Двойная измена

Два поворота ключей в замке и громкий хлопок входной двери, оповещающий о чьем-то приходе, отрезвляет двух трахающихся парней друг от друга. - Милый, я дома! - слышится шорох уличной верхней одежды и стучащих об пол знакомых ботинок. Минхо подрывается со смятой простыни, выходя из растраханного прохода другого парня, тоже в спешке собирающегося. Ли впопыхах натягивает боксеры, поверх которых надевает домашние растянутые штаны. Его волосы в беспорядке разбросаны по голове, а в глазах пелена от недавнего удовольствия. Стояк все еще четко видно сквозь тонкую ткань спортивок, но страх быть застуканным своим возлюбленным остужает возбуждение, выбрасывая в организм тонны адреналина, заставляющего трезво мыслить. Он оборачивается на брюнета, натягивающего свою безразмерную серую футболку. Хван оборачивается на Минхо и, с паникой в глазах, усаживается на уже заправленную кровать. Ли недолго думает, окидывая спальню взглядом, и кивает головой на шкаф. - Лезь туда, - командует он парню и видит в чужих карих глазах немой вопрос. - В шкаф? Ты рехнулся? – а нет, вопрос все-таки становится озвученным. - Есть другие какие-то идеи? Сейчас зайдет Феликс, и думать будет поздно, не драматизируй и лезь в шкаф, Хенджин. Минхо помогает спрятать высокое тело младшего в занавесах пальто и рубашек, параллельно прислушиваясь к то затихающим, то отчетливо слышным шагам по квартире. Он закрывает скользящую стеклянную дверь, которая с грохотом стукается об стенку шкафа, и грузно выдыхает, опираясь ладонью на стекло, утыкаясь в нее лбом. Через секунду в проеме комнаты показывается другой член «семьи» Ли. - Ты в порядке, Хо? – он обеспокоенным взглядом окидывает нервного парня перед собой. «Не в порядке, в шкафу сидит, блять, чувак, которого я только что трахал на нашей кровати» хочется ответить Минхо, но он лишь качает головой. - Все хорошо, Ликс, не волнуйся, - он ладонью касается веснушчатой щеки, мягко поглаживая большим пальцем, от чего глазки Феликса прикрываются в полумесяцы, реснички трепещут, а на лице счастливая улыбка. – Голодный? - Да нет, я успел поесть на работе, лучше просто отдохну пока и поваляюсь в тик-токе. - Как скажешь, котенок. С этими словами он наклоняется к лицу младшего и, обхватив руками изящную талию, прижимает к себе, нежно целуя. Поочередно сминает каждую из маленьких губ, то и дело, проводя по ним языком. Из феликсова рта вырываются тихие постанывания, сквозь поцелуй, прямо в губы старшего. Ли медленно отстраняется от Енбока и внимательно смотрит в родные шоколадные глаза, наполненные нежностью и огромной любовью. - Схожу в душ, отдыхай. Минхо удаляется из комнаты. Уже забыв о том, что в шкафу все это время вообще-то сидит Хенджин, которого никто кроме самого Хо, видеть не должен. А сам парень, тем временем, даже дышать боится, потому что один на один остался с таким чертовски милым парнем своего любовника. Он прислушивается к шагам за дверцей, как шелестит рабочая рубашка и расстегивается молния джинсов. В следующий момент шкаф резко открывается, освещая Хвану вид, и он тут же затыкает свой рот тыльной стороной ладони, лишь бы не закричать случайно. Поджимает ноги ближе к себе, складываясь в комочек. Обхватывает их другой рукой и зажмуривает глаза, в надежде, что его не заметят. - Ты, блять, кто еще такой? Все. Это конец. Хенджин распахивает глаза, утыкаясь взглядом в нахмуренные бровки и суровый взгляд Феликса. Он неловко машет ручкой, его тут же за эту самую руку хватают и вытаскивают одним рывком из шкафа. Хван издает совсем тонкий писк, чуть не упав. Он выравнивается, потирая потянутую часть руки, и оглядывает парня перед собой