шире, чем было на ее лице. "Тогда вы не будете возражать, если я возьму Субару в качестве своего проводника" хитро упрекнула девушка, на этот раз окончательно поразив Эмилию в ее неуверенности в себе. И полуэльфийка отреагировала на это: раздраженный взгляд легко сменился безмятежным, который она только что приняла. "Ты можешь попросить Рем или Рам". "Но я бы хотела, чтобы кто-нибудь не смотрел на меня, как на вредителя~". Субару был в полной заднице. Или он так думал, если только не найдет способ обхитрить девушку, которую сопровождал в туалет. Это было так... страшно. У всех кандидаток были средства защиты от возможных проблем, у всех, кроме... самой Анастасии. Сначала он был шокирован, когда Рем заговорила об этом во время их пребывания в столице, еще в предыдущем цикле, но теперь он понял, почему это оправдывает то, что она набрала гораздо больше "качественных людей" для вооруженных сил/безопасности по сравнению с другими. Сейчас, даже зная, что сможет одолеть ее, юноша чувствовал себя рядом с девушкой нервно. Это было то, как она вела себя рядом, как держала себя. Это не было высокомерием, которое демонстрировала Присцилла, это была вполне законная уверенность. И исходила она от той, кто был физически и магически слабее его. И женщина прекрасно знала об этом, судя по тому, как она вела себя рядом с ним, пока они были одни. " Юлиус, вероятно, остался в своей комнате. Не отдыхает пока, а ждет несколько часов, прежде чем позволить себе лечь в постель" прокомментировала Анастасия, когда они бродили по коридорам поместья. Девушка подошла к нему ближе, обхватив его руками. "Ночью здесь довольно жутко". "Как и любой другой ночью". Ее губы дрогнули. "Но вы здесь. Мой "рыцарь" в сияющих доспехах. Или ты предпочитаешь "советника" для такого случая?" "Я предпочитаю не оставаться с тобой наедине". Резкость была оправдана, и все же Анастасия ухмыльнулась. "Я знаю, правда? Я могу быть очень настойчивой, когда хочу". Она как будто гордилась этим, что его очень раздражало, так как она была очень быстра на ногах. Это была не простая милая девушка, пытающаяся изменить мир к лучшему, как Эмилия, - это был хороший игрок, который добивался побед дипломатическим путем благодаря своим прагматичным взглядам на правила и власть. "Расскажи мне, Субару" тихо произнесла девушка, которую, однако, весьма забавляло то, в каком настроении находились оба. "Как юноша с твоим умом оказался рядом с такой леди Эмилией?" "Мы просто... встретились на столичном рынке". "Вы встретились... без всякого плана? Это довольно неожиданно" удивилась она с ноткой насмешки. "Тем не менее, вы присоединились, поговорив с ней. Она вам что-нибудь обещала? Что-то, что могло бы подтвердить вашу ценность?" Теперь ему стала ясна цель этой встречи. И Субару это совсем не понравилось. "Она мой друг". "Значит, ты хочешь сказать, что она заполучила тебя, будучи твоей подругой... Это интересно" хмыкнула девушка, но не стала продолжать прогулку, внезапно замолчав. Так продолжалось до тех пор, пока они не дошли до туалета. "Вы не могли бы остаться внутри? Я бы не хотел, чтобы меня застал в засаде какой-нибудь убийца, высунувшийся из окна". Его глаза сузились, глядя на женщину. "Серьезно?" "Да. И если ты будешь подглядывать, я не буду возражать~". Он покраснел, но согласился, так как знал, что в этом есть доля правды. Пережив почти удачное убийство и удачное покушение... да, Субару не стеснялся того, что такое возможно. Анастасия, наконец, изобразила удивление, когда он кивнул, и разочарование, когда он просто вернул ее обратно, когда она уселась на унитаз. Сначала была тишина, потом Субару решил в кои-то веки заговорить первым. Его уже давно контролировали в этих разговорах, и ему это не нравилось. Поэтому он посчитал себя вправе ответить чем-то своим. "...