Re:Love

Предупреждение: В этой главе есть некоторые необычные сцены. Киты - мерзкие существа, особенно магически-демонические. Субару никогда не читал "Моби Дика", но он был уверен, что ничто в нем не могло подготовить его к борьбе с огромным летающим белым китом. С другой стороны, он сомневался, что кто-то из команды знал, что делать - даже гарнизон выглядел неспокойным и не знающим, что предпринять, а их командир ограничивался лишь " убийством кита" и... больше ничем. Этого было мало - на самом деле, этого даже не хватало, чтобы успокоить все опасения в городе, что они действительно смогут остановить монстра. Эмилия хотела быть храброй ради них, но она не могла найти выход из своего собственного ужаса, и никто не мог винить ее за это. Белый Кит прожил достаточно долго, чтобы его считали чудовищем, которое невозможно уничтожить, и его легенда служила дополнительным фактором страха, помимо его могучей формы. Раны Эльзы подтверждали не только то, что Кит уже на подходе, но и то, что его управляющий - это не то, с чем они будут иметь возможность столкнуться напрямую, и им повезет, если она не примет участия в нападении. Еще стоит сказать о странной реакции Эмилии на упоминание девушки с белыми волосами, одетой в белую одежду с голубыми деталями. Казалось, это пробудило в ней какое-то смутное чувство узнавания, но она отмахнулась от него, когда Субару поинтересовался, не видела ли она ее раньше. Она узнала Пандору, но не могла вспомнить, где именно. В данный момент Барусу это мало волновало. На самом деле, проблем у него было две: Рем, несколько раздосадованный тем, что ее попытка склонить его к сексу провалилась, и то, что Эльза с удовольствием использовала его искреннюю заботу о ней, чтобы еще больше раззадорить служанку. Она просто обладала даром подгадывать время, чтобы толкнуть его в грудь, пока служанка была рядом, но с Эмилией она ни разу не попробовала этого сделать. Возможно, она опасалась, что получит ледяной удар от полуэльфа, но... было и то, что ее радовало. Субару не был так расстроен таким поведением, потому что, по его мнению, она как бы заслуживала поблажки за то, что потеряла конечность, просто разведав обстановку. Она рассказала им достаточно, и ее лояльность в этом вопросе не вызывала сомнений, но в ее поведении прослеживался и намек на удовольствие от того, что ей потакают в его обычной манере. Она оценила - не слишком сильно, но внимание ей определенно понравилось. Все приготовления были закончены, но Субару пришлось долго ломать голову с капитаном гарнизона по определенной причине. "Мы - группа, состоящая в основном из мечников, использование луков и стрел не..." "Это поможет, черт возьми! Это летающая мишень, и у нас есть несколько магов, это буквально основы ведения войны". Это было глупо. Зачем использовать мечи против летающего существа? В конце концов, компромисс был найден, и Барусу показалось, что у них есть шанс сразиться. Правда, на данный момент это была глупая мечта. Кит появился, и передовой разведчик с испуганным видом побежал обратно в город, а затем присоединился к защитникам у стены. Вскоре кит уже вырисовывался в темноте созданных им облаков. В него полетели стрелы, какие-то улучшенные, какие-то нет. Магия не должна была пробивать естественную броню зверя, но заклинания, которые следовали перед физическим залпом, были призваны "размягчить мясо". Говоря простым языком, шкура зверя была ослаблена настолько, что некоторые стрелы могли пробиться сквозь нее. И это действительно было так. Снова заклинания, на этот раз стрелы, а Эмилия помогла заморозить жабры кита и перекрыть ему возможность дышать. Этот ход Субару планировал и спросил Пака, возможно ли это из-за естественной защиты кита от магии. Технически? Нет. Практически? Это можно сделать, если сосредоточиться на том, чтобы удерживать заклинание над жабрами. Борясь, чудовище замедлило полет, а затем и вовсе потеряло высоту. Вскоре произошло бесславное падение на землю, и обновленные воины бросились колоть поверженное чудовище. Безусловно, это была глупость, но она была продиктована отчаянием и злостью. Они знали, что чудовище может убить их и еще больше, если они ничего не предпримут, и командир вбил эту мысль в их богобоязненные черепа. Кит метался вокруг, беспорядочно врезаясь в здания и нанося многочисленные ранения бойцам и мирным жителям. Это была кровавая бойня, но и монстра не щадили - на его толстой белой шкуре появлялись многочисленные раны. Оно заревело, но это был не магический удар, а призыв к боли. Это был рев, в котором животное понимало, что приближается его смерть. Жестокость продолжалась еще некоторое время, но Субару, возможно, был ошеломлен последним движением, прежде чем, казалось, умер перед жестоким натиском, которому он подвергся. Эмилия заметила, что и Рем, и Эльза попытались зайти, но не нашли возможности нанести