сверху вниз. Тот в свою очередь, с плохо скрытым интересом рассматривает это невероятно красивое создание, которое, по всей видимости, только что трахалось с его парнем. Человек перед ним, необычно высокого роста, с длинными черными волосами, красиво струящимися по плечам, с невероятными глубокими глазами, и с невъебенно пухлыми губами, которые Феликсу почему-то очень хочется попробовать. - Эм, п-привет? – Хенджин немного заикается из-за волнения от реакции блондина. - Ты спишь с моим парнем у меня за спиной? Ты ведь прекрасно знаешь, что он не один и все равно не отказываешь ему в этом? – он пронизывающим взглядом следит за бегающими блестящими глазками и восхищается их искренностью. - Слушай, прости, правда. Я не знаю, почему я этим всем занимаюсь с человеком, у которого есть любимый парень. – Хенджин стыдливо прячет лицо в больших ладонях. – Просто он хорошо трахается. Это меня и привлекает. - Ладно, подожди. Сиди тут и жди меня. После этих слов Феликс разворачивается на пятках и стремительно идет к ванной комнате, где слышен звук воды. Он стучит в дверь и открывает ее. - Милый, сходишь в магазин за шоколадом и маслом? Хочу испечь брауни. - Конечно, котенок. Я уже почти закончил. – Минхо оборачивается на выглядывающую из проема голову парня и по-кошачьи улыбается. - Спасибо, я принесу тебе одежду, можешь не заходить в комнату. Ли закрывает за собой дверь и возвращается обратно в спальню, в которой на кровати в позе лотоса с самым задумчивым лицом сидит недавняя пассия его же парня. Он проходит к шкафу, достает пару вещей и относит их старшему. Снова заходит, запирая дверь на замок. Смотрит на брюнета, негромко прокашливаясь, тем самым привлекая такое нужное внимание, от столь привлекательного парня. - Значит, любишь, когда тебя жестко трахают? – вопрос застает Хенджина врасплох, и он пару секунд удивленно смотрит на Феликса. - Ну… Да? – наступает неловкая пауза, после которой Феликс направляется к кровати, вставая над парнем, смотря теперь уже на него сверху вниз. Хенджин всматривается в глаза стоящего над ним парня, пытаясь уловить там хоть долю раздражения, злости или хотя бы грусти. Любой нормальной эмоции, которая станет реакцией на измену, но не видит там ничего, кроме интереса и возбуждения. Он скользит глазами по веснушкам на белоснежной коже, которые хочется сцеловывать, по блондинистым волосам, в которые хочется зарываться в удовольствии, приятно оттягивая пряди у корней. В домашней футболке он выглядит совсем маленьким, но это не мешает Хвану хотеть ему подчиниться. К его лицу прикасается маленькая ладошка, любовно оглаживающая щеку, и Хенджин поддается этому касанию, притираясь ближе, прикрывая глаза в трепете. А затем его хватают за подбородок, притягивая к себе и Хенджин чуть ли не падает, но успевает опереться руками в покрывало перед своими ногами, оказываясь перед Феликсом на четвереньках. Теперь в хенджиновых глазах читается испуг, которому Ли умиляется и хитро ухмыляется. - О да, сейчас я понимаю, почему Хо так нравилось трахать тебя, – он надавливает большим пальцем на нижнюю губу, проталкивая его во влажный рот и водит по языку. Глазки бусинки покорно смотрят на Феликса и от этого взгляда внизу живота у парня становиться тепло и приятно стягивает. – Как твое имя, киса? Хенджин выпускает палец изо рта с влажным чмоком, от которого тянется ниточка слюны к губам парня. - Хенджин. Хван Хенджин. Оба вздрагивают от громкого голоса Минхо, оповещающего об уходе, сопровождающим свои действия хлопком двери. - Теперь ты можешь не сдерживаться, Джинни. Ли притягивает его за шелковистые волосы к своему паху, вдавливая того лицом в образовавшуюся