Только мой.

*** Дверь апартаментов слегка приоткрылась. Десептикон поднял взор на вошедшего, сложил ногу на ногу и откинулся на спинку кресла, сплетя пальцы вместе. Он проследил каждое движение партнёра, но тот даже не соизволил на него взглянуть. Такое впечатление, будто он его не замечает. «Или это у меня что-то не в порядке, или он что-то от меня начинает скрывать?» - думал серебристый трансформер. - Как прогулка, Оптимус? – сухо спросил он, заставив автобота вздрогнуть. – Надеюсь, ты вдоволь налюбовался здешними красотами? - К чему всё это, Мегатрон? – недоумевал красно-синий трансформер. – Объясни. - Ты ушел, не предупредив меня. И как я должен был реагировать на это? Ты даже не сказал, куда идёшь и зачем! - Я что теперь должен тебе каждый свой шаг подробно описывать? – возмутился Прайм. Опять пошло-поехало… - Да, должен. – Холодно ответил десептикон. – И будет лучше, если ты всегда будешь при мне. - И как прикажешь это понимать? - Как хочешь. – Мегатрон поднялся из кресла, прошел мимо соправителя, остановился всего в двух шагах от него. – Для твоего же блага будет лучше, если ты не совершишь глупостей. Доброй ночи, Прайм. «Что означают эти слова? – хотел спросить лидер автоботов. – Он мне не доверяет? Или же Магнус оказался прав?» - Постой, - он схватил десептикона за руку, заставив остановиться. – Куда ты? - Прогуляться, - буркнул тот, дёрнувшись. – Ты ведь уже вдоволь погулял? Теперь моя очередь. С этими словами он вышел. Оптимус недоумённо смотрел ему вслед. «Вдоволь погулял? К чему он клонит?» И всё же ему пришлось смириться с мыслью, что Магнус оказался прав. Мегатрон слишком контролирует его, и если он не исправится, то в будущем у них могут возникнуть весьма серьёзные разногласия. Вот этого Прайму бы не хотелось. Он ни в коем случаи не хотел, чтобы какие-то бессмысленные подозрения привели к распаду их отношений. Тем более не хотел, чтобы этот мир кончался. Он не хотел, чтобы что-то разрушило мир между ними. Оптимус и сам прекрасно понимал, что это может привести к серьёзным последствиям, к любым. Насчёт войны он был не уверен. Война в прошлом, да и Мегатрон не такой идиот, чтобы начинать её заново. Просто из-за их разногласий дела на Кибертроне могут пойти хуже некуда. И это будет одним жирным чёрным пятном на репутации обоих лидеров. Оптимус устало потёр переносицу и огляделся. Его взгляд почему-то снова остановился на дверях, ведущих в спальню. И дело было не в том, что он скучал по ласкам партнёра, а просто лидеру хотелось немного отдохнуть. Такой насыщенный день выдался, что грех не уйти в подзарядку. Прислушавшись к Искре и, подуставшему от беспрерывных работ и нагрузок, процессору, Прайм зашел в спальню и лениво развалился на платформе, прикрыв оптику. Уходить в подзарядку он пока не собирался, поскольку знал, что не пройдёт и часу, как сюда явится Мегатрон со своими допросами и подозрениями. Пока этого не случилось, Прайм решил немного подумать. Он уже понял, что отпраздновать пятую годовщину совместной жизни не получиться. Всё пошло прахом и ему оставалось только лежать и представлять себе сцену скандала, которая должна последовать вслед за возвращением Белого Вождя. Только этого ему не хватало. И всё же, как жестока порой бывает судьба. В этом Оптимус убеждался всё чаще. Автобот дотянулся до выключателя над платформой и слегка притушил свет. Помещение погрузилось в приятный полумрак, свет не резал оптику, а позволял ей отдохнуть. Полностью расслабившись, Прайм отключил окуляры и едва не уснул. Полумрак так и вгонял его в дрёму, позволяя на мгновение забыться. Но всё же звук закрывшейся двери и шаги заставили его выйти из полу-отключённого состояния. Автобот поднялся с платформы, вышел из спальни и посмотрел на вернувшегося с «прогулки» десептикона. - Ты уже вернулся? – вопросительно блеснул окулярами Прайм. – Так скоро? Я думал, что ты еще долго будешь на меня злиться. - Чтобы я позволил тебе здесь скучать в этот день? Ни за что! «Так он всё же не забыл» - промелькнула радостная мысль в процессоре лидера автоботов. Мегатрон действительно ничего не забыл, просто открыто об этом не говорил. Так, едва заметно намекнул, что сегодня такой важный день и больше ничего. - И куда ты ходил гулять? – поинтересовался Оптимус Прайм. – Погода сегодня на улице хорошая. - Наверное, - пожал плечами десептикон, сделав несколько шагов в его сторону. – Я на улице не был. - А где тогда? - Мимо нашей двери расхаживал из стороны в сторону, как заводной. Надо было подумать. На это у автобота не нашлось слов. Он только задумчиво посмотрел в потолок и улыбнулся под забралом, представив себе Мегатрона, ходящего из стороны в сторону. И тем самым не заметил, как Белый Вождь оказался рядом с ним. Тёмные пальцы прошлись по гладкому красному металлу, заставив соправителя обратить на себя внимание. - Может, выпьем по кубику энергона на ночь? – заботливо предложил лидер десептиконов. Разумеется, одним кубиком энергона здесь не обошлось… Спальня наполнилась тихим шуршанием снимающейся брони и такими же тихими стонами. Мегатрон как обычно нависал над Праймом, блуждая манипуляторами по его корпусу. Вроде ничего нового или необычного в поведении соправителя не было. За исключением того, что он пока не спешил снимать паховую пластину ни с себя, ни с партнёра. Оптимус как-то не обратил на это особого внимания, увлечённый другим. Он всё еще опасался повторов той ночи, когда Мегатрон повёл себя с ним весьма грубо. Но его страхи не подтвердились. Десептикон нетерпеливо покрывал забрало автобота жаркими поцелуями. - Сними, - хрипло шептал он. – Сними это уродство. Прайм повиновался, сняв маску. И тут же в его губы впились жадным поцелуем губы серебристого трансформера. Автобот