yuán fèn (судьбоносная встреча)

Мы с Лань Хуанем переглянулись между собой. — Я не против, господин Вэй, — мягко улыбнулся Сичень. Я кивнул, согласный с его словами. Вэй Ин довольно потёр руки, прищурившись. — Тогда я придумаю правила! Итак, мы по очереди должны будем отвечать на заданные друг другу вопросы, не смея лгать. Если вы не захотите отвечать, то выпиваете вина, — затем он перевёл взгляд на Лань Сиченя. — Это к вам не относится, Цзэу-Цзюнь! Так как правила вашего ордена запрещают вам пить, то вы просто… ммм… Увидев, что Вэй Ин не может ничего придумать, я пришёл ему на помощь: — Ты должен будешь поделиться каким-либо фактом о себе. Вэй Усянь закивал головой. — Идеально! — затем он в нетерпении заёрзал. — Давайте же начинать! Я задаю вопросы Вэнь Каю, — указал он на меня. Затем тыкнул в Лань Сиченя. — Вэнь Кай задаёт Цзэу-Цзюню, — затем указал на себя. — А вы мне. Что ж, я начну первый. Он на какое-то время задумался, затем его глаза загорелись. — Вэнь Кай, сегодня я видел глубокую привязанность павлина к тебе. Расскажи мне, что ты такого сделал, что завоевал его расположение и обожание? Вопрос достаточно лёгкий. Видимо, он решил начать с простого. — Я спас ему жизнь, — коротко бросил я. Вэй Ин расширил глаза. — Правда? Вэнь Кай, расскажи поподробнее! Я засмеялся, смотря на нетерпеливого юношу. — Когда я шёл знакомиться с Цзысюанем, заметил позади него убийцу с ножом. Я не успевал предупредить его, поэтому бросился вперед, попав под нож. Лань Сичень и Вэй Ин напряжённо переглянулись между собой. — Вэнь Кай, я в это время был в Башне Кои, но мне мало что известно об этом инциденте. Глава Цзинь хорошо умеет скрывать информацию. Мне было известно только о том, что ты спас жизнь наследнику Цзинь, но не знал как это произошло, — покачал головой Сичень. Вэй Ин внимательно оглядел меня и остановился взглядом на шраме под глазом. — Нет-нет, — покачал я головой, замечая его вопросительный взгляд. — Этот шрам я получил совсем недавно. А от того случая у меня остался другой шрам. — Можешь показать нам? — попросил меня Усянь. Затем замахал руками, добавив. — Если не хочешь показывать, то ничего страшного, мы поймём! Да, Цзэу-Цзюнь? Лань Сичень утвердительно кивнул головой. Я на какое-то время задумался. Затем кивнул им и принялся развязывать пояс. Я услышал, как юноши одновременно резко вздохнули. Подняв глаза, я наткнулся на такую картину: Лань Сичень и Вэй Ин пристально наблюдали за моими действиями. От их цепких взглядов я почувствовал себя беззащитной ланью, за которой охотятся хищники. Распахнув свои одежды слегка дрожащими пальцами, я продемонстрировал им шрам на боку. — Цзысюань очень винил себя за этот шрам, поэтому несколько дней безвылазно сидел в лазарете, принося мне различные гостинцы и подарки, — неловко засмеялся я, пытаясь нарушить царившее молчание. Лань Сичень приблизился ко мне и нежно провёл пальцем по моему шраму, отчего моя кожа покрылась мурашками. Я неловко отвёл взгляд и наткнулся на внимательно наблюдающего за нами Вэй Ина. В его глазах плескался интерес и какая-то задумчивость. — Что стало с убийцей? — поинтересовался он. — Его пытал лично мой отец и в конце от него избавились. Убийца выдавал себя за адепта из нашего ордена, но в это никто не поверил, особенно Глава Цзинь. Вэй Ин понятливо кивнул, в то время как Лань Сичень вернулся на своё место. Я откашлялся и перевёл на него взгляд. — Теперь моя очередь задавать вопрос, — какое-то время я раздумывал, затем спросил. — Чем ты гордишься больше всего? — Интересный вопрос, — одобрительно произнёс Вэй Ин и перевёл ожидающий взгляд на задумчивого Сиченя. — Тем, что я сумел воспитать брата и не оплошал, — произнёс он в итоге. — Мы с ним росли без родителей, дядя был занят свалившимися на него делами и заботами Ордена, поэтому он не мог уделять нам с Ванцзи много времени. Так как из нас двоих я был старшим, я должен был подавать брату пример. Он вырос прекрасным юношей, но кое в чем я не доглядел. Ванцзи вырос очень замкнутым в себе и одиноким, — горько произнёс Сичень, прикрыв глаза. Мы переглянулись с Вэй Ином и я мягко сжал руку Хуаня. — Ты не должен винить себя в этом, — твёрдо сказал я. — Каждый человек индивидуален и на него, конечно, можно повлиять, но в основном он формирует свою личность сам. Да, Лань Ванцзи замкнут в себе, но во время нашей встречи я лично наблюдал за тем, как сестрица Син пробилась сквозь его броню. Поэтому он больше не одинок, а замкнутость стала его чертой характера. — Цзэу-Цзюнь, — привлёк к себе внимание Усянь. Заметив, что тот обратил на него внимание, он широко улыбнулся. Из-за солнечной улыбки юноши напротив и мягкого прикосновения руки, Лань Сичень почувствовал, как печаль, овладевшая им, покидает его тело. Вэй Ин тем временем продолжил: — Хоть я только прибыл к вам, но уже успел столкнуться с вашим братом. Он сидел в беседке и сначала показался мне очень одиноким. Но затем я увидел, как он получил от кого-то письмо и стал очень счастливым по мере его прочтения. У него есть вы и тот человек, который вызывает в нём улыбку, поэтому его нельзя назвать одиноким и вы можете быть спокойным за него. Лань Сичень благодарно улыбнулся ему и сжал мою ладонь в ответ. — Спасибо за ваши слова, господин Вэй. Тот рассмеялся и лукаво сверкнул глазами. — Обращайтесь ко мне менее формально. Чувствует моё сердце, что мы с вами точно подружимся! — Как скажешь, Вэй Усянь, — кивнул Хуань. — Тогда долой и титул. Обращайся ко мне также менее формально. — Лань Сичень, — произнёс Ин и довольно заулыбался. — Задавай мне свой вопрос. — Какие люди тебе не нравятся и какая-то их черта тебе не понятна? — поинтересовался Хуань. Вэй Усянь склонил голову, задумавшись. Я задумался вместе с ним. Это довольно интересный вопрос. Он поможет лучше понять человека и его характер. Я одобрительно кивнул. Лань Сичень очень смышлёный. — Это люди, которые живут где-то в далёком будущем. Я не понимаю таких людей. Много раз я слышал такие фразы, как: «Вот мой сын отправится учиться в город, тогда заживу»; «Как только найду себе возлюбленного, смогу жить счастливо». Люди относятся к своей жизни, как к какому-то черновику и думают, что вся жизнь у них впереди. Я с этим в корне не согласен! — возмущённо воскликнул юноша. — Мой принцип — жить одним днём. Я привык не жалеть о прожитом дне. Почему люди так уверены в своём будущем? Вдруг они умрут уже завтра? Вдруг потеряют всё, что имеют? Для того, чтобы сделать то, что хочешь, не нужно ждать подходящего момента. Нужно просто взять и сделать это! Именно тогда, когда подумал об этом. Но они этого не понимают и продолжают откладывать на потом, а это «потом» перерастает в «никогда». — Я понимаю твою точку зрения, — задумчиво кивнул Сичень, внимательно смотря в глаза Усяня. Затем улыбнулся и произнёс. — Ты очень интересный человек, Вэй Усянь. Тот польщенно заулыбался, растрепав свои волосы. — Могу сказать тоже самое и про тебя, — подмигнул он ему. Затем перевёл взгляд на меня и коварно улыбнулся. — Вэнь Кай, тебе кто-нибудь нравится? Я невольно кинул взгляд на Хуаня, но тут же его отвёл, почувствовав, как по моим щекам расползается румянец. Я промолчал, быстро отпивая вина. — Значит не хочешь говорить? — прозвучал озорной голос Усяня. Я перевёл на него взгляд. Тот довольно улыбался, будто узнал какой-то секрет. — Я просто хотел выпить, — возразил я, понимая, какое это жалкое оправдание. Глаза Вэй Ина замерцали и он протянул: — Конечно-конечно, всё