Почему вы назначаете цену всему и всем?" Вопрос, хотя и простой по сути и в некотором смысле довольно обидный, вызвал у Анастасии реакцию, отличающуюся от той, которую она проявляла раньше. Может быть, это было неожиданно? "Ну, люди - это предметы, если за них правильно заплатить". "Правда?" поинтересовался Субару. "Конечно" категорично возразила Анастасия. "Люди готовы на все ради денег". "...На что угодно?" "Ага. Ты глухой?" "Нет" спокойно ответил Барусу. "Однако я думаю, что ты ошибаешься". Она фыркнула, почти насмешливо. "Как это?" "Люди не будут делать какие-то вещи за деньги". "Это смешно". "Какова цена того, что вы бросите компанию?" "Примерно тысяча золотых". Молодой человек лишь кивнул. "А как насчет того, чтобы дать отсрочку Мими и его брату или сестре?" Тут Анастасия почувствовала, что ее пыл снова ослаб. "Это... если без предупреждения, то по двадцать золотых. Если с уведомлением, то по десять". Анастасия улыбнулась, забыв о том, где сидит и что делает, так как ее мочевой пузырь расслабился в момент беспокойства, и она осталась "на виду", пока молодой человек продолжал ее прикрывать. "И сколько тебе нужно, чтобы стать рабыней?" В вопросе не было злого умысла, но Анастасия почувствовала, как при этих словах открылась старая рана. В памяти промелькнули воспоминания о том времени, когда она была маленькой сиротой. Сколько всего она сделала, сколько раз ей пришлось отказаться от своей гордости и морали, чтобы получить нужные ей монеты, сколько всего ей пришлось сделать, чтобы избавиться от долга и спасти Рикардо от рабства... И наконец ее осенило. "Нет." Субару моргнул. " Нет?" "Да, нет. Я не приму никаких денег, чтобы продать свое тело или душу кому бы то ни было". Опять нет, больше нет. "Тогда люди не стали бы делать все за деньги". "Да, не стали бы. Я ошибалась. Но большинство вещей они бы сделали". "Тогда это совсем другое дело. Кто бы не делал что-то за деньги?" Ее губы дернулись, она поняла, что попала в довольно хороший узел собственной логики. "Тогда, что бы вы сделали за деньги?" Анастасия снова взяла себя в руки, понимая, что должна перейти в наступление. "Скажем, если бы мне захотелось, чтобы со мной обращались, как с капризной королевой, и чтобы кто-то вылизывал меня дочиста после того, как я помочусь. За сколько бы ты хотел сделать это для меня~?" Грубоватый возврат, но он не был продиктован только похотью. Да, она была слегка возбуждена таким обращением. Ее упрекали так искренне, так гордо, а он был таким... таким занятным. Он был красив, не так, как Юлиус, но определенно входил в двадцатку ее любимых парней, и он... вызывал у нее головокружение от вызова, который он бросил ей. Кто бы мог подумать, что во время перерыва в туалете около полуночи она заведет философскую беседу о своих взглядах на мир. Вероятнее всего, все закончилось бы потерей девственности, так что... Полагаю, это небольшое поражение. Он фыркнул. "Нет, я не буду этого делать". "А что, если я пообещаю свой первый раз и утренний оральный сеанс после того, как эта ночевка закончится?" Субару, как ни странно, остался при своем мнении, его щеки едва покраснели от похотливых предложений. "И снова нет". Анастасия надулась. "Почему?" "Потому что ты пытаешься отбить меня у Эмилии, используя близость как "нечто более ценное", чем дружба". ...