Броня и розовый лепесток / Of Armor in pink petals

Проснувшись утром, Сакура погрузилась в свои мысли. Все еще лежа на кровати, она размышляла о том, что впервые после войны ей не снились кошмары. Может быть, вчерашний день пошел ей на пользу? Спрятав лицо в ладонях, она поморщилась от вспыхнувшей резкой боли на костяшках пальцев рук. Еще и перед вторым хокаге показала свою слабость, теперь он наверняка считает ее жалкой. Открыв глаза, она стала аккуратно развязывать повязки. Неужели он проявил такую заботу по отношению к ней только из жалости? Посмотрев на свои руки, она вздохнула. Разбитые костяшки, распухшие пальцы и засохшая кровь. Выглядело все это мягко говоря, не очень. Очевидно, что вчера она перестаралась. Позволив одной руке светиться исцеляющей чакрой, не торопясь, она вылечила все раны одной руки, а затем проделала то же самое со второй. Ее мысли снова плавно перетекли к обладателю багровых глаз и белых волос. Он действительно уделил время тому, чтобы молча побыть с ней рядом. С его стороны это было довольно мило… Кого она обманывала, он всего лишь хотел лично убедиться в том, что она не наделает глупостей, которые могли помешать ее дальнейшей работе в качестве целителя. Издав разочарованный стон, она встала с кровати. Подойдя к сундуку с одеждой, она с удивлением обнаружила, что Ари успела сшить и положить в него часть ее новой одежды. Она достала шорты до колен и красную рубашку без рукавов длиною до середины бедра и с разрезами по бокам. Схожую композицию одежды она носила, когда была моложе. Закончив с переодеванием, прикрепила кобуру с оружием к бедру и вышла из палатки. Первым, кого она увидела, был тот, кто с утра занимал все ее мысли. Повернув голову в ее направлении, красные глаза встретились с зелеными. Она могла поклясться, что на короткий миг заметила блеск в его взгляде, но он исчез почти сразу, как только она его увидела. Возможно, ей все же показалось, ведь она стояла вдалеке от него. Однако она не упустила взгляд, которым он одарил ее руки. Когда она снова поймала его взгляд, он кивнул ей. Она улыбнулась и ответила ему взаимным кивком, коротко шепча «Спасибо» одними губами. Опять же на минуточку, она могла поклясться, что увидела как он слегка улыбнулся ей. Смутившись, она решила пойти в медицинскую палатку, чтобы начать свою работу. Вероятно, ей все же почудилось, не стал бы второй хокаге улыбаться из-за такой мелочи, не так ли?

***

Так шли недели. В лагере Сенджу больше не происходило никаких происшествий. Осень начинала раскрашивать лесную поляну самыми яркими оттенками оранжевого и желтого. Настроение Сакуры несколько улучшилось после того раза, когда она наконец-то дала волю эмоциям, скопившимся в ней, выйти наружу. Хаширама был рад видеть, что она стала чувствовать себя гораздо лучше. Она по прежнему сторонилась компании, но теперь более легко шла на контакт, когда люди подходили к ней. Она спокойно беседовала с ними, а иногда даже смеялась. Она прекрасно ладила с Ари. Они прогуливались и вместе занимались домашними делами, когда Сакура не была занята работой в медицинской палатке. Ей было приятно беседовать с Ари. С ней можно было разговаривать на разные темы, и она всегда чутко улавливала моменты, когда Сакуре нужно было побыть одной. В такие моменты она скучала по Ино. После войны ее подруга оплакивала смерть отца, и две куноичи тогда почти не разговаривали. Интересно, как она сейчас поживает? Заметила ли она пропажу Сакуры? Кто знает, может, время и вовсе остановилось, когда она перенеслась в прошлое? Может быть, ее существование вообще было стерто. Ни на один из вопросов получить ответ не представлялось возможным. Единственное, что она знала, это то, что ее жизнь пока будет продолжаться здесь. Так что, по крайней мере, ей надо попытаться извлечь из этого максимум пользы. Когда она вышла к людям в новой одежде в первый раз, все мигом перестали работать и смотрели на нее с осуждением во взгляде. Как она могла носить такое? Это немыслимо! Неуместно! Люди шептались о ее наряде по всему лагерю, после чего ей пришлось выступить перед всеми во время обеденного перерыва и объяснить причину, почему она вдруг решила так одеваться. Они перестали шушукаться и говорить об этом, как только услышали объяснение происходящему. Но старейшины все равно бросали на нее неодобрительные взгляды. В конце концов, они привыкнут, но для этого потребуется время. Хаширама больше не задавал вопросов о ее прошлом. Увидев, к чему это привело в прошлый раз, он подумал, что лучше подождать, пока она сама не захочет поговорить об этом. Вместо этого он попросил ее взять под свое крыло какого-нибудь ученика и начать обучать его медицинскому дзюцу. Сначала она отнеслась к просьбе скептически и не хотела этого делать, но, поразмыслив, решила, что это может сильно помочь клану. Поэтому она начала обучать сразу пятерых учеников. Примерно в это же время Хаширама отметил, что его младший брат начал проводить с ней больше времени. Где бы он ни был, он замечал взгляды Тобирамы, направленные на Сакуру, когда та не видела этого. Это веселило Хашираму. Но он никогда не говорил об этом брату, позволяя Тобираме самому разобраться в своих чувствах. Сакура и Тобирама действительно стали чаще проводить время вместе, и к ее удивлению, он как-то даже спросил ее, не хочет ли она пару раз посостязаться с ним в бою. Но у них еще не было возможности осуществить это, так как она все время была занята в медицинской палатке. Ей нравилось проводить время рядом с ним, потому как он определенно был умен и часто бросал ей моральный вызов. Однако с тех пор, как она начала обучать учеников базовым медицинским дзюцу, она едва могла заниматься чем-либо еще, кроме как работать и преподавать. Так что она быстро забыла про его предложение о совместном бою. В любом случае, наверняка он тоже забыл об этом. Ведь не мог же он отнестись к этому серьезно.