выпуклость. Хенджин елозит кончиком носа по члену, скрытому за тонким материалом домашней одежды. Он встает на колени, руками пробираясь к кромке штанов, развязывает шнурок и стягивает мешающую ткань. Следом сразу же стаскивает с младшего боксеры и, не сдерживаясь, лижет стояк от основания до головки, заглатывая самый кончик текущего органа. Во рту Хвана приятно. Влажно и горячо, а его язык обсасывает каждую венку на члене. Феликс закатывает глаза в блаженстве, отдаваясь наслаждению и, только лишь немного, управляет головой брюнета. Ноги становятся ватными и устоять на них немного сложная задача, но парень терпит, потому что это лучший минет в его жизни. - Ты такая умница, господи. Похвала на Хенджина действует как-то по-особенному, побуждает стараться лучше, чтобы Феликс больше хвалил его. Он берет глубже, старается расслабить горло, пропуская красную головку внутрь. Член утыкается в заднюю стенку глотки и старший давится. По его подбородку течет слюна от неимения возможности сглатывать, глаза слезятся из-за того, что путь воздуху перекрыт. Глаза Феликса загораются от этой картины. Он не знает, что движет им в данный момент, но соблазнительно выглядящий Хван, с его членом в своем горячем рту, заставляет творить что-то за гранью нормального. Маленькая твердая рука сильнее сжимает черные волосы, устанавливая свой темп. Изо рта Хенджина сначала медленно вытаскивают возбужденный орган, водя им по губам и шлепая красной головкой по щекам, а потом одним толчком заполняют глотку полностью, вдалбливаясь в заднюю стенку. Из глаз Хенджина тут же брызжут соленые слезы, и он пытается отстраниться, но никто не дает это сделать. Феликс с садистским наслаждением наблюдает за красными глазами парня, за его безрезультатными попытками освободиться из милых лапок младшего. Он продолжает таранить глотку парня, практически не обращая внимания на того, но все же иногда следит, чтобы всего этого не было слишком много для Хенджина. Заканчивая парой мощных толчков, он выходит из разъебанного рта. Хван тут же закашливается и сглатывает накопившуюся слюну. Кистью руки вытирает мокрый подбородок и щеки. Не успевает даже опомниться, как его хватают подмышками и толкают к изголовью кровати. Руки старшего тут же оказываются закреплены ремнем, непонятно откуда взявшимся. Феликс сам его раздевает, буквально срывая одежду, кидая ее в разные стороны. Доходит до боксеров, но останавливается, придвигается к лицу Хенджина. Зрительный контакт длится всего пару секунд, прежде чем Ли набросился на манящие пухлые губы. Они терзают друг друга в страстном танце, связываются языками, обмениваются слюнями и наслаждаются этим моментом. Рука младшего ползет по ребрам, пересчитывая каждое, к члену Хвана, который уже изнывает от желания. Накрывает мокрую головку сквозь тонкую ткань и степенно надрачивает вверх-вниз, сжимая кончик и оттягивая крайнюю плоть. Хенджин стонет прямо в поцелуй, отчего Феликс покрывается мурашками и сильнее сдавливает член в руке. Он отрывается от губ парня, проходится влажной дорожкой из поцелуев по длинной шее. Прикусывает и всасывает нежную кожу, помечает, показывает, что только его. Сладкие постанывания старшего пиздецки заводят, и Енбок наконец стягивает мешающую ткань. Поцелуями проходится по подтянутому торсу, по линни волос спускается к паху и целует у основания. У Хвана глаза к потолку закатываются, он уже не может терпеть. - Ликси, пожалуйста, войди в меня. Я растянут. - Я прекрасно об этом знаю, Джинни, но ты плохой мальчик, который спит с моим парнем. Контраст между похвалой в начале и унижениями сейчас заставляет Хвана жалобно проскулить. Он даже подумать не