У Анастасии выпала челюсть. "Как..." "Это то, как вы вплетаетесь в разговор. Моя мама однажды сказала мне, что люди, пытающиеся что-то продать, стараются обойти возможные предложения и цены, чтобы склонить клиента к покупке. Сейчас ты пытаешься продать себя как похотливую, но добрую особу, которая будет "лучше" Эмилии с теми преимуществами, которые ты предлагаешь" вмешался Субару, произнося речь, к которой Анастасия не была готова. "Именно поэтому я могу сказать, что вы неискренни с этим предложением, потому что вы предпочли сделать такое "высокое предложение", а не "низкое". Вы цените дружбу и личные чувства больше, чем физические достижения". ... Анастасии захотелось поаплодировать этой мужской правдивой фразе. Это было неожиданно, это поразило ее и... она была безумно рада. Тем не менее, она признала его правоту. Торговец охотно предоставил ее либидо в качестве товара, чтобы он испытал его на себе, желая убить двух зайцев одним выстрелом: заполучить себе умного жеребца и превзойти глупую полуэльфийку, которую она планировала соблазнить позже. "Как насчет дружбы? Моей дружбы?" спросил юноша, смутив девушку своим предложением. "Я буду твоим другом". Вот это было уже оскорбление. "У меня есть друзья..." " Есть?" Ее рот открылся, а потом... закрылся. Молодой человек зацепил ее весьма своеобразным вопросом: сколько же на самом деле друзей у Анастасии? Рикардо был ей обязан, тройняшки тоже шли за ней, после того как она вытащила их из жалкой жизни и дала им лучший шанс на жизнь - большинство ее сил были направлены на нее либо из-за денег, либо из-за морального долга. А Юлиус? Он был ее рыцарем по поручению и с оплаченным контрактом. Ехидна? Да, они много общались и были довольно близки - но ситуация духа была уникальна: ей нужна была Анастасия. Ей нужна была такая, как она, чтобы поддерживать свое существование. Это была симбиотическая сделка, и не такая уж выгодная для Анастасии, как для Ехидны. А как же... Субару? Он ничего ей не должен, ему не нужны ее деньги, и его просьба была высказана без ожидаемой платы за это. Если только он не лгал, и она собиралась это выяснить. "Что мне теперь делать? Ведь ты дал мне нечто важное. Дружба - это больше, чем просто союз". "...Ничего." Ее голубые глаза сузились. "Секс?" "Нет". "Вы хотите, чтобы я стала рабыней вашей госпожи?" Он слегка покраснел при слове "госпожа". "Н-нет!" Ладно, это очень мило. "А как насчет... Я не знаю." "Я ничего не хочу. Я хочу быть твоим другом просто ради этого" надулся он, и она... позволила себе это. Закончив с туалетом, она подошла к Субару, молодой человек заметил ее приближение и повернулся, чтобы посмотреть на нее. На лице Анастасии появилось решительное выражение, как будто она задумала что-то хитрое. "Тогда, если ты мой друг, я хочу тебя обнять". И она вдруг погрузилась в объятия. Не было никаких ощупываний, никаких блуждающих рук, и... он очень приятно пах. Она медленно ответила на этот жест и почувствовала, что слегка ошеломлена им. Нет, подумала она, нельзя прекращать и плакать. Не из-за такой мелочи, не из-за этого. "Ну хватит" нервно пробормотала она, чувствуя себя так неожиданно застенчиво и глупо. "Я хочу, чтобы ты держал меня за руку, когда мы будем возвращаться в комнату Эмилии". Он и на это согласился, так безупречно и легко. Это почти раздражало, как хорошо он это делает и как это заставляет ее чувствовать себя так ярко. Она была амбициозным торговцем, который не оставит людей умирать, если это принесет ей прибыль. Но она боролась с парнем, который был моложе ее и совершенно не разбирался в местной политике и взаимоотношениях. Да, теперь Анастасия была уверена в этом. Она была безнадежно влюблена в болвана. По крайней мере, он был очарователен. ---------d-d-d-d----------- П.А. Анастасия влюбилась по уши, и для этого нужно было "так мало". Я бы не сказал, что она прямо влюблена, но она рассматривает Субару как потенциального жениха, поскольку они оба с легкостью влезли друг другу в души своими словами.