Прошу прощения за любовь

Время безжалостно мчалось вперёд, приближая меня к самому любимому празднику — Новому году! Совсем недавно я отпраздновала свой день рождения и теперь мне исполнилось одиннадцать. Честно говоря, праздник не оказался особенно запоминающимся. Он выпал на выходной, и я лишь тихо посидела за столом с Алисой и мамой. Папа не смог приехать — у него было много работы, но он позвонил мне, и хотя я немного расстроилась, Алиса уверила, что если бы у него была возможность, он бы обязательно пришёл. До Нового года оставалась всего неделя. Школа уже месяц как была украшена: мишура, огоньки и огромная ёлка у входа создавали атмосферу волшебства. Разрисованные окна и наклейки на дверях поднимали настроение, и я чувствовала себя лучше. Вечерами я каталась на катке — это было моё любимое место, где я могла оставить все свои заботы за пределами ледового рая. Папа научил меня кататься в три года, и с тех пор каждый зимний вечер проходил одинаково — на льду. Мне всегда казалось, что с приближением этого чудесного праздника люди на улице становились счастливее. Все, взрослые и дети, ожидали чуда. Но мама не разделяла моего восторга; она не понимала, зачем нужна ёлка и украшения. Поэтому я, одиннадцатилетняя девочка, взяла эти заботы на себя. 24 декабря. Понедельник. Шёл последний, шестой урок — география. Мы с Алисой были не самыми прилежными ученицами, и сейчас доигрывали шестнадцатую партию крестиков-ноликов. — Алис, ты после школы занята? — прошептала я, вырывая из тетради изрисованный лист. — Нет, только домашку на завтра сделать надо. А что? Есть предложения? — её улыбка говорила о готовности на всё. — У меня квартира совсем не украшена к Новому году, а мама этим заниматься не хочет. У меня остались деньги, подаренные на день рождения. Давай съездим в «Торговый квартал», там есть Ашан. Купим всякого разного? — Отличная идея! — Алиса хлопнула в ладоши, добавив скромное «Извините», поймав взгляд учителя. — Всё, решено, Ев. Сегодня в магазин едем, а завтра пойдем к тебе, я помогу всё украсить. *** Мы бродили по магазинам более двух часов и вернулись с полным пакетом новогодних безделушек. Там было всё: гирлянды, игрушки, мишура — я даже не была уверена, что моей квартиры хватит на всё это. Домой я вернулась лишь к девяти вечера. На пороге меня встретила мама — странно, неужели у неё пропало вдохновение? — Привет, мамочка! Смотри, сколько я купила для Нового года! Он ведь совсем скоро! А завтра к нам Алиса придёт, и мы всё это повесим! Будет очень красиво, я обещаю! — радостно произнесла я, снимая куртку и показывая ей пакет. — Ев, почему ты так поздно? — Ну я же говорю, мам… Мы в магазин ездили, да и не поздно ведь совсем! — с моего лица моментально пропала улыбка, ей всё равно… — Для тебя поздно. Уроки кто делать будет? Ладно, мой руки и садись ужинать. На плите пюре стоит. — И мама ушла обратно в комнату. Класс! Лучше бы вообще не встречала! 25 декабря. Вторник. После уроков мы с Алисой пошли ко мне домой, как и договаривались. Мама куда-то ушла, наверное, у неё намечался очередной писательский вечер — встреча с фанатами и всё такое. Впрочем, так даже лучше: вся квартира была в нашем распоряжении. Мы включили музыку — это была подборка новогодних песен из интернета. Почти все композиции были довольно популярными, например «Новогодняя» от Дискотеки Аварии. В воздухе витало предвкушение праздника, а мы были готовы создать настоящую новогоднюю сказку! Мы начали украшать с моей комнаты. Аккуратно высыпав на пол все купленные накануне безделушки, мы весело переглянулись и понеслась! Люстру обмотали мишурой, которая переливалась на свету, словно звёздное небо. На окна приклеили яркие наклейки с Дедом Морозом, ёлкой и подарками, а в дверном проёме теперь красовался дождик, сверкающий, как настоящие ледяные сосульки. По верхнему плинтусу мы растянули светодиодную ленту, и комната наполнилась мягким, тёплым светом. На моём письменном столе мы установили маленькую ёлочку, не более тридцати сантиметров в высоту. Но у неё было всё, как полагается: на каждой из немногочисленных веточек весело болтались крошечные игрушки, а под ней лежали миниатюрные «подарки» — мы обклеили спичечные коробки яркой подарочной бумагой, имитируя настоящие новогодние сюрпризы, как в мультиках. На самой верхушке этой красавицы сверкала прелестная звезда голубого оттенка, словно светила нам