Работа
14 февраля 2023 г., 09:00
Элизабет увлеченно стучала по клавишам печатной машинки, периодически сверяясь со своими заметками, и настолько погрузилась в это занятие, что даже не заметила, как один за другим коллеги прощались и уходили. Упорхнул даже Девис — правда, вроде не домой, а в какой-то из своих мужских клубов, девушка не особо вслушивалась в его треп, — и офис погрузился в тишину, в которой так хорошо работалось. Дела сразу пошли веселее, и весь мир за пределами узкого круга света от ее настольной лампы перестал существовать окончательно.
Около одиннадцати зазвонил телефон, но Элизабет, мучительно пытавшаяся подобрать слово, приподняла, дернула рычаг и положила трубку на стол. Потом подумала и, пройдясь по офису, сняла все остальные. Статья была почти закончена, и, если поднажать еще чуть-чуть, то завтра можно будет отдавать на редактуру, а там и запускать в печать, поэтому не хотелось, чтобы что-то отвлекало.
Эта мысль будто открыла в девушке второе дыхание, и завершающая часть сложилась в голове как легкий паззл, слово к слову, строка к строке. Пальцы буквально запорхали над клавишами, и, наконец, поставив точку, Элизабет сняла очки, откинулась на спинку стула и потянулась как сытая кошка.
Она хорошо поработала.
Плечи и шея затекли невыносимо. Разминая их, девушка бросила взгляд на место Адамса и подскочила.
— Витто! — в испуге воскликнула она и схватилась за сердце. — Ты что здесь делаешь?!
Супруг опустил лист с заметками Адамса и невинно улыбнулся ей.
— Тебя жду.
— Почему здесь?
— Ну не на улице же. Ты время видела?
Элизабет перевела взгляд на настенные часы, показывавшие полвторого ночи.
— Ой.
— Я тут уже час. Даже покурить успел, — насмешливо сказал Витторио. — Ты прелестна, когда работаешь. Ничего вокруг не замечаешь. Бери голыми руками или уноси что хочешь, ты даже глазом не моргнешь.
— Это только сегодня, — начала оправдываться девушка. — У меня срочная статья, я хотела дописать ее и потом уже ехать домой.
— Между прочим, я звонил тебе.
— Когда? — Она вспомнила сброшенный звонок и смутилась. — Прости. Я подумала, это опять один из этих сумасшедших, что любят названивать нам по ночам и рассказывать о мировом заговоре немцев и евреев.
Элизабет торопливо подошла к нему, обняла со спины и поцеловала в щеку.
— Так что ты хотел? — проворковала она и погладила его галстук.
— Ничего особенного. Просто заехать за тобой и отвезти куда-то поужинать, — сказал Витто и недовольно посмотрел на нее. — Непередаваемое ощущение, когда ты возвращаешься домой в полночь, а твоей жены там еще нет.
Девушка улыбнулась ему как можно ласковее.
— И ты отправился меня искать?
— Я позвонил сюда, не получил ответа, дернул Девиса, и тот поклялся, что ты с работы не уходила. Решил проверить, прежде чем начинать уже полномасштабные поиски.
— Как видишь, ты совершенно зря беспокоился. — Элизабет поцеловала его, нежно провела языком по нижней губе. — Но мне очень приятно, что ты здесь.
Пьюзо положил ладонь ей на затылок и не дал отстраниться. Спустя некоторое время Элизабет явно почувствовала, что все движется куда-то не туда, и, убрав ладонь мужа со своего бедра, вывернулась и отошла к своему столу.
— Как тебе мой офис? — спросила она, выравнивая дыхание. — Здесь, конечно, не очень много места, зато уютно. — Схватила с подоконника цветок с крупными листьями. — Познакомься, это мистер Мартин. Я каждое утро его поливаю, а раз в месяц еще и купаю в раковине. Раньше принадлежал Девису, но ему стало лень ухаживать за ним, и он отдал цветок мне. Кстати, знаешь, где сидит Эдмунд?
— Самый пустой стол, потому что он никогда не работает, — ответил Витто и встал. — Тут сидит Адамс, слишком много заметок об экономике, там, — указал на стол перед входом, — предполагаю, что Уайт, потому что самое неудобное место. А за углом дверь в кабинет главного редактора.
Элизабет насупилась.
— Мог бы и сдержаться немного, мистер Дедукция-как-у-Холмса. Я сама хотела тебе экскурсию провести.
— В почти два ночи я предпочитаю совершенно другие экскурсии, — сказал он и подошел к Элизабет, заставил ее прижаться поясницей к столешнице. Обнял за талию и осторожно погладил.
Девушке от его откровенного взгляда стало одновременно и очень приятно, и стыдно. Чувствуя, как начинает гореть лицо, она отвела глаза в сторону, и услышала смешок. Витторио наклонился, поцеловал ее возле уха, и сердце Элизабет почти выскочило из груди. В голове замелькали всякие нехорошие мысли, прерываемые тонкими восклицаниями разума, что внизу же типография работает, а вдруг кто поднимется… Но ведь обычно не поднимаются…
Ноги стали ватные, а по телу прошла приятная дрожь предвкушения. Запах одеколона и табака пьянил как самое терпкое вино.
— Витто…
— Экскурсии по сновидениям. Я с пяти утра на ногах, и больше всего на свете сейчас хочу вернуться домой, в нашу постель, и наконец-то закончить этот день, — прошептал он. — Или у тебя другие планы?
Элизабет как водой окатили. Она на миг задохнулась, покраснела полностью, даже шеей, и Витто, не выдержав, рассмеялся. Девушка зафыркала как сердитый ежик, с удовольствием наступила ему каблуком на ногу, заставив отступить на шаг, и вырвалась из объятий.
— Хаха, — передразнила она. — Очень смешно, Пьюзо. — Выдернула последний лист статьи из машинки, положила к предыдущим и закрепила скрепкой. — Смотри, дошутишься, каждый день буду здесь засиживаться. А что? Спокойно, тихо, никто работать не мешает. Надо только дверь замкнуть, чтобы уж точно никто незваный не заявился.
— Не поможет, Лиз. У вас не замки, а игрушки, даже я вскрою на раз-два.
Элизабет взяла сумочку, водрузила на голову шляпку и повернулась к нему.
— Просто признайся, что ты просто немного на меня обиделся и теперь мстишь. А еще не хочешь ложиться спать один, вот и приехал сюда несмотря на усталость.
Пьюзо изобразил крайнюю степень изумления.
— Я никогда в таком не признаюсь.
— Но ведь я права.
— Ты, любовь моя, всегда права, но я все равно не признаюсь.
Девушка невольно улыбнулась, сменила гнев на милость и выключила лампу. В наступившей темноте взяла мужа под локоть.
— Поехали домой, Витто. Это был действительно очень долгий день.
