Лучший друг в Чернильном Царстве

      Честно говоря, когда Генри впервые увидел базу, о которой ему по дороге к ней прожужжали все уши, он был слегка сконфужен. Они с Неуловимым остановились в конце коридора напротив небольшой деревянной двери, охраняемой двумя стражниками. Как только аниматору рассказали про базу Потеряных, он начал представлять себе в голове массивную каменную стену, за которой располагался городок, или что-то наподобие. Но ни о какой каменной стене и речи не шло, просто деревянная дверь в какую-то комнату.       Стражниками, что охраняли вход на базу, конечно, были также Потерянные, но выглядели они гораздо опаснее, нежели те, которых Генри привык видеть и представлять: из одежды на них, как и Неуловимого, были одни штаны, голый накаченный торс оставался оголённым. Глаза их горели суровостью и бесстрашием. В правой руке их виднелись самодельные каменные мечи, в левой — деревянные щиты, которые, казалось, побывали не в одном десятке боёв. Никому бы, наверное, не захотелось иметь с такими дело — подумал Штейн.       Заприметив чужаков, они выставили вперёд мечи и загородили собою дверь. Генри, не ожидая такого, дёрнулся от неожиданности. Но, взглянув на Неуловимого, слегка успокоился: тот выглядел невозмутимым и ничуть не удивлённым подобному жесту.       — Имя. — потребовал один из стражей.       — Неуловимый — отрезал знакомый Генри.       — Пароль. — не удовлетворившись, продолжил второй.       — Нет у нас пароля.       — Ну конечно! Проходите!       Удовлетворившись допросом, стражи отступили от входа и спрятали своё оружие. Генри удивлённо уставился на Неуловимого.       — Да, серьёзно у нас тут всё. — улыбнувшись, сказал он. — Своих даже не пускают, пароли допрашивают.       Мужчина, ничего на это не говоря, лишь кивнул.       — Ладно, пройдём, Генри. — Неуловимый потянул аниматора вперёд, и вскоре они оказались внутри.       Это была огромных размеров комната — бывший кинотеатр, оборудованный под полноценную базу для выживания. В самом углу комнаты был расположен склад: несколько стеллажей, гнувшиеся от немыслимого количества банок беконного супа; Все сиденья кинотеатра отсутствовали, заместо них было что-то наподобие рынка, где Потерянные выставляли на продажу всё что можно: у кого-то были старые, полуживые книги и журналы, у того-то перья, чернильницы, бумага. У одного Генри даже обнаружил пошлые журнальчики. Одним словом — торговали эти ребята, чем только могли. Сверху, в комнате с прожекторами, которая теперь уже, по видимому, являлась наблюдательным пунктом, также стояли двое охранников. Казалось, это были те же, что и снаружи. Они также, не делая ни малейшего движения, просто стояли и следили за порядком.       — Вот и база у нас такая. — заметив, что Генри закончил осмотр, сказал Неуловимый. — Но не всё это ещё. От этой комнаты отходят ещё четыре. Одна из них оборудована под склад, а три остальные — спальные места. Ну, правда, спальными местами это трудно назвать, на старых грязных матрацах особо не понежишься, но, что имеем, то имеем.       И с того момента, как Генри оказался на базе Потерянных, прошло около недели. За это время человек успел поладить со всеми жителями объединения, а так же завести несколько хороших знакомых, помимо Неуловимого. С ними со всеми было приятно иметь дело, нежели с Потерянными с другого измерения, которых он хорошо знал. Эти хотя бы не плакали и не нападали на тебя, когда ты пытался с ними заговорить. Им-то удалось сохранить свой рассудок в этом проклятом месте. Да что уж говорить, у этих ребят даже имелась своя мини-библиотека, в которой они собрали книги, что были в студии, а так же уголок медпункта, где человеку оказали первую помощь и перебинтовали ногу.       И теперь, когда нога начала понемногу заживать, а Генри привык как к базе, так и ко всем её жителям, он уже начинал думать, что находился в безопасности, что весь ужас остался позади. И тем самым совершенно позабыл о том, что ему необходимо вернуться домой. Позабыл о своей цели — выбраться отсюда.       И об этом он не вспоминал ровно до того момента, пока в один из дней, на базу «The United Ones» не прибежал один житель с другого объединения «Коммунистическое Право». Выглядел тот, мягко сказать — не очень: один его глаз распух, по всему его телу виднелись следы побоев, в некоторых местах даже можно было заметить глубокие царапины. А одежда его теперь смахивала на какую-то половую тряпку — вся порванная, в грязи и пыли. На лице его застыл ужас, а всё его тело била дрожь.       Схватив бедолагу под руки, охранники втащили его внутрь, усадили на деревянную скамью и начали допрос. Вокруг них собралась немаленькая толпа зевак, наблюдавшая за происходящим. В ней был и сам Генри. Но охранники словно не замечали их.       — Кто ты? Откуда ты? — начал один из них. — Что с тобой произошло?       — Я… Я Н-Наблюдающий… Имя такое. Я, как и в-вы — сторожевой. — заикаясь, начал тот. — Из Коммунистического Права… Они все погибли… Они все мертвы!..       Услышав это, Генри сразу почувствовал, как пересохло у него в горле и затряслись поджилки. В голову сразу полезли различные мысли по этому поводу, но одна из них выделялась сильнее всех. Он сразу же поспешил отогнать её подальше от себя, но тщетно.       Наблюдающий вдруг разрыдался, но останавливаться не стал:       — Н-нашего объединения больше н-нет. Он его уничтож-жил… Сравнял с землёй…       — Продолжай. — невозмутимо сказал один охранников.       Но Генри уже понял, что знал ответ. Его спину тут же прошиб пот, а руки пробрала дрожь. Значит та ужасающая мысль была верной.       — Демон! Чернильный Демон! — крикнул допрашиваемый и вновь зарыдал, не отвечая больше ни на какие вопросы. — Мы могли спрятаться, спастись, но он напал так неожиданно… Так в-внезап-пно… Мы не успели ничего предпринять! Он разгромил всю базу… Всё разгромил! Ему, как будто что-то нужно было от нас! Ещё никогда такого не было…       Он искал меня…       Дальше слушать Генри не желал. Он отошёл от толпы, прижался к стене и медленно осел на пол. В его голове не было ни единой разумной мысли, ни единого чувства, или ощущения. Только пустота и леденящий кровь ужас и страх. Он искал его, в этом не было сомнений. Но если он разгромил «Коммунистическое Право» и не нашёл его там, то значит совсем скоро придёт и сюда…       Но вдруг его размышления прервал чей-то душераздирающий крик. Генри обернулся и обнаружил ужасное: стены медленно стали покрываться чернильными тенями, а света становилось всё меньше и меньше. Он почувствовал, как мурашки побрали его до костей. Сердце ускорило свой ритм и через пару секунд билось, словно бешеное.       Откуда-то разразилось ужасающее рычание, а затем в кинозал влетело бездыханное тело одного из Потерянных. Началась паника. Мирные жители начали убегать прочь и прятаться куда придётся, а некоторые, вооружённые и готовые к бою, шли оборонять базу, но затем, сражённые, мёртвыми падали на пол.       Генри, не в силах подняться на ноги, стал медленно отползать от центра событий и вскоре упёрся в угол. Из базы был лишь один вход — он же и выход. Деваться было некуда. Один раз Генри удалось избежать смерти, но теперь она его настигла и не намеревалась упускать. Он был в ловушке.       И вскоре, судя по звукам, этот бессмысленный бой был окончен. Все воины сгинули пред лицом Демона, теперь ему ничего не мешало проникнуть внутрь и вскоре на входе показалась его высокая, метра под два, фигура.       В этот момент для человека время словно замедлилось. Это было очень странное ощущение: страх пробирал до самых костей, но в то же время он ощущал некое спокойствие и смирение, вероятно, отдавая себе отчёт в том, что он умрёт, или уже погиб, кто знает. Возможно тот самый сон и вправду был предсказанием, и Неуловимый был прав…       Демон повернул голову в сторону Генри и его лицо искривила злобная усмешка. Он нашёл то, за чем пришёл. Медленными шагами он стал подступать к человеку, победоносно рокоча. Странная мысль пришла в голову Штейна: «Я погибну от рук собственного друга…». Её он тут же похоронил в глубинах своего сознания, мол, нет, это не мой друг, это совершенно другое, жестокое существо, вовсе не Бенди.       Чернильный Демон уже был в трёх шагах от своей жертвы, как вдруг перед ними встал Неуловимый с кувалдой в руках. «Какого хрена?..» — лишь успел подумать Генри, как тот замахнулся, и Демон, с болезненным рыком, рухнул наземь.       — Ну что ты лежишь? — крикнул Неуловимый. — Беги прочь!       Генри хотел возразить, а как же он, хотел предложить помочь, либо бежать вместе, но он, будто на автопилоте, повиновался, с трудом поднялся на ноги (сломанная конечность до сих пор являлась для него проблемой) и, насколько это было возможно, стал бежать прочь. Он не думал, куда бежит и зачем. Он ни о чём не думал, просто бежал.       Он не помнил, насколько далеко оказался от базы, не знал сколько времени прошло, но вскоре он вбежал в комнату громадных размеров — Фабрика Игрушек.       Огромная фабрика была почти что идентична той фабрике, которую Генри помнил: потолок, высотой метров под десять, огромный чернильный фонтан. Возле входа его встретили семь улыбающихся картонок Бенди, что безмолвно наблюдали за человеком своим пустым незрячим взглядом.       Именно тут его автопилот и выключился. Генри пришёл в сознание… или сознание пришло к нему. Особо не важно, ибо тут нервы аниматора и не выдержали. Пав на колени, он, не в силах сдержать поток слёз, разрыдался. Он не думал ни о том, что где-то здесь могли быть опасности, подстерегавшие его, не думал ни о каких угрозах. В тот момент он ни о чём не мог думать, только о горячих слезах, кои, не переставая, стекали по щекам Штейна и капали на пол.       Теперь он не знал, что делать и не знал куда идти. Объединение, где его приютили, было уничтожено, «Коммунистическое Право» так же пало пред монстром. Оставалась лишь одна база, о которой говорил Неуловимый, лишь там он теперь мог попросить помощи. Он понял, что долго находиться в этой студии ему нельзя. Теперь, когда он перешёл здешнему Божеству дорогу, он не сможет жить спокойно, его постоянно будут преследовать и пытаться убить. Плюс ещё эта чёртова нога, что никак не могла срастись и зажить. Постоянно, только она переставала причинять человеку неудобства, так сразу же находился кто-то, кто вновь повреждал её.       Спустя несколько долгих минут Генри более-менее пришёл в себя и поднялся на ноги. За эти несколько минут, что он провёл наедине с собой, он осознал свою глупость. Когда он попал на базу «The United Ones», он напрочь позабыл о своей цели выбраться. Все те новые знакомые аниматора, их база, все они затмили его разум и заставили позабыть об этом. И теперь, когда все они, по его вине, оказались мертвы, он понял: чем дольше он здесь находится, тем сильнее становиться бездонная, всепоглощающая ярость Демона, из-за чего пострадать мог не только Генри, но и обычные мирные жители этого места.       Тяжело вздохнув, мужчина, уже не обращая внимания на до сих пор льющиеся слёзы, двинулся в путь, по-прежнему стараясь не ступать на больную ногу и не грузить себя депрессивными мыслями.