Шаман и питерский Вор

- Шаман, спишь? - спросил Вор поздней ночью, повернув голову в сторону сокамерника. - Уже нет, - повернувшийся к стене Шаман услышал, как скрипнула чужая шконка и к нему направились шаги. Сердце пропустило удар. - Ты знаешь, кто передачку послал, - утвердил Вор, сев на скрипнувший матрац лёхиной шконки. Сонный Шаман приподнялся, моргая. - Да. Спасибо, Вор. - Обращайся. И... Шаман... - Вор помедлил. - Ты знаешь, даже когда я откинусь, не захочу тебя забывать. Внатуре. И я знаю, что в твоём сердце нет места старому питерскому жулику. Но запомни: я порву каждого, кто тебя прессанёт, - даже не задумываясь о чём говорит, Вор искренне, будто на исповеди, говорил о том, что так долго его грузило. Шаман молча встал со скрипучей шконки. Подойдя к подоконнику, взял спички и две сигареты из начатой пачки, одну из которых передал Вору, другой задымил сам. - Ты мне выговаривал за "феню", - наконец нарушил он молчание. - И за шрамы. Смотри, - Шаман задёрнул рукава робы, обнажая вид на зашитый глубокий порез вдоль руки, который, благодаря Вору, не лишил его, дурака, жизни. - Это ты помнишь. А теперь погляди здесь, - повернул предплечье тыльной стороной. Вор глянул неясным взглядом, сминая окурок и даже не замечая, как обжигает кожу своих ладоней. - Осторожнее, ты чё.. - Совсем свежие... - тихо и совсем упавшим голосом произнёс Вор. - Шаман, посмотри на меня. Посмотри, я сказал, - резко окликнул он Лёху. Тот повиновался, усталым, тяжёлым взглядом встретив чёрные глаза Вора, едва не потупив свои в пол. - Ты, пацан, прекрати это дело. Я знаю, что мой косяк в них лежит. Но так делать ты больше не будешь. Если боишься, что и я уйду от тебя, то лучше меня пристрели, как жучку. А себя не калечь, слышишь? Я не могу быть тем, кто сделает тебе больно. И не хочу им быть, - Шаман поглядел в пол, помолчав. - Вор, я не буду против того, чтобы ты сделал мне больно, - тот схватил его за грудки. - Лёха, блять... - Ты понял, что я имею ввиду, - Вор, затормозив, ослабив хватку, рук не убирая с крепких плеч молодого бандита. - Шаман... Лёха... Я не сдержусь. - Тогда не сдерживайся. Поглядев на собственные руки на чужих плечах, Вор осторожно, как раритетную фарфоровую фигурку, притянул Шамана, обнимая, гладя по спине; тот, ответив на объятия, уткнулся лбом в плечо Вора, позволяя тому вдыхать запах его волос, чуть отдающих хозяйственным мылом и невыведенной перхотью, целовать его голову. Через какое-то время Вор мягко повалил Лёху на шконку, нависая, исцеловывая тому губы, лицо, убирая его руки со своей шеи. Оторвавшись от пухлых губ, пахнущих табаком, Вор начал расстёгивать рубаху Шамана, всё больше обнажая испещрённую шрамами и гематомами кожу, неодобрительно качая головой. - Кстати, ты напомнил, что я за блатную "феню" тебе выговаривал. Это к чему вообще? - Шаман вновь встретился взглядом с Вором. - К тому, что мне тоже будет впадлу без тебя, Вор, - тот, не сдержавшись, поцеловал Шамана в губы. - Лёха, давай договоримся. Наедине - Сулим. Я никуда от тебя деваться не собираюсь, чего и тебе не советую, если не хочешь, чтобы я сдох по загадочным обстоятельствам. А погремухи оставим для остальных. Лады? - вместо ответа Лёха, схватив Вора за загривок, притянул к себе и втянул в страстный поцелуй, в котором сквозило ничем не прикрытое желание. Вдруг, отстранившись, со странным выражением поглядел на него. - В... Сулим, позволишь? - проговорил тот, не в силах отказывать обладателю таких глаз, и передал инициативу в лёхины руки. Шаман торопливо сполз на пол, садясь на колени. Дрожащими руками ухвался за чужие штаны, не в силах расстегнуть пуговицу, с чем убравший Лёхины руки Вор помог ему, привстав на шконке, и заодно приспустил бельё, открывая вид на эрегированную необрезанную плоть. Он шумно вдохнул носом воздух, когда Шаман, протянув вспотевшую липковатую ладонь, обхватил мягкий упругий член, начав надрачивать его. Через какое-то время закрывший глаза Вор почувствовал, как мягкое, тёплое и влажное надавливает, стимулируя, головку. "Блять!" - пронеслось у него в голове. - Лёха, гондон, - на оскорблённый взгляд поспешил