удар из-за его огромных размеров. Полуэльфийка нанесла несколько ледяных ударов, которые пронзили и расширили видимые раны, а цепь Рем с шипами на конце не изменила своего направления, несмотря на силу удара, когда тварь попала в нее. Он сдвинулся в сторону, земля задрожала, а темп движения чудовища поверг его в холодное оцепенение, отвлекшее его. Он назвал это ошибкой, которой кит с удовольствием воспользовался, открыв пасть и быстро проглотив его. Хорошая новость - Эмилия не попала в эту быструю отчаянную атаку, так как Субару специально оттолкнул ее с траектории, плохая - его внезапно затянуло в глотку зверя и в его желудок. Путешествие было неприятным, а место назначения - еще более отвратительным, чем он мог предположить. Субару не читал "Пиноккио", но он был уверен, что пребывание в пасти кита не должно было так ужасно отразиться на его теле. Газообразная кислота впивалась в его одежду, а кожа слегка горела. Он чувствовал, как воздух проникает в легкие, а глаза становятся красными и опухшими от отвратительного газа. Ему казалось, что все здесь стремится убить его, и от одного неверного шага его левая нога оказалась в луже кислоты. Мучительная боль оборвала его мысли, мозг запылал, когда он увидел, что его нога прожарилась до костей, отчего он не почувствовал ничего и упал на теплую, но неприятную поверхность желудка, которую не тронула кислота. Временная передышка, поскольку уровень кислоты в желудке все возрастал, и монстр был готов переварить его как последнее, что он сделает в своей жалкой жизни. Его мозг болел, душа кричала, а мир разрушался от боли и ужаса. Но когда он застыл на месте, когда он снова умирал, понимая, что его усилия бесполезны из-за того, кто может обойти его силу цикла, спасительная благодать проявилась в одном тихом голосе, который пронесся в его сознании и оставил его в недоумении и немоте. "Кто... здесь? Нет. Не "здесь". Это... там. Это кит? Как?" В бессвязном вопросе возникла пауза. "О... О, Боже. Кто-то был поглощен им? Как необычно - запланированная добыча превратилась в хищника. Забавно, но в то же время удручающе. Как это произошло?" Он не мог ответить, но голос, похоже, не беспокоился. "Это как-то неправильно. Ехидна? Нет, она не настолько глупа. У нее не было бы причин тратить силы на это... Мое творение - мое, кто бы мог быть настолько глуп, чтобы..." "У-убей его" глупая ошибка, но Субару вложил в эти слова свой последний вздох. "О, убить его? Ты хочешь убить кита? Хакугея? Мое творение? Зачем?" Тишина снова приветствовала голос, и Субару почувствовал, как замедлилось его собственное сердцебиение. "Понятно. Кто-то превратил его в нечто иное. В то, чем оно не должно было быть. С голодом не справились, он стал больше. Это глупое дитя, она не понимает этого. Она не хочет этого понимать. Но как ей быть, ведь голод - не единственный ее страх?" Наступила пауза, затем хмыканье. "Понимаю, понимаю. Не бойся, ты... э-э, возлюбленный Сателлы? Да, возлюбленный Сателлы, кажется, подходит... И все же я думаю, что у меня есть решение этой проблемы. Но помните, голод - главная забота кита. Ничего другого, так что, пожалуйста... хоть раз отдайте ему должное. Чтобы мне не пришлось страдать от своего проклятия еще больше, чем раньше". Ладонь слегка жгло, но руки уже давно онемели, так что он почти не ощущал этого. Шансов на выживание не было, и он знал это, но... Теперь он понимал, что есть надежда на... будущее. Или, скорее, на прошлое. Жжение кислоты и ужасный запах человеческой плоти, шипящей на фоне демонической жидкости, еще раз подтвердили, насколько слабо он контролирует свое тело, когда он даже не чувствует боли и не имеет причин реагировать - ни сил, ни желания что-либо предпринять. Он знал, что этот цикл уже закончился, но следующий будет... интереснее. Он потянулся, встал с кресла и начал пробираться к своей комнате. Первым признаком того, что что-то случилось, стало то, что дверь не была закрыта на ключ. Он специально закрыл ее, чтобы избежать неожиданностей. Он остановился у ручки, думая, не шутка ли это Эльзы или, может быть, нахальный ночной визит Эмилии, но... отстранившись, он взглянул на свою ладонь - на ней была метка кита. Их связь существовала, несмотря на цикл, и теперь... теперь он мог что-то с этим сделать! На этот раз Пандора не поймет, что ее сразило. ------d-d-d-d------------ П.А. В следующий раз Субару будет очень много разговаривать. В частности, о том, как понять, кто подарил ему эту метку, и почему она сказала, что Кит - ее творение. Причина, по которой "она" могла общаться с ним, связана с биологическим/магическим элементом внутри кита, который станет известен в следующей главе. Это немного не каноничный элемент, но я думаю, что кто-то вроде Дафны захотел бы каким-то образом узнать, каким хреном занимается ее летающая еда, пока она не находится рядом с ней или на ее тарелке.