Внутри тебя

      Алек проснулся от неприятного ощущения: запястья ужасно ныли, и он никак не мог пошевелить руками, чтобы облегчить жгучую боль.       — Она очнулась, Святой отец.       Он разлепил глаза, но картинка всё ещё была нечеткой, однако когда смытые линии мужчины, сидевшего подле его кровати, обрели вполне знакомые черты, Алек чуть не поперхнулся.       — Господин? — он хотел было встать, но что-то мешало ему даже пошевелиться.       — Она всё еще бредит, — раздалось с другой стороны, в которой стояла пара средних лет. Алек безошибочно узнал в них родителей Эммы.       — Что происходит? — он вновь повернулся к Аро и замер, увидев, во что тот был одет: белая колоратка на его шее вызвала понятное чувство отвращения. Однако более ужасным выглядела библия, которую мужчина сжимал в руках.       Древний вампир поправил круглые очки, и раскрыл священное писание, принявшись читать молитву.       — Да какого чёрта?! — взревел Алек, пытаясь дернуться, но тут же понял, что это бесполезно: его руки, как и ноги, были крепко привязаны к концам кровати.       — Именем господа нашего… — продолжал Аро, в то время как сам Алек начинал панически задыхаться.       В его голове абсолютно не укладывалась картина происходящего. Но он вскрикнул ещё громче, когда перед ним появилась никто иная, как его сестра. С надменным выражением лица Джейн склонилась над ним и с сожалением помотала головой.       — Дьявол всё еще внутри, отец, — она выпрямилась и посмотрела на Аро.       Мужчина тут же поднёс распятие к губам, а затем, продолжая шептать молитву, приложил крест ко лбу Алека, который тщетно мотал головой из стороны в сторону.       — Джейн, — выдохнул он, поворачивая голову к сестре. — Прошу тебя.       Но вместо поддержки встретил тень ужаса: девушка теперь вторила святым словам, которые становились всё громче и кажется вовсе впечатывались в раскрошенное сознание Алека.       Вероятно, он и вовсе сошёл с ума, потому как то, что он увидел далее, не поддавалось никакому объяснению.       Прямо перед ним стоял он сам, в обличие вампира. Но не один, а в обнимку с Деметрием, который смотрел на него с какой-то безумной ухмылкой. Затем тот Алек приподнялся на носочки и завёл руку в волосы ищейки, ведя носом по скулам мужчины и остановился у губ, явно намереваясь поцеловать их.       — Верни мне моё тело! — Алек рванул вперёд, но крепкие повязки едва дали ему приподняться.       Он тут же зажмурился, не в силах смотреть на творящееся бесстыжие, однако капли воды, что с напором попадали на его лицо, заставили всё же открыть глаза.       — Какого..? — он с непониманием таращился на Джейн, которая брызгала на него из пульверизатора почти что в упор.       Но Алек так и не сумел закончить вопрос, потому как новая волна ужаса и паники накрыла его, стоило услышать грозное «гав».       Он машинально повернул голову на источник звука и вскрикнул. Слева от него по прежнему сидело мужское тело, правда голова была собачья. Глаза дога так же смотрели на него через круглые очки, а сам пёс не переставая лаял, периодически опуская взгляд в книгу.       Эпопеей этой вакханалии стал быстро разгорающийся огонь, который с былым ужасом подкрадывался к Алеку со всех сторон, сливаясь с его отчаянным воплем.

***

      — Эй, Алек, слышишь меня? — голос Шарлотты прозвучал как спасение, стоило Алеку резко раскрыть глаза и жадно глотнуть воздух. — Это просто сон, всё хорошо.       Девушка тяжело вздохнула, прикасаясь ко лбу ладонью и отмечая, что тот чересчур горячий. И это несмотря на то, что окно было приоткрыто. Именно поэтому капли моросящего дождя попали на ещё спящего Вольтури.       — Приснилось что-то страшное? — Лотти поднялась, чтобы закрыть окно, а затем села на свою половину кровати.       Эту ночь они делили её пополам, отдав спальню Эммы их бабушке. Правда сам Алек настоял на раздельных одеялах, а между ними мягким бортиком пролегала игрушечная змея.       — Да, вроде того, — выдохнул Алек, приподнимаясь и мотая головой. — Я слишком давно не видел сны.       Одежда неприятно липла к телу. Подушка, как и простынь, промокли от холодного пота. Шарлотта окинула взглядом эту картину и прошла к шкафу, доставая оттуда комплект кружевной пижамы — ровно такой же, какой был сейчас на ней, только другого цвета.        — Переодевайся и ложись ко мне, — тихо сказала она, сбрасывая второе одеяло на пол и пододвигая змею в сторону.       Алек молча переоделся и присел на другой край, раздумывая над предложением. Тогда Шарлотта цокнула и потянула его на себя, укладываясь грудью к спине сестры.       — Ты ведь понимаешь, что я… — Алек не договорил, почувствовав теплое мягкое тело сзади.       — Вдвоём не так страшно, — пояснила Лотти, обнимая его рукой и переплетая их пальцы. — К тому же, мы с Эммой всегда так делали, когда кому-то из нас снился кошмар.       Алек ничего не ответил, пытаясь сосредоточиться на дыхании Блэквуд, которое мягко касалась шеи. Он впервые находился в таком интимном и открытом жесте. И с удивлением обнаружил, что такое положение донельзя приятно.       Лотти же, то ли почувствовав его настрой, то ли просто по привычке, легко прикоснулась губами к его виску и пожелала спокойной ночи.       Только вот Алек уже не был уверен, что сможет спокойно уснуть.