Girl of my dream

            Глупая девчонка. Какая же глупая. Думает, что после всего я стану помогать ей. Какой же абсурд. Зачем ты поцеловал ее, болван? Минутное помутнение могло стоить тебе всей репутации, хотя куда уж хуже. В этом долбаном замке и так каждая дворняга считает своим долгом кинуть презрительный взгляд в мою сторону. Как же бесит, а смелости подойти и сказать это мне в лицо ни у кого нет. Все всё ещё боятся.

Она не боится.       Каждый раз смотрит на меня своими большими глазами и пытается разглядеть мою душу. Ха-ха и еще раз ха, ее давно у меня нет. Этот ублюдок выкачал из меня всё своим круциатусом, осталось лишь жгучая ненависть ко всему.

Но не к ней.       Драко врывается в мужской туалет, скидывает с плеча свою сумку и быстрым шагом подходит к раковине. Тут никого нет, так как несколько минут назад прозвенел звонок. Но вряд ли профессор Флитвик заметит отсутствие Малфоя. Он даже посмотреть в его сторону боится.       Драко включает холодную воду, яростно стягивает галстук с шеи, закатывает рукава и подставляет руки под ледяную струю. Он с усилием поднимает обе руки и хватает себя за голову. Поднимает взгляд и натыкается на свое отражение: глаза красные и горят от сдерживаемых слез, волосы растрепаны, руки трясутся, а рубашка вся намокла. Он чувствует себя жалко, он чувствует себя униженно, подавленно. Он думает о том, до чего его довела какая-то девчонка: всего лишь заплакала при нем, а он-дурак уже возомнил себя гребаным рыцарем. Он бы даже внимания не обратил будь это кто-то другой, просто прошел бы мимо и дело с концом, но ее испуганные глаза, сжавшееся тело и Вислый с поднятой рукой, и мозг отключился. Ему даже не понравилось целовать ее, Драко просто не хотел, не мог больше видеть слез.       Вранье, ты до сих пор вспоминаешь вкус ее губ: пухлых, мягких и слегка солоноватых. Помнишь ее шелковистые растрепанные волосы, бархатистую кожу под ладонями…       Замолчи, замолчи, замолчи. А чертов голос в голове все никак не утихает:       Ты сам хотел быть ее героем, хотел, чтобы она ответила тебе, хотел, чтобы прижалась ближе…       ХВАТИТ.       Я больше так не могу…       Слезы брызгают из глаз и сил больше ни на что не остается. Он отходит к стене, так и не выключив кран, облокачивается на нее и сползает вниз. Сквозь мокрую рубашку, спиной чувствует холодный кафель, закрывает глаза и наконец позволяет себе быть слабым. Хотя бы на этот краткий миг. Потому что уже через пару минут он со своей фирменной надменной ухмылкой, проходит мимо гриффиндорского стола в общем зале, подмигивает Пэнси, приобнимает ее за талию и как ни в чем не бывало целует в щеку, при этом краем глаза замечая, как из зала пулей вылетает кудрявая макушка. Мудак.

***

      Стук каблуков эхом разлетается по пустынным коридорам Хогвартса. Пэнси всегда любила каблуки. Они привлекают больше внимания. А внимание она очень любит. По этой же причине на ней всегда красная помада, идеальные стрелки, укладка и брендовая одежда. Все для того чтобы ее заметили, чтобы ее желали, чтобы любили. Раньше Пэнси часто читала романы, она верила в чистую и искреннюю любовь. Верит и сейчас, но гораздо меньше. За все время обучения в школе Чародейства, ее сердце разбивали тысячи раз. И каждый раз она верила в эту любовь. Ей до безумия хотелось ощутить то, что так часто описывали в романах: когда сердце выпрыгивает из груди при виде любимого человека, когда дыхание перехватывает только от того, что он стоит рядом, когда в животе порхают бабочки и хочется скорее коснутся человека, чтобы унять это саднящее чувство тоски. И каждый раз мимо. Ничего из перечисленного. Ей нравилось проводить время в компании симпатичных молодых людей, нравилось ощущать их вожделение, но это всегда было не то. Каждый хотел лишь затащить ее в постель. Малфой не такой. Ему не нужен от нее секс, не нужна ее любовь и забота, не нужны наставления и поддержка, ему нужен друг. Верный, искренний, понимающий и принимающий. И она стала такой для него. Засунула свою детскую влюбленность куда подальше, терпела его капризы, нелепые обиды