Что ты чувствуешь?

Прошло ровно полчаса, как Натали ни на строчку не продвинулась в чтении книги. Возвращаясь в начало страницы, она прочитывала первый абзац, а затем ее мысли уносились в непонятном направлении и, лишь несколько минут спустя, когда она доходила до нижнего колонтитула, понимала, что не запомнила ни слова из написанного.     Следующий после падения и первый день своего очередного вынужденного проживания в особняке Агрестов Натали, не зная, чем еще себя занять, и мало сопротивляясь действию лекарств, почти весь проспала. И это было самым простым, потому что следующим утром она, как по будильнику, проснулась в 5:30 и поняла, что ей не надо идти на работу, да и вообще работать. Можно было заняться тем, что она любит. Но любила она только работу... и Габриэля.    На третий день Натали осознала, что не может бесконечно рассматривать небо и крыши домов, которые были видны из ее окна, и вспомнила, что в комнате есть книжный шкаф, помимо бесчисленного количества книг о камнях Чудес, магии и Тибете, содержащий в себе и произведения из мировой классики.     Четвертый день запомнился Дуусу неожиданным громким хлопком, с которым Натали закрыла очередную книгу. «Еще одна история о любви, и я лично сожгу весь книжный шкаф» — подумала женщина, откладывая подальше «Великого Гэтсби». Тогда её взгляд случайно упал на книгу, которую вчера принес ей Адриан. Натали всегда скептически относилась к около психологической литературе и взяла книгу только для того, чтобы не расстраивать мальчишку. «За все эти годы, что Бражник нападает на Париж, я понял, что нужно научиться контролировать свои эмоции, чтобы не стать легкой добычей, — сказал Адриан. — Возможно, некоторые вещи покажутся слишком очевидными, но эта книга очень помогла мне.»    Сегодня прошла уже почти неделя ее «заточения». Среда. Многим нравится среда за то, что вместе с ней проходит и большая часть рабочей недели. Совсем неактуально для того, кто давно привык работать почти круглосуточно — становится совершенно безразлично среда сегодня или пятница...    Натали тихо выругалась, увидев номер страницы и в очередной раз поняв, что не прочитала ни слова. Положив закладку, женщина закрыла книгу, решив, что уж лучше она будет весь оставшийся день смотреть в окно, чем продолжать это безумие. И не сказать, что книга оказалась неинтересной, наоборот, в ней и правда оказалось много полезного. Например, про важность осознания своих чувств и эмоций. Именно поэтому с самого утра Натали пыталась понять свои чувства по поводу того, что последний раз Габриэль заходил к ней в пятницу, когда и принес Дуусу. По-хорошему, ей не должно было быть до этого никакого дела: он ничего ей не обещал и не был должен. К тому же их отношения были чисто рабочими, даже друзьями их можно было назвать с большой натяжкой, скорее она была для него другом, чем наоборот. Криминальные напарники? Вряд ли. Бонни и Клайд из них явно не получились, тем более, Натали не получала от подобного сотрудничества ничего, кроме ушибов и ссадин. Скорее она была Джарвисом для Тони Старка, и не просто дворецким, а бездушной машиной, молча выполняющей свою работу.    Вопреки распространённому мнению, роботом Натали не была и, к ее собственному удивлению, чувства у нее были. И сейчас она чувствовала обиду. Понимая, что не должна, она все равно обижалась. К счастью, Натали могла себе это позволить без риска нарваться на Бражника — в преступном сговоре есть свои преимущества. Разве что Габриэль будет недоволен, что она «заглушает» других потенциальных жертв, но, чтобы выразить своё недовольство, ему придётся зайти к ней в комнату. Круг замкнулся!    Натали посмотрела на Дуусу, пытаясь отвлечься от саморефлексии. Квами уже который день читала все те книги про камни Чудес, которые женщина с радостью бы вообще никогда не видела. С другой стороны, стоило отдать Дуусу должное, потому что себя Натали так и не смогла заставить вновь заняться раскрытием тайн магических украшений.    — Нашла что-нибудь новое? — даже не пытаясь изобразить интерес, спросила она.    — Нет. А ведь это уже десятая книга, которую я изучаю, — грустно ответила Дуусу, с усилием переворачивая страницу. — Погоди-ка, я же с тобой не разговариваю!     