***

В тот день она сидела под деревом с раскрытыми свитками на коленях, пока ее ученики находились в медицинской палатке, пытаясь освоить новую технику исцеления. Впервые за несколько недель она могла расслабиться, и наконец, продолжить свою работу, посвященную ядам и противоядиям от них, которую пришлось отложить до сегодняшнего дня. Увидев ее, Тобирама остановился, склонив голову набок. Наблюдая за ней с того места, где он стоял, его взгляд слегка смягчился. Она была так сосредоточена на своей задаче, что не заметила, как размазала чернильное пятно на своей щеке. Он стоял там несколько минут, но она по прежнему не заметила его присутствия. Он восхищался тем, что она была умна и действительно увлечена своей работой. Пока он наблюдал за ней, люди начали странно на него поглядывать. Бросив на них холодный взгляд, он решил подойти к ней. Он не собирался давать им повода для лишних сплетен. Будучи поглощенной своими исследованиями, она до сих пор не услышала и не почувствовала его приближения. Закусив нижнюю губу и нахмурившись, она отмечала важные заметки об использовании противоядия, которое может быть опаснее самого яда, если принять его в большей дозе, чем указано. По этой причине Цунаде всегда неохотно использовала это противоядие. Цунаде. Ее рука дрогнула, а глаза потеряли фокус. Присев позади нее, он посмотрел на свиток, над которым она работала. Впечатляюще. Она успела расписать о более сорока видах ядов и противоядий от них. Все написано так подробно, вплоть до количества каждого растения, необходимого для их создания. Проведя рукой через ее плечо, он указал на один из ядов. — Я никогда не слышал о таком… Застигнутая врасплох, она схватила его за запястье и перекинула через плечо. Быстро достала кунай, и прежде чем она успела что-либо сделать, он выпал из ее рук, а ее лицо врезалось в траву, когда его колено обездвижило ее тело, придавливая между лопатками. Тобирама схватил ее за запястье, прежде чем она успела попытаться выйти из захвата. Весело фыркнув, он посмотрел на розоволосую куноичи. — И тебе доброе утро. Глубокий рокот его голоса заставил ее вздрогнуть. Покраснев, она расслабилась, и он отпустил ее руку, убрав колено со спины. Она приняла сидячее положение и посмотрела на него. Попытка выглядеть рассерженной потерпела неудачу, потому что улыбка выдала ее. — Никогда не подкрадывайтесь к куноичи, Тобирама-сама. Она еще и отчитывала его. По правде говоря, чувствовала Сакура себя странно, говоря ему что-то подобное, когда у самой во рту оказалась трава. — Едва ли я подкрался к тебе. Я стоял там минут десять, а ты так и не узнала об этом. Твои навыки нужно оттачивать. Прислонившись к дереву, он скрестил руки на груди. В руках он держал сумку с оружием, но на нем не было доспехов. Закрыв глаза, она потерла лицо, размазывая пятно от чернил еще больше. Увидев черное пятно на своей руке, ее глаза расширились. Быстрым движением она вытерла лицо уголком рубашки. В его глазах блестело веселье. — Уж простите, я была слишком занята, чтобы уделить время тренировкам, как бы мне не хотелось. Она поднялась на ноги и стряхнула пыль со штанов и рубашки. Конечно, он был прекрасно осведомлен о том, что каждое утро она покидала свою палатку до восхода солнца, чтобы помедитировать и успеть накопить достаточное количество чакры в свою печать. По возвращению в лагерь проводила все утро за обучением учеников медицинским дзюцу, а после обеда занималась лечением членов клана. Затем она буквально вываливалась из медицинской палатки, чтобы быстро поужинать и вернуться в свою палатку, чтобы забыться сном до следующего утра. И это повторялось изо дня в день. Не то, чтобы он следил за ней или что-то в этом роде… — Я пришел, чтобы спросить, найдется ли у тебя время, чтобы попрактиковаться в бою. Сегодня. Ошеломленная его вопросом, она посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Она и подумать не могла, что он был серьезен, когда спрашивал об этом в прошлый раз. Ведь она никак не могла тягаться с Нидайме по силе, она не Наруто. Едва она успела что-либо ответить, когда он положил руку на ее плечо и перенес их в тренировочное поле за лагерем. Чувствуя головокружение после техники телепортации, она раздраженно посмотрела на него. — В следующий раз было бы неплохо предупредить о телепортации заранее, Сенджу-сама. Он весело хмыкнул и серьезно посмотрел на нее. — Только тайдзюцу. Без чакры. Закатив глаза, она кивнула, приняв боевую стойку. Оба смотрели друг на друга, ожидая первого шага. Она бросилась вперед и попыталась ударить его ногой по голове. Он схватил ее за лодыжку и отшвырнул подальше. Сделав сальто назад, она изящно приземлилась на ноги. Его красные глаза сосредоточились на ней, и интенсивность его взгляда на секунду смутило ее. Это все, что ему понадобилось, чтобы ударить ее в районе живота. Упав на землю, она закашлялась, пытаясь отдышаться. Повернув голову в его сторону, он увидел, что теперь ее зеленые глаза были полны решимости. Ему было отрадно видеть, что теперь она воспринимает его всерьез. Поднявшись на ноги, она молниеносно атаковала его. Они обменивались ударами, но ни один из них не мог одержать верх в схватке. Тобирама был приятно удивлен. Он не дрался в полную силу, но был уверен, что после нескольких таких ударов ему придется пойти на нее ва-банк. Спустя добрый час он схватил кунай и смог обездвижить ее тело, удерживая обе ее запястья в одной руке, прижимая спиной к его груди. Второй он держал кунай, нацелив его на ее шею. — Неплохо. Она повернула голову в его сторону, и он слишком поздно заметил ухмылку на ее губах. Ударом ноги она сбила его с ног, тем самым вынудив его отпустить ее руки. Одной рукой она скрутила его и схватила кунай. Он упал на спину с глухим стуком, и прежде чем он успел что-либо сделать, она оседлала его бедра, а руки были прижаты ее коленями по бокам от него. Его собственный кунай теперь целился ему в горло. Запыхавшись, она взглянула на него сверху вниз с довольной улыбкой и ярко-зелеными глазами. — Никогда не недооценивайте меня. Вы можете быть сильнее и выше, но я также могу использовать это в своих интересах. В следующий раз не сдерживайтесь и деритесь со мной в полную силу. Игриво подмигнув ему, она рассмеялась. В этот момент, даже при всём его желании, Тобирама не мог мыслить разумно. Она выглядела так красиво, с растрепанными волосами и игривым блеском в глазах. И то, как она это сказала… Ее ноги крепко обхватили его бедра и удерживали его на месте. Она была над ним, и он не мог остановить поток мыслей, переносившихся на другой вид деятельности, где она также могла быть на нем сверху… Мысленно дав себе подзатыльник, он попытался подумать о чем-то другом. Да что с ним не так? Сакура не упустила то, как он перестал двигаться и затаил дыхание, глядя на нее. От этого вида у нее перехватило дыхание. Она ведь буквально восседала на Тобираме Сенджу… И от этого ей стало так жарко, особенно из-за того, что его багровые глаза были прикованы к ее зеленым… Ее сердце стучало набатом, она испугалась того, что он мог услышать это. Какое странное чувство… Он не мог отвести взгляд от нее. Очарование было прервано, когда кто-то откашлялся позади них. — Ну-ну что у нас тут. Голос звучал обманчиво игриво, и она сразу уловила в нем угрозу. Обернувшись, она сразу встала в оборонительную стойку. Встретив взгляд незваного гостя, она ахнула. Ее тело застыло. — Саске? У мужчины, стоявшем перед ней, были точно такие же черты лица и почти такая же прическа. Она не могла поверить своим глазам. Активировав шаринган, он смотрел на нее, ничего не говоря. Без предупреждения Изуна бросился прямо на нее, но она не могла пошевелиться. Подняв катану для смертельного удара, он не смог сдержать удивления, когда перед ним появился Тобирама, заблокировав атаку своим кунаем. Оглянувшись назад, Тобирама увидел, как Сакура замерла на месте, слегка дрожа. — Сакура, быстро уходи отсюда! Его жесткий голос вывел ее из шокового состояния. Оценив, что Сенджу отвлекся на девушку, Изуна воспользовался этим и сильным пинком ударил его по ребрам… Послышался треск. На его лице появилась самодовольная улыбка, когда Изуна понял, что сломал их. Тобирама дернулся и обратил внимание на Изуну. Оттолкнувшись, он отступил назад, чтобы отойти подальше от Учихи. Оценив сложившуюся перед ней ситуацию, Сакура покачала головой. Этот человек не Саске. Зарядив немного чакры в кулаке, она подпрыгнула и выпустила ее, когда приземлилась на землю. Земля содрогнулась и образовался гигантский кратер. Тобирама схватил ее за руку и перенес их на другую сторону. Сенджу и Учиха смотрели друг на друга по обе стороны гигантской дыры. Изуна ухмыльнулся. — Господи, она просто ходячая беда. Запомни мои слова, Сенджу. С ней или без нее ты проиграешь и ничего не сможешь с этим поделать. С этими словами он покинул поле.