в детстве, внезапную отстранённость в пубертате, но сейчас это был не ее Драко. У ее Драко были добрые, хитрые, светящиеся гордостью и искренностью глаза. Он никогда не врал ей. Сейчас это был другой человек, в его стальных глазах больше не осталось радости, одна лишь нескончаемая боль. Она так устала видеть его фальшивую ухмылку и питаться его наглой ложью. Ей больно видеть, как он изменился. Пэнси никогда не была глупой, наивной? — может быть, доверчивой? — скорее всего, но не глупой. Когда Тео присоединился к их компании в детстве, она сразу заметила его интерес к Драко. Тогда она думала, что все из-за того, что мальчишкам всегда интереснее с мальчишками, но позже, когда они подросли, она заметила, что Тео чуть дольше чем необходимо смотрит на загорающего Малфоя, и думая, что никто не видит, начинал слегка ерзать на своем месте. Потом чаще остальных Тео старался остаться в Малфой-мэноре, чтобы подольше побыть с Драко. Позже она все поняла, когда в один день дружба между ними закончилась. Драко запретил ей и Блейзу называть его имя, а Тео и вовсе перестал попадаться ей на глаза. Они не разговаривали друг с другом все лето, пока они с Забини насильно заставили их помириться, но уже ничего между ними не было как прежде. Из мыслей ее выдернули откуда-то внезапно появившиеся руки на ее талии. Пэнси в страхе отскочила от незнакомца и уже хотела закричать, но мужская ладонь быстро закрыла ей рот. — Тише ты, успокойся, это я, Тео. — дружелюбно улыбаясь, шепчет Нотт и увидев в глазах Пэнси понимание, быстро убрал свою руку. — Ты больной что ли!? Я чуть не умерла от страха! — Паркинсон гневно смерила Теодора взглядом, а после как ни в чем не бывало растянула губы в приветственной улыбке. Тео всегда удивляла ее через чур быстрая смена эмоций. Но сейчас это было ему только на руку. — Пэнси, дорогая, как твои дела? — мило улыбаясь, тянет Тео и, положив одну руку ей на плечо, ведет ее дальше по коридору. — Не жалуюсь. — фыркает девушка и тут же скидывает его руку со своего плеча. — Что тебе нужно, Тео? Я ни за что не поверю, что ты совершенно случайно решил прогуляться в сторону женского туалета плаксы Миртл в такой поздний час. — Паркинсон складывает руки на груди и пристально вглядывается в лицо своего собеседника. — Ладно, ты меня раскусила, о великая Апата. — он поднимает руки в капитулирующем жесте — Я хотел поговорить с тобой, одолжил у Поттера карту Мародеров и пришел сюда. — Поттер добровольно отдал тебе карту? — усмехается волшебница и продолжает идти вперед. — Ну… не совсем, но я верну ее. Он даже глазом моргнуть не успеет. — Ну-ну. Так и о чем же ты хотел поговорить? — Это не совсем разговор, то есть да это он, но это скорее просьба, нежели беседа… — Тео, не тяни уже. — перебивает его Пэнси и выжидающе вглядывается в профиль юноши. Было заметно, как ему неловко просить ее о чем-либо. И Пэнси кажется это странным, Теодор всегда говорил прямо то, чего хотел, так что же такого он боится попросить? — Видишь ли, ты могла заметить, что мы с Драко не очень-то ладим в последнее время… и, мне бы хотелось попросить твоей дружеской помощи… Ты ведь сейчас для него самый близкий человек… — Тео смущенно опускает голову и запускает пятерню в свои непослушные кудри. — И чем я могу помочь? — Не могла бы ты привести его в выручай комнату? Я хочу с ним поговорить, но ты ведь знаешь, он не станет меня слушать, но если его позовешь ты, он не сможет отказать. — Тео мягко улыбается Пэнси и строит самый невинный взгляд из имеющихся, только бы она поверила в его сказку. — Хорошо, когда его звать? —В пятницу, после обеда, я пришлю тебе сову. — внутри Тео все ликует, но внешне он остается максимально серьезен, сдержанно кивает головой и добавляет — спасибо, душа моя, я буду вечно у тебя в долгу. — быстро чмокает девушку в щеку и удаляется, благодаря небеса за такой подарок. Пэнси смущенно закатывает глаза и думает о том, что должно быть жизнь налаживается. Возможно, скоро вернется тот Драко, которого она полюбила, еще будучи совсем малышкой, возможно его глаза вновь посмотрят на нее с прежним блеском.

