yuán fèn (судьбоносная встреча)

Лань Сичень посмотрел на уснувшего на нём Вэнь Кая с потрясённым выражением лица. Сердце его дало сбой. Он сказал, что я ему нравлюсь? — Вот он наконец и признался в этом, — прервал его раздумья весёлый голос. Лань Сичень перевёл взгляд на Вэй Усяня. Тот подпер рукой щеку, шкодливо улыбаясь. Взгляд у него был осознанный, он совсем не выглядел пьяным. — Ты не пьян, — осознал Хуань. — Пфф, — закатил глаза Усянь, — Меня не возьмет даже самое крепкое вино! Лань Сичень молча разглядывал его, затем покачал головой, мягко ему улыбаясь. — Коварный ты человек, Вэй Усянь. Тот широко улыбнулся в ответ, признавая: — Не без греха, — затем он окинул внимательным взглядом Сиченя и спящего на нём Вэнь Кая. — Вы мне понравились, — вдруг признался он. Лань Хуань удивлённо моргнул. — Прошу прощения? — Прощаю, — улыбнулся Вэй Ин, прищурив глаза. Затем подобрался и сделался серьёзным. — Я говорю, что и ты и Вэнь Кай понравились мне. — Оба? — слегка неуверенно поинтересовался Сичень. — Оба, — подтвердил Вэй Ин. — Но… — замялся Сичень, подбирая слова. — Мы знакомы неполный день. Усянь посмотрел на него как на дурачка. — И что? — спросил он. — И что… — заторможенно повторил за ним Хуань. — Лань Сичень, это была любовь с первого взгляда! Как только я увидел вас и пообщался, я понял, что вы — моя судьба! — включил все своё бесстыдство Ин. — Слышал о такой? Сичень всё ещё заторможенно кивнул. — Понимаю, для тебя это слишком шокирующее известие, — покачал головой Вэй Ин. — Но я говорю серьезно. И я это докажу. Позволишь мне? — слегка неуверенно поинтересовался Ин. Смотря на пребывавшего в оцепенении Первого нефрита, Усянь уже не был уверен в правильности своей затеи. Но он не был бы собой, если бы не следовал девизу своего ордена: «Старайся достичь невозможного»! — Что именно ты хочешь попробовать? — взяв себя в руки, поинтересовался Сичень, с возросшим интересом наблюдая за Вэй Ином. Тот недоверчиво растянул губы в улыбке и выпалил: — Завоевать ваши сердца! Сичень задумчиво смотрел на него, заставляя Вэй Ина ерзать от нетерпения. Хоть бы он согласился — словно мантру, повторял в голове Усянь. Вот Сичень, под нетерпеливым взглядом Ина, открыл рот и сказал короткое: — Хорошо. Ты можешь попытаться это сделать. — Хорошо, — повторил за ним Усянь. Затем его глаза расширились и он недоверчиво переспросил. — Хорошо? Сичень мягко засмеялся и кивнул в согласии. — Неужели ты согласился? Я думал, что ты пошлёшь меня куда подальше с такими просьбами! — непонимающе воскликнул юноша и наткнулся на предупреждающий взгляд и кивок в сторону спящего Вэнь Кая. Поняв, он понизил голос. — Разве отношения втроём не противоречат твоим принципам? — Ты меня совсем не знаешь, — многозначительно улыбнулся Сичень. Глаза Вэй Ина загорелись и он в предвкушении произнёс: — Не терпится узнать тебя настоящего, а не скрытого под маской. Как много людей знают о том, что их Цзеу-Цзюнь — всего лишь образ? Глаза Сиченя сузились от улыбки. — Ты довольно проницательный юноша, Вэй Усянь, — затем он обвёл его неторопливым взглядом, изучая. Вэй Ин почувствовал, как ему становится жарко от столь тёмного взгляда обычно невинного Первого нефрита. — А как же спросить мнение Вэнь Кая? — поинтересовался Хуань. — Мне кажется, он еще не готов к такому, — покачал головой Вэй Ин. — Я хочу, чтобы он сам пришёл к этому. — Ты так уверен, что он сможет