Книга 1. Свобода воли - это иллюзия

      Рассвет коснулся накрепко сомкнутых глаз девушки, отчего, подрагивая, веки медленно распахнулись. Сенджу сделала медленный вдох, будто во сне вовсе не дышала, и постепенно сознание стало пробуждаться. Подрагивая пальцами, она ощутила, что сейчас под ней лежит крепкое мужское тело, чья грудь медленно вздымалась, говоря о том, что человек всё ещё спал.       — Ах… — вырвалось из полуоткрытых губ. Невольное сглатывание, и куноичи уставилась на холодное лицо спящего, всматриваясь в такие знакомые ей черты — глубокие и резкие. Она непринуждённо протянула ладонь к его лицу, смахивая пару прядей цвета вороньего крыла с его лба. Солнечные лучи падали на тёмные ресницы, подчеркивая красоту мужчины. Девушка слегка приподнялась: в душе были перевёрнутые чувства.       Осторожно коснувшись его щеки, Каори ощутила ладонь на своей талии и вздрогнула.       — Доброе утро, — прохрипел сонным голосом Учиха, ладонью двинувшись чуть ближе к спине девушки, отчего тело обдало странным жаром в той области.       — Так ты не спал, — утвердила она, всё же проводя пальцами по бледной коже.       — Спал, — уголки губ джонина поползли вверх, — наверно, — взгляд полуприкрытых ониксовых глаз на предмет своего обожания.       — Хм, какой же ты самодовольный, Учиха, — поспешно хмыкнула Каори и отняла руку от его щеки. Нукенину это не понравилось, и он слегка придвинул её ладонью к себе. Она не ожидала такого напора и в результате нагнулась ближе, буквально лежа на его груди.       — Не убегай, — хриплым голосом, будто сердечно прося о некоем одолжении.       — Ах… х… — выдохнув воздух, словно простонав, Сенджу закусила нижнюю губку, пока тело горело, а щёки заливались краской.       И в ту же секунду, по случайности встретившись с ним взглядами, она увидела, что в тёмных зрачках горело тепло, но, казалось, оно же обжигало.       Теперь Итачи протянул ладонь к раскрасневшемуся личику любимой.       — Извини, что напугал. Ты не привыкла меня видеть так близко, я понимаю, — секунда молчания, — следовало разместиться на кресле, — поглаживая мягкую кожу большим пальцем. Они не могли оторвать взгляды друг от друга.       Сенджу почувствовала, что должна что-то сказать, хотя бы слово. Губы дрогнули, но на них лёг указательный палец джонина:       — Не нужно ничего говорить, я всё итак вижу. Могу пообещать, только, что никуда не денусь, — он гладил её по волосам и шептал так чарующе успокаивающе, что рана в сердце затягивалась медленно, но оно не болело, билось гулко, возможно, даже скоро оно станет быстрее её мыслей, но без боли.       Каори лишь медленно кивнула, но стоило времени истечь, как он ласково отстранился и привстал, опираясь руками в постель.       — Пора вставать, опаздывать не стоит, у нас сегодня задание, — Сенджу оставалось только провожать глазами его широкую спину, пока он не скрылся за дверью ванной комнаты.       Лёгкое оцепенение и задумчивость. Она сама не заметила, как в раздумьях искусала собственные губы, очнулась, когда ощутила привкус металла на языке.       — Чёрт, — выругавшись, девушка спешно подорвалась, собравшись, попутно зажимая губами найденную на столе салфетку.       Вскоре оба уже были готовы. Каори вышла чуть раньше, чем бывший напарник. Возможно, стоило называть его вновь напарником, хотя сколько же странностей было вложено в это слово и в того человека, ведь он кем только не был в её воспоминаниях. Поток мыслей перебил голос крайне, режущий по ушам:       — Приветик, — нараспев протараторила несшаяся навстречу девушка, — ты вовремя, а мальчиков пока нет, — она подошла к Сенджу и та отошла на шаг назад, — ты странно пахнешь, — принюхавшись, шаман сделала снова шаг вперёд, рука куноичи инстинктивно дёрнулась к кинжалу на поясе.       — Этот запах очень знаком, — не внимая предупреждениям Каори, она продолжала.       — Будь любезна, не люблю повторять дважды, — попятившись ещё на пару шагов, наблюдая весьма глупую реакцию Сато, а точнее её тугоухость, пока сама не почувствовала, как врезалась в что-то твёрдое.       Повернув голову, Каори уловила, как лицо Мари изменилось. Не понять, что подумала та женщина, но тошнотворно от этого точно стало. На плечи куноичи опустились две ладони, от которых исходило тепло, аккуратно сжав её плечи, словно боясь причинить вред.       — Что тут происходит? — вопросил Учиха, опустивший глаза на кинжал, который сжимала Сенджу, — Каори, верни кунай на место.       В ответ девушка разжала пальцы, опуская руки. Внимание только и концентрировалось на его ладонях, которые так крепко, но без усилия, придерживали её саму.       — В чём дело Мари, у вас какой-то конфликт? — обратившийся напарник ввёл Мари в чудное состояние эйфории. Это был первый раз, когда он напрямую заговорил с ней.       — Мы просто болтали, — безвольно улыбнувшись, — хотела познакомиться, — диалог спокойно слушал стоящий поодаль мечник, не смея встревать в женские дела, в которые нехарактерно парадоксально вмешался товарищ.       — Я разберусь, спасибо, — коротко вымолвила куноичи, решив заканчивать концерт, желая совершить какое-либо движение, но в результате осознав, что не может шевельнутся. Сердце стало предательски биться, когда мужские руки заскользили, едва касаясь её предплечья, вниз. Спас ситуацию Хошигаке:       — Ведьма, никто тебе ничего не даст, отлипни от людей и лучше почитай о задании, — скоро подойдя, мечник вручил прямо в руки чёрный конверт, который женщина не вскрыла.       — Ой ли, — цокнув, она не особо проявляя внимание начала читать о миссии, — так значит… — снова собираясь что-либо сказать, когда Касаме басом перебил её голос:       — Наше задание начнётся с порта Страны Огня, от туда на пароплаве в Страну Воды. Наша миссия заключается в пару аспектах. Пейн не сказал, кто именно куда идёт, но сведенья нам достать нужно, а там решим, — отступник обращался будто только к Итачи, а женский пол особо не учитывал.       Мари ярко выражала своё раздражение, чуть ли не шипя, в то время как Сенджу, сложив руки на груди, вслушивалась в короткую речь.       — Допустим, доберёмся, дальше куда? В Киригакуре? — решил уточнить Учиха, получив ответ:       — Не совсем, нам в Ода — столицу Страны Воды, там будет ежегодный съезд служащих его высокоблагородию Даймё, — на этом слове Кисаме чуть ли не сделал реверанс, в открытом притворстве к упомянутой особе, — там нам стоит разузнать всё, что сможем. Чаще всего туда съезжаются многие чины континента и информации много, таким образом не только разузнаем о хвостатых.       Сказанное поняли все и стали собираться на выход, когда Сато, зевая выдала:       — Скучно, ваши войнушки меня утомляют, — она демонстративно потягивалась. Мечник, подобрав походную сумку, задел корпусом напарницу, от чего та чуть не грохнулась на пол.       — Да ты ж ничего не сделала толком, только беды ходишь притягиваешь, да язвишь, — женщина залилась в возмущении.       Двое остальных из команды не стали слушать это перебранку и покинули первыми зал.        — Да как ты, некчёмыш, смеешь меня затыкать, я… я… — заходясь и краснея от злости, пока Хошигаке самодовольно улыбался:       — Да что ты, что ты, не прыгай выше головы, рыбка, — развернувшись, отсекая разговор на корню, он широким шагом отходил от напарницы, что впопыхах схватила первое попавшееся под руку. Этим предметом оказалась тарелка с остатками еды, которая мигом полетела в голову нукенину.       — Ах ты, премерзкий мужлан, смеешь мне вычитывать своим грязным ртом, — в момент, мужчина отклонил корпус в сторону и предмет обихода пролетел мимо, с грохотом врезавшись в стену.       Под руку Сато попалась чашка, которую постигла та же участь.       — А ну вернись и договорим, придурок чёртов, — нащупав рукой уже чайную ложку, она кинула и её, но, как и ожидалось, Кисаме только лишь увернулся, не отвечая ничего.       Под беснование шамана из коридора вышел сонный Хидан. Потирая затылок, он метнул взгляд к столу, где оставлял свой завтрак и застыл в шоке, наблюдая швырявшуюся кухонной утварью женщину.       — А ты, блять, кто такая?       Она с полу разворота заорала уже на пришедшего:       — Да закройся, не до тебя!       На пару секунд Мацураси остолбенел, но потом помотав головой:       — Долбаная психопатка, ты какого хера раскидала мою еду?       Входная дверь захлопнулась, и Сато отмерла от брани с джашинистом, разгневано зашагав в сторону Кисаме, крича по дороге:       — Мы ещё не договорили!       Хидан, покрутив указательным и средним пальцами у виска, присвистнув, направился к холодильнику в поисках съестного.

