Броня и розовый лепесток / Of Armor in pink petals

Голова нещадно раскалывалась, а дневной свет резал глаза. Сакура застонала и нырнула с головой под одеяло. К горлу подступала тошнота. Хотелось спать и дальше, но одна мысль уже успела промелькнуть в голове, которая начала дополнительным раздражителем свербить в мозгу. Громкий смех Хаширамы разнесся по дому. Подождите, что он забыл у неё дома в такую рань? Девушка поморщилась от наплыва новой волны головной боли и, простонав, все-таки откинула одеяло, разлепила немного глаза и оторопело уставилась на незнакомую комнату. От ужаса сперло дыхание, пока Сакура, игнорируя пульсирующую боль в висках, пыталась вспомнить события слишком насыщенного вчерашнего вечера. Последнее что она помнила, как показала Мито деревню, поужинала в компании Сенджу, а затем выпила вместе с Хаширамой… после чего все стерлось из памяти. Внезапно она вспомнила то, от чего ее зеленые глаза расширились. Сакура призналась Тобираме, что избегает его. Кто-нибудь убейте её прямо сейчас… Закрыв лицо подушкой, она рухнула обратно и застонала. Выпить столько алкоголя накануне сейчас казалась не самой удачной идеей. Впрочем, Сакура всегда становилась слишком разговорчивой, находясь под воздействием алкоголя. Цунаде любила угощать ее саке, чтобы выведать то, о чем Сакура не хотела говорить. Когда на неё накатила очередная волна боли и тошноты, Сакура направила ладони с исцеляющей чакрой на свою голову. Она не помнила всех деталей прошлой ночи и очень надеялась, что не рассказала им обо всём. Одна лишь мысль о том, что все могли узнать о ее прошлом, вызывала у неё нервозность. Соберись, Сакура, скоро тебе предстоит столкнуться с реальностью, какой бы она ни была, подумала куноичи. Сакура медленно поднялась на ноги и поплелась к двери, осознавая, что все еще находится в комплексе Сенджу. Она нахмурилась, пытаясь вспомнить: как она дошла до этой комнаты? Тем не менее, сейчас это не главное. Девушка решила отложить этот вопрос, и сосредоточить свое внимание на голосах, доносившихся из коридора. Выглянув за дверь, поняла, что звуки исходят из столовой. Собрав всю волю в кулак, она направилась туда, потирая глаза и окончательно избавляясь от остатков сна. Как только она появилась на виду у всех, Сакура ощутила на себе любопытствующие взгляды всех присутствующих. Черт. Здесь были и Сенджу, и братья Учиха. Мито, расположившись с другой стороны стола, спокойно попивала утренний чай. Прочистив горло первым, Мадара сосредоточил всё свое внимание на ней, в его глазах можно было разглядеть скрытую ухмылку. — Похоже, ты выспалась, Сакура-сан. — Произнес он, поднося чашку чая к губам, не сводя с неё глаз. Наперед осознавая, что он имеет в виду, Сакура тут же потянулась к своим волосам, которые торчали во все стороны. Надувшись, она провела рукой по ним, пытаясь уложить их без расчески, что казалось практически невозможным. Изуна, увидев ее надутые губки, начал смеяться во весь голос. Смутившись, она пересеклась взглядом с Тобирамой. Заметив маленькую ухмылку на его губах адресованную ей, она покраснела еще больше. Когда они наконец перестанут издеваться над ней? Злобно постукивая пятками по деревянному полу, она прошла до свободного места, которое «случайно» оказалось рядом с беловолосым шиноби. Присев на свое место, она взяла тарелку в руки и положила туда разнообразные фрукты. Пока она была занята накладыванием еды, Тобирама поставил перед ней чашку кофе. Прекрасный аромат напитка сразу же привлек ее внимание. Взглянув на Тобираму, она заметила, что он не смотрел на неё прямым взглядом, но боковым зрением сделал едва заметный жест, указывая на ее кружку. Веселье Изуны, по какой-то причине возросло, и его смех уже было не остановить. Несмотря на то, что куноичи уже справилась с головной болью, столь громкий звук по прежнему раздражал, а еще ей не нравилось, что смеются именно над ней. Она съежилась и посмотрела на Изуну. — Клянусь, Изуна-сан, если ты не прекратишь подтрунивать надо мной, я без колебаний набью тебе морду. — Она выплюнула его имя с таким праведным гневом, что это мгновенно поубавило веселье Изуны. Он сглотнул, припоминая, какой кратер она создала на земле при первой их встрече. Хаширама поглядывая на младшего Учиху улыбнулся и пожал плечами. Тобираме же было приятно, что в этот раз ее гнев был адресован не ему. Он не сомневался, что она сдержит обещание. Но после того, как он угостил ее кофе, он, вроде как был в ее благосклонности, не так ли? Сакура осторожно взяла кружку с кофе и сделала глоток ароматного напитка. Ее плечи тут же расслабились, из уст непроизвольно вырвался довольный вздох. По прежнему избегая всеобщего внимания, она перевела взгляд на свою тарелку. Хаширама хлопнул в ладоши и поднялся с места. — Я рад, что ты присоединилась к нам, Сакура-чан. — Учитывая, что уже середина марта, с раннего утра я успел посетить госпиталь и поговорил с людьми, занимающимися его строительством. Они сообщили, что всё необходимое для функционирования госпиталя почти готово, и к концу сегодняшнего дня все основные приготовления закончатся. Это же здорово! — Все кивнули, но Сакура лишь замерла. Она посмотрела на Хашираму с выражением недоумения на лице. — Подождите. Какая сегодня дата? — Низким голосом прошептала она. Рука с кружкой непроизвольно задрожала. Хаширама, не заметивший изменений на её лице, продолжал улыбаться. — Сегодня 16 марта, — ответил он. Сакура застыла. Тобирама, будучи первоклассным сенсором, мгновенно уловил, что что-то не так. Повернув к ней голову, стал наблюдать за ней. Конечно, физически она присутствовала здесь, рядом с ним. Но, глаза её остекленели, словно мысленно она уже была не здесь, уходя глубоко в себя. Сейчас он мог лишь задаваться вопросом, чем была обусловлена такая реакция? Тем временем у Сакуры голова шла кругом. 16 марта. Через две недели ей исполнится 20 лет. Она станет старше, в окружении чужих людей, в чужом для неё мире, впервые, без окружения её родных и близких друзей. Глаза вмиг потускнели, взгляд зацепился за трясущиеся руки, продолжающие отчаянно сжимать кружку. Спустя минуту остальные заметили изменения в ее поведении. В столовую опустилась звенящая тишина. Чьи-то теплые руки удержали её, нежно обхватывая, когда хватка сжимающая кружку с кофе ослабла. Это прикосновение согрело и вернуло её в настоящее время. Подняв голову на обладателя этих самых рук, она увидела обеспокоенные алые глаза. Медленно, он позволил себе убрать кружку из ее дрожащих рук и поставить на стол, ни на секунду не сводя с неё глаз. Сакура прошлась взглядом по столовой, замечая любопытствующие взгляды каждого присутствующего. Силы разом покинули её. Сейчас она не хотела отвечать на невысказанные вопросы, появившихся на их лицах. Резко вскочив на ноги, Сакура выбежала из столовой, не произнеся при этом ни слова. Наконец, добравшись шаткой походкой к своему дому, она тихо закрыла за собой дверь, скользнув по ней и усаживаясь на пол. Непрошеные слезы брызнули из глаз, когда она обхватила голову двумя руками. Харуно настолько воодушевилась целью - создать крепкий союз двух кланов, основу для их будущего, что совсем забыла о своем дне рождении, своих друзьях… о своей реальной жизни.