***

      Гостей, прибывающих в Малфой-мэнор, становилось все больше и больше. Все старались произвести друг на друга впечатление: своими поместьями, эльфами, одеждой, драгоценностями, детьми… Люциус тоже был в их числе. Ни один вечер не обходился без упоминания того, какой великий волшебник растет в их семье. Нарцисса сдержанно улыбалась и ласково смотрела на своего сына, которому не позволялось отходить от отца дальше, чем на 3 метра. А Драко приходилось вежливо улыбаться, кланяться, когда это было необходимо и уместно. Все изменилось, когда в мэнор прибыл старый друг отца. Он был не сильно младше, имел такой же статус и чистоту крови, высок, статен и благороден. При виде Малфоя старшего, тот лучезарно улыбнулся и развел руки в широком жесте, попутно приветствуя и благодаря за приглашение. Драко видел это тысячи раз и не был уверен в искренности каждого. Он скучающе взглянул в окно напротив: небо было чистым и начинало темнеть, приближались сумерки, зеленые кроны деревьев медленно покачивались из стороны в сторону. Он бы хотел сейчас быть там, вдохнуть чистый воздух поглубже, найти Пэнси среди гостей и убежать с ней на перегонки к извилистой иве в глубине сада, и сидеть на ней пока на небе не станут появляться первые звезды. Но опустившаяся на его плечо рука матери быстро вернула его в реальность: вместо свежего воздуха и любимой ивы — душный, переполненный людьми зал, а вместо Пэнси перед ним стоит загорелый мальчик его возраста. Драко недоуменно поднимает взгляд на маму, а затем снова смотрит на незнакомца. Он одет так же, как и сам Драко: классические брюки, начищенные до блеска туфли и белоснежная рубашка с черной бабочкой. Все так скучно и уныло. — Милый, познакомься, это Теодор Нотт. Они с отцом только сегодня приехали из путешествия. Думаю, вы быстро найдете общий язык. — договаривает Нарцисса и тепло улыбается им обоим, а после отпускает плечо Драко и удаляется в сторону компании других аристократок. — Драко Малфой. — сухо протягивает он и в привычном жесте тянет руку для рукопожатия, как учил отец. На что Теодор растягивает губы в широкой улыбке и быстро обнимает Малфоя. Тот широко распахивает глаза и замирает. Такой жест Теодора совсем выбил Драко из колеи, прежде никто не лез с объятьями при первой же встрече и такое поведение вызывает в нем смешанные чувства: с одной стороны— растерянность и возмущение, а с другой — некоторое восхищение. Он бы никогда не смог поступить так же. — Можешь звать меня просто Тео. — все еще улыбаясь произносит Тео и взъерошивает свои густые кудри. — Давай сбежим отсюда? — не дожидаясь его ответа, Тео быстро хватает Драко за руку и ведет к главному выходу. — Что ты творишь!? — зло шипит Драко и хмурит свои темные брови. Он пытается выдернуть свою руку из цепкой хватки этого безумца, но Тео только крепче сжимает ее и задорно хохоча тащит его все дальше от зала, переполненного гостями. Через несколько минут они оказываются на улице. Солнце уже почти зашло за горизонт, поэтому на территории поместья зажглись вечерние фонари. Небо озарилось самыми разнообразными красками, от светло-голубого где-то над их макушками, до нежно-розового, перетекающего в красный. С закатом солнца, атмосфера в саду Малфой-мэнора становится более таинственной, почти интимной. Драко всегда нравилось именно это время. Дует легкий ветерок, он охлаждает разгоряченную после бега кожу мальчишек, и возмущение Драко сходит на нет. Он закрывает глаза и вдыхает поглубже ночной аромат. — Мне нравится у вас. Тут красиво. — слева раздается голос Тео и по спине Малфоя бегут мурашки. Он тут же вспоминает, что не один и каждый мускул на его теле снова напрягается. — Нам не стоило вот так сбегать, родители будут недовольны, если не найдут нас. — строго произносит Драко, хотя сам не верит своим словам. — Да брось. Наши родители слишком заняты всей этой высокопарной чушью. Им нет дела до того, где мы сейчас, им есть дело только до выслушивания очередных сплетен и обсуждения своих счетов в Гринготтсе. — закатывая глаза парирует Тео и тут же улыбается во все 32. — лучше покажи мне, где ты обычно проводишь время. Наверное, именно его беззаботность, открытость и лучезарность и привлекли Драко. Он не слишком любил шумных людей, но