полюбить тебя? — поинтересовался Сичень, слегка склоняя голову и заинтересовано прищурившись. Усянь хмыкнул, со следом нежности смотря на спящего юношу. — Я видел его взгляд и слышал его слова. Уверен, пока он этого не осознаёт, но я приглянулся ему. — Сейчас я должен заревновать, — улыбнулся Сичень. — Но ты этого не сделаешь, — убеждённо сказал Вэй Ин. Хуань вопросительно посмотрел на уверенного в себе юношу. — Почему? — Потому что я тоже тебе приглянулся! Сичень моргнул и тихо засмеялся, боясь разбудить спящего Вэнь Кая. Затем произнёс: — Проницательный и смышлёный. Мне нравится. Усянь самодовольно задрал голову и заправил прядь за ухо. — Это будет небольшая тайна, только между нами. Сичень понятливо кивнул. — Только между нами. Пока А-Кай не осмыслит свои чувства. Вэй Ин закивал головой. — Давай отнесём его в покои. Он должен хорошо выспаться перед завтрашним днём. Сичень встал и аккуратно поднял спящего юношу на руки. Вэй Ин подошёл ближе и посмотрел на его лицо. — Только когда он заснул, я понял, какое напряжённое у него было раньше лицо. Ты не знаешь, что его гложет? — обеспокоено поинтересовался Усянь. Лань Сичень сожалеюще покачал головой. — Увы, он не делится со мной тем, что его гложет, а предпочитает держать в себе. Глупый, — нежно бросил Хуань, проведя пальцем по щеке Кая. — Нужно будет разузнать о его переживаниях и помочь, — решительно кивнул Усянь. Лань Сичень согласно промычал. Дойдя до покоев Вэнь Кая, Усянь аккуратно, чтобы не разбудить спящих внутри юношей, открыл дверь, пропуская Сиченя. Тот дошёл до кровати и уложил на неё Кая, укрывая одеялом. Нежно проведя по его щеке, он вышел. — Тебе тоже пора спать, Вэй Усянь. Время позднее, а вставать нужно будет рано. Ин согласно кивнул и медленным шагом подошёл к нему. Затем быстро его обнял, шепча: — Спасибо за то, что дал мне шанс. Сказав то, что хотел, юноша отстранился и направился в свои покои, чувствуя спиной прожигающий взгляд.

***

Я моргнул и вдруг осознал, что нахожусь перед стоящим на коленях окровавленным Сиченем. Мое сердце чуть не остановилось от такой картины. Быстро подбежав к нему, я панически воскликнул: — Хуань, что с тобой? Кто это сделал? Тот ушёл от моих прикосновений, смотря на меня с презрением и ненавистью. — Как ты смеешь притворяться невинным!? — зло сощурил глаза Хуань. Я недоуменно посмотрел на него. — О чем ты говоришь, Хуань? Сичень зло засмеялся и оголил свою грудь. В ужасе я увидел кровавую надпись, вырезанную мечом. На светлой коже было написано: «Вэнь Кай». Посмотрев себе на руки, я осознал, что держу окровавленный меч. — Нет… — растеряно пробормотал я. — Нет-нет-нет, это не я, Хуань, поверь мне, прошу! Я бы никог… Давай вырежем на этой восхитительной коже ещё одну надпись! — вдруг раздался в моей голове противный хрипящий голос. Я испуганно вздрогнул, выронив меч. — Нет-нет-нет, — закачал я головой. — Только не ты! Я всегда с тобой, мой хозяин. Подними меч, давай же. Я с немым ужасом наблюдал за тем, как моя рука сама по себе поднимает упавший меч. Вот та-ак. А теперь давай отметим это превосходное тело напротив, чтобы все знали, что он — наша собственность! — Нет, прошу, только не его! Подойди к нему! Подойди немедленно! Мои ноги сами медленно приближались к смотрящему на меня со злобой и презрением Сиченю, заходя ему за спину. Словно зритель, я наблюдал за тем, как мой меч прикасается к оголенной