***

Тобирама молча наблюдал за тем, как она уходит. В течении следующих нескольких минут он стоял молча, уставившись на ее остывшую кофейную кружку. Несомненно, события сегодняшнего утра возможно потрясли её. Если еще учесть их реакцию, на её появление в столовой, то вполне все можно было бы списать на легкий шок с её стороны. Но, он был бы не Тобирамой, если бы не был уверен, что причина такой молниеносной смены настроения крылась в чем-то совершенно другом. В чем-то более личном. Будучи лучшим сенсором в деревне, он моментально уловил, как ее тело напряглось всего за пару секунд. Теперь его волновал вопрос, что такого сказал Хаширама? А главное, почему он ощутил острую необходимость прикоснуться к ней, когда заметил отголоски боли в ее глазах? Он обхватил её руки своими без раздумий. Сенджу просто почувствовал, что ей нужна опора, и он стал этой опорой. Мито оглядела столовую. 
 — Что только что произошло? Кто-нибудь из вас знает, что это было? Изуна и Хаширама синхронно покачали головой, и только Тобирама оставался неподвижным, оставаясь погруженным в свои мысли. Мадара вздохнул. — Я уверен, что Хаширама рассказал тебе о её прошлом, — Мито кивнула, так, что Мадара продолжил: — Предпологаю, что мы затронули событие связанное с её прошлым. Но какое именно? Я не знаю. — Тогда я отправлюсь к ней домой и спрошу лично. — произнесла Мито и собиралась встать, но Хаширама остановил ее. — Я знаю, что ты заботишься о ней, Мито, но поверь мне, я уверен что ей нужно время. Как и уверен в том, что она вернется, когда будет готова. — Увидев серьезное выражение лица будущего мужа, Мито поняла, что это происходит не в первый раз. Узумаки захотелось узнать о розововолосой куноичи как можно больше, но, как и всем остальным, ей оставалось только ждать.

