Another reality

Наши сомнения — это наши предатели. Они заставляют нас терять то, что мы возможно могли бы выиграть, если бы не боялись попробовать.

Уильям Шекспир

             — Ну зачем мне это нужно? — в очередной раз протянул парень. Эта тема поднималась, казалось, в сотый раз за последнюю неделю. — Нормально же учился дома, паралельно помогая тебе с делами. Что сейчас изменилось?       — Натаниэль, я уже говорил тебе, мне нужно решить кое-какие дела без тебя. Я прошу всего лишь один год. Потом ты вернёшься.       — Я не хочу на целый год быть отстранённым от дел, отец.       — Если ты так этого хочешь, я поговорю с Ичиро. Он найдет для тебя работу. Но в мои дела не лезь.       Натаниэль почувствовал, что Натан начинает злиться, поэтому оставил этот спор. Тем более вариант с Ичиро был не так уж и плох. Они все равно давно не виделись.       — Хорошо. Но, серьезно, Пальметто? Почему они?       — Тебя интересует экси? Хорошо. К Воронам ты не отправишься, это я тебе гарантирую. Не в обиду Ичиро, но его брат мудак.       Натаниэль прыснул.       — Я ему передам. Но что насчёт Троянцев, например?       — Троянцы? Им только тебя не хватает. Они тебя не выдержат. А Лисы — шайка таких же ебанутых, как и ты, игроков.       — Ну спасибо, отец. — Натаниэль рассмеялся.       — Всего лишь говорю правду. Сейчас позвоню Ичиро. О том, как ты будешь совмещать учёбу, игры и работу думай сам. Не мои проблемы.       — Ты меня недооцениваешь. Ты с Ваймаком говорил уже? Он вообще понимает, кого в команду берет?       — Он — понимает. Но вот пресса понятия не имеет, кто ты такой, если ты забыл. Ты мой сын, известен в нашем мире, но не за его пределами.       — Ну что же, пришло время это изменить.       — Отец меня убьет, — прошептал Натаниэль, улыбаясь.       — За что? — тихо спросил Эндрю, опуская взгляд на чужие губы в нескольких сантиметрах от себя, после чего снова смотря Натаниэлю в глаза, не обращая внимания на руку на своем затылке, перебирающую его волосы.       — Я должен был провести здесь, в Пальметто, год, после чего вернуться домой. Моей единственной целью была игра в экси. Я не планировал «этого».       — Жалеешь?       — Ни капельки.       Натаниэль сократил последние сантиметры между ними, накрывая губы Эндрю своими. Это были новые для него ощущения, которые он не испытывал никогда до этого. Было пару поцелуев, один с девушкой — молоденькой, его возраста, секретаршей отца, и один с парнем — в клубе на одной из встреч отца, на которые тот его иногда брал, в туалете. Не очень романтично. Ни один из поцелуев не вызвал в нем никаких эмоций, кроме, разве что, презрения к его партнёрам, которого Натаниэль даже не мог объяснить.       Поцелуй с Эндрю был другим. По позвоночнику пробежали мурашки, его пальцы в волосах Эндрю на секунду замерли, после чего сжались с новой силой, наверняка причиняя парню боль, но тот даже не вздрогнул, лишь надавливая языком на его губы, заставляя его разомкнуть их.       Поцелуй точно не был нежным, нежность не подходила ни одному из них. Он был грубым, жадным, это была вечная борьба за доминантность, но они оба знали, что победителей не будет, как и проигравших. Будут только они. Чокнутые психи, которые по велению судьбы оказались вместе. Один из которых в первую их встречу чуть не перерезал горло второму, в то время как тот улыбался. Психи, понимающие друг друга без слов, вечно припирающиеся между собой, но не позволяющие кому-то другому даже косо взглянуть в их сторону. Открывающие друг другу смертельные тайны, которые в прямом смысле этого слова могли стоить другому жизни, и ведущие вечную игру, кто кого, в которой никогда не будет победителя.       Натаниэль сидел в комнате отдыха на корте, переписываясь с Ичиро в телефоне, когда в комнату зашла компания из четырех человек, замерев в проходе. Ближе всех к Натаниэлю стоял блондин. Вообще-то их было двое, но заинтерисовал его апатичный, с черными повязками на руках, которые наверняка были там не просто так.       — Ты кто? — грубо спросил блондин.       — Натаниэль Веснински собственной персоной. Кевин, привет, — весело ответил Натаниэль, ухмыляясь.       С Кевином они не знакомы слишком близко, только виделись пару раз, когда Дей ещё был в Эверморе и когда Натаниэль приезжал туда встретится с Ичиро. Кевин видел его, разговаривающим в фривольной форме с Ичиро, тем самым Ичиро, который Морияма, брат Рико, будущий глава якудзы. Натаниэль уверен, Кевин тогда прихуел.       — Нам пиздец, — выдохнул Кевин, понимая, кто перед ним. Уж больно он был наслышан о нем от Рико, когда был в гнезде. Как уж тут, парень, который должен был стать третьим номером в его свите, даже не явился на первый день отбора, а ему за это даже слова не сказали. Рико тогда был в ярости.       — Кто это, Кевин? — напряжённо спросил блондин.       — Эй, я вообще-то здесь. Спроси меня сам. И я представился.       В следующий момент блондин оказался прямо возле него прижимая взявшийся из ниоткуда нож к его шее так сильно, что на его коже выступили несколько капель крови, которые медленно начали стекать под одежду. Натаниэль лишь ухмыльнулся, как будто бы к его шее не прижимали клинок, а перед ним не стоял человек, который мог убить его в любой момент.       — Не представишься?       — Какого хуя ты здесь делаешь? — прошипел парень, не обращая внимания на испуганного Кевина позади себя, и ничего не понимающих братьев.       — Что здесь происходит? — в комнату зашли ещё пять человек, немного старше самого Натаниэля, вероятно, остальная часть команды.       Блондин не пошевелился и нож убирать не спешил.       — Какого хуя вы творите? — в комнате прогремел голос мужчины, Ваймака, с которым Натаниэль уже успел поговорить полчаса назад до прихода команды. — Миньярд, отошёл от него!       — Миньярд значит? Имя не скажешь?       — Иди на хуй, Веснински. — Парень сделал шаг назад, убирая нож под повязки.       Парни разорвали поцелуй, начиная хватать ртом воздух, как будто бы были лишены кислорода долгие минуты, хотя, возможно, так оно и было.       Натаниэль неосознанно дотронулся до шрама на шее. Того самого и единственного, который появился на его теле из-за Эндрю.       — Ненавижу тебя, — прошептал Эндрю, откидываясь спиной на поверхность крыши.       — Аналогичная ситуация, — сказал Нат, повторяя за Эндрю и улыбаясь.       — Идиот.       — Только для тебя.       О да. Натаниэль уже представлял реакцию отца на это. Но он ведь сам его сюда отправил, разве нет? Если будет искать виновных, пусть начнет с себя.       Но Натаниэль бы ни за что не променял бы все это на что либо ещё. И да, он задержится здесь ещё на четыре года. И, вероятно, продолжит работать на Ичиро, войдя в «новое поколение» их мира. Это его жизнь и только ему решать, что с ней делать.       — Нат. Да или нет?       — С тобой всегда да, Эндрю.

Когда ты любишь, стук твоего сердца слышат все вокруг, когда ненавидишь — он отдается лишь в твоей голове, когда умираешь — только ты перестаешь его слышать, но он остается с теми, кто тебя любит…

«Холм одного дерева»