коже и начинает вырезать слова. Послышался крик Хуаня. Я зажмурился, по моим щекам потекли слёзы. — Нет-нет-нет, прошу, только не его… только не его! — беспрерывно шептал я, умоляя. Но безуспешно. Открой глаза! Посмотри на это! — нашептывал мне голос, заглушая все мои мысли. Я с трудом разлепил глаза и замер, смотря на спину Сиченя. На ней было вырезано: «Собственность Вэнь Кая». Чувствуешь удовлетворение? Теперь он полностью принадлежит нам! Посмотри назад. Я в страхе обернулся и чуть не потерял сознание. Позади меня возвышалась гора мертвых тел близких мне людей. Вэнь Нин, Ян, Не Хуайсан, Не Минцзюэ, Вэнь Цин… Я покачнулся и упал в бессилии на землю, безостановочно шепча: — Нет-нет-нет… это всё не правда. Да, точно, это не может быть правдой… Это твоё будущее, — хрипло засмеялся голос. — Наше будущее! Я закрыл уши, не желая его слушать. Но я забыл, что голос находится в моей голове и его ничем не заглушить. Ты не уйдёшь от меня, дорогой хозяин, как бы не пытался! Мы вместе до конца твоей жизни… — Нет! Я не превращусь в чудовище! — закричал я, пытаясь заглушить эти слова. — Вэнь Кай! Я затряс головой, не желая его слушать. — Вэнь Кай! Ну же, очнись! Очнутся? Про что он говорит? — Вэнь Кай! Давай же! Вдруг меня что-то ударило по щеке и я подорвался, открывая глаза и панически оглядываясь. Я был в своих покоях, на кровати. Меня крепко держал за плечи Не Хуайсан, рядом маячил обеспокоенный Вэнь Нин. — Кай-гэ! — облегченно выдохнул Хуайсан. — Ты наконец-то проснулся! — Проснулся? — сорваным голосом прошептал я. Затем провёл рукой по лицу, чувствуя, что мои щёки мокрые. — Вы к-кричали во сне, затем начали плакать, — объяснил мне Вэнь Нин, обеспокоено сжимая мою ладонь. Я потерял все силы и упал на кровать. Моё сердце затопило облегчение. Это был всего лишь дурной сон. — Тебе снился кошмар? — аккуратно поинтересовался Хуайсан. Я молча кивнул, не желая говорить. — Молодой гос… — попытался было что-то сказать Вэнь Нин, как Не Хуайсан остановил его. — Кай-гэ, приди в себя, не будем тебе мешать. Ещё только семь часов, поэтому ты можешь не торопиться. Они ушли, а я прикрыл глаза. Снова это проклятие… Оно вновь проявило себя после того, как я получил шрам от дагэ. Однажды оно начало нашептывать мне в голове о том, что нужно убить того, кто посмел ранить меня. Я мог с ним смириться и не обращать внимание, но с каждым днём оно все больше и больше проявлялось. Когда дагэ пригласил меня выпить, я был уже на грани. До этого я перепробовал разные методы борьбы с проклятием: пение, медитацию, рисование, даже танцы пробовал. Но ничего не помогало сдержать голос в голове, постепенно перерастающий в крик, оглушающий меня. Вино стало для меня неким спасением. Оно не избавляло от проклятия и его голоса, но здорово заглушало его и помогало не обращать на него внимание. Так голос не мог влиять на меня и мои действия. Вспомнив о сне, по моему телу прошлась дрожь. Я не допущу, чтобы это стало реальностью и найду способ, который сдержит проклятие и позволит мне жить спокойно. Как, кстати, я попал обратно в свои покои? Последнее, что я помню, это то, как мы с Сиченем и Усянем отвечали на вопросы друг друга. Затем мои воспоминания обрываются. Видимо, я вчера перебрал… Нужно поинтересоваться у Хуаня и Вэй Ина, не натворил ли я чего, пока был пьян. Решив ещё отдохнуть перед занятиями, я прикрыл глаза и погрузился в лёгкую дрему.