***

Сегодня 18 марта. Госпиталь начал функционировать еще вчера, и Сакура была только рада предоставленной возможности уединиться, сосредотачиваясь на работе и занимаясь своими делами. Она занималась бумажной работой, в то же время успевала помогать людям, нуждающимся в медицинской помощи. Девушка старалась не думать о своем приближающемся дне рождении. Потому что, как только она это делала, ей невольно вспоминались все те дни, когда она праздновала его в компании близких и друзей, до злосчастной четвертой мировой войны шиноби. Именно эти воспоминания разбивали ее сердце на части. Прошло уже два дня с тех пор, как утром она пулей вылетела с комплекса Сенджу, и ни один из основателей до сих пор не имел возможности поговорить с ней. Они видели только мелькающие розовые волосы то тут, то там. Мито начала искренне беспокоиться, когда заметила темные круги под глазами куноичи, в моменты их пересечения. Чем бы не были вызваны ее страдания, вероятнее всего, она не спала по ночам… В тот день, будущая госпожа Сенджу направлялась в госпиталь и случайно увидела на своем пути Изуну. Она улыбнулась младшему Учихе и слегка склонила голову. — Что ты здесь делаешь, Изуна-сан, ты ранен? Он улыбнулся и потер затылок. Легкий румянец окрасил его скулы, однако он быстро восстановил самообладание и прочистил горло. — На самом деле, вчера я видел Сакуру-чан, и, судя по тому, как она выглядит, я подумал, что ее стоит вытащить из госпиталя, хотя бы на обед. — завидев беспокойство в ониксовых глазах, Мито дотронулась до его предплечья. — Я здесь по той же причине, давай попробуем вместе забрать ее оттуда. Кивнув в знак согласия, Изуна зашел в госпиталь вместе с Узумаки и слегка замедлил свой темп рядом с медицинским постом. Мито потянула его за руку, выгнув бровь, не понимая почему они сбавили темп. Изуна никак не отреагировал на это, продолжив свой путь. Пройдясь по новым коридорам госпиталя, они, наконец-таки достигли кабинет розоволосого доктора. Не соизволив постучать, они практически ворвались внутрь. Сакура сидела на своем кресле, но не обратила никакого внимания на их появление, не удостоив их взглядом. Единственное, что служило подтверждением её осведомленности об их приходе стала заминка её ручки, которым она делала заметки в свитке. Затем она просто продолжила писать свои клинические заметки. Мито и Изуна обменялись взглядами. — Сакура-чан, идем обедать вместе с нами! — Учиха первым нарушил молчание, ослепительно улыбаясь, но улыбка быстро сошла с его лица, когда она не удосужилась взглянуть на него. Все еще работая с кучей документов, Сакура покачала головой. 
 — Я занята, извините Мито-сама, Изуна-сан. — Ее голос звучал устало и безэмоционально. Изуна собирался настоять на своем, но Мито остановила его. Она прошла вперед и облокотилась на угол стола, глядя на розоволосую. Сакура была бледной, выглядела измученной. Мито была уверена, что она точно сбросила пару килограммов за эти дни, так как скулы её стали острее, а привычная одежда стала свободнее на теле. — Сакура, тебе нужно выбраться отсюда. Хотя бы на обед. В последнее время мы почти не видим тебя. — сказала Мито. Сидя в кресле, Сакура потерла лоб и помассировала виски. С тяжелым вздохом она посмотрела на своих посетителей. — Послушайте, я ценю тот факт, что вы пришли сюда сегодня ко мне, но я занята. Может быть, в другой раз. — Она взяла очередной свиток в руки из стопки на столе и вернулась к работе, давая понять, что разговор окончен. Мито вздохнула и посмотрела на Изуну, одним лишь взглядом указывая на выход. Прежде чем покинуть кабинет, она оглянулась на Сакуру. Куноичи яростно писала какую-то информацию в один из свитков. Узумаки заметила блеск подступивших слез в уголках её зеленых глаз. Медленно, она закрыла за собой дверь. Ей необходимо поговорить с Хаширамой. Как только она покинула госпиталь, сразу же направилась в комплекс, где её жених и Учиха Мадара решали житейские вопросы деревни. Изуна почти перешел на бег, не поспевая за её темпом. — Куда Вы так торопитесь? — спросил он, догоняя её. — Нам нужно поговорить об увиденном с Хаширамой. Это ненормально. Я даже не представляю, когда она ела в последний раз. — Она резко остановилась, и Изуна чуть не влетел в её спину. — Изуна, она сейчас самоуничтожает себя. Нам нужно помочь ей. До комплекса они добрались всего за десять минут. Мито, так же как и получасом ранее, ворвалась в кабинет, не постучав. Хаширама, Мадара и Тобирама, были настолько поглощены свитком в руках ее жениха, что не сразу обратили на неё внимание. На мгновение забыв о том, что она собиралась им сказать, Узумаки вопросительно подняла бровь. — Что это? — голос Мито прозвучал нервно, кивком она указала на свиток в руках будущего мужа. Узумаки, конечно не намеревалась грубить им, но, увидев серьезное лицо лидера Сенджу, она могла лишь предположить, насколько серьезную информацию таил в себе свиток. — Около недели назад мы отправили приглашение клану Хьюга с предложением, присоединиться к нашей деревне. Мы только что получили ответ, где они просят нас прийти лично, чтобы провести переговоры. Мадара, Тоби и я отправимся в путь сегодня вечером. Это действительно очень важно, и если они согласятся, это станет большим преимуществом для нас и для нашей деревни. Мито растерялась, не зная что ответить на услышанное. Они собираются уйти? Разумно ли это? Но, зная их силу, она немного расслабилась. Они уж точно будут в порядке. Тем более втроем. Наблюдая за своей невестой, Хаширама улыбнулся ей. — Что-то случилось, дорогая? По какой причине ты решила придти к нам? — Да. Дело в том, что я всерьез беспокоюсь о Сакуре-чан. Тобирама выглядел безучастным ровно до того момента, пока не услышал её имя. — Она проводит свои дни, смею предположить, и ночи в госпитале. Я не знаю, возвращается ли она к себе домой, и был ли у неё хоть какой-то прием пищи за последние 48 часов. Нам нужно помочь ей, Хаширама. Она уничтожает себя. Хаширама потер подбородок и вздохнул. — Мы вернемся через три дня, и сразу по возвращению, я обязательно поговорю с ней. Но прямо сейчас мне нужно готовиться в путь. Он подошел к Мито, аккуратно взял её руки в свои и поцеловал. — Сакура будет в порядке, она сильная, вот увидишь. Мито слегка улыбнулась и кивнула. С ней всё будет хорошо. Должно быть.