***

Придя в себя, Сакура выдернула руку из хватки Тобирамы. Она посмотрела на него. — Вам не нужно было вмешиваться. У меня все было под контролем. Она выплюнула ему эти слова, клокоча от ярости. Скрестив руки на широкой груди, он окинул ее холодным взглядом. — Если под «контролем» ты имеешь в виду, что стояла там прикованная к земле, готовясь умереть, то да, у тебя действительно все было под контролем. В его словах звучал сарказм. — Что там произошло? Толкнув его рукой, она указала пальцем ему под нос, а другой рукой на бедро. — Ничего не произошло. Я не какая-то слабая маленькая девочка, вечно нуждающаяся в защите, Сенджу-сама. — Тогда не веди себя как слабая девочка. Не раздражай. Лучше скажи мне, почему ты замерла перед врагом. Опять. Она сделала несколько шагов назад. Опять эти слова. Даже исходя от другого мужчины, оно приносило ей ту же боль. Конечно, Нидайме считал ее слабой. Поэтому он так хорошо к ней относился? Просто чтобы защитить слабую девушку? Она сжала губы в тонкую линию. Он уловил изменения в ней, блеск боли в ее глазах и прикусил язык. Он знал, что зашел слишком далеко. Ее безрадостный смешок вернул его внимание. Ее взгляд стал тяжелым, но он все еще мог видеть плескавшуюся в ее глазах боль. — Прошу прощения за то, что отняла ваше драгоценное время. Можете больше не подставлять спину под удар из-за меня. От горького звука ее голоса у него по спине побежали мурашки. Прогресс который они добились за последние несколько недель, он разрушил в один миг. С трудом развернувшись, она пошла обратно по направлению в лагерь. Он остался стоять там, слишком гордый, чтобы пойти за ней и извиниться.

***

Сакура начала идти быстрее и когда поняла, что он больше не видит ее, крепко обняла себя. Выпустив прерывистый вздох, она замедлила шаг. Что бы она ни делала, ее все равно считали слабой. Со слезами на глазах она выбралась из леса и направилась прямиком к своей палатке, по пути избегая Хаширамы. Сняв сумку и кобуры, она бросила все на пол. Безмолвные слезы катились из ее глаз. Она сидела на своей кровати, сжимая кулаки в ярости. Она не была слабой. Она не была надоедливой. Это он был просто глуп. Глубоко вздохнув, она подумала об их спарринге. Сакура была уверена, что между ними кое-что произошло. Что-то изменилось. Она не знала что, но что-то определенно изменилось. Не то, чтобы Тобирама Сенджу когда-либо испытывал к ней какие-либо чувства, но, по крайней мере, она думала, что они могли стать друзьями… Но он только что доказал ей, что это было всего лишь ее воображение. Сейчас он так ее раздражал.