вновь утонул в водовороте пламенной страсти своего ненасытного и жадного партнёра. Но это блаженство длилось не долго. Десептикон «разорвал» поцелуй, отстранился и посмотрел в ярко-голубые окуляры любимого. Тот смотрел на него с немым вопросом в оптике. - А ночь сегодня прекрасна и необычна, - мечтательно протянул Повелитель. – Ты так не считаешь? - Звёзды сегодня особенно ярко светят, - согласился с ним Оптимус. – А чего это вдруг тебя на романтику потянуло? - Может быть потому, - алая оптика лукаво сверкнула, губы растянулись в самодовольной усмешке, - что ты сегодня главный. Сегодня хозяином ситуации будешь ты, Оптимус Прайм. - Что?! – очень сильно удивился красно-синий трансформер. Не находя слов и прибывая в состоянии лёгкого системного шока, он даже не заметил, как Мегатрон лёг на спину и удобно расположился на платформе. Оптимус несколько раз моргнул окулярами, до сих пор не веря в сказанное. - Я долго еще буду ждать? – это скорее было похоже на каприз, чем на возмущение. - А ты уверен, что стоит? – переспросил автобот, неуверенно нависая над серебристым трансформером. - Уверен, - жарко выдохнул он, предвкушая удовольствие. – Считай это моим подарком тебе. Такого «подарка» Прайм не ожидал. Он даже не надеялся, что Мегатрон когда-нибудь пойдёт на подобную щедрость. Немного помешкав, синие пальцы сняли паховую броню с себя и партнёра. Мегатрон согнул ноги в коленях и раздвинул их, снова выдохнул отработанный воздух и посмотрел в потолок. Он нервничал, пытаясь скрыть свою тревогу и волнение. - Чего застыл? – проворчал он дрогнувшим голосом. - А куда спешить? – попытался озвучить насмешку лидер автоботов. – У нас впереди вся ночь. Усмехнувшись, он подался вперёд и от непривычки Мегатрон приглушенно вскрикнул, поморщился и сжал края платформы. Оптимус двигался осторожно, стараясь не причинять вреда партнёру. Постепенно он стал набирать скорость, но при этом продолжал быть нежным и осторожным. Так непривычно чувствовать себя хозяином положения с десептиконом. Обычно всё было наоборот, а сейчас… Ему выпала прекрасная возможность хоть раз почувствовать себя главным. Перестав сжимать края платформы, Мегатрон впился в красные плечи партнёра, закинул ноги ему на талию и, поймав ритм, принялся двигаться в такт движениям автобота. Прайм постанывал и временами даже кричал от удовольствия, не забывая дарить любимому нежные поцелуи. Спальня наполнялась стонами, криками и лязганьем металла. Перед оптикой лидера десептиконов сгущался мрак, заполняя собой спальню. Единственное, что он видел, это пару светящихся голубых окуляр и нагревшуюся лицевую пластину автобота. - С годовщиной, Оптимус. – Поздравил десептикон, отыскав губами его губы и, заткнул ему рот жадным поцелуем. Оптимус ответил на поцелуй не менее страстно, проведя манипулятором по серебристому корпусу. *** Наступает такой момент, когда хочешь сказать «хватит». Все твои мысли только о том, как бы лучше сказать партнёру, что ты устал от его глупых выходок и при этом не обидеть его. Именно такой вопрос стоял перед Оптимусом Праймом. Он мирился со всеми выходками и проказами Мегатрона, но всему есть придел. Десептикон перегнут палку и сам напросился на серьёзный разговор. Поначалу всё было хорошо, никаких особых проблем не возникало. Ну и что с того, что десептикон всегда рядом с ним? Что с того, что скалит клыки любому, кто только подойдёт к ним? Он и раньше вёл себя странно, но на этот раз он зашел слишком далеко. Набросившись на бедного Ультра Магнуса и едва не разорвав его на куски, Мегатрон своими же стараниями разрушил их отношения. Оптимус пытался его оттащить в сторону и ему это удалось. Изрядно потрепанный член Совета поспешил уйти с места стычки. Оптимусу стоило не малых усилий удержать разгневавшегося соправителя. - Да что с тобой такое, Мегатрон? – автобот посмотрел на него в упор, всё еще удерживая, но уже не так сильно. – Совсем съехал с процессора? - Я в порядке, - спокойно ответил тот, натянув на лицевую пластинку маску ледяного спокойствия. – Но учти, Прайм. Если я еще раз увижу это пучеглазое пугало рядом с тобой, я убью его! И топливом лил на то, что скажут другие. - Ты не посмеешь. – Уверенно заявил Оптимус, не сомневаясь в своих словах. - Ты уверен? – вопросительно сверкнул оптикой Белый Вождь, высвободившись из захвата соправителя. – Я тебя предупредил. И передай этому недо-боту, чтобы больше не ошивался возле тебя, иначе его ждёт… Он замолчал, злобно улыбнулся и снова сверкнул окулярами. - Не уверен, что этот лупоглазый «филин» захочет умереть в мирное время. - Предупреждаю тебя, Мегатрон, – автобот загородил ему проход, - если ты хоть что-нибудь с кем-нибудь сделаешь, то… - Не переживай, я не боюсь потерять звание правителя Кибертрона. Для меня куда важнее кое-что другое. С этими словами он не грубо оттолкнул красно-синего трансформера в сторону, чтобы пройти. Оптимус проводил его суровым взглядом. Что плохого сделал Магнус, чтобы заслужить всё это? Он ничего плохого не сделал, просто поздоровался и больше ничего. Что же заставило Мегатрона так взбеситься? Ответ нашелся сразу. Магнус положил манипулятор на плечо Прайма, слегка коснувшись своим корпусом его корпуса. Разумеется, Мегатрон подумал не то и решил, что член Совета тянет манипуляторы к ЕГО Оптимусу. Опять это глупое «его». Обязательно надо говорить так, будто кто-то кому-то принадлежит? И, тем не менее, Мегатрон всё же был убеждён, что лидер автоботов должен принадлежать только ему. Но такой вариант не устраивал Прайма, однако его мнение здесь не учитывалось. «Почему Мегатрон набросился на него? – размышлял автобот, прогуливаясь по длинному коридору, ведущему к выходу на веранду. – Магнус ничего не сделал. Неужели действительно