Натали едва сдержала улыбку от тонкого недовольного голоса маленькой квами. Дуусу и правда не произнесла ни слова с тех пор, как в пятницу они повздорили, пытаясь понять, что произошло во время превращения. Отчасти, ее молчание было даже на руку: никто не летал вокруг книг, повторяя, насколько все романтично.    — Дуусу, — немного раздраженно начала Натали, — когда я сказала, что ненавижу камни Чудес, я не имела в виду конкретно тебя, я говорила в целом.    — Ты сказала, что камни испортили тебе жизнь! — обиженно ответила квами, показательно отвернувшись от женщины.    — Я по-прежнему так считаю. Моя жизнь и до этого была не самой лучшей, а с появлением в ней магии, все стало только хуже.    Вокруг Дуусу появилось синеватое свечение, она буквально взорвалась от возмущения, и, резко развернувшись, подлетела к Натали, укоризненно глядя на нее своими огромными черными, похожими на бездну, глазами.    — Ну еще бы! Что-то ни ты, ни Бражник не спешите следовать главному правилу камней — использовать их во благо, вместо этого только мучаете и меня, и Нууру! Или ты думаешь, что мне нравится создавать сентимонстров, пытающихся уничтожить мир? Нет, не нравится! Но меня никто об этом не спрашивал.    Возникшая в комнате тишина глухим шумом отдавалась в ушах. Дуусу перестала светиться, и ее взгляд вместо осуждающего стал скорее умоляющим: она точно также устала от происходящего и надеялась, что Натали сможет ее понять.    — Извини, — выдохнув, произнесла женщина, — я и правда не должна была так говорить про квами. В конце концов, ты не виновата, что камень Павлина...     Последние слова растворились в монотонном шуме начавшегося дождя. Натали неожиданно для себя подобралась к тому, о чем напрочь забыла за неделю.     — Все хорошо? — квами помахала лапкой, пытаясь привлечь внимание.     — Дуусу, камень Павлина был сломан! — воодушевленно ответила Натали, будто сообщая что-то новое.    — Э-э, ну, да...    — Нет, ты не понимаешь, он был сломан. Был.    Глаза Дуусу, будто поглощая окружающий свет, широко открылись от внезапной догадки.    — Ты хочешь сказать, что...    — Всю неделю у меня не было приступов, — тихо, будто боясь, что кто-то услышит, с легким хрипом в голосе, перебила Натали. — Возможно, это из-за того, что я много сплю, нормально ем и, что самое главное, не работаю, а значит, не нервничаю, — ее голос дрогнул, и она заговорила ещё тише: — Но последняя детрансформация… Я не знаю, как объяснить, но это было одновременно и самым ужасным, и самым потрясающим, что со мной происходило. Я никогда не чувствовала себя более живой, чем в те секунды, я тогда будто впервые узнала, что мир на самом деле цветной, а не однотонный...     — Получается, что Бражник вылечил тебя. Это так романтично! — воскликнула Дуусу, взлетая вверх и размахивая лапками, чем вызвала у Натали неловкую улыбку, вместо привычного раздражения.    — Это и правда романтично. Теперь Габриэль может надеть на Эмили талисман Павлина, оживить ее и больше никогда не гоняться за камнями…    — Ты делаешь вид, что тоже этому рада, но, честно говоря, у тебя плохо получается, — хихикнула квами, подлетая ближе. — Даже не из-за того, что я чувствую твои эмоции, а потому, что твой голос странно поднимается наверх, когда ты говоришь о мадам… — Дуусу замолчала, заметив, что Натали вот-вот испепелит ее взглядом. — Я лишь хотела сказать, что тебе не о чем беспокоиться, мой талисман ей уже не поможет.     — Что?! Дуусу, почему он ей уже не поможет? Почему ты сказала именно так? Ты что-то сделала за спиной Габриэля?!    — Я ничего не делала, — пожала лапками квами. — Последнее превращение и правда было странным, я чувствовала себя так, будто мой талисман снова починили… Но ты знаешь, что он делал, пока был сломан, и, пока ты им пользовалась, я не могла привязаться к тебе, как к новому владельцу, потому что была связана с мадам и поддерживала в ней жизнь…    Дуусу замолчала, пугливо оглядевшись по сторонам, осторожно села на плечо Натали и, не дав ей опомниться, тихо произнесла:    — Я больше не чувствую Эмили.     