***

Хаширама стоял посреди лагеря, когда увидел, как она выходит из-за деревьев и идет быстрее. Он хотел было поприветствовать ее, но увидел, как она держится и как глаза ее блестят от слез. Ей нужно было побыть одной. Но что могло послужить причиной того, что она стала такой? Через несколько секунд из леса донесся его ответ. Тобирама. Нацепив свою лучшую улыбку, Хаширама направился к своему брату. — Беда в раю? — Хаширама, сейчас не время. Старший Сенджу потерял всю свою игривость и сурово посмотрел на брата. — Что ты сделал? — Я спас ее от Изуны Учихи. На нас напали. Закатив глаза, Хаширама указал пальцем на своего брата. — И ей больно из-за этого? Его намеки раздражали беловолосого шиноби. Сейчас ему не хотелось играть в игры со своим братом. — Почему ты думаешь, что я что-то сделал? Хлопнув брата по плечу, Хаширама расхохотался. — Потому что я знаю, какое у тебя выражение лица. Когда ты знаешь, что виноват Тоби. Нахмурившись, Тобирама ущипнул себя за переносицу и стряхнул руку брата со своего плеча. Повернувшись к нему спиной, он съёжился, услышав следующие слова брата. — Ты знаешь, что я прав. Ты должен извиниться перед ней. Ты действительно не знаешь, как вести себя с женщинами, не так ли? Увидев, как беловолосый мужчина остановился как вкопанный, Хаширама снова рассмеялся и продолжил свой путь. Он знал, что его слова попали в точку. Тобирама пошел к своей палатке и войдя в нее, с громким металлическим лязгом швырнул сумку с оружием в угол. Сейчас он ненавидел себя за то, как отреагировал на ее близость во время боя, и чувствовал себя глупо из-за того, как обошелся с ней после. Почему она так резко отреагировала на его слова? Он просто хотел знать, почему она стояла как вкопанная, когда Изуна напал. Знала ли она его? Рассерженный, он снял рубашку и зашипел. Он ни за что не пойдет к своему брату, чтобы вправить ребра на место. И он ТОЧНО не пойдет за этим к НЕЙ.

***

Изуна вернулся в лагерь Учих. Он не мог стереть из памяти то, как ее взгляд был прикован к нему. Ее зеленые глаза смотрели на него с такой теплотой. Этот миг запечатлелся в его памяти, так как его шаринган был активирован в это время. Она смотрела на него так, словно знала его. Он был уверен, что вспомнит, если когда-нибудь встречал ее раньше, но это было не так. Еще одна вещь, которую он заметил, это то, как Тобирама Сенджу защищал ее. Когда он прибыл на поле, они находились в довольно компрометирующей ситуации. Были ли они вместе? Интересно. Пробираясь через лагерь, он кивнул нескольким членам клана, которые поклонились ему, и без всякого предупреждения вошел в палатку своего брата. Мадара сидел за своим столом и читал, не обратив ни малейшего внимание на брата. — Брат, я только что встретил девушку с розовыми волосами. Ее зовут Сакура. Я наткнулся на нее и Тобираму Сенджу, когда был в патруле. Небрежным голосом заявил Изуна. Глаза Мадары перестали двигаться по бумаге. Он поднял взгляд, на его лице появилось серьезное выражение. Изуна воспринял это как знак продолжить разговор. — Что странно, она не предприняла никаких попыток атаковать меня, хотя я пытался напасть на нее. Но на моем пути встал Тобирама. После она расколола землю, чтобы заставить меня отступить. Кроме этого больше ничего не произошло. С моей стороны было бы глупо продолжать атаковать двух опытных шиноби в одиночку. — Я думаю, пришло время действовать, Мадара. Члены клана теряют терпение. Они хотят сражаться. Мадара снова обратил внимание на свои свитки. Взяв небольшой лист бумаги, он нацарапал на нем несколько слов и, не глядя, протянул брату. — Отправь это Сенджу с ястребом-посыльным. Мы решим это раз и навсегда. Передай клану, чтобы готовились. Завтра мы идем на войну. Мадара смотрел, как его брат выходит из палатки. Он протер глаза и откинулся на спинку стула. Ведь нашей мечте не суждено сбыться…