решил, что он...?» Даже подумать было трудно о подобном. Нет, ну как такое возможно? Ревность? Неужели десептикон ревнует его к каждому столбу? Ответ был очевиден, и больше мучиться в догадках Прайм не хотел. И всё же, он хотел поговорить с Мегатроном и попытаться ему всё объяснить. Но если дело пойдёт так и дальше, то вскоре для Кибертрона наступят чёрные времена. Автобот остановился у входа на веранду, поднял ярко-голубую оптику и пристально посмотрел через кристаллическую стену. На веранде стоял мрачный лидер десептиконов. Когда дверь приоткрылась, он даже не соизволил обернуться, чтобы посмотреть на партнёра. Красно-синий трансфомер встал рядом с серебряным. Они молчали. Разговор никак не хотел завязываться, он даже не спешил начинаться. Легко вести разговор, когда все молчат, и никто не решается заговорить первым! Десептикон не собирался о чём-либо говорить. Это было понятно по одному только его виду. Суровое выражение лицевой пластины, строгость пылающей алой оптики и осанка прекрасно давали понять, что он зол. Но от своего Прайм не собирался отступать. Он должен с ним поговорить! При чем обязан всё выяснить. Но тут и без слов понятно, что это всё ревность. «Ревность ослепила тебя, Мегатрон. – Подумал автобот, краем оптики взглянув на соправителя. – Ты сам запутался во всём и не можешь найти ответа на все вопросы, не можешь найти оправдания своим поступкам». - Ты сделал слишком поспешные выводы, Мегатрон. – Затянувшееся молчание нарушил ровный и в тоже время ласковый голос лидера автоботов. Синие пальцы осторожно коснулись серебристого плеча, но десептикон дёрнулся, давая понять, что ему это не к чему. - Тогда объясни, Оптимус Прайм, - обычно таким голосом выносят смертный приговор, - если сможешь; что во имя Праймуса означало то прикосновение? Скажешь, что я спятил? Или мне это только показалось? Признайся, он ведь пытался тебя обнять. Так? - Я ожидал услышать это глупое предположение от кого угодно, - признался Оптимус, подойдя к нему ближе, - но только не от тебя. Твоя ревность зашла слишком далеко. Твои обвинения бессмысленны и напрасны. - Приведи мне хоть один пример, по которому я сейчас не должен учинить расправу над тобой и твоим любовником. – Мегатрон повернулся к нему и посмотрел на партнёра сверху вниз. - У меня нет любовников. – Сдержанно ответил тот, поджав губу за забралом. – Мне никто не нужен, кроме тебя. Юникрон меня забери, если я лгу! Его манипулятор коснулся лицевой пластины десептикона. - Разве ты не видишь, что я люблю только тебя? Сам подумай; стал бы я изменять тому, кого люблю? Этот вопрос заставил Белого Вождя задуматься. Но упрямый характер не позволял ему признавать своих ошибок, даже если они и совершенны. Тёмные пальцы стиснули запястье автобота, серебристый корпус практически касался красного, но алая оптика всё еще оставалась холодной и беспристрастной. - Что-то мне подсказывает, что на этом твои доводы закончились. – Строго заметил он, растянув губы в насмешливой улыбке, обнажив клыки. – Вот и славно. Мне бы не хотелось битый час выслушивать твои оправдания, моя Искра. Губы десептикона коснулись гладкого металла забрала. В один миг в процессоре автобота всплыли все воспоминания, касающиеся начала развития их отношений. Очень отчётливо помнился поцелуй в ущелье. Тот самый первый поцелуй, с которого всё и началось. - Этот поцелуй, как и прежде, вызывает у тебя сильную дрожь. – Тихо прошептал Мегатрон, отстранившись. – Всё еще вспоминаешь ущелье? - Есть вещи, которые невозможно забыть. – Констатировал Оптимус Прайм. - Тогда почему ты всегда забываешь снять это безобразие?! Оптимус улыбнулся под забралом. Он прекрасно знал, как это злит партнёра, и всё равно продолжал носить маску. Но зная, характер Мегатрона, решил снять маску. - Ладно, - лидер десептиконов похлопал его по плечу. – Есть варианты, что мы будем делать? - Я думаю, что для начала ты должен извиниться перед Магнусом. Ему здорово досталось от тебя. - Урок на будущее – никогда не тяни манипуляторы к тому, что не твоё. Вдруг так окажется, что этот бот уже занят и всецело принадлежит какому-нибудь десептикону. - Принадлежит? – переспросил автобот. А вот это ему не понравилось. – Наглеешь, Мегатрон. Я не вещь, чтобы кому-то принадлежать. В этот момент откуда-то с улицы раздались тихие щелчки, а за щелчками последовал крик десептикона. Несколько лазерных пуль попало в серебристого трансформера, прострелив его корпус насквозь. Мегатрон ухватился за простреленное плечо, поморщился от боли и посмотрел на крышу дома напротив. Оптимус проследил его взгляд и увидел, как чья-то тень поспешила скрыться. - Мегатрон, иди к Ретчету, - распорядился он, - я немедленно пошлю за тем гадом, что стрелял, полицию. Но тут же оказался схвачен за шкирку и отброшен в сторону. Голубая оптика с немым вопросом взирала на раненого. - Мегатрон, он же уйдёт! – Прикрикнул красно-синий трансформер, поднявшись. - Ты никуда не пойдёшь! – пригрозил Белый Вождь, отпустив простреленное плечо. Из пробитого плеча, груди и бока выступили розовые ручейки энергона, оголённые провода, микросхемы и контакты искрили, вызывая раздражение в нейросети. – А теперь признавайся: кто это был? Кто!? - Я не знаю. Но мы это обязательно выясним. - Нет, Прайм. На этот раз я не куплюсь на твои уловки. - Какие уловки? – не понимал Оптимус, но почувствовал, что запахло жареным. – О чём ты говоришь? - Я говорю о том ублюдке, что меня подстрелил! – оптика десептикона опасно вспыхнула. – И не пытайся мне соврать. Думал, что я не догадаюсь? И как давно ты хотел избавиться от меня? - Прекрати нести чушь! Я уже говорил тебе, что все твои обвинения и подозрения бессмысленны, так скажу это еще раз. Я ничего не планировал. - Почему