***

      В перебранках и криках Сато протянулись несколько часов по пути в Страну Огня. На границе, как обычно, всех задержали, если бы не Итачи, которому удалось своими методами договориться, чтобы Мари отпустили и закрыли глаза на её длинный язык.       Медленно темнело небо. Длительный поход по знакомым землям вызывал противоречивые чувства. Почти день Сенджу и парой слов не перекинулась с Учихой.       — Прошу меня простить, но я бы поменялся местами с Итачи, — нарушил тишину Кисаме.       Они шли командами, чуть поодаль, дабы охватывать обзором большую часть дороги и избежать возможной слежки. Каори взглянула на новоиспечённого спутника:       — Что ж, могу предположить, она тебя почти довела до ручки? — слегка губы дрогнули в усмешке, когда последовал ответ нукенина:       — Ты не представляешь насколько, — и оба разразились тихим смехом. За долгое время тишины это было своеобразной отдушиной.       — Почему вы вообще её взяли? Она уже пыталась два раза упасть в обморок, видно считая, что её спасут. Потом притворялась, что теряет сознание от голода и жажды, — куноичи театрально прислонила тыльную сторону ладони ко лбу и прикрыла глаза, трагично вздыхая. Это позабавило Хошигаке.       — Вполне реалистично получилось, — смеясь с такой удачной пародии на шаманку, — а что до путешествия, то как тебе сказать, не я выбирал её в напарники. Изначально, нам с Итачи полагались миссии, но вот потом, я видимо сделал что-то такое, за что жизнь меня особенно невзлюбила, — головой кивая в сторону особы, скрывшейся за поворотом дороги.       Тут-то Сенджу вновь не сдержала хохота:       — Хах, да, я заметила. Она очень тонкая душевная натура, — обменявшись ещё парочкой суждений о Сато, как Кисаме невзначай вопросил:       — Вы давно работали вместе, так? — намекая на Итачи.       Вопрос не стал для девушки сюрпризом:       — Да, мы вместе работали в Анбу, ещё в Конохе. Он был моим капитаном, — преспокойно рассказывая о поверхностных фактах из их досье, — вообще, мы знакомы довольно давно, можно сказать с детства, — это удивило Хошигаке, но где-то глубоко в мыслях он это понимал.       — А… — выдавая короткий смешок, покашливая в сжатый кулак, с улыбкой на устах.       — Что? — оживлённо вопросила Каори.       — Да пазл сложился. Я всё думал, в каких мыслях он витал всё это время, хотя тот ночной уход слегка сбил мои догадки, но, видимо, я был прав, — забавно изложил отступник, как результат, заинтересовав напарницу ещё больше.       — Стоп, а что за ночной поход? Итачи? — медленно, но верно до девушки доходило сказанное, в одночасье она осеклась.       — Ну ты хоть не говори ему, что я проболтался. Честно, не хотелось бы встревать, — уже запоздало осознав ошибку, поспешив сгладить углы.       — Да ладно, я… понимаю, — с секундной заминкой выдала Сенджу, но в груди больно защемило, она скорее захотела перевести тему.       — Кстати, Кисаме, — обратившись к мужчине, — почему ты так спокойно относишься ко мне? — вопрос был ожидаемым.       — Да ну, а что мне, кидаться на тебя с криками «аааа… ты убила мастера Сасори!», — имитируя возгласы коллеги по делу. Засмеялись уже оба. Сейчас настроение и правда стало лучше. От Хошигаке исходила особая аура, она не казалась враждебной.       — Я считаю, у каждого свои счёты. Мне ты ничего плохого не сделала, да и как человек не противна, — упомянув одну особу шедшую впереди, теперь сама Сенджу прислонила ко рту ладонь сдерживая смех, — а там посмотрим, какая ты в деле. В целом, я вообще даже рад, что я избавился от этой ведьмы, не было б с кем сейчас поговорить, — мечника перетрухнуло и тот скривился, — бррр, жутко даже представить.        В оживлённой болтовне они шли который час, пока Мари раз через раз вертела головой.       — Чего там у них смешного такого, — пиная очередной невинный камушек, бормоча себе под нос, ибо любые попытки заговорить с Учихой заканчивались провалом, — ржут полдороги, задолбали.