***

Сакура вышла из госпиталя, когда на улице уже было темно. Да, она избегала их всех. Её не покидало чувство вины и стыда за то, что она буквально сбежала в тот день из комплекса. Но, так же она действительно не хотела говорить им о том, что её беспокоит. Подойдя к своему дому, она застыла, увидев Тобираму на крыльце, облокотившегося на перила пандуса. Он был одет в свои доспехи, а в одной руке держал сумку. Весь его вид говорил о том, что он собирался в дальнюю дорогу. Когда он заметил её, его глаза чуть расширились, но он быстро вернул безэмоциональное выражение лица. Пройдя мимо него, она поднялась по лестнице. — Что Вам нужно? — Ее тон был холодным и достаточно резким. Открыв дверь ключом, она повернулась к нему лицом и была удивлена, увидев, что он протягивает ей что-то. Она взяла сверток из его рук и посмотрела на него уставшим, но любопытным взглядом. Он колебался всего пару секунд, но затем взглянул на неё. — Мы вернемся через три дня. Пожалуйста, не делай глупостей, пока нас нет в деревне. Как только он произнес это, телепортировался, оставив озадаченную Сакуру одну. Осмотрев оставленный им сверток, она поняла, что это еда. Еда. Она даже и не помнила, когда в последний раз ела. Как только она подумала об этом, словно в подтверждение её слов, желудок куноичи заурчал. Войдя внутрь, она прислонилась спиной к закрытой двери. В мыслях проносились вопросы: куда они ушли? И главное, почему он решил принести ей еду, тем более лично? Еще раз взглянув на пакет с едой, она подошла к столу и открыла его. Там было немного рыбы, немного риса, и немного данго… Увидев сладкое угощение, она не смогла сдержать улыбку, успевшую появиться на уставшем лице. Ей действительно нужно поговорить с ним…