Теодор показался ему другим. Через несколько минут они уже сидели на той самой иве и обсуждали любимые конфеты из «Сладкого Королевства». Они и не заметили, как совсем стемнело и на небе стали появляться первые звезды. — Смотри, Полярная звезда! — Тео вскидывает палец, указывая Драко то, про что он говорит. Малфой запрокидывает голову и, действительно, прямо над ними сияет яркая белая звезда. Она не такая яркая как Сириус, но все равно выделяется на ночном небе. — Мама рассказывала мне много легенд про разные созвездия. Хочешь расскажу про Полярную звезду? — Давай. — Давным-давно, жили Он, Она и Другой. Он и Другой любили Её, а Она любила Его. Так случилось однажды, что в их мире не стало света. А Ей нужен был свет, без него она не могла существовать и с каждым новым днем Она стала чахнуть. Он прижимал Её к груди, утешал, но не было света в их мире. И тогда Другой отправился в путь. Он обошёл весь их мир. Он переворачивал горы и просеивал пески, но когда вернулся, то показал лишь пустые руки. Вновь Она застонала и в мольбе запрокинула голову. Тогда Другой сказал Ей только: “Тебе нужен свет? Что же, смотри”. Развернулся, побежал и прыгнул. Он взмыл в небо грудью вверх, раскинув руки. И высоко-высоко на черном непроницаемом бархате загорелась серебром маленькая звезда. “Смотри, теперь у тебя есть свет!” – сказал Он, целуя Её. Но Она оставила Его, прошла несколько шагов к звезде, и упала в плаче на колени. — Ого. Я читал книги о разных созвездиях, но ни в одной книге из нашей библиотеки не было такого. Твоя мама, наверное, очень мудрая женщина. — Да, она была мудрой. — мечтательная приподнятые уголки губ Тео ползут вниз, а стеклянный взгляд упирается в ладони, лежащие на его коленях. — Она умерла, когда мне было 5. Я почти не помню ее, но отец говорит, что она часто рассказывала мне эти легенды. Я запомнил лишь малую часть. — Извини, мне очень жаль. — Драко становится жутко неловко и стыдно. — Тебе не за что извинятся, ты же не знал. — Тео пожимает плечами, смаргивает наваждение и виновато улыбается Драко. — Знаешь, я давно не болтал с кем-то так долго. Обычно отец оставляет меня на попечительство нянь в поместье, как какую-то собачку. Ни одна из них не задерживалась надолго. — Нотт кривит губы в ухмылке и подмигивает Драко, отчего атмосфера между ними возвращается в прежнее русло. Глядя на довольного Теодора, Драко и сам не может сдержать улыбки. — Драко Малфой! — доносится до них гневный оклик Нарциссы и улыбка Драко тут же меркнет, а в глазах отражается страх. — Вот черт! Нас спалили! Валим! — и тихонько хихикая, чтобы никто не услышал, Драко и Тео бегут, толкаясь и щипаясь, по небольшой алее, усаженной розами и пионами. В тот день им обоим досталось от родителей, но та маленькая шалость стала началом их крепкой дружбы.

***

      В подземельях Слизерина, как обычно это всегда бывает по пятницам, очень шумно. Множество студентов пьют, танцуют, веселятся и просто хорошо проводят время. Блейз вальяжно развалился на диванчике в общей гостиной. Вокруг него вьются молоденькие третьекурсницы, они выпили уже достаточно огневиски, чтобы вести себя чуть более развязно, чем обычно. Одна из них смело садится к нему на колени, так, что и без того короткая юбка, задирается еще выше, оголяя нежную кожу округлых бедер. Блейз довольно улыбается и лениво поднимает руку, кладя ее чуть выше колена девушки. — Как тебя зовут, милая? — его голос звучит почти ласково, что совсем не вяжется с моментально вспыхнувшим огнем в его карих глазах. — Трейси — коротко отвечает ему блондинка и ее аккуратные пальчики начинают выводить узоры на его груди. Она обворожительно улыбается, а после наклоняется ближе: ее упругая грудь слегка касается его, а губы оказываются в миллиметре от его уха. — Мне очень нравятся зеленые галстуки на вашей форме, покажешь мне свой? — сладкий шепот будоражит кровь волшебника. Она отстраняется от Блейза и выжидающе смотрит на него, при этом игриво накручивая светлую прядку волос на свой пальчик и закусывая губу. Не успевает он ответить, как девушку кто-то грубо спихивает с его колен. Она недовольно вскрикивает и поворачивается в сторону человека, который это сделал. Трейси открыла было рот для того, чтобы начать свою гневную