***

Тяжело дыша, Сакура проснулась в холодном поту. На улице еще было темно, и в лагере было тихо. Она просто не могла избавиться от странного ощущения. Этот сон казался слишком реалистичным, чтобы просто проигнорировать его. Она стояла на поле боя во время войны. Но не было ни крови, ни раненых. Никого не было рядом. Под лунным светом она стояла одна. — Где я? — Ты все еще спишь, но тебе важно запомнить мои слова. Тот голос. Это был тот голос, который она слышала почти каждый раз, когда спала… — Кто ты? — закричала она. Оборачиваясь, пытаясь найти его источник. — Помни, ты должна спасти того, кто умрет в прошлом, из твоего будущего. Ты должна. Это твоя задача. Она слышала, с какой важностью были сказаны эти слова. — Но подождите! Почему? Что я здесь делаю? Смогу ли я вернуться домой? Вопрос остался без ответа… А потом она начала падать. Успокоив дыхание, она встала с кровати и вздрогнула. Ночью еще было холодно. Не издавая лишних звуков, она оделась в юкату, которая была достаточно теплой, чтобы она не замерзла. Обувшись в сандалии, она вышла из палатки. Оказавшись на улице, она позволила холодному ветру унести остатки своего сна и направилась к месту, в котором чувствовала себя наиболее комфортно. Река. Напряжение скопившееся в ней постепенно ушло, и она почувствовала, что снова может дышать. Выйдя за линию деревьев, она подошла ближе к реке и на минуту залюбовалась открывающимся видом. Свет полной луны отражался в воде и позволял сиять оранжевым и желтым листьям на деревьях, придавая этому месту сюрреалистическую атмосферу пейзажа. Несмотря на то, что ее жизнь была далеко не такой, какую она представляла после войны, она не могла соврать себе, что ей не нравится происходящее сейчас. Это новое начало. Впервые после войны она позволила себе расслабиться. И она не может не оценить тот факт, что она жива. Ведь у нее теперь есть цель. Ей дали новое предназначение. Заметив плоский камень около реки, она подошла к нему и полулегла на спину, глядя на звезды. Медленно выдохнув, она вновь подумала о своем сне. — Спасение того, кто умер в прошлом, моего будущего. Она пробормотала себе под нос: Это может быть кто угодно. Так много людей погибло до основания Конохи… Эй, странный голос в моей голове, может дашь подсказку? В какой-то момент она поймёт, что ей нужно делать. Она чувствовала это. Пару минут она молчала, глядя на сияющие звезды в темном небе. — Мне не нужна ваша защита. Можете оставить меня в покое. Ее голос прорезал воздух, как нож. Она услышала шаги позади себя. — Не то, чтобы это имело значение, но, к твоему сведению, это место, куда я прихожу, когда не могу уснуть. Так уж случилось, что ты занимаешь мой камень. Его низкий голос прозвучал с хрипотцой. Доля секунды, и он уже стоял рядом с ней, глядя в ночное небо. Он был одет в темно-синюю рубашку с длинными рукавами и в штаны шиноби. Даже без доспехов, которые делали его похожим на бога, Сакура могла видеть очертания его широких плеч. Он определенно был красив. Слегка дернув головой, она попыталась сфокусироваться на мысли, что все еще злится на него. Не время глазеть. Оттолкнувшись руками, она приняла сидячее положение и подняла глаза, чтобы установить с ним зрительный контакт. Но когда он не встретил ее взгляд, она стала подниматься на ноги. — Ну, примите мои извинения. Я не хотела занимать ваш камень. Я уже ухожу. — Ее голос прозвучал немного резче, чем она хотела, но ей все равно было больно. Когда она сделала шаг вперед, он деликатно удержал ее за запястье, все еще глядя на звезды. Он знал, что должен извиниться, но даже его гениальный ум не мог найти подход к этой щекотливой теме. Закрыв глаза, он вздохнул. Не отрывая взгляда от него все это время, она увидела, как его плечи немного опустились и заприметила, что шестеренки вращаются в его голове. Бросив на нее неоднозначный взгляд, он нежно сжал ее запястье. — Я хотел бы извиниться. Я произнес те слова, не подумав. Его голос был низким, и казалось, что он колеблется с выбором слов. Сакура бросила на него скептический взгляд. Он правда не имел права так высказываться. Решив взглянуть на произошедшее его глазами, она перевела дух и заговорила: — Вы сказали, что я слабая и раздражающая. Он промолчал. Он действительно так сказал. Ее глаза не отрывались от него. Она продолжила: — Меня всю жизнь называли слабой, потому что я была не такой сильной, как мои товарищи по команде. Они оба были потомками выдающихся кланов, а я всего лишь из гражданской семьи. Я правда была слабой по сравнению с ними. Он услышал насмешку в ее словах. Но она не остановилась на этом: — Человек, которого я любила всю свою жизнь, сказал мне, что я слабая и раздражаю его, после того, как я умоляла его не покидать нашу деревню и остаться ради меня. Эти два слова единственное, что может заставить меня чувствовать себя бесполезной. Ее гнев теперь имел для него больше смысла. Как ее можно было считать слабой? У нее была невероятная сила. Она была потрясающим ниндзя-медиком. Ее навыки тайдзюцу были действительно поразительны. Он никогда бы в этом не признался, но услышав, как она говорит о мужчине, которого любила, немного разозлился. Думаю, он так и не понял, как ему повезло… Теперь он понял, почему она тогда так отреагировала. — Я… я не это имел в виду — начал он, не зная, что ей сказать. — Ты далеко не слабая и уж точно не раздражительная. Поверь мне. Она усмехнулась. Его рука была такой теплой, что по ее коже побежали мурашки. Она опустила глаза на свою руку и подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Она увидела раскаяние в глубине его алых глаз. Она знала, что он был не из тех кто проявляет свои эмоции, однако сейчас Сакура видела его сожаление так же ясно, как луну на небе. Ему было очень жаль. Она слегка улыбнулась. — Я верю тебе. Она склонила голову набок. — Теперь мы можем сесть на этот камень или так и продолжим стоять всю ночь? Приподняв свою идеальную бровь, она слегка рассмеялась над ним. Он отпустил ее запястье и сделал приглашающий жест рукой, чтобы она села первой. Он облегченно выдохнул, когда она присела. Он надеялся, что она простила его. Он сел рядом с ней, согнув одну ногу и обхватывая рукой колено, а другую вытягивая вперед. Она скрестила ноги, сложила руки за спину и склонила голову назад, чтобы лучше видеть небо. Глядя на нее вполоборота, он не мог отвести взгляд. Звезды отражались в ее изумрудных глазах, а мягкое сияние луны делало ее кожу бархатистой и нежной. Даже бесстрастный Тобирама Сенджу должен был признать, что это было завораживающее зрелище. Что-то зашевелилось внутри него. Его алые глаза проследили за нежной линией ее подбородка, изгибом ее розовых губ, ее изящным носом… пылающим румянцем ее щек. Она откашлялась. — Почему вы так смотрите на меня? Ее тихий голос заставил его посмотреть ей прямо в глаза. — Хм. Просто думаю о некоторых клановых проблемах. Какую глупость он только что сморозил. Смущенный тем, что его застали за подглядыванием, он посмотрел на небо. Она усмехнулась и полностью легла на спину, наслаждаясь излучающим теплом его тела рядом с ней. Это было странно. Обычно люди не смотрели на нее так. Когда он рассматривал ее так, ее сердце забилось быстрее, и она ничего не могла с этим поделать. Через несколько секунд он решил последовать ее примеру, пытаясь лечь на спину и зашипел, когда вспыхнула острая боль в сломанных ребрах. Это длилось всего секунду, но его болезненное выражение лица не осталось незамеченным Сакурой. Быстро приняв сидячее положение, она положила руку ему на плечо и направила сияние чакры в его тело, чтобы найти место, где он был ранен. Он резко отпрянул, когда почувствовал ее чакру в своем теле. — Что ты делаешь? Он неуверенно посмотрел на нее. — Извините, я должна была спросить. Я просто направила немного чакры в ваше тело, чтобы понять, где у вас болит. А теперь не могли бы вы поднять свою рубашку, чтобы я могла залечить ваши сломанные ребра? Он смотрел на нее с минуту и уже собирался отказаться, когда она взглянула на него суровым взглядом, явно не терпящим отказа. Так и ничего не сказав, он сел прямо. Она опустилась на колени рядом с ним. Немного поморщившись, он задрал рубашку, и она смогла рассмотреть большой синяк на его боку. — И как долго вы собирались это скрывать? Он издал сдавленный стон. Он был бы в порядке и без ее заботы. Стараясь не отвлекаться, она направила поток чакры к своим рукам и осторожно приложила их на его бок. Тобираме пришлось взять всю волю в кулак, чтобы не застонать от облегчения. Ее чакра была такой приятной, и что самое важное, она смогла заглушить боль, восстанавливая ребра, что были