так и есть, — затем подмигнул улыбающемуся Хуаню и произнёс. — Задавай свой вопрос Лань Сиченю. — Какие черты в людях ты считаешь наиболее привлекательными? — задал я вопрос и замер в ожидании ответа. Лань Сичень посмотрел мне в глаза и мягко улыбнулся. — Доброту, зрелость ума и умение брать на себя ответственность. Я проанализировал его слова и с облегчением понял, что это можно отнести и ко мне. — О! Значит я для тебя привлекателен? — раздался озорной голос Ина. Я удивлённо посмотрел на него. Тот, увидев мой взгляд, подобрался и воскликнул, озорно сверкая глазами. — Я очень добр! Недавно я скрыл от Мадам Юй то, что Цзян Чэн вместо того, чтобы тренироваться, бегал в город смотреть на представление бродячих артистов. А также я очень зрело соображаю! Учителя в Пристани Лотоса не раз хвалили меня и удивлялись моим зрелым рассуждениям. О, и я точно ответственен! Лань Сичень засмеялся и мы с Вэй Ином одновременно посмотрели на веселящегося юношу. Затем переглянулись между собой и также засмеялись. Отсмеявшись, Сичень мягко улыбнулся Вэй Ину. — Ты и правда привлекателен, — затем задал свой вопрос. — Есть ли у тебя тот, кто тебе нравится? — Нечестно воровать чужие вопросы, ай-яй-яй! — воскликнул юноша. Затем окинул нас с Хуанем долгим взглядом. — Есть кое-кто… но я не скажу кто именно! Лучше выпью, а то прошло уже достаточно долгое время, а я лишь смотрю на вино, а не наслаждаюсь им. Закончив говорить, он и правда отпил вина. Интересно, кто ему нравится? Неужели Лань Ванцзи, как и в каноне? Отчего-то от этих мыслей я ощутил горечь во рту и поспешил запить её вином. Так, задавая друг другу вопросы и узнавая друг друга ближе, мы провели несколько часов. Мы с Вэй Ином вдвоём выпили все три кувшина вина за это время, поэтому в моей голове слегка шумело и мне было весело. — Лань Сичень, — позвал Вэй Ин юношу, смотря на яркую луну на небе. — Ты такой плохой мальчик, — засмеялся он. Я засмеялся следом и икнул. Кто-то, походу, немного перебрал. Вэй Ин тем временем подвинулся к нам ближе и взял наши руки в свои. Какое-то время он молча держал их, затем провёл большим пальцем по костяшкам наших пальцев. — Нет, Вэнь Кай, ты согласен со мной? Какой же Лань Сичень плохой! Я кивнул, смотря на наши переплетённые руки. Они смотрелись очень гармонично вместе. — Мало того, что он наблюдает за тем, как мы пьём и нарушает одно из своих правил, — продолжал говорить тем временем Усянь. — Так он нарушил ещё одно. Вроде бы оно звучало: «Ложиться спать ровно в 9 часов». Посмотри на небо, уже явно за полночь. А ему вставать в пять утра. Какой ужас! А нам во сколько вставать? Я попытался вспомнить. Мысли в голове путались и я никак не мог ни за одну ухватиться. — Нам в девять на занятия, — припомнил я. — Значит, нужно встать хотя бы в восемь, чтобы успеть собраться. Вэй Ин что-то промычал. Я перевёл на него взгляд, внимательно рассматривая. Светло-серые глаза, приятные черты лица, солнечная улыбка, способная остановить моё сердце. Сосредоточившись на его губах, я заметил внизу губы маленькую родинку. Я был ею очарован. — Ты такой красивый, — прошептал я. — Прямо как Хуань. Вэй Ин ярко улыбнулся и посмотрел мне в глаза. — Ты тоже очень красивый, и Хуань красивый, и я красивый, ха-ха-ха. Я моргнул отяжелевшими веками и зевнул. — Знаешь, а он мне нравится, — признался я, смотря на двоившуюся луну. Когда это на небе появилось две луны? — Кто? — спросил меня Вэй Ин. — Хуань. Раздался смех. — Я это заметил. Ещё раз зевнув, я облокотился на что-то тёплое. В ухе раздался стук чьего-то быстро бьющегося сердца. — Правда? Значит ты очень смышлёный… — Нет, это ты просто очевидный! — возразил мне чей-то голос. — Может быть, — прошептал я, закрывая глаза и засыпая.