же тогда стреляли в меня, а тебя даже не задело? – Мегатрон принялся указывать на факты. Лицевую пластину исказила гримаса боли, когда очередной электрический импульс ужалил рану в груди. – А может, это какой-нибудь твой ухажер решил избавиться от меня? Или опять скажешь, что я преувеличиваю? - Это не просто преувеличение. – Буркнул лидер автоботов. – Это оскорбление и ложь. - Правда окуляры колит, Оптимус? – усмехнулся серебристый трансформер. – Как я и предполагал, ты совсем забыл о том, что принадлежишь мне и только мне. - Ничего подобного! – возразил Оптимус Прайм. – Это ты не прав. Я никому не принадлежу. Я не вещь, чтобы… Сильная пощечина заставила его неожиданно замолчать. Скула горела огнём после оплеухи, из царапины на лицевой пластине выступила тонкая струйка энергона. - Ты, видно, забываешься, Прайм. – Холодно промолвил десептикон. Он смотрел на соправителя сверху вниз, но на этот раз, как на ничтожество. – У каждого десептикона должен быть свой автобот, у каждого автобота – свой хозяин, которому он должен принадлежать. Я думал, ты будешь более благодарным, но я ошибался. Ты ничем не отличаешься от других, продажная шлюха! - Не смей… - в гневе процедил автобот, сжимая и разжимая пальцы рук. – Не смей так меня называть! Не имеешь права! Последовала вторая пощечина, выбившая из разбитой губы струйку энергона. - Я называю тебя так, как хочу и считаю нужным. – Всё так же беспристрастно продолжал Белый Вождь. – Слишком долго я всё это терпел. Я начинаю жалеть, что вернулся за тобой. Мне следовало оставить тебя на растерзание нейтралам. - Я уже успел забыть, что имею дело с десептиконом. – Голос Прайма дрогнул, но внешне он оставался спокойным и мужественным, пусть Искру и пожирала боль. – Зачем же ты так? - За тем, что ты принадлежишь мне. Понимай это как хочешь. Тебя так ничему и не научила жизнь! Боль, горечь обиды и злость охватили Искру автобота, вихрем закружились в его процессоре. Он поднял пылающую оптику на соправителя, до скрежета сжал кулаки, но не собирался отвечать ударом на удар. - Очень жаль, что ты так считаешь. Пожалуй, самым разумным в данной ситуации было решение просто взять и уйти. - Было бы что жалеть. – Фыркнул Мегатрон, посмотрев вслед автоботу. – Увидишь своего любовника, передавай ему привет от меня. И заранее предупреди, что я к нему сегодня загляну в гости. Вот же шлюха… Остальные высказывая в свой адрес Прайм не стал выслушивать. Всё равно бесполезно убеждать Мегатрона в чём-либо другом. Он будет стоять на своём до последнего, а когда поймёт, что был не прав, то даже не извинится, не попросит прощения за то, что причинил партнёру боль. «С чего я только решил, что он изменился? Как был властным эгоистом, таким и остался. А я как дурак верил, что он изменился в лучшую сторону. Как же я был слеп». Вслед за мыслями напрашивался вопрос: а был ли Мегатрон действительно влюблён или это всё ложь? Жалкие уловки ради достижения всего одной цели: власти над Кибертроном. «Что ж, он своего добился. – Беззлобно размышлял автобот, прогуливаясь по ночному Кибертрону. – Но как долго будет продолжаться эта игра?» Даже самые серьёзные раны, нанесённые за время войны, не могли сравниться с той болью, что жила в Искре лидера автоботов… Ночь вступила в свои права, накрыв Кибертрон чёрным крылом. Звёзды тускло мерцали в черноте небес. Заломив руки за спину, одинокий трансформер продолжил свой путь, направляясь в сторону квартала развлечений. Может хоть там ему удастся приободрить себя. Немного помятую лицевую пластину снова скрыло забрало. Долгие часы Оптимус Прайм бесцельно бродил по улицам, пытаясь хоть как-то утешить себя мыслью о том, что на этом их отношения не окончены. Но чем дольше он вспоминал те лживые обвинения и пощечину, тем больше убеждался в распаде их отношений, которые и без того последнее время едва поддерживались. Квартал развлечений немного преобразился, чем вначале перемирия, стал ярче и привлекательнее. Оптимус до сих пор не понимал: что заставляет некоторых ботов торговать своим телом в мирное время? Экономика на Кибертроне поднялась за последние годы на 60%, и зарплата у всех была вполне приличная… Отбросив все лишние мысли о государственных проблемах прочь, лидер автоботов решил зайти в ближайший бар. Впрочем, в квартале развлечений существовал всего один бар, где подавался более-менее качественный энергон. Недолго думая, лидер автоботов зашел в заведение и, отыскав взглядом свободный столик в дальнем углу, занял его. Обслуживающим персоналом здесь были самые обычные кибертронцы, причем многие из них курсанты Академии. Молодёжь всегда искала себе занятие помимо учёбы, и многим приходилось устраиваться на работу. Молодой бот принял заказ у лидера и немедленно принёс один кубик энергона. Но Прайм не собирался его выпивать. Ярко-голубая оптика уныло смотрела перед собой. Почти все столики в баре были заняты посетителями. Чувствительные сенсоры уловили едкий аромат высокопроцентного энергона. Из-за гула, стоявшего в заведении, не было слышно музыки, игравшей через проигрыватель. А кому это нужно? Оптимус крепко стиснул энергокуб, уставившись в гладкое лаковое покрытие стола. Он окончательно ушел в себя, погрузившись и в без того унылые мысли. Скула всё еще болела после сильной пощечины, не давая о себе забыть ни на минуту. «Нет. – Упрямо начал твердить себе Прайм. – В случившемся нет моей вины. Это я точно знаю. Не я первым всё это начал, не я помешался на изменах…» Так рассуждать можно довольно долго, продолжая искать правых и виноватых. Но сложнее всего простить. Просто забыть и простить. - Здесь не занято? Прайм поднял голову и посмотрел на спросившего. Перед ним стоял высокий трансформер сине-серебряного окраса с