тираду, но поняв кто стоит перед ней, в страхе округляет глаза и бормоча извинения быстро скрывается в толпе танцующих. — Нам срочно надо поговорить. — Какого хуя ты творишь, Малфой!? — Забини устало вздыхает и поправляет топорщащуюся ширинку. — Надо поговорить. — повторяет Малфой и Блейз замечает, что выглядит он очень плохо. Как будто его держали в подвале на протяжении 15 суток и били каждые 20 минут, чтобы выведать какую-то тайну. А еще раздражен он точно так же. — Ну, теперь мое внимание принадлежит только тебе любимый, ведь ты только что собственноручно лишил меня прекрасного секса с той милой когтевранкой. Так что выкладывай уже. — Забини совсем не злится на него, но делает обиженный вид, только для того, чтобы показать, что это было грубо со стороны Драко. Он приглашающе хлопает по месту на диване рядом с собой. — Не здесь и не при всех. — отчеканивает Малфой и быстро удаляется в сторону их комнаты на втором этаже. Блейз закатывает глаза, поднимается с дивана, прихватывая с собой бокал с янтарной жидкостью и следует за своим другом. Он нагоняет его почти сразу, и они вместе заходят в их спальню. Драко запирает дверь на замок, шепчет пару запирающих и заглушающих чар и поворачивается к Блейзу. — Слушай, если ты ревнуешь, котик, мог бы просто мне сказать… — игриво двигая бровями, ухмыляется Блейз и закидывает ногу на ногу. — Иди к черту. — хмурится Драко — Я тебя не за этим позвал. Мне кажется меня приворожили… — между ними повисает неловкая пауза, а после комната заливается смехом мулата. Блейз так сильно смеется, что не замечает, как Драко хватает с ближайшей кровати подушку и с силой швыряет ее в своего друга. Подушка четко прилетает ему в голову. — Ауч, не зря тебя взяли в команду по квиддичу —все еще хихикая произносит Блейз, но через секунду добавляет — с чего ты это взял? — Я не могу думать ни о чем другом. Я почти перестал спать, потому что во снах постоянно вижу ее. Везде вижу только ее. Я как будто схожу с ума. — выпаливает Малфой, садится на кровать и беспомощно закрывает лицо руками. — А ты не думал, что дело не в этом? — лукавая улыбка озаряет его лицо. — Думаешь это что-то сильнее? — как будто утверждаясь в своих догадках произносит Драко. — Нет, думаю ты просто влюблен. — строго отчеканивает мулат и испытующе смотрит на друга. Малфой подрывается со своего места, нервно делает пару шагов по комнате, оказываясь рядом с Блейзом: — Это исключено! Я не мог влюбится в грязнокровку! Она точно что-то сделала со мной! — злость моментально вспыхивает в серых глазах, и Малфой не сдерживается и скидывает с тумбочки пару книг. — Погоди, что? Ты влюбился в Грейнджер!? — удивленно открыв рот, Блейз уставляется на Малфоя. — Ты что ебанулся!? — Малфой в ярости подлетает к Забини и хватает его за ворот рубашки — Эта сука точно со мной что-то сделала! Блейз грубо отталкивает неуравновешенного Драко от себя и понимает, что в таком состоянии ему бесполезно что-то объяснять. Поэтому он крепко берет его плечи в свои руки, садит Малфоя обратно на кровать и вкрадчиво произносит: — Эй, послушай меня, ладно? Я сказал полную чушь, извини. Просто полегче, ладно? Подыши… — Драко растерянно смотрит на своего друга, медленно вдыхает и выдыхает воздух, чувствуя, как буря внутри понемногу стихает. Блейз всегда умел найти к нему подход, всегда чувствовал его состояния и был рядом, когда Драко в нем нуждался. — Я не знаю, что произошло между тобой и Грейнджер, но позволь дать тебе совет. Попробуй отвлечься: сходи на поле, займись спортом, начни рисовать картины, да все что угодно, в конце концов у тебя есть Пэнс. Удели время ей, она уж точно найдет для тебя занятие поприятнее — последние слова он растягивает с ухмылкой на губах. — Ты слишком себя накручиваешь, дружище. Просто расслабься со своей паранойей, ладно? — Забини по-дружески хлопает Малфоя по плечу и больше не говоря ни слова выходит из комнаты. Через несколько минут на пороге комнаты появляется Пэнси, в чересчур открытом платье. Но Малфою нравится, оно выгодно подчеркивает ее грудь и бедра, оголяя достаточно кожи, но оставляя место для воображения. Она приветственно улыбается, шагает внутрь и закрывает за собой дверь. — Скучаешь? — Паркинсон, словно пантера, крадущаяся к