мог, что в этом ангеле проснется настоящий дьявол, что сейчас дрочит ему, не давая того, что тело брюнета так страстно желает. Феликс же прекрасно видит явное желание быть оттраханным, но ему хочется довести Джина до мольбы. Он спускается к пульсирующему колечку парня и дует, завороженно смотрит на то, как оно сжимается от холодного воздуха. На пробу мажет языком по податливым мышщам, не переставая водить рукой по органу старшего. - Фе-еликс, я не могу больше, я пиздец как хочу кончить прямо сейчас. – тараторит Хенджин в перерывах между блядскими стонами. Но Феликсу плевать. Его язык толкается все глубже в растянутую дырку парня, мажет по чувствительным стенкам и крутится в поисках простаты. Неожиданно Хван вскрикивает, что означает лишь одно. Младший попал прямо в точку. Не прекращает движений и толкается точно в чувствительное место Хенни. Он чувствует, как бедра брюнета начинают трястись и пережимает член того у основания, чтобы не кончил раньше , чем в него войдет чужой член. Хенджин недовольно мычит и пытается уйти от этой невозможной ласки. Дергает руками в попытке высвободиться, но только кожу себе натирает на запястьях, что сопровождается тягучим жжением. Младший ненадолго отрывается от своего занятия и вглядывается в помутненные глаза Джина. - Умоляй меня, если так хочешь кончить, детка. - У-умоляю, господи, пожалуйста, войди в меня своим потрясающим членом, – он правда пытается всеми силами языка уговорить Феликса перейти к самой сладостной части. - Мне кажется, что упоминать Господа Бога в данной ситуации – ужасная шутка, - Ли хрипло смеется, но поднимается и встает на колени. – Наслаждайся, Джинни. Он направляет свой член в текущую дырку и входит одним резким толчком, выбивая их Хенджина громкий возглас. Выходит и снова входит по основание, стукаясь яйцами о бедра парня. Тело перед ним прекрасно в своем представлении, извивается и мелко дрожит, от мощных толчков прямо в простату. Член растягивает мягкую плоть внутренностей и выворачивает старшего наизнанку. Крупная головка виднеется под кожей живота и Феликса с этого уносит. Этот парень просто мечта. Черт, нужно было ставить прослушку в спальню раньше. Он мог бы трахнуть этого неземного человека гораздо и гораздо раньше. Хлюпающие звуки разносятся по всей комнате, шлепки кожи об кожу слышны, кажется, даже за ее пределами. Абсолютно плевать. Пусть все знают, что в этой квартире кого-то очень хорошо трахают. Влажные стенки приятно обволакивают напряженный орган, переодически сжимаясь от сильных толчков по простате. - Л-ликси… Ф-фел-ликс, мхм, прошу, дай мне кончить. Хенджина размазывает от этого четкого и быстрого темпа. Член младшего так далеко входит, что кажется долбится прямо в кишку, но это до одури приятно и Хван тает, от этой грубости. Он порнушно гнет спину, подставляясь под руки Феликса, мажущие по разгоряченному телу. Резко Хен оказывается на четвереньках, и в такой позе его продолжают трахать, вжимая за шею в кровать. Спинка бьется об стену ритмично, в такт толчкам. Старший громко кричит в подушку, в которую упирается лицом. Феликс только что, блять, хлестанул его по заднице своей миниатюрной ладошкой. Хенджин протяжно стонет, после чего кончает на простынь под собой. Толчки по простате не прекращаются, принося сладостную боль, а гиперчувствительные после оргазма стенки, туго стягиваются вокруг члена младшего. Феликс ускоряется, и хрипло стонет, изливаясь внутрь Хвана. Они валятся на кровать, уставшие, но довольные. Ли бережно расстегивает ремень с покрасневших кистей, и целует каждую. Забирая боль. Два поворота ключей в замке и громкий хлопок входной двери. - Милый, я все купил!