рубиновыми окулярами. Автобот жестом позволил незнакомцу присесть напротив и тот поспешно занял место. Всё еще погруженный в свои мысли, лидер автоботов невольно обратил внимание на соседа напротив. Сине-серебряный трансформер несомненно был десептиконом, поскольку его окуляры были красными. Шлем, плечи и колени деса украшали заострённые выступы, пальцы рук были увенчаны небольшими острыми когтями. Именно вид когтей заставил Прайма вздрогнуть. Его до сих пор преследовали воспоминания о приключениях на борту корабля нейтралов. Голубая оптика слегка притухла. «Прошло несколько часов, - отметил про себя Оптимус. – И где же Мегатрон? Решил взять отгул?» Мысли возвращались к их ссоре на веранде. Но кто мог знать, что так всё произойдёт? Кто мог предположить, что счастью так скоро придёт конец? Видно на всё воля Праймуса. Забывшись на миг, автобот поднёс к забралу энергокуб, собираясь отпить. - Ты хотя бы намордник сними, - посоветовал сине-серебряный трансформер, повернувшись к нему. – Или ты собираешься пить через него? Но позволь узнать, как ты это сделаешь? - Спасибо, - опомнившись, пробурчал себе под нос автобот и привычным движением, ослабил крепления, снял маску и положил её на стол. Он тут же подпёр голову манипулятором, заслонив ударенную часть лицевой пластины. Поднёс энергокуб к губам и немного отпил. - Хандра напала или как? – без интереса спросил неожиданный собеседник, плотоядно сверкая линзами. Прайм решил благовоспитанно промолчать, поскольку был слишком погружен в собственные мысли. Но к своим мыслям так и не вернулся, обратив внимания на уродливый шрам на груди незнакомца. Незнакомец проследил его взгляд и самодовольно усмехнулся. - Работа наёмника сочетает в себе не только выгодные сделки, но и риск. – Сказал он, протянув манипулятор для пожатия. – Будем знакомы, автобот. Я Виндталкер, наёмник, специализирующийся на поисках добычи, и доставке заказанного объекта. А ты? - Оптимус Прайм, - неохотно представился красно-синий трансформер, недоверчиво глядя на протянутый манипулятор. Но из приличия был вынужден пожать протянутую руку. Когтистые пальцы тут же сомкнулись на синем металле, оцарапав. - Прославленный лидер автоботов и великий правитель Кибертрона. – Протянул Виндталкер, как бы пробуя слова на вкус. – Не ждал увидеть столь знатную персону в таком месте, как это. У тебя лицевая пластина повреждена. Подрался с кем-то? - Не имеет значения, - ответил Прайм, снова заслонив лицо рукой. Его взгляд скользнул по сине-серебряному корпусу, выискивая фиолетовую эмблему. - Не утруждай себя, - посоветовал наёмник, сжав пустую ёмкость из-под энергона. – Я не из десептиконов, так что эмблемы ты не найдёшь. По крайней мере, теперь. - Почему же ты отказался от статуса десептикона? - У меня были на то причины. Аромат высокопроцентного энергона усилился, еще сильнее раздражая чувствительные датчики. Прайм поморщился, поскольку ему было не привычно улавливать такие сильные запахи, а вот Виндталкер вообще не обращал на это внимания. «Наёмник, - пронеслось в процессоре лидера автоботов. – Что он здесь делает?» Довольно странно видеть наёмника на закрытой планете. С начала подписания мирного договора между лидерами было решено, что Кибертрон останется закрытой планетой для всех. - Ты местный? – сощурив оптику, спросил Прайм. - Можно сказать и так. – Уклончиво ответил наёмник, не вдаваясь в подробности. - Впервые вижу кибертронца, подавшегося в наёмники. - Что ж, могу сказать только то, что довольно странно видеть убитого горем правителя Кибертрона в квартале развлечений. Автобот не обратил должного внимания на эту колкость, продолжая медленно поглощать энергон. Его очень сильно заинтересовал шрам на сине-серебряном корпусе. - Память о бурной юности. – Пояснил Виндталкер. - В войсках десептиконов… - Я не принимал участия в войне. – Перебил он Прайма, загадочно улыбаясь. – Предпочёл остаться в стороне, поскольку это меня не касалось, да и на тот период времени меня не было на Кибертроне. Оптимус удивлённо моргнул. - На тот период времени? – недоумевал он. – Но война началась почти шесть миллионов лет назад. - Знаю. Но я покинул Кибертрон задолго до начала войны. Небеса плачут, когда звёзды умирают. Рубиновые окуляры разгорались всё ярче, всё больше напоминая оптику Мегатрона. Дальше разговор развивался весьма спокойно, медленно, но довольно интересно. Поразительно, как совершенно незнакомый тебе бот может стать хорошим и понимающим собеседником. Они говорили о разном, но Прайм решил не затрагивать тему его отношений с партнёром, потому что считал, что это сентиментально и куда больше подходит фемкам. Первые впечатления, которые складывались о наёмнике, были весьма положительными. И дело даже не в том, что Виндталкер, не смотря на свой суровый вид, был крайне вежлив. В нём что-то было, своя прелесть, своя изюминка. Разговор продолжался. Приятное общение в компании загадочного незнакомца с очень красивым окрасом. Синий и серебряный так прекрасно сочетались вместе, придавая рубинной оптике некую особенность, мужественность и величие. На какой-то момент показалось, что перед ним сидит зеркальное отражение Мегатрона, показанное с другой, лучшей стороны. Как только Оптимус опустошил свой куб, то наёмник заказал еще два энергокуба. Угощал он за свой счёт и при этом принимал активное участие в разговоре. Было много тем для обсуждения, но самой главной темой была именно война. Поскольку Виндталкер всё пропустил, Прайм взял на себя смелость рассказать всё, как было. Серебристые пальцы, снабженные острыми когтями, барабанили по столу в такт мелодии, играющей через проигрыватель. Разговор продолжался, а на столе становилось всё больше пустых ёмкостей из-под энергона. Официанты только и успевали приносить новые заказы. Оптимус пил достаточно медленно, поэтому много выпить не успел, зато его собеседник только и успевал опустошать энергокубы. Наконец, опустошив послед куб, Виндталкер облизнулся и посмотрел на автобота в упор. - О восстании десептиконов ходило много слухов, - сказал он. – Как оказалось, все они были не правдоподобными. И как так получилось, что самый обычный трансформер сумел возглавить армию боевых роботов? Насколько мне известно, Мегатрон никогда не был кем-то важным. - Я не знаю, - буркнул Прайм. За всё время разговора, он ни разу не упомянул о лидере десептиконов. Будто тот был лишней фигурой, не играющей никакой роли в войне. Оптимус не хотел о нём говорить, потому что таил обиду на партнёра и возвращаться домой не собирался. - Ясно, - непонятно чему кивнул сине-серебряный трансформер. Он ведь так и не получил ответа на свой вопрос. - Ты не знаешь, сколько сейчас времени? - Точно сказать не могу, но знаю, что уже довольно поздно. М-да, заболтались мы немного. Наёмник поднялся из-за стола: - Что ж, пора расходиться. Тебе я бы тоже советовал идти домой. Незачем торчать здесь, тем более одному. Никогда не знаешь, кто сидит напротив тебя: друг или враг. - Я еще немного побуду здесь. Всего доброго. - До встречи, - сказал Виндталкер и ушел. Оптимус усмехнулся, представив себе, как будет зол Мегатрон, когда узнает что его партнёр пил в баре с каким-то совершенно посторонним ботом. Но он ничего не станет ему говорить, поскольку это больше не касается лидера десептиконов. Не смотря на то, что уже была глубокая ночь, трансформеров в баре становилось всё больше. Прайм осмотрел пустые ёмкости из-под энергона, встал из-за стола, расплатился за последний заказ, приладил забрало на место и покинул заведение. То ли из-за количества выпитого энергона, то ли из-за усталости ноги лидера заплетались. «Самый лучший совет на будущее, - сказал себе автобот. – Пить надо меньше, а то скоро я разучусь ходить и начну ползать. Как бы люди назвали подобное явление? Обратная эволюция?» Улицы квартала развлечений пустовали. Редко встречались трансформеры, идущие куда-то чтобы, либо развлечься, либо пойти домой после всех этих развлечений и подзарядиться. В то время как большая часть Кибертрона погрузилась в глубокую подзарядку, квартал развлечений только начинал свою жизнь. Почему же тогда так пусто на улицах? Ответ был очевиден: все нашли себе занятия и теперь веселятся, кто в барах, кто в ночных клубах, а кто в весёлых домах тонет в объятиях и ласках дорогих секс-ботов. «Ночь будет долгой» - с горечью подумал Прайм, прогуливаясь по пустым улицам квартала развлечений. Ему всё никак не давали покоя слова Мегатрона. Бессмысленные обвинения, не имеющие никаких оснований и доказательств. Самая обычная глупость, которая со временем всплывает в процессорах у многих ботов, стремящихся к безраздельной власти над тем или иным объектом. «У каждого десептикона должен быть свой автобот, у каждого автобота – свой хозяин, которому он должен принадлежать. Я думал, ты будешь более благодарным, но я ошибался. Ты ничем не отличаешься от других, продажная шлюха!» - как назло звучали у него в процессоре слова Мегатрона. Автобот пошатнулся. Такими темпами он не скоро дойдёт домой, это Прайм знал наверняка. А есть ли смысл идти домой именно сейчас? Разумеется, что нет. Ярко-голубая оптика помутнела. Выпитый энергон всё больше давал о себе знать, заставляя процессор трансформера гудеть от перегрузки. Искра в груди металась, то распаляясь, то успокаиваясь. «Ну и денёк выдался! – заметил Оптимус Прайм. – Вначале Магнусу помяли покрышки, потом ссора с Мегзом, а теперь перебор с энергоном. Может сходить к кому-нибудь из автоботов и попросить, чтобы впустили переночевать?» Идея была хорошая, да и автобота она вполне устраивала. Всё равно идти больше некуда, а там всё же свои… Он свернул за угол, покидая квартал развлечений. Огни небоскрёбов манили, а у одинокого трансформера все мысли сейчас были только о подзарядке. - Оптимус! – окликнул его знакомый голос. Прайм остановился и обернулся, чтобы вновь увидеть уже знакомого ему наёмника. Сине-серебряный трансформер подошел к нему. Он был выше автобота на целую голову. И почему ему, Оптимусу, в последнее время везёт на высоких? - Вот мы и встретились, - без насмешки в голосе сказал Виндталкер. – Всё же надумал идти домой? - Нет, - честно ответил тот. - Я так и думал. Не похоже, чтобы ты тянулся туда. Разве дома тебя никто не ждёт? - Какая разница? – тихо сказал лидер автоботов, отведя взгляд в сторону. – Меня там ничто не удерживает. - Вот как? – задумался наёмник, почесав подбородок. – И куда ты пойдёшь? Я так понимаю, что идти тебе некуда. - Ну, вообще-то я знаю, пару ботов, у которых можно было бы переночевать. Но… - И всё же, идти тебе некуда. А если ко мне? Прайм вопросительно посмотрел на него, не веря услышанному. - Тут недалеко, - Виндталкер кивнул в сторону, противоположную той, куда собирался идти автобот. – Квартирка не большая, но мы найдём тебе местечко. Ну, так что? С минуту подумав, Оптимус всё же принял решение и его ответ был в пользу наёмника. Всё равно податься больше некуда, а тут хоть никто доставать глупыми вопросами не станет. *** Алая оптика пристально выискивала среди ночных огней и блуждающих теней красно-синий корпус. Пальцы сами собой сжимали перила балкона, заставляя металл жалобно скрипеть под натиском. Мегатрон был очень зол на партнёра за то, что тот снова ушел Юникрон знает куда, не предупредив его. Время было довольно позднее, а Прайм так и не вернулся. Десептикон уже отправил на его поиски Лазерника, надеясь, что кассетник всё же сможет обнаружить второго из правителей на троне Кибертрона. Но