***

      В таком темпе все добрались до Порта Страны Огня, через пару дней без остановок. Мари иногда пыталась упасть в обморок или притворится мёртвой, но вот особо ни на кого эти выходки не действовали. Хошигаке и Сенджу единогласно решили объединиться в одну мини-команду, пока Сато всячески старалась разговорить Итачи. Упоминать о том, что мужчина даже в её сторону не поворачивался и сутками молчал, думаю, не требуется.       Долгий путь уже подходил к первому пункту в их миссии. Совсем скоро перед глазами оказался город.       Волочившая своё тело Мари скоро оживилась и в ней появилась энергия. Чудилось, пару минут назад, она умирала от какой-то выдуманной неизлечимой болезни, а сейчас сияла как медный таз:       — У-ваааа город, люди, да! — побежав впереди всех, она вдогонку помахала рукой, — пока, пока, отпишите, где остановитесь, хехехе, — как будто на шуншине убежав в бушующий поток городской жизни.       Кисаме молитвенно сложил руки, благодаря небеса. Каори оставалось лишь давиться приступами смеха, наблюдая за откровенным богохульством.       — Остановимся тут, — Учиха показал на невысокое приморское здание.       Все двинулись туда. Без особого труда они выудили, хоть одну, но просторную комнату с двумя двухспальными кроватями, так как тут были только такие номера. Остальные давно раскуплены людьми, которые обычно были проездом. Город, к слову, так и назывался: «Портовый город страны Огня»       — Видимо, воображения у зачинщика было посредственное, — подумалось куноичи, что уже падала спиной на деревенскую, но мягкую кровать.       — Хух, добрались, — выдохнув, все остальные раскидали свои вещи. Хошигаке потёр ладони, разминая шею.       — Я думаю, схожу куплю билеты на паром, — решив не отдыхать, мечник вышел за билетами.       Учиха попросту свалился на подушки возле стола, добравшись до папки с какими-то документами и данными, раскидав их по поверхности, намечая некоторые точки и обводя жёлтым маркером строчки из документов. Сенджу не смогла долго лежать, она подошла к напарнику, усевшись на подушки рядом с ним.       — Что делаешь? — задав вопрос, дабы получить хотя бы какой-то ответ.       — Сейчас, — короткая пауза, и алые глаза оторвались от бумаг, заглянув глубоко в золотые. По телу Каори расплылся жар, а дыхание спёрло, идиотская реакция тела на один его взгляд, — я размышляю над тем, кто потенциально обладает более обширной информацией. Рассматриваю возможный состав собрания в Ода и думаю, как лучше замаскироваться, чтобы туда проникнуть, — отложив бумагу в сторону, он опустил глаза на карту.       Сенджу отвлеклась и, повторяя его движения, взглянула на карту.       — Это зал центрального здания, точнее его макет, везде будет охрана. Я хотел бы действовать без шума, поэтому придётся выдать себя за гостей. Сделать это будет не сложно, — кинув в сторону папки, где лежали разноцветные конверты со знаком Страны Воды, — приглашения там. Нам стоит переговорить с семьями Акито, Амао и Инаба. Они имеют больше всех достаток и земельных угодий в стране, вдобавок большое влияние и слово при дворе Даймё.       