сломаны. Прикрыв глаза, он попытался подумать о чем-нибудь другом, кроме ее рук на его теле. Ее чакра была не похожа на чакру его брата. Ее чакра была мягкой и успокаивающей… Но ей не обязательно об этом знать. Со своей стороны Сакура не могла не смотреть на его живот. Его бледная кожа была усеяна шрамами. Она могла видеть его хорошо очерченные мускулы, показывающие, что вся его жизнь прошла в сражениях на войне и тренировках. Он был таким красивым мужчиной. Стараясь не пускать слюни, она оторвала взгляд от его тела и густо покраснела. Кто знал, что под доспехами находится такой хорошо сложенный мужчина? Взглянув на его лицо, она видела, что он расслабляется. Снова сосредоточившись на своей задаче, она закрыла глаза, лучше почувствовав, как медленно срастаются кости. — Я почти закончила. Он открыл глаза и затаил дыхание. Ее лицо было всего в нескольких дюймах от его. Он мог видеть веснушки на ее носу, о которых он никогда не подозревал, и чувствовать ее теплое дыхание на своей щеке. Закончив, она направила еще немного чакры, чтобы убедиться, что все в порядке, и села на корточки. Своей маленькой рукой она похлопала его по ребрам. — Как новые! Подняв голову, она встретила его взгляд. Он смотрел на нее так пристально, что ей стало трудно дышать. Что-то плескалось в его взгляде… Что-то чувственное. И оно исчезло, как только она это заметила. Взволнованная, она откинулась на камень, глядя на звезды, чтобы очистить свой разум. Что это было? Некоторое время они сидели в тишине, забыв о их недавней ссоре. Она не знала, как относиться к тому, что только что произошло. Это было то же самое чувство, которое возникло во время их боя. Напряжение, которого она никогда раньше не чувствовала. Она слегка покачала головой. У нее сейчас были другие заботы… Ее мысли вернулись к ее сну. Она так боялась все испортить. Что, если она не сможет спасти того, кто в ней нуждается? Ее не покидало это щемящее чувство. — У вас никогда не было ощущения, что, что бы вы не делали, все пойдет не так? Она чуть не прикрыла рот рукой. Она не собиралась говорить это вслух. Он повернул к ней голову и встретился с ней взглядом. Подняв бровь, он ждал, пока она объяснит свою мысль. Он видел, что ее что-то беспокоит, но не мог понять, что именно. Он только открыл рот, чтобы спросить ее, что заставляет ее чувствовать себя так, и был прерван, когда она резко вскочила на ноги. Обеспокоенность, которое он увидел, пропало, она вернулась к своему нормальному состоянию. — Просто… Забудьте о том, что я сказала. Спокойной ночи, Тобирама-сама. Ее голос оставался напряженным, хоть она и попыталась скрыть это улыбкой, которая так и не дошла до ее глаз. Он проследил за ней взглядом и откинулся назад. Глядя на луну, он нахмурился. Что она имела в виду? Так много всего произошло в тот день, что он забыл спросить ее об этом человеке, Саске… Ему придется сделать это в другой раз. Тобирама никогда не думал о женщинах. Его долг перед своим кланом всегда был на первом месте. Но она. Она была другой. Она была противоречием, загадкой. Когда он думал, что теперь знал о ней достаточно, она раскрывала ему новую информацию, и он возвращался к исходной точке… Делала ли она это намеренно или она допускала это случайно? Очень жаль Сакуру, потому что он был человеком, который никогда не отказывался от вызова.

***

Как только его мысли перестали метаться, Тобирама вернулся в лагерь. В палатке его брата все еще горел свет, поэтому он решил войти к нему. Хаширама не двигался, прожигая взглядом лист бумаги перед собой. — Тоби, это плохо… Взяв бумагу со стола брата, его алые глаза сузились после прочтения. «Хаширама, давай покончим с этим. Завтра на северных полях, полдень. Мадара.» Тобирама вновь посмотрел на него и обратил внимание на позу, которую приняло телосложение брата. Плечи на столе, руки под подбородком. Таким он видел брата, наверное, в первый раз в своей жизни. — Вот оно. Скажи людям, чтобы готовились. — А Сакура? — Она остается здесь. Ей нужно будет лечить мужчин, мы не можем рисковать ею, взяв с собой на поле боя. Сообщим ей об этом утром. Кивнув головой, Тобирама вышел из палатки своего брата и пошел к своей, чтобы подготовить оружие и доспехи. Хаширама смотрел, как он уходит, и закрыл глаза. С его губ сорвался вздох. Ведь нашей мечте не суждено сбыться…