жертве, так же грациозна и маняща. Драко не понимает, почему эта красотка, до сих пор терпит его, до сих пор ждет его любви и внимания, но в ответ всегда лишь получает похоть и ничего кроме нее, потому что только это он и испытывает. Он бесчисленное количество раз пытался остановиться, с каждым разом это все больше усугубляет их положение, но каждый раз он заталкивал эти мысли подальше, когда тонкие аристократичные пальчики расстегивали ремень на его штанах. — Теперь нет. — он пытается улыбнутся, но улыбка получается вымученной. Он надеется, что Пэнси не заметила, но по глазам видит, она не могла не заметить. — Не против компании жгучей брюнетки? — ее красные губы растягиваются в полуулыбке. Она прикусывает щеку изнутри и не дожидаясь приглашения садится рядом с ним. — Конечно нет. — он кладет руку на ее колено и медленно ведет ладонь выше, к подолу платья. Он никогда не был против забыться в ее компании. Пэнси смотрит на него из-под полуопущенных ресниц, облизывает губы и тянется к нему за поцелуем. Драко не сопротивляется и отвечает на поцелуй, опуская вторую руку на талию девушки. Он ведет рукой по ее изгибам, прикрывает глаза от наслаждения, когда теплые губы опускаются к шее, а пальцы расстегивают верхние пуговицы его рубашки. На секунду он приоткрывает глаза и вздрагивает, потому что прямо перед ним вдруг всплывают веснушчатые щеки и теплые карие глаза. Они смотрят прямо в душу и в его штанах тут же становится тесно. — Эй, все хорошо, малыш? — голос Пэнси возвращает его в действительность, разочаровывающую действительность. Драко грубо подхватывает девушку на руки и усаживает на колени сверху. Агрессивно впивается ей в губы требовательным поцелуем и тянется к молнии платья. — Подожди, подожди… — Пэнси упирается ладонями ему в грудь, но он как будто не слышит — Драко стой… — всхлипывает она, когда его пальцы отодвигают ткань кружевных трусиков — Драко! — уже громче произносит девушка и хватает его лицо руками, заставляя посмотреть на нее. Драко поднимает затуманенный взгляд и только сейчас понимает, как отвратительно себя ведет с ней. — Милый, что с тобой? — Ничего, все нормально. — он убирает свои руки и виновато опускает глаза. — А знаешь у меня для тебя есть сюрприз. — Пэнси видит радостно чмокает его в нос и встает с его колен. Малфой хмурится и непонимающе уставляется на нее. — Но сначала до него надо дойти. — Дойти? — Да, он… в выручай комнате. — Паркинсон смущенно улыбается и принимается быстро поправлять свой наряд. Нельзя сказать, что Драко уж очень рад этому «сюрпризу», он рассчитывал на куда более привычное занятие. Но несмотря на это, Малфой послушно встает вслед за Пэнси, быстро произносит заклинание, чтобы привести себя в порядок и складывает руки на груди, ожидая, когда Пэнси повернется к нему. Через несколько минут они оказываются на восьмом этаже замка. — Стой. Я хочу, чтобы это был сюрприз до конца. — Паркинсон достает откуда-то зеленую атласную ленту, достаточно широкую для того, чтобы завязать ею глаза. Малфою не нравится эта идея, не нравится вообще вся ситуация, нутро подсказывает, что тут явно что-то не так. Но вместо того, чтобы плюнуть на все и гордо уйти в свою комнату, он решает подчинится воле случая. Это совсем на него не похоже. Это идет вразрез с его желаниями. Он поворачивается лицом к Пэнси и закрывает глаза. Кожи касается легкий, слегка холодящий кожу атлас, а по спине пробегают мурашки. — Ты сегодня такой послушный… — шепчет Паркинсон и нежно проводит ладонью по его шее. — Пэнс, давай уже покончим с этим. — вздыхает в ответ блондин, и она без лишних слов берет его за руку и заводит в комнату. В тишине он слышит только тиканье часов, сбивчивое дыхание Пэнси и едва различимый скрип закрывающейся двери. — Уже можно снимать ее? — вместо должного возбуждения в Драко просыпается лишь раздражение. — Секундочку, я только припудрю носик. — лепечет девушка и быстро выпархивает за дверь. Несколько мгновений Драко стоит неподвижно, но очень скоро до него доходит смысл сказанного, и он одним резким движением срывает с глаз повязку. В комнате приглушенный свет, но даже это не спасает его. Глазам требуется время, чтобы привыкнуть к нему. Как только это происходит, на противоположной от двери стены он