Слушая напарника, Каори невольно улыбнулась. Это не осталось незамеченным джонином, она тут же потупила взгляд, и ему стало не по себе.       — Каори… — тихо окликнув девушку, прерывая поток мыслей. В обычном времени никто не мог вмешаться в его размышления. Он никому этого не позволял, но снова она стала исключением.       — А… прости, — своевременно оборвав личные мысли.       — За что извиняешься? — задал он встречный вопрос.       — Да сама не знаю, — приложив ладонь ко лбу, она слегка потёрла точку между бровей. Ощутив прикосновение тёплых пальцев к запястью, он подсел чуть ближе, коснувшись буквально невесомо.       — Голова болит? Я могу помочь, — предлагая облегчить лёгкое недомогание.       — Не нужно, всего-то посплю и всё пройдёт, — она подняла глаза и обнаружила неотрывный взгляд ониксовых глаз. Он даже сейчас казался нереальным, это было смешным до жути, — Итачи, можно я… — девушка запнулась на полуслове.       — Можно, — без разбору и уточнений мягко молвил он. Сглотнув, Сенджу привстала на коленки упираясь ими в подушку и сейчас была чуть выше мужчины сидевшего в позе лотоса, неотрывно следя глазами за её движениями.       — Честно сказать, я иногда думаю, что сплю, — она, приподняв ладони, нежно коснулась его скул, чувствуя, как дрожащие пальцы понемногу переставали ощущать холод. Наслаждаясь, он прикрыл глаза, пока она положила ладони полностью, — всё это как страшный сон, Итачи… хочется, чтобы всё было сном, а мне сейчас было бы шесть, тебе восемь, — в янтарных глазах застыли крупицы слёз, голос понизился, дабы не выдать хрипоты, — может, и правда было бы легче.       В секунду ему стало так трудно сдерживать свои чувства, что его ладонь неторопливо легла сверху, ласкающими движениями впитывая всё желание её тепла, тянущее молчание и только участившиеся ритмы сердца накапливали тягостное желание прижать её тело к себе и защитить от всего вокруг.       Он уже сбивчиво выдыхал, когда она соскользнула пальцами на его шею. Тело обдало огнём. В нём спорили два голоса, один хотел быть правильным и благородным, а другой велел правильному заткнуться. Слегка повернув ладонь, куноичи внутренней стороной к своим губам, он мягко прислонил их к её плоти, запечатлев долгий поцелуй. Вырвавшийся вздох из губ любимой был катализатором для более мощной волны пламени, которая обрушилась на него, но, опустив одну руку к подушке, он сжал пальцами предмет интерьера до побеления костяшек и раскрыл глаза.       Она, казалось, и не отрывала взгляда. Вовремя джонин загнав себя в кое-какие рамки, посмотрев на неё со смесью тяжести и любопытства:       — Ты даже представить себе не можешь, как сейчас мне трудно себя пересилить, — слова мужчины залили лицо куноичи багрянцем и она присела на пятки пятой точкой, поравнявшись с ним.       Сейчас он говорил так открыто, что душа понемногу привыкала к покою. В одночасье он улыбнулся, чем вызвал улыбку Каори. В тот момент, когда она практически заговорила, в дверь бесцеремонно ввалилась Сато, не удосужившись постучаться.       — Пардон, — заплетающимся языком выдала вошедшая, навернувшись через чью-то обувь. Это были как раз ботинки Итачи.       У Сенджу челюсть отъехала, когда напарница грохнулась на вешалку, повалив всё содержимое на ней вместе с собой на пол.       — Мать мою ж… какого это тут лежит, эй вы, — замотав рукой в воздухе, — помогите уже, алё.        Итачи встал, покачав головою.       — Да где ты так надралась? — за ним встала и Сенджу, возмутившись.       — Не твоё дело где, — отмахнулась женщина, — где надо там и того… этого… — видно, слова для неё давались с особым трудом. Учиха с выдохом сжал веки, затем помог подняться Мари.       — Какой ты благородный, ах… — на данном моменте шаман, якобы по случайности, упала в руки джонина, — Итачи… ты так приятно пахнешь, — голова Сато уложилась на плечо раздражённого Учихи.       Каори склонила голову в бок, на лице уже красовалась убийственная усмешка. В один момент послышался гулкий звук, будто мешок с картошкой швырнули на землю. Только вот вместо мешка на полу сидела ошарашенная шаманка.       — Что… да как ты смеешь?       Учиха откинул от себя Мари, как ненужную вещь, и с омерзением посмотрел на ту сверху вниз.       Такое поведение стало для Сенджу потрясением.       — Хватит играть спектакль, — грозно процедил сквозь зубы мужчина, — ты не настолько пьяна.       Тут то настала очередь Каори удивляться. Мари хотела было возразить, но джонин не дал ей этого сделать:       — Ещё подобная выходка, никак не относящаяся к заданию, и ты пешком отправишься в Аме. Я ясно выразился? — такого сурового Учиху куноичи мало когда видела. Обычно он образец благодетели, но тут то ситуация и впрямь эксклюзивная.       Сенджу не смогла сдержаться и рассмеялась прямо на глазах у обоих сокомандников, хватаясь рукой за живот и смахивая слёзы пальцами:       — Итачи, теперь тебе стоит тщательнее перепроверять еду и одежду, мало ли она туда подсыплет афродизиака или иголок натыкает с приворотом.       И только на этом моменте надо было зайти самому Хошигаке: в маскировочной рыбацкой одежде, с соломенной туристической шляпой на голове и в водонепроницаемых калошах. Он спровоцировал приступ истерического смеха Каори, которая чуть ли не задыхалась.       Мечник обнаружил, что Сато сидит в куче вещей на его плаще.       — Мать твою ж, какого ты развалилась на моей одежде? Нечестивая, вставай! — попытка поднять женщину окончилась препираниями на фоне со смехом от которого Сенджу уже покраснела. Даже Итачи не выдержал и улыбнулся от комичности ситуации.       — Убери свои куриные лапы, мерзкая деревенщина, я брезгую, — завопила Мари, когда мечник попытался отвоевать свою одежду, а Сато начала отталкивать его руками и ногами.       — Это ты убери свои клешни, скверная тётка, и верни мою одежду! — ругань скоро набрала обороты и сейчас Мари уже пыталась каким-то шарфом задушить напарника.       Итачи от греха подальше отвёл Каори, которая тяжко сглатывала кислород, хохоча.       — Дура, ты меня душишь, — кряхтя произнёс Хошигаке, когда она повалила его в этот весь бардак.       — Да тебя хрен задушишь, кожа как у слона, душись уже! — завязывая очередную петлю на шее мечника.       — Ах ты ж злосчастная женщина, — выпутываясь из её захватов, которые были не такими сильными, как доставучими. Скоро она уже пыталась удушить мечника голыми руками.       Каори разрывало от смеха, а у Кисаме это всё уже сидело в глотке.       — Ты своими когтями растянула мне новую рубаху. Да отстань ты, бешеная, — она уже залезла ему на плечи, сделав зажим ногами, при чём ещё и неправильно.       Сенджу еле хватало воздуха в комнате, пришлось уже и Учихе придерживать куноичи, полуулыбкой нашёптывая какие-то слова, пытаясь успокоить напарницу, откровенно уже переживая за её состояние, но в этой борьбе он не смог не сказать:       — Кисаме, я в тебя верю, — тотчас накатила новая волна хохота, он сам засмеялся на пару с Каори, всё так же придерживая её за руку и поглаживая по спине:       — Ааааа, — заорала Сато, кусая за плечо мечника.       