на пути к празднику. На шкафу мы создали ёлочку из ладошек. По очереди, макая руки в банку с зелёной краской, мы оставляли свои следы. Наверху одна ладошка, в следующем ряду две — и так далее. Получилось очень красиво, пусть немного небрежно, но это была наша память, запечатлённая в ярких цветах. После того как мы вымыли руки от краски, приступили к кухне. Здесь украшать было особо нечего: разве что мишура на холодильник, новогодняя скатерть и пара свечей на столе для создания атмосферы. Мы старались сделать всё так, чтобы каждый уголок нашего дома напоминал о приближающемся празднике. Но оставалось самое сложное — мамина комната. Она была меньше моей и не имела ничего лишнего: двуспальная кровать, шкаф и рабочий стол с компьютером, на котором создавались её шедевры. Главной нашей целью было сделать эту комнату настолько красивой и атмосферной, чтобы мама почувствовала всю магию праздника. Мы растянули по бортику кровати голубую мишуру с снежинками разного размера. На карниз повесили гирлянду-дождик, которая переливалась и превращала комнату во что-то сказочное. На шкаф поставили красивую фигурку Деда Мороза — он стал центром нашего новогоднего убранства. Но оставалось одно непростое дело: компьютер. Здесь надо было действовать аккуратно; мама любила его больше жизни, собственно, он был нашим «кормильцем», как она сама говорила. У нас остались последние наклейки. Большую снежинку мы разместили на блоке, а пару маленьких — на свободных местах клавиатуры. Я надеялась, что маме это понравится. Когда всё было готово, мы с Алисой остановились и оглядели нашу работу. В воздухе витал дух праздника, и я чувствовала, что это будет незабываемый Новый год. Мама вернулась домой около одиннадцати вечера, когда Алиса уже была у себя. Я сидела в своей комнате, прислушиваясь к звукам, доносящимся из коридора. Сначала раздался треск разуваемых туфель, затем шаги, которые направились на кухню, а после — в её комнату. Время тянулось медленно, и я решила не спешить выходить, предпочитая подслушать её реакцию на наши новогодние украшения. Спустя несколько минут тишины дверь в мою комнату открылась, и мама появилась на пороге. — Привет, Ев. — Она стояла, не решаясь зайти дальше. Я оторвалась от книги и встретила её взгляд. — Привет, мам. — Ты… Вы с Алисой очень красиво украсили квартиру, только не хватает одной детали. Сердце забилось быстрее. Ей понравилось! Понравилось! — Какой? — Ёлки, конечно же. Новый год всё-таки. Хочешь, завтра с тобой в магазин съездим? — Ёлки? Настоящей? Мамочка, конечно, хочу! — Я вскочила со стула и бросилась к ней в объятия. *** 26 декабря. Среда. В школе я не могла сдержать радости и рассказала Алисе о том, как маме понравились наши украшения и что сегодня мы с ней поедем за ёлкой. Она радостно улыбнулась и попросила прислать ей фотографию нашего украшенного дерева. Вернувшись домой в два часа дня, я обнаружила на кухне тарелку супа и уже собранную маму. Быстро поев, я переоделась из школьной формы в удобные черные джинсы и фиолетовый свитшот. — Мам, я готова, поехали. А в какой магазин мы едем? И как мы дотащим огромную ёлку? Мама улыбнулась моему энтузиазму. — Мы поедем в ОБИ с моим знакомым. — Знакомым? А я его знаю? — Нет, ты с ним ещё не знакома, но он тебе точно понравится. — Ну ладно. — Я согласно пожала плечами. Со знакомым так со знакомым, главное, что у меня будет ёлка. Когда мы спустились вниз, возле подъезда нас ждал мужчина. Он выглядел моложе мамы, на вид ему не дашь больше тридцати, хотя моей маме было уже за сорок. Одет он был довольно странно: разноцветная расстегнутая куртка, под которой виднелся фиолетовый свитер, красная шапка и широкие черные джинсы. — Привет. — Сказал он маме и перевёл взгляд на меня. — Егор. — Он протянул руку, и мне пришлось пожать её, произнеся в ответ «Ева». *** Этот Егор оказался настоящим находкой. Он постоянно шутил и веселил нас, угостил маму кофе, а меня — вкусным новогодним глинтвейном (безалкогольным, конечно). Мы выбрали самую красивую живую ёлку и, довольные своим выбором, втроём отправились домой. Установив ёлку в ведре с землёй, мы принялись её украшать. Она выглядела просто великолепно! Даже Алиса написала мне «Вау» с восторженным смайлом! Егор остался выпить чай и уехал домой около семи вечера. А мы с мамой потом посмотрели «Один дома». Честно говоря, фильм мне не очень понравился, но главное было