***

Тобирама телепортировался сразу к воротам. Его брат и Мадара уже стояли там, вероятно, ждущие только его. Хаширама посмотрел на него с недоумением. — Где ты был? Мы ждем тебя уже десять минут. Тобирама ничего не ответил, и сразу бросился бежать, задавая темп их троице. Не потому, что не хотел отвечать, а потому, что не знал что делать с румянцем появившимся на скулах. Он прыгнул на ветку дерева и направил чакру в ноги. Услышав треск ветки позади себя, он повернул голову и увидел ухмыляющегося Мадару. Учиха выбросив маленькую ветку, которую использовал, чтобы привлечь внимание младшего Сенджу. Смущение на его лице исчезло, но, учитывая, что шаринган Учихи был активирован, он знал, что его секрет раскрыт. Подозрение было подтверждено, когда он услышал голос Учихи. — Я знаю, где он был. — Голос Мадары был низким, но прозвучал достаточно громко, чтобы Хаширама замыкающий их троицу, услышал его. Лидер Сенджу посмотрел на своего друга и поднял бровь. Мадара ответил на его взгляд со смешком на губах. — Он был у Сакуры. — Откуда ты это узнал? Взгляд Хаширамы настиг Тоби и вернулся к Мадаре. — Я никогда не видел, чтобы Тобирама Сенджу краснел, но могу предположить, учитывая мои наблюдения за последние недели, что единственным человеком, способным смутить его будет Сакура. Тобирама не ответил, потому что знал, что его голос предал бы его, если бы он это сделал. Вместо этого он начал бежать еще быстрее, молча проклиная Учиху про себя. Еще больше разозлило то, что брат начал смеяться в голос. — Что ты делал у нее дома? Вы двое избегали друг-друга с тех пор, как мы начали строить деревню. Мадара фыркнул на это заявление. Они избегали друг-друга, конечно. Почему он был единственным, кто видел этих двоих насквозь? Тобирама резко остановился и повернулся к своему брату, сжимая кулаки. — Что бы с ней ни происходило, я все же немного беспокоюсь о ней. Серьезность промелькнувшая в глазах младшего брата поубавило веселье Хаширамы. — Теперь, мы идем выполнять серьезную миссию, брат, так что перестань дразнить меня и давай сосредоточимся на задаче. Мы не знаем, каковы их намерения, поэтому нам нужно быть бдительными. Улыбка Хаширамы пропала окончательно, когда он понял, что его брат действительно прав. Кивнув ему, он оглянулся на Мадару, который пожал плечами. Увидев молчаливое соглашение обоих, Тобирама повернулся вперед и продолжил их путь. А позади него, Мадара и Хаширама все еще ухмылялись друг-другу. Тобирама был таким серьезным. С тех пор как основатели покинули деревню, прошел день. Сакура сидела на рабочем кресле, занимаясь бумажной волокитой. Она только недавно вышла с операционной и чувствовала вселенскую усталость во всем теле, но у неё было так много работы. В конце-концов госпиталь начал свою работу только пару дней назад, и она впервые сталкивалась с такой ответственностью. Но, несмотря ни на что, она должна была успевать со всем. Накануне вечером ей было тяжело заснуть, она полночи думала о том, что Тобирама решил принести ей еду лично, прямо перед отправлением на важную миссию. Мито, вероятно, рассказала ему об увиденном днем и заставила его это сделать. Да, это казалось куда правдоподобнее, чем то, что он и вправду сам захотел пойти на это. Пытаясь сосредоточиться на том, что она писала, Сакура потерла свои закрывающиеся глаза. Выглянув в окно, она ахнула. На улице стояла кромешная тьма. Который был час? Она не заметила, как пролетел день, сменившись глубокой ночью. Куноичи встала со стула и потянулась, услышав как хрустнули кости. Это означало, что она засиделась слишком долго, пребывая в своих мыслях. Сняв белый медицинский халат, она повесила его на спинку кресла. Перед тем как уйти, Сакура прихватила с собой пару свитков, которые хотела изучить перед сном. Переступив порог дома, девушка выдохнула, направившись в ванную, чтобы набрать в неё теплую воду. Как только она погрузилась в воду, открыла один из свитков. Но, вскоре выбросила его на пол, ощущая как теплая вода снимает напряжение с уставшего тела. С удовольствием вздохнув, Сакура откинулась назад и закрыла глаза. Я могу сделать это позже. Она размышляла о том, почему так много работала в последние дни. Конечно она избегала всех, и даже саму себя, особенно, когда образы ее друзей и счастливые моменты ее жизни всплывали в ее голове. У нее все было отлично, пока в тот день она не осознала, что приближается ее день рождения. Почему? Потому что у НЕЕ должно было быть другое день рождение. Вздыхая, она села прямо и потерла свои измученные усталостью глаза. Вода в ванной остыла, и больше не приносила удовольствия. Обернув полотенце вокруг своего тела, она прошла в спальню и достала со шкафа привычные черные шорты и красную майку, которую Ари сшила для неё. Одевшись в удобную одежду, принесла свитки и села на кровать, удобно располагаясь на ней, чтобы нажать изучение содержимого в них. Сегодня больше никаких мыслей о личном, о прошлом, мне нужно сфокусироваться на работе. Сон подкрался к ней незаметно, и спустя тридцать минут Сакура уснула, уткнувшись лицом на листы бумаг.