Стоит заметить, всё это продолжалось весьма долгое время. Хошигаке работал так скажем на изнурение врага, но вот враг изнурялся несколько часов подряд, но после Мари потеряла интерес к мечнику, который изредка подавал признаки жизни.       Посреди ночи все сели за стол, где и провели короткий разговор о предстоящем путешествии.       — Вы шутите? Через три дня, аж через три дня! — возмутилась Каори, фыркая, тут поддержала её шаман:       — Да легче паром выкрасть за это время, — понимая, что ждать трое суток тут уж слишком долго, ибо плыть не меньше суток, а сама церемония началась день назад, все съезжаются за неделю, у них нет столько времени.       — Нам нужно минимум двое суток, чтобы добраться туда. Это с учётом того, что всё пройдёт гладко и на нашем пути никто не попадётся, — продолжала куноичи. Мари добавила:       — А с нашей удачей, нам сто процентов попадутся бешеные аборигены или чего похуже.       Между беседой Хошигаке прижимал к голове лёд, бормоча:       — Ну и слава Богам, может тебя заберут с собой.       До ушей шамана донеслись обрывки фраз:       — А ну сейчас повторил, чё ты там сказал? — завидев назревающий конфликт, Итачи поспешил взять слово:       — Пару часов на отдых, дальше берём катер, обойдёмся без парома, — дав знак, что на этом обсуждения окончены.       Наконец отряд из четырёх человек разошёлся по своим местам: Сато плюхнулась на кровать и развалилась в позе морской звезды. Хошигаке и Итачи договорились дежурить по несколько часов, таким образом решив вопросы со спальным местом. Каори, подслушав их разговор, быстренько примкнула к идее ночного дежурства.       — Я тоже хочу, кхм, вот, — двое нукенина покосились на надевавшую спальную маску Сато и сразу всё поняли.       — Ну если ты прям хочешь, то мы тебя разбудим, — согласился мечник, куноичи кивнула в благодарность и пошла к спальному мешку, расстилая его на полу возле батареи.       — А меня будить не смейте! — важно воскликнув, Мари увалилась на бок.       — Да, уж без тебя мы в жизни не справились бы, — саркастически выдал Хошигаке, слыша шипения из дальнего угла комнаты.       Первым на службу зашёл Итачи. Первую половину ночи было всё спокойно, сидя на балконе, он частенько поворачивался послушать ровное дыхание Каори и успокоить свои нервы:       — В последнее время на душе у тебя неспокойно, — сонно продекламировал вставший с кровати Хошигаке, заварив чашку кофе и сев рядом на балконе, готовясь сменить напарника на посту.       Закутавшись в плед, отступник разглядывал тёмно-синее полотно, покрытое крошечными звёздами. Прохладный воздух бодрил, заставляя проснуться.       Учиха поднялся с места.       — Есть такое, — выходя с балкона, он тихо подошёл к спящей девушке. Присев, джонин не смог удержаться и коснулся её волос. К счастью, та крепко спала и вовсе не ощутила его движений. Кончики губ дрогнули в незаметной улыбке.       В момент, Итачи аккуратно подобрал любимую, поддерживая её руками под коленки и шею:       — Вот так, — полушёпотом, плавно поднимая корпус, чтобы не разбудить девушку, понес её в сторону кровати и бережно уложил на постель. Он бесшумно расстегнул змейку на футоне, приоткрывая одеяло. В эту секунду она сонно промычала, — тише, спи, я тут, — казалось, эти слова возымели эффект и та пролезла под одеяло, зарываясь в него.       Сам Учиха хотел покинуть постель только как уложит Каори, но какое-то необузданное внутренне чувство не давало ему этого сделать, посему он лёг рядом. Ему нестерпимо хотелось… хотелось остаться здесь и никуда не уходить. Придвинувшись, его щека прижалась к её волосам.