Время остановилось. Натали замерла не в силах выдохнуть. Это определенно было очередным дурным сном, никак иначе и быть не могло. Сейчас в комнату зайдёт Габриэль, попытается ее убить, и Натали, как обычно, проснётся посреди ночи, выпьет успокоительное, и проспит до утра.     Но дверь все никак не открывалась. Никто не заходил. Кровь оглушающим стуком пульсировала в висках, сливаясь с бьющими по окнам дождевыми каплями. Это не могло быть реальностью!    — Никогда больше не говори это.    Натали, наконец, выдохнула, и тут же зашлась сухим кашлем.    — Со мной все хорошо, я просто разучилась дышать, — еле произнесла она, чтобы успокоить пытающуюся помочь квами. — Видишь? Уже лучше... Но, Дуусу, тебе и правда нельзя больше говорить то, что ты сказала. Если Габриэль об этом узнает, я даже боюсь представить, что он сделает... Он же столько раз использовал талисман Павлина, как он сам не понял, что камень может помочь?     — Он не был болен. Вообще-то, я не могу точно знать, почему получилось именно так, в книгах почти нет информации, все-таки камни Чудес ломались не так уж и часто. Я бы сказала, очень редко, если вообще не единожды, но там был виноват какой-то известный французский модельер.    — Дуусу, я оценила твою иронию, — усмехнулась Натали, успокаивая себя тем, что все будет не так уж и плохо, если Габриель ни о чем не узнает, — но давай ближе к делу.    — Возможно, Бражник ничего не почувствовал, потому что он в первую очередь владелец камня Мотылька, и у нас не возникло такой сильной связи, какая обычно бывает. К тому же, он никогда не использовал мой талисман, пока тот был сломан, поэтому ему не с чем было сравнивать.    — Видимо, он хотел, чтобы мне было с чем сравнить.    — Я чувствую, что ты обижена, но не могу понять почему, — протянула Дуусу, вновь внимательно рассматривая Натали. — То есть, он никогда не заставлял тебя использовать талисман, а иногда ты сама предлагала...    — Хочешь знать, почему я это делала? — перебив квами, воскликнула женщина. — Я хотела, чтобы он хоть один чертов раз сказал мне: «Нет». Не из-за того, что это нерационально, а потому что ему не все равно, что будет со мной. Но, как видишь, ему все равно.     — Почему ты хотела услышать «нет» вместо того, чтобы отказаться самой?    Натали недовольно выдохнула, прекрасно понимая, что вопросы Дуусу ей не нравятся, и вновь взяла в руки книгу.    — Мне бы тоже хотелось это знать... Если хочешь еще покопаться в причинах моих поступков, можешь присоединиться к чтению, — ответила она и в очередной раз вернулась в начало страницы.   

***

  — Дуусу, я никогда не поверю, что квами испытывают те же эмоции, что и люди. Иначе я не могу понять, как за столько лет своего существования вы не стали худшим кошмаром для человечества.    — Мы сами по себе воплощение магии, Натали. Наши чувства были созданы на основе того, что испытывают люди. Конечно, есть некоторые ограничения на негативные эмоции, чтобы мы не утопали в апатии, чувстве вины и желании что-нибудь разрушить, как было с... Впрочем, не важно. Главное, что квами тоже могут радоваться, удивляться, надеяться и еще много всего, что умеют делать люди.    — Но, чисто теоретически, Бражник мог бы акуматизировать квами?    — Ты читаешь эту книгу, чтобы разобраться в себе или чтобы придумать для своего любимого суперзлодея очередной безумный план? — Дуусу пролетела под рукой Натали и остановилась, загородив собой текст, как неожиданно ее глаза сверкнули, почувствовав эмоции. — Так-так-так, я решила не спрашивать вчера, потому что было уже поздно, но в тебе опять эта едкая смесь из обиды, страха и злости, которую у людей принято называть р...    — Не смей произносить это слово! — Натали резко закрыла книгу, едва не прихлопнув Дуусу, чем заставила ее испуганно взлететь вверх. — Извини, мне опять снились кошмары, и сейчас я меньше всего хочу слушать о том, что я ревную. Тем более, это неправда.     — Хочешь сказать, что вчерашние слова Адриана тебя не задели?    