***

Мужчины почти закончили первый день своего небольшого путешествия, когда Тобирама почувствовал неладное. Он оглянулся по сторонам, не замечая ничего подозрительного. Мадара двигался за ним, а Хаширама по прежнему замыкал их троицу. Они продолжили свой путь до тех пор, пока чувство что, что-то не так, не достигло своего апогея. Приземлившись на землю, Тобирама посмотрел на брата и Учиху. С помощью ручных знаков, он поделился с ними, что их окружили около пятидесяти шиноби. Как только он показал это, на них сразу же напали со всех сторон. Это была засада. Шиноби появился прямо перед ним и начался бой. — Не позволяйте их оружию ранить вас. Они отравлены. — Мадара зарычал. Тобирама всадил свой кунай прямо в горло врага, одновременно пырнув второго в живот. Он заметил, как Мадара тоже сражается сразу с четырьмя, а брат находится недалеко от них. Шиноби напавшие на них были опытны, от того и опасны. То, что поразило Тобираму, это отсутствие знаменитого бьякугана у вражеских шиноби. Так что он был уверен, что это засада. Но, кому нужна их смерть? Тем временем, они сблизились с Мадарой, и начали сражаться бок о бок. Он начал уставать, а враги всё наступали. Но ведь они были сильнейшими, поэтому против них у вражеского отряда не было шансов. Когда последний был повержен, Учиха и Сенджу стали кашлять, задыхаясь и запыхаясь. Тобирама провел рукой по своим белым волосам и понял, что он полностью промок в крови своих врагов. Белые волосы окрасились в красный. Оглядываясь назад, а затем по сторонам, его сердце сжалось. Куда подевался его брат? Мадара тоже искал его, пока не наткнулся на испуганный взгляд Сенджу. Уловив чакру своего брата, Тобирама рванул в место, где он его почувствовал. Он не мог найти его среди трупов. Наконец, он обнаружил, что его брат лежит на земле в неестественном положении, с согнутыми конечностями под странными углами. Когда это произошло? Кто смог подобраться к нему настолько близко, чтобы так сильно ранить его? С помощью Мадары, они аккуратно вытащили его из кучки трупов, и у него засосало под ложечкой, когда он услышал болезненные стоны своего брата. Не поддаваясь панике охватившей его, он повернулся к Учихе. — Мадара, нам нужно срочно доставить его домой. Прямо сейчас. Мадара сидел на земле, с застывшим выражением лица. Не дождавшись ответа от Учихи, Тобирама открыл свой рюкзак, разорвал одежду, которую взял с собой, и быстро перевязал кровоточащие раны так сильно, как только мог, стараясь не вглядываться в них слишком сильно. Сакура может его вылечить. Ему лишь нужно доставить брата к ней. Аккуратно подняв брата и устроив его на своей спине, Тобирама схватил один из отравленных кунаев. Затем он коснулся плеча Мадары. Тот поднял голову, и выглядел удивленным, увидев младшего Сенджу, готового в путь. — Мы нужны ему. Соберись и возьми это. Нам нужно вернуться в деревню как можно быстрее. Кивнув ему, он взял кунай из его рук, и последовал за беловолосым шиноби. Смотря на покалеченное тело своего лучшего друга, его глаза затвердели. Тот, кто сделал это, заплатит. Тобирама засунул две таблетки усиливающую чакру в рот. Он не был тем человеком, который использует их в своей жизни, но сейчас была чрезвычайная ситуация. Чувствуя, как чакра усиливается в его организме, он начал бежать быстрее, чем когда-либо. Если бы кто-то увидел его сейчас в лесу, единственное, что он мог бы заметить, это белая вспышка. Спустя несколько часов, ноги Тобирамы начали болеть, но он не останавливался, продолжая двигаться с той же скоростью, с которой начал. Единственная мысль которая занимала его голову была о том, что Сакура спасет его. Он представил её сосредоточенные зеленые глаза, хмурый взгляд на лице… Она сможет исцелить его брата. Всё, что ему нужно сделать, это доставить его вовремя. Мадара догнал его и увидел, как тело молодого Сенджу не выдерживает дополнительный вес Хаширамы. Остановив его, он посмотрел на Тобираму. Лицо младшего Сенджу было искажено множеством эмоции: вина, боль, истощение, надежда… — Передай его мне. Я могу нести его до конца пути. Как только мы доберемся до деревни, я пойду в больницу, а ты пойдешь за ней. Сенджу кивнул. Он осторожно передал тело брата Мадаре, и они продолжили свой бег. Как только ворота деревни появились на виду, оба слегка расслабились и посмотрели друг на друга. Кивнув Мадаре, Тобирама сложил ручную печать для дзюцу телепортации, потому что он, отметил переднее крыльцо дома Сакуры своей печатью… Мадара отправился прямо в больницу.