поправиться. - Говорю, гондон надень. - Позже, - ответил Шаман и вобрал по горло, замирая, чтобы не закашляться, продолжил, но осторожно, чтобы не ранить крепкими зубами, всасывая и до челюстной боли работая языком, рукой сжимая напряжённые яйца Вора. Вор заплывшим взглядом смотрел то на мускулистое тело со "змеиной" наколкой, за которую Лёха и получил свою первую кликуху, то на седоватую макушку, то на старательное покрасневшее, усеянное каплями пота, красивое лицо, то на цельную картину в общем. Почувствовав неконтролируемое приближение оргазма, через силу отстранил голову Шамана от своего члена, шепча: "Лёха, рано". Тот, поняв, снял с себя робу, забрался на шконку и, собравшись встать на четвереньки, был остановлен Вором, желавшим видеть его лицо. Шаман, послушавшись, ждал лёжа. Когда Вор взял смазку и, щедро выдавив на пальцы, приблизился к Лёхе, тот раздвинул ноги, после дёрнувшись от появившегося странного, оттого и неприятного ощущения в анусе. Вор, видя дискомфорт Шамана, взял в руку его член и, по мере фрикций, начал надрачивать, попутно испытывая наслаждение при виде такого Лёхи: так-то скрытного, шухерного, а для него, Вора, - открытого, готового на всё; такого Шамана, Лёшку, за которого в лепёшку разобьёшься, чтобы уберечь от всего и всех, ради которого любого порвёшь, кто криво на него глянет. С такими мыслями Вор не сразу понял, что трахает Шамана уже тремя пальцами, пока тот подаётся бёдрами, насаживаясь на воровские пальцы. Подготовки достаточно. Вор взял заготовленный заранее презерватив, и, сняв с него упаковку, раскатал по члену, наслаждаясь тем, как испуганно, но доверяюще смотрит на него Шаман. Помедлив, навис сверху: - Ты хочешь этого? - Да. - Точно? - Вор... Бля.. Сулим, заебёшь! Давай, я тебе верю, - тот хрипло усмехнулся. - Хорошо, Лёша, - с этими словами Вор, ухватив Шамана за крепкие бёдра, растягивая мышечные стенки ануса, небольшими фрикциями начал понемногу входить, глубже и глубже. Затормозив, он озабоченно поглядел на сдвинутые брови напряжённого лица. -Лёш, больно? Мне остановиться? - на что тот, сморщив на секунду лицо, дескать, не бери в голову, мотнул головой. - Терпимо. Продолжай, пожалуйста. Вор, добавив побольше смазки, небольшими толчками трахал Шамана, в темп надрачивал его член, вызывая у того сдержанные вдохи и шипения. "Не даром тебя Змеем окрестили," - любя усмехнувшись, подумал он, склоняясь, чтобы поцеловать Лёшу в губы, на что тот с удовольствием ответил, обхватив лицо Вора своими руками, гладя ему уши, волосы, голову. Внезапно Вор ускорил движения тазом и рукой, вызывая всё большее напряжение и щёкот в животе и члене Шамана, приближая его и себя к оргазму. Шконка шумно и противно скрипела ржавыми пружинами, но и Вору, и Шаману, находившимся в шаге от оглушительного оргазма, это было до пизды. Вор старался сохранить мало-мальские остатки самообладания, чтобы случайно не ранить и не сделать больно своему Лёше, когда тот подавался бёдрами, насаживаясь не столько ради своих ощущений, сколько для удовольствия Сулима, зная, что так же, как он, готов на всё, чтобы защитить от всего... - Лёша, прости, - прохрипел Вор, дёрнувшись, остановив толчки. Шаман замер, когда большой палец руки Сулима мазнул по его мокрой головке. - Сулим, стой! - только и успел вскрикнуть Лёха-Змей, прежде чем забрызгать своей спермой вовремя закрывшую его член руку. - Ёб.. - Тс, Лёша, - зашипел Вор, зажимая тому рот чистой рукой. - Вертухаи за твои вопли нас по головке не погладят. Давай чиститься, что ли, - услышав, что к ним не подходят, он встал и направился к умывальнику, чтобы помыть руки. Лёха, одевшись, ждал, сидя на шконке, взял сигареты и спички. Подошедший к нему Вор сел рядом. Они молча закурили. - Ну чё? - наконец спросил Сулим. Лёха пожал плечами. - Да ничё. Люблю я тебя, Сул, - тот обнял его, устроив его голову на своём плече. - Я тоже, Лёша. Выйдем - придумаем что-то. А сейчас - на боковую. Хорошо? - вместо привычного "лады". Вор встал и, с любовью поглядев на Шамана, направился к своей шконке, бросив хабарик за решётку. - Хорошо, Сул. Доброй ночи. И спасибо за всё. - Доброй, родной.