замечает диван, на котором сидит, кто бы мог подумать, Теодор Нотт и Гермиона Грейнджер собственной персоной. — Какого черта тут происходит? — Смею предположить, что смешение кровей. — парирует Тео, одаривая Драко хитрой ухмылкой и пробегаясь взглядом по нему с головы до ног. Он вальяжно сидит на диване, одна рука закинута на спинку позади Гермионы и изредка теребит пряди ее густых волос, вторая нежно поглаживает колено девушки, отчего у Драко перехватывает дыхание, разум затуманивается, а глаза застилает все больше рокочущая внутри ярость. Грейнджер укоризненно смотрит на Тео, легонько бьет его по руке на своем колене и поднимает испуганный взгляд на Малфоя. «Она боится меня?». Она неловко перебирает пальцами подол своей школьной юбки, ее губы приоткрываются, она явно хочет что-то ему сказать (ему ли?), но упрямо продолжает молчать и лишь беспомощно хлопает своими прекрасными цвета молочного шоколада глазами. — Что один уже не справляешься, Нотт, решил воспользоваться помощью друга? Только я в этих ваших извращениях участвовать не буду. Позовите Блейза, он точно будет не прочь объездить гриффиндорскую лошадку. — яд так и сочится из его уст, лишь бы ужалить хотя бы одного из них побольнее. Он презрительно морщит нос, кидает на пол дурацкую повязку и разворачивается на каблуках обратно к выходу. Лишь бы больше не смотреть на счастливую физиономию Нотта. Малфой уже тянулся к ручке двери, как та, резко захлопнулась прямо перед его носом, а в замочной скважине послышалось движение механизмов. — Не стоит плеваться ядом, дорогой. Тут же все свои. — повернув голову, Малфой видит, что Тео стоит все в нескольких шагах от него. Он держит свою волшебную палочку и театрально распахивает руки в разные стороны, как будто показывая свое гостеприимство. — Что ты несешь!? Открой дверь, и я сделаю вид, что не видел ваши извращенские забавы. — Извращенские забавы? Ха-ха-ха — Тео откидывает голову назад и заливисто смеется, но буквально спустя пару секунд выражение его лица сменяется на серьезное— Сначала признай, что сам хотел бы быть на моем месте — он медленно подходит все ближе к Драко и с вызовом смотрит ему в глаза. На секунду Малфой в замешательстве бегает глазами по лицу Теодора, пытаясь понять, шутка ли это, а потом наступает очередь Драко истерично смеяться. Он закрывает лицо ладонями и сгибается пополам в приступе смеха, после снова выпрямляется, вытирает невидимые слезинки из-под глаз и вмиг его лицо больше не выражает никаких эмоций. — Отличная шутка, Теодор, но пора заканчивать этот цирк. — и снова разворачивается к двери. — Я знаю, что ты целовал ее! — выкрикивает ему в спину Тео и делает еще один шаг навстречу Драко. Малфой медленно поворачивается и внутри него тут же вскипает ярость. — Так ты для этого сюда пришел!? Подговорил Пэнси, притащить меня сюда!? Хочешь отомстить за свою принцессу!? Так давай, я здесь! Что ты мне сделаешь!? — с каждым новым словом Драко все сильнее толкает Нотта в грудь, продвигаясь обратно внутрь комнаты. — Ты просто баран! — уже начинает злиться Тео и толкает Малфоя в ответ. — Хватит, прошу вас! — вскрикивает Гермиона, все это время тихо наблюдавшая за перепалкой. Она безумно боялась, что это может кончится куда хуже, чем простой словесной перепалкой. Грейнджер подбегает и встает перед ними, переводя взгляд с одного на другого. — Прекратите! Вы оба упертые бараны! Тео открой эту дверь и выпусти его! Он не станет с нами говорить. — Нет, мы поговорим! — Тео даже не смотрит на нее, его прожигающий взгляд синих глаз направлен только на Малфоя. — О чем ты собрался говорить, герой любовник. Послушай свою подружку. — с усмешкой парирует Малфой. — О том, что ты тоже ее хочешь! Я вижу, как ты смотришь на нее, вижу по твоим глазам. Ты посмотри на нее! Да она же все что угодно сейчас сделает, потому что сама этого хочет! — Ты ебанулся? — в шоке кричит Малфой и пытается отстранится от них. — Милая встань на колени, пожалуйста. — ласково просит Теодор и нежно поглаживает плечо девушки. Драко прекрасно видно, как она колеблется, как борется сама с собой, но послушно поворачивается лицом к нему и встает на колени перед Малфоем. Ее круглые большие и испуганные глаза устремляются прямо на Драко. Сейчас она похожа