***

Сакура проснулась тогда, когда поняла что кто-то очень громко и настойчиво стучал в её дверь. Испугавшись, она открыла глаза, пытаясь вспомнить, где она находится. Шею ломило от боли, она поняла что уснула в неудобном положении. Стук стал еще громче, отчего у неё сперло дыхание. Это могло означать только одно. Это была чрезвычайная ситуация. Взглянув в окно, она поняла, что было около четырех часов утра, так как на улице еще было темно, Подбежав к двери, она открыла ее и замерла, когда увидела, кто был на другой стороне. Она лишь уставилась на него, не имея возможности вымолвить ни слова. Перед ней стоял обезумевший Тобирама, покрытый засохшей кровью с головы до ног. Его белые волосы окрасились в малиновый цвет и его глаза… Его глаза источали страх. Это была та эмоция, которую она никогда не думала, что увидит в нем. Он тяжело дышал и дрожал, как будто перенапряг свое тело до максимума. — Я знаю, что я, вероятно, последний человек, которого ты хотела бы увидеть сегодняшним утром, но ты нужна Хашираме. — Его голос готов был сорваться, когда он произнес имя своего брата, и этого хватило для того, чтобы Сакура выбежала из своего дома. То, что она увидела во взгляде Тобирамы, могло означать только одно. Дело было плохо. Очень плохо. — Пойдем! — Ее глаза выглядели решительными, и это все, что ему было нужно, чтобы сосредоточиться на своей задаче. Схватив её за руку, он побежал в госпиталь, где их ожидал не менее огорченный Мадара. — Где он? — Мадара указал на одну из операционных. Сакура кивнула. — Мадара-сан, сходите и приведите Мито сюда. Собрав волосы, она собиралась войти в операционную, когда Тобирама схватил ее за плечо и остановил. — Я подумал, что это может понадобиться. Он был отравлен. — с этими словами он передал ей кунай и посмотрел на неё, взглядом полной надежды. Ее сердце сжалось от этой картины. Сейчас он не был гордым Тобирамой Сенджу, основателем Конохи и вторым хокаге. Сейчас он был человеком, который до смерти боялся потерять единственного родного человека, своего старшего брата. Его глаза умоляли её спасти его, и, чтобы ответить на его просьбу, она обхватила его руку, надеясь, что успокоила его. Улыбнувшись и кивнув, она побежала в операционную, двое мужчин наблюдали за ней и надеялись, что они успели вовремя.