Любить его - очередной мой грех?

У каждого из нас много грехов. Грех - не обязательно убить кого-то. Грехом может быть обман. Воровство. Причинение боли, не важно, моральной или физической. Но вот любить - грех ли это? Если ты считаешь, что твоя влюблённость неправильна, пытаешься отказаться от неё, быть самим собой но терзаешься этими нескончаемо теплыми чувствами то ты согрешил?..

Ночь. На кухне раздался тихий писк. Свет холодильника резанул по глазам. Проморгавшись, Феликс все еще щуря глаза достал упаковку сникерса и стараясь не шуршать тихонько принялся в темноте искать тарелку и еще что-нибудь сладкое. Зачем спать, когда можно потратить время на что-то поинтереснее? Ночь своей тишиной интригует, пугает. Ужастики становятся более атмосферные, может, даже сладости вкуснее. Правда, они стали пропадать из этого полного хаоса дома. Хотя чего он хотел ожидать от места где теснятся восемь совершенно разных парней? Вару оглядел свою личную комнату и полез в тарелку. Пусто. Вздохнув, парень поправил очки на носу и нехотя сполз с кровати. Плетясь к кухне, Пятый уже по дороге заметил что-то неладное. Замерев у двери на кухню он прислушиваясь услышал чей-то тихий писк. Через время послышался шелест какой-то упаковки. Машинально отметив, что это может быть вкусняшки, Вару решил для себя что поймает воришку сладостей. Резко распахнув дверь он сам не понял как упал на пол. Феликс пересыпа́л остатки попкорна к себе в тарелку и гадал, кто оставил упаковку вот так лежать на кухне. Набрав себе разнообразных вкусностей парень так же тихо подошёл к двери и взялся за ручку. Дверь резко распахнулась и столкнувшись с кем-то Феликс полетел на пол. Последовала небольшая возня и вскоре Вару навис над Феликсом прижав его к полу. – Блять... Дерьма кусок! Я из-за тебя чуть очки не разбил! Че не спим? – Вару! Отпусти! – Это был риторический вопрос. – А ты почему не спишь? А что очки разбил то ничего, хоть синяки под глазами твоими увидем. Лицо Вару перекосилось от ярости и он замахнулся что бы влепить пощёчину Феликсу тем самым дав возможность ему выбраться. И началась драка. – Несуразица! Жадность! Вы, оба - два недоразумения! Идиоты! Стараясь не заржать Вару опустил голову и слегка дергал плечами в беззвучном смехе. Четыре часа ночи, а Куромаку стоит перед ним и Феликсом в пижаме и читает нотации. Что касается Желтого... Видок у него был плоховатый. Разбитое колено, опущенная голова, синяка на плече походу тоже не избежать. Но самое ужасное, как посчитал сам Феликс это то что его на неделю лишили сладкого. Вару со смехом вспоминал фразу Четвертого "сахар - это дофамин, а дофамин - это гормон счастья. Значит, чем больше сахара, тем больше счастья!". М-да, походу Феликс это неделю счастлив не будет. Вдруг улыбка на лице Вару пропала, появилось непонятное, новое чувство к... Феликсу? Жалость?! Нет, бред полнейший... От тяжких мыслей его оторвал внезапный подзатыльник. – Эй! Совсем охренел, Курилка?! – Прошу более деликатно выражаться. Голос Куромаку звучал четко, громко и ясно, так что Вару просто скривил недовольную мину. – Не, ну че ты прям совсем скис? Это ж неделя, переживешь как-нибудь. Вару хлопнул Феликса по спине. Четвёртый вздрогнул и немного непонимающе посмотрел на Вару. – А?.. Да да... Конечно... – Братан, да все норм будет! Будь мужиком! Вару усмехнулся. Феликс слегка улыбнулся в ответ. – Интересно, когда я тебе братаном стал? – После того как выбил мне зуб. – Серьёзно? Желтый выгнул бровь. Вару засмеялся. – Давай спать. Завтра разберёмся. Пожав друг другу руки парни разошлись по комнатам, но долго не могли заснуть, ощущая что немного сблизились друг с другом.