то, в какой компании я его смотрела! *** 27 декабря. Четверг. Сегодня был последний учебный день в этом году. В предновогоднюю пятницу, по традиции нашей школы, все классы вместо уроков отправлялись на экскурсии или в кинотеатры — занимались чем-то интересным, но точно не учёбой. Я с нетерпением ждала этих дней, полных ожидания праздника и волшебства. Сегодня был последний учебный день перед долгожданными новогодними каникулами, и я с Алисой решили, что обязательно поздравим Майю Дмитриевну. Она была для нас не просто учителем — она стала настоящим другом, поддерживающим и понимающим. Мы обе чувствовали, что именно она сделала для нас больше всех. Мы встретились на сорок минут раньше обычного и направились в единственный работающий в это время ларек. Внутри было немного грустно от скромного выбора, но мы выбрали коробочку «Рафаэлло» — это была классика. Первым уроком была математика, и к нашему удивлению, мы пришли вовремя. Весь урок мы шептались, обсуждая, когда же лучше поздравить Майю и что ей сказать. — Девочки! Мы вам не мешаем, нет? — учительница подошла к нам с недовольным взглядом, заметив мой закрытый учебник. — Ева, ты всё сделала? — она приподняла бровь и облокотилась на парту. — Я?... А что я-то сразу? — я отвела глаза в сторону, стараясь сдержать нервную улыбку. — Потому что Алиса хотя бы делает вид, что учится, — Майя взглянула на открытый учебник Алисы и усмехнулась. — Правда, не на той странице. — Ой… — Алиса металась глазами между мной, Майей и учебником, который был открыт на несчастной пятой странице. — Я понимаю, что Новый год на носу, но математику никто не отменял. Ева, дай сюда свою тетрадь. — Да ну, не надо… — но тетрадь всё же оказалась в руках Майи. Как только она отошла от нашей парты, мы не удержались и прыснули со смеху. Я бросила короткое: «Значит, после уроков зайдём», и перевела взгляд на доску. *** Звонок с последнего урока прозвенел как будто в замедленной съемке. Мы с Алисой, как и договаривались, направились к четырнадцатому кабинету. Внутри меня приятно трясло от ожидания. Я постучала и, дождавшись быстрого «Да?», открыла дверь, пропуская Алису и заходя следом. — Девочки? Вы чего, что-то случилось? Кому-то плохо? — Майя бросила на меня быстрый взгляд, заставляя мои щеки пылать. — Да всё хорошо у нас! — я посмотрела на Алису, надеясь, что она найдёт слова, потому что у меня они куда-то пропали. — Да. Майя Дмитриевна, мы пришли вас поздравить! С наступающим! Я достала из-за спины подарочный пакет и протянула его учительнице. — Это вам вот. Спасибо… — За что? — она взяла пакет и заглянула мне в глаза с любопытством. — Ну… за всё! Мы вас любим! Майя рассмеялась и притянула нас обеих в объятия. Я почувствовала сладкий аромат пряной выпечки — вероятно, это были её духи. — И я вас люблю, девочки! Кстати… — она отпустила нас и поставила пакет на стол, затем взяла мою тетрадь. — Примеры я в ней, конечно, немного нашла, но вот стихи красивые… — она протянула мне тетрадь. Точно. Стихи. Я же так и не вырвала тот лист! Боже… научите меня думать, пожалуйста! — Спасибо… — я быстро выхватила тетрадь из её рук и бросила её в свой рюкзак. — Ну ладно, мы пойдем, наверное… — Да, пока, девочки! Встретимся в новом году! *** 28, 29 и 30 декабря прошли в тишине и покое. Алиса уехала к бабушке в деревню встречать Новый год, у них такая традиция в семье. Она приглашала меня с собой, но я отказалась — папа обещал приехать к нам на праздники, и я ждала этого больше самого Нового года. Все три дня я провела дома, но зато написала ещё пару стихов. С тех пор как я написала свой первый стих, это стало моим основным занятием. Почти всё написанное я сразу отправляла Алисе. Но были парочка стихов, о которых никто не знал… Это были стихи о людях. Там были строки про Алису, про маму и даже про Майю. Я не хотела, чтобы их видели, они казались мне слишком личными. 31 декабря. Понедельник. И вот он настал — день, когда по телевизору крутят одни и те же, давно знакомые и любимые фильмы, которые уже заучены наизусть. День, когда в магазинах выстраиваются километровые очереди из людей, забывших, что в оливье обязательно нужен горошек, что без маслин Новый год не наступит, и тех, кто неожиданно вспомнил, что дома закончился майонез. Если говорить честно, тридцать первое декабря — это день, когда все верят в чудо, день, когда мечты имеют шанс сбыться. Я ждала этот день не меