А ведь могло быть иначе...

Эйс влюблена. Это чувство наполняет каждый её вздох, будоражит кровь, играет улыбкой на губах, светится в изменивших цвет и форму зрачка глазах, делает мир вокруг — чужой — необычайно ярким. Эйс бежит рядом с Каррой, и совсем уже не помнит, что всего несколько часов назад испугалась этого существа на детской площадке в родном Перивейле. Тогда она даже не поняла, что это девушка… Карра обижается, когда Эйс называет её кошкой. Сама она называет Эйс сестрой, и это не нравится уже девушке. Слова Доктора о том, что планета влияет на них, изменяя, превращая в подобных Карре существ, звучат где-то на периферии сознания, не вызывая страха и отторжения. Эйс рада, что Карра оправилась от попавшего ей в голову камня. У неё нет раскаяния в этом поступке, ведь она спасала друга, но воспоминания о едва добравшейся к источнику воды Карре вызывают неловкость, а память о пьющей с её рук живительную воду девушке-гепарде наполняет всё существо Эйс каким-то теплом. Воду Карра лакала совершенно по-кошачьи… Эйс было щекотно от прикосновения к ладоням покрытого шерстью лица. Когда Эйс уходит с Доктором, сумевшим достучаться сквозь навеянные планетой изменения до человеческого сознания девушки, она слышит за спиной разочарованно-недовольный полурык-полушипение Карры.

***

— Мне нельзя сражаться… Мне нельзя сражаться, — Эйс отчаянно сжимает в руках шляпу и зонтик Доктора, цепляясь воспоминаниями за сказанное им перед тем, как сесть на мотоцикл и помчаться в лобовое столкновение с Миджем, загипнотизированным Мастером и уже переставшим быть человеком — разве что шерстью не покрылся. А потом она зовёт на помощь, громко, отчаянно, понимая, что никто не придёт… И потому шокирована появлением Карры. — Преследование… Охота днём и жизнь ночью. Бежать от света и скользить в темноте. Чувствовать запах крови в ветре. Слышать ток крови ушами, — то же самое она говорила, когда звала Эйс с собой там, на планете Гепардов. А голос Карры крепнет и наполняется восторженным предвкушением охоты: — Умереть, наконец, с кровью врага во рту! Выкрикнув последнюю фразу, Карра направляет лошадь на толпу, и Эйс восторженно смотрит, как она проносится мимо, а парни-спортсмены бегут от неё. Эйс влюблена в эту невероятную картину: девушка-гепард на лошади… Прогнав толпу, Карра делает круг, объезжая мёртвого Миджа, и Эйс внезапно кажется, что та прочитала её восхищённые мысли, и теперь просто красуется. …Когда Мастер вонзает в Карру клык неведомого зверя, Эйс кажется, что смертельный удар получила она. С отчаянным криком бросившись к лежащей ничком Карре и переворачивает её… Чтобы увидеть абсолютно человеческое лицо в обрамлении коротких тёмных волос. — Я могу охотиться в темноте, — улыбается Карра. Эйс уговаривает её потерпеть, обещает дать ей что-нибудь, что-то, что поставит её на ноги, однако Карра не слушает. — Я могу бежать в темноте. Бежать всегда… Хорошая охота, сестра… — Хорошая охота, — шепчет Эйс, глотая слёзы.

***

Планета людей-Гепардов гибнет. Путешествия Эйс с Доктором продолжаются, но даже ему Эйс не расскажет, что время от времени видит в своих снах девушку-гепарда. Карра бежит или едет на лошади, пьёт воду с её ладоней, сдирает мясо с костей убитых животных и, наконец, исчезает в темноте. Но даже в темноте Эйс продолжает видеть Карру — уже не гепардом, человеком. Эйс слишком влюблена в свои воспоминания о несбывшемся — и даже толком не начавшемся — чтобы делиться ими с кем-то. «Бежать от света и скользить в темноте. Я могу охотиться в темноте. Бежать в темноте. Бежать всегда…» — Хорошей охоты, Карра, — в слезах шепчет Эйс после таких снов. Наутро после них Доктор хмурится, вновь увидев, что глаза девушки стали по-звериному жёлтыми с вытянутым зрачком. Сама Эйс этого не замечает, как не осознаёт всё ещё сохранившихся у неё и не раз спасавших им с Доктором жизнь сверхчеловеческих скорости и зрения. Иногда, в самых далёких уголках Космоса, она ощущает присутствие чудом уцелевших людей-Гепардов — но не Карры… И от этого больно.