Натали молча поджала губы. Можно было продолжать пытаться обмануть Дуусу, но врать самой себе больше не получалось. Не успела вчера Натали оправиться от новости о собственном выздоровлении, как на нее обрушилось новое известие: Габриэль нашел себе помощницу. Агрест и сам говорил ей, что найдёт временную замену, но она почему-то даже не думала, что это будет женщина. Впрочем, это не являлось бы проблемой, если бы Адриан, уже традиционно заходивший к ней каждый вечер, не рассказал, как утром он в лучших традициях шпионских фильмов подслушал разговор прислуги.    Натали никогда не волновали сплетни на работе, кроме тех случаев, когда повара или горничные вместо работы собирались и обсуждали очередную историю из желтой прессы, тогда ей достаточно было одного уничтожающего взгляда в их сторону, чтобы они вернулись к своим обязанностям. Но сейчас следить за порядком было некому, и, персонал, почувствовав вкус свободы, начал обсуждать в доме Агрестов самих Агрестов.    Новая помощница Габриэля. Никто ее не видел, никто не знал ее имени, но все знали, что найти ее помогла сама Одри Буржуа, о чем Адриан и узнал в подслушанном разговоре. В целом это не было плохо, даже учитывая, что жена мэра при каждом удобном случае напоминала Габриэлю об инциденте с первым рядом, произошедшем на показе в позапрошлом году, и о том, что Натали он так и не уволил.    Но было просто ужасно предположение прислуги, что Агрест влюбился в новую помощницу. Сама идея этого звучала как бред, с чем был согласен и Адриан, но аргумент, состоящий из «месье ходит по дому с менее недовольным лицом, чем обычно, да и не ходит совсем, а почти летает», все же заставил мальчишку призадуматься. К счастью, Натали сумела его успокоить, заверив, что поведение его отца связано лишь с созданием новой коллекции, да и вообще, не стоит доверять сплетням.    Однако успокоить саму себя оказалось намного сложнее. Мысль о влюбленности Габриэля отказывалась покидать ее мозг, назойливо напоминая о себе весь вечер и весь сегодняшний день. Аргументы «против» резко закончились, зато появилось множество причин, почему это все-таки могло произойти. Например, Натали не понаслышке знала, насколько эффектные женщины окружают Одри, рядом с каждой из которых сложно было не затеряться где-то на фоне. Даже Эмили была одной из них, поэтому...    — Что, если это правда? Что, если кому-то все-таки удалось добраться до его сердца? Я ведь даже никогда не думала, что Габриэль может влюбиться в… — Натали замолчала, пытаясь подобрать слова.    — В кого-нибудь, кроме тебя? — выпалила Дуусу и тут же осеклась, поняв, что сказала лишнее. — Извини.    — Нет, ты совершенно права. С этими бесконечными суперзлодейскими историями я и забыла, что, помимо Эмили, существуют другие женщины, — Натали опять замолчала, о чем-то задумавшись, и случайно напугала Дуусу, когда, подняв руку, стерла со щек скатившиеся слезы. — Вдруг только у меня не получилось добиться его внимания? Я же больше не смогу с ним работать....    — Даже самые романтичные истории не всегда заканчиваются хорошо, — пытаясь ее успокоить, Дуусу подлетела ближе и почти по-матерински погладила по волосам.    — Я знаю, но мне нужно время, чтобы это принять...     Незнакомые шаги у двери и неуверенный стук прервали разговор. Адриан еще не вернулся с фехтования, да и вряд ли это был Габриэль, которого сейчас Натали меньше всего хотела видеть, поэтому она велела Дуусу спрятаться и лишь после крикнула: «Войдите!». Дверь бесшумно открылась, и вслед за тихо скрипящим передвижным столиком в комнате появился незнакомый мужчина.    — Кто вы? — испуганно спросила Натали, резко повернувшись на кровати и тут же поджав губы от боли в плече.    — Я новый ассистент месье Агреста, — ответил незнакомец, подняв руки в попытке показать свою безобидность. — Вы не ушиблись?    Новый ассистент. Мужчина. Натали мысленно ударила себя по лицу за то, что так быстро поверила нелепым сплетням.    — Нет, все хорошо, — поспешно ответила она, когда мужчина, обеспокоено смотря на ее забинтованную руку, в несколько шагов оказался рядом с кроватью. — Так вы новый помощник Габриэля?     — Вот уже почти неделю. К сожалению, не было времени познакомиться с вами, но, кажется, сегодня мне улыбнулась удача, — он опять улыбнулся и протянул ладонь. — Рафаэль Адемар.    