на беспомощного олененка, такая же чистая и невинная. В штанах Драко становится заметно теснее. Гермиона поднимает руки, забирает ими волосы в высокий хвост и завязывает их резинкой. Так что Малфой теперь может видеть, как сильно пульсирует венка на ее длинной красивой шее. Она осторожно тянется к ширинке на его брюках, медленно расстегивает молнию, нежно поглаживая его плоть через ткань брюк. Гермиона стаскивает брюки вниз, оставляя Малфоя стоять в одних трусах. Каждое ее движение осторожное, она как будто ждет, что он вот-вот оттолкнет ее и выйдет из этой комнаты, но он по-прежнему стоит на своем месте, почти не двигаясь. Малфой не знает, как себя вести, что ему делать и вообще стоит ли это продолжать или лучше сейчас же уйти. Однако уйти он уже точно не сможет, уже не хватит духу. Он резко втягивает носом воздух, когда его члена касается влажный язык. Драко резко опускает глаза на Гермиону и наблюдает, наверное, самое прекрасное зрелище, которое ему когда-либо доводилось видеть: Грейнджер обхватила руками его член и ритмично насаживается на него своим ртом, при этом глядя прямо в его глаза. Только от вида сосущей Грейнджер он готов кончить прямо сейчас. Драко опускает руку на ее щеку и нежно очерчивает скулу большим пальцем. В этом жесте столько нежности, что Малфой сам пугается и резко отстраняет ладонь.       Комната наполняется чмокающими звуками и тяжелыми вздохами молодых людей. Тео в это время медленно расстегивает свою рубашку, запускает руку в штаны и грубо сжимает свой твердый член. Вдруг Драко резким движением отстраняется от девушки, хватает двумя пальцами ее подбородок, принуждая подняться. Она послушно встает с колен перед ним и терпеливо ждет. На губах блестит ее собственная слюна и Малфой впивается в них жадным, страстным поцелуем. Он прижимает ее ближе к себе. Сквозь поцелуй он слышит, как Тео подходит к ним ближе, просовывает руку между ними и начинает расстегивать женскую блузку. Покончив с ней отбрасывает ее в сторону, оставляя только обнаженную упругую грудь. Торчащие соски царапают грудь Драко даже сквозь его рубашку. Не отрываясь от поцелуя, он стаскивает вниз ее юбку. Тео опускается на колени позади Гермионы и начинает вылизывать ее, отодвинув тонкую ткань трусиков в сторону. Он удивляется тому, насколько она намокла и с каким наслаждением отдается сейчас в руки мужчин. Гермиона извивается словно змея и льнет к ласкам обоих парней. Она поднимает руки и расстегивает рубашку на Драко, касается кончиками пальцев его обнаженной горячей кожи. Святой Годрик, сколько раз она видела это во снах, сколько раз проклинала себя за эти грязные фантазии, била себя по рукам, но абсолютно ничего не могла с собой поделать. А сейчас это все происходит наяву. Нетерпеливо Малфой отрывается от ее губ, проводит губами по ее шее и поворачивает ее к себе спиной, наклоняет ее чуть вперед и бесцеремонно входит. С губ девушки срывается болезненный стон, Драко замирает у нее внутри, давая привыкнуть ей к себе и начинает медленно двигаться. Теодор встает перед ней, целует девушку в мягкие, влажные губы и осторожно поглаживает сначала шею, потом плечи, спускается ниже к груди, обхватывает ее ладонями и начинает нежно массировать, пока Драко вколачивается в нее сзади. Грейнджер в ответ опускается еще ниже, ловит ртом член Тео и со стонами начинает сосать уже ему. Волна эйфории накатывает на Теодора, он пытается быть с ней нежным и осторожно гладит ее волосы. Тео чувствует, как движения ее головы перестают попадать в такт толчкам Драко, это значит, что она уже близко. Нотт опускается перед ней на колени, находит рукой ее клитор и уверенными движениями доводит ее до оргазма, параллельно надрачивая себе свободной рукой. Вскоре после Гермионы, кончает и сам Тео. Он тянется к ее губам, оставляет россыпь поцелуев по всему ее лицу, шее, ключице, груди. Драко тоже не заставляет себя долго ждать, пару резких глубоких толчков и он изливается внутри нее. Ноги становятся совсем ватными, так что троица с трудом доползает до дивана и расслабленно откидывается на спинки. Через несколько минут их одолевает такая усталость, что все проваливаются в такой сладкий и приятный сон, что просыпаются только, когда на улице появляются первые лучи солнца.