всё безрезультатно. Мегатрон устало потёр переносицу. Ему бы отдохнуть, а он продолжает себя мучить. Он уже решил, что не пойдёт на подзарядку, до тех пор, пока партнёр не вернётся, но в том-то и заключалась проблема, что Оптимуса всё нет и нет. «Когда вернётся, я ему такое устрою! – обещал Белый Вождь, стискивая перила балкона. – Он у меня еще попляшет. Век не забудет! Вот только где этого идиота носит?» *** Тишина и покой – то, что доктор прописал! Оптимус уже был готов отключиться, как вдруг обратил внимание на задумчивый вид наёмника. Виндталкер усердно затачивал свой кинжал, сидя на подоконнике. Вдумчивый взгляд рубиновых окуляр пронзал тьму, вызывая в подсознании автобота образ лидера десептиконов. - Удивительная ночь, не правда ли? – так же вдумчиво протянул он, растянув губы в усмешке. - А ты не собираешься подзаряжаться? – спросил сонным голосом Прайм, почти отключившись. - Ночью я работаю, а днём подзаряжаюсь. Так что мой ответ «нет». - Упырь, - усмехнулся он. - Кто? – недоумённо посмотрел на него наёмник. - Да так, просто выражение с Земли. Ничего особенного. - Земная культура. Рассвет уже не за горами. Ты бы отключился. Насколько я понимаю, у правителей Кибертрона много важных дел днём. Не прошло и нескольких минут, как голубая оптика окончательно погасла. Виндталкер продолжал затачивать кинжал, временами поглядывая на красно-синего гостя. - Спокойной ночи, Оптимус. – Прошептал он, лукаво сверкая рубиновой оптикой. *** «И всё же, в следующий раз пить буду меньше», - сказал он себе, поднимаясь по лестнице наверх. Утро наступило довольно быстро, едва он успел погасить оптику. По крайней мере, Оптимусу так показалось. Раньше такого не было. Выпитый накануне энергон продолжал давать о себе знать, заставляя автобота слегка пошатываться на ногах. Процессор всё еще гудел, но не так сильно, как раньше. Встретившиеся по дороге трансформеры не спешили спрашивать, где всю ночь проболтался их правитель, поскольку они этого знать не могли. И это радовало. Но там где радость, есть место и для горечи. Прайм до сих пор не знал, чего ожидать от ревнивого партнёра: спокойствия или осуждений, примирения или наказания. Он остановился перед дверью, ведущий в их личный отсек. Никогда раньше эта дверь не казалась ему столь жуткой. Создавалось такое впечатление, что за дверной панелью находится вход в преисподнюю, где живёт ужасный Зверь. Но отбросив все предрассудки прочь, лидер автоботов открыл дверь и переступил порог. К его большему облегчению в отсеке никого не было. «Серьёзный разговор откладывается до вечера. – С насмешкой подумал Оптимус Прайм, направляясь в спальню. – А лучше бы он и вовсе не состоялся». Ему по-прежнему ужасно хотелось уйти в подзарядку. «Завязываю пить столько, тем более на ночь, глядя», - снова и снова твердил себе автобот. Он небрежно открыл дверь спальни, сделал всего один шаг к платформе для подзарядки и замер. Всё же зря он надеялся, что «серьёзный» разговор не состоится. Сребристый трансформер неподвижно сидел на их общей платформе, сложив манипуляторы на груди. Все повреждения были устранены, заделаны умелыми руками Ретчета. Вроде всё в порядке, но оптика Мегатрона горела дьявольским огнём. Да и вид у него был, как у демона из преисподней. При виде такого взгляда не знаешь, что делать: то ли бежать без оглядки, то ли забаррикадировать все двери и надеется на лучшее. Но, не смотря на всю стойкость духа, Оптимус всё же испытал лёгкий страх. - Ну что, нагулялся, паскуда? – не своим голосом спросил десептикон, показав клыки в оскале. - Не твоё дело, десептохлам! – разозлился Прайм. Он не собирался спокойно терпеть все эти унижения и оскорбления, по отношению к себе. – Это больше тебя не касается! Он собирался уйти, но тут же был схвачен за манипулятор. Бесцеремонно развернув автобота к себе лицевой пластиной, Мегатрон грубо сорвал с него маску. - Вот как? – оскалился он, всё больше напоминая демона. – Тогда, может, и меня развлечёшь, шлюха? Ведь для этого и существуют такие, как ты! - Замолчи! – крикнул лидер автоботов, попытавшись вырваться из захвата соправителя. Но тот держал крепко, и отпускать свою жертву не собирался. Десептикон швырнул его на кушетку, и недолго думая, навалился на красно-синий корпус всем своим весом. - Поиграем, мразь? – угрожающе прошипел Белый Вождь, одной рукой придерживая соправителя за горло, а второй принялся сдирать с него защитную броню. - Немедленно остановись! – закричал Прайм, отбиваясь. Он пытался сбросить его с себя, но всё бесполезно. Ослеплённый злостью и яростью, властный правитель десептиконов даже и не думал останавливаться. Его сейчас куда больше интересовало, как бы проучить «неверного» партнёра, чтобы тот впредь не был таким смелым на измены. И единственным правильным методом наказания – по мнению десептикона – было именно насилие. Сам же Оптимус не горел желанием быть изнасилован своим соправителем. Сама мысль о том, что подобное может случиться, заставляла Искру в груди метаться из стороны в сторону, словно её ужалил сильный электрический разряд. - О нет, мой дорогой соправитель. – Протянул Мегатрон, раздвигая ему ноги. – Я от тебя не отстану. Можешь не сомневаться, я тебя проучу. Ты у меня неделю не сможешь нормально сидеть, да и ходить тоже не сможешь какое-то время. Прайм вскрикнул, когда манипулятор десептикона скользнул между его раздвинутых ног. Он принялся лихорадочно соображать, как бы выкрутиться из этой глупой ситуации. Пришлось на время забыть, что перед ним всё еще любимый мерзавец. Автобот заехал десептикону по лицевой пластине кулаком, ухватил того за повреждённое плечо, крепко сжал серебристый металл, заставив Мегатрона вскрикнуть от боли. Воспользовавшись моментом, Оптимус подтянул ноги к груди и со всей силы ударил соправителя в корпус, скинув его с себя. Мегатрон отлетел в сторону, но тут же поднялся с пола. Его оптика уже не горела так, как прежде. Дьявольский огонь погас. Будто этот удар привёл его в чувство, заставил опомниться. Тем временем Прайм поспешно поднял с пола забрало и направился к двери. - Между нами всё кончено, Мегатрон! – крикнул он, выйдя и громко хлопнув дверью. Совершенно внезапно в спальне почувствовался холод одиночества. Десептикон продолжал смотреть на закрытую дверь. «Он еще вернётся», - убеждённо думал он, скрестив манипуляторы на груди. Возможно, что его мысли правдивы, но он забыл, что причинил Прайму слишком много боли, чтобы тот его простил. И всё же… Он хотел верить, что это временно. *** Единственное, что сейчас тревожило Прайма, так это всего одна мысль: «а не был ли я слишком груб с ним?» А какое значение это имело теперь, если всё кончено? Вместо того чтобы убиваться от горя, как требовала Искра, Оптимус Прайм отправился на поиски нового жилья. Поскольку он больше не хотел иметь ничего общего с Мегатроном, то был вынужден жить отдельно от этого самодовольного и властного деспота. Что ж, придётся потеснить друзей. У него было на примете, несколько знакомых товарищей, которые могли бы предоставить ему временное жильё. Можно было пойти к Магнусу, но тот после вчерашней «встряски» не захочет иметь дело с лидером, опасаясь за собственную обшивку. Проула в это дело вмешивать не хотелось, а вот Ретчет… Да, он вполне годится. Но было одно маленькое «но». Медик жил в ремблоке и соответственно… Пришлось отказаться и от этой затеи. У Прайма еще оставались варианты, где бы ему временно разместиться, но тут же появлялись десятки причин, по которым приходилось переходить от одного варианта к другому. «А если попроситься пожить у Бамблби? – думал автобот. – Вот только комнатка маленькая, но это не беда. Да, и там всего одна платформа. Плюс весьма романтичные и добрые «дяди» десептиконы, заглядывающие к Желтому чуду по ночам. Нет, он тоже отпадает». Осталось еще несколько ботов, с которыми не возникло бы никаких особых проблем. Проблем-то с ними никаких не возникнет, только все автоботы весьма любопытны и будут допрашивать, а такого Прайму не хотелось. На этом идеи закончились. И так, практически пойти было некуда, кроме как… «Иного пути я просто не вижу. Но можно будет снять номер в отеле, если ничего не выйдет». На всякий случай Прайм проверил наличие кредитов – вдруг пригодятся. Хорошо, что он запомнил дорогу к дому Виндталкер, иначе пришлось бы всех расспрашивать. Но ему бы всё равно никто не смог помочь, потому что наёмника никто не знал. Бывают же такие боты, которые любят быть всего лишь тенью днём, а ночью дают о себе знать! Вход в здание был свободный: никаких кодов доступа, которые знали бы только жильцы дома и никакой охраны, проверяющей личные данные каждого вошедшего. А чему тут удивляться, если это окраины квартала развлечений? Удивляться особо нечему, да и возмущаться тоже по этому поводу не стоит. Практика давно показала, что от усиленной охраны толку мало, да и не дешево это. Поднявшись на лифте на девятый этаж, Оптимус прошел по длинному коридору медного цвета. Уже в который раз он отметил про себя, что коридор напоминает ему общежитие Академии, в которой он учился не покладая рук. Собственно, это здание и было когда-то северным крылом общежития Академии, а теперь здесь живут не курсанты, а обычные трансформеры, способные платить за аренду квартир. Но квартира Виндталкера уже являлась его частной собственностью, и платил он теперь за обычные жилищные услуги. Остановившись перед дверью отсека наёмника, Оптимус снова помедлил. Он не знал, как отреагирует Виндталкер, поэтому не спешил. Простояв в раздумьях и сомнениях несколько минут, он всё же решился и нажал кнопку вызова. «Надеюсь, что я поступаю правильно», - всё еще сомневался Прайм. Дверная панель отъехала в сторону, на пороге вырос сине-серебряный трансформер. - Привет, Винд. – Неуверенно начал автобот, скрывая свою неловкость. – Можно я у тебя временно поживу? А то у меня сейчас проблемы с жильём, да и вообще… - Я думал, что у лидеров не бывает с этим проблем. – Сухо сказал наёмник, сверкая линзами. - Как видишь, бывает. Ну, так что? Можно? Я буду тебе платить. Уверен, мы сможем договориться о цене. Лёгким движением фокусника Оптимус достал кредиты и показал их наёмнику. Но, похоже, что вид денег не произвёл на сине-серебряного никакого впечатления. - О цене мы поговорим потом. – Холодно сказал Виндталкер, отойдя в сторону. – Проходи. Чувствуй себя, как дома. Оптимус украдкой вздохнул. Всё прошло просто замечательно. Он и не надеялся, что тот его впустит. Как только он вошел, дверная панель встала на место. - Я сейчас должен уйти. – Сказал наемник, спрятав бластер в чехол. – Ничего, если меня не будет какое-то время? - Извини, если я… - Ты мне не мешаешь. И прекрати извиняться из-за пустяков. – Строго бросил он. – Ты мне вчера весь процессор прожужжал своими «извини» и сегодня утром тоже. Кстати, если кто-нибудь придёт, скажи, что я на работе. - Нет проблем. – Ответил Прайм и только сейчас обратил внимание на стальную ленту, свободно обвивающую синюю талию Виндталкера. К поясу был пристёгнут чехол с бластером. Сине-серебряный проследил его взгляд, усмехнулся и, больше не говоря ни слова, выбежал в коридор. Автобот огляделся и про себя отметил, что это гораздо лучше, чем ничего. Зато есть крыша над головой и главное, что сожитель не будет спрашивать лишнего и уж тем более не станет предъявлять на него, Оптимуса, права. «Жизнь продолжается», - грустно подумал про себя красно-синий трансформер, понимая, что уже ничто не будет прежним.