Новый ассистент. Мужчина. Старательно пытаясь усвоить новую информацию, женщина, и без того пугая мужчину своим подозрительным взглядом, недоверчиво медленно протянула в ответ свою руку и поверила в его реальность лишь тогда, когда его ладонь обожгла ее вечно ледяные пальцы, из-за чего Натали, будто извиняясь, слегка улыбнулась.    — Новый помощник Габриэля... — опять пробормотала она. — Извините, мне просто говорили, что мадам Буржуа прислала женщину.    — Тогда хорошо, что я работаю не на Одри, — ответил мужчина, улыбнувшись. — Габриэль обратился за помощью к моей сестре, а Валентина видимо придумала идеальную месть за все мои детские выходки, к ее счастью, я был в Париже.    Неожиданно для себя Натали тихо засмеялась, подумав, что ее работа и правда то еще наказание.    — Валентина — это ваша сестра?    — Да, старшая, вы ее, наверное, помните, — мужчина чуть улыбнулся и через секунду заметно смутился, поняв, что Натали не помнит. — Как неловко, я думал вы меня узнали.    Женщина неуверенно рассматривала своего гостя, в нем определенно было что-то знакомое, но за годы работы с Габриэлем она видела не один десяток таких же блондинов в идеально посаженных костюмах, что попросту не могла понять, где встречалась именно с этим.    — Извините, — немного пристыжено произнесла она, — но я правда не помню, где мы познакомились.    — Не волнуйтесь, могу понять, все-таки это было почти четыре года назад, — мужчина провел рукой по волосам, откидывая их назад и полностью открывая лицо, — еще и в Лондоне...    Поджав губы, Натали еще раз оглядела Рафаэля, пытаясь найти в его внешности связь с тем показом мод, но ей показалось, что он слишком симпатичен, чтобы просто забыть его.    — После официальной части показа...     — О боже! — воскликнула женщина, закрывая лицо рукой. — Я тогда сказала, что вас зовут как одного из черепашек.    — Вы вспомнили! — сквозь смех произнёс мужчина, предприняв тщетную попытку успокоиться, но лишь засмеявшись сильнее.    — Это не смешно, я тогда слишком много выпила, — почти обиженно сказала Натали, но заметив, что в его голосе не было насмешки над ней и что его вполне искренне развеселило их знакомство, сама невольно улыбнулась. — Ладно, возможно, это немного смешно.     — Я рад, что смог заставить вас улыбнуться, когда я зашел, вы грустили.    — Мое положение иногда удручает.    — Тогда я вовремя принес вам...    — Сейчас угадаю, — перебила его Натали. — Чай? И, судя по запаху, ромашковый?    — Хотел вас удивить, но, кажется, не вышло. Не любите чай в целом или конкретно ромашку?    — Мне все нравится, но с тех пор, как я упала, мне каждый день по распоряжению Габриэля (я узнала это от горничной) приносят чай. Мне кажется, он хочет, чтобы мое тело на семьдесят процентов состояло не из воды, а из чая, и чтобы при этом мне было все равно, потому что весь чай успокаивающий: мятный, лавандовый, липовый, теперь ещё и ромашковый… Это, конечно, очень мило, но я уже буквально готова продать душу дьяволу за кружку кофе. Но в этом доме, как назло, нормальный кофе умею готовить только я… — женщина замолчала, поняв, что слишком увлеклась, когда заметила на себе странный взгляд Рафаэля.    — Теперь я знаю, как вас удивить, — усмехнувшись, сказал он. — Кажется, я уже спрашивал это четыре года назад, но... выпьешь со мной кофе?    Натали и сама не заметила, как согласилась, так же, как и пропустила тот момент, когда они перешли на ты, но, как бы то ни было, она не смогла сдержать восторг, увидев Рафаэля с дымящимися кружками кофе. Капучино. Она и забыла, когда в последний раз пила кофе с молоком, но именно сейчас ей и правда хотелось отдохнуть от бесконечной погони за бодростью в виде крепкого американо. К сожалению, дальнейший разговор продлился не долго, Натали даже не успела до конца выразить своё восхищение из-за добавленных в кофе специй, как Рафаэля вызвал в себе Габриэль, и тот, попрощавшись, ушел.     — Старые знакомые, случайная встреча, кофе, — едва не сверкая от восторга, пролепетала Дуусу, вылетая из укрытия, — это так романтично!    — Он просто выручил меня.     — Ну да, просто выручил... Кажется, новый помощник Габриэля добрался вовсе не до его сердечка, — усмехнулась квами, на что Натали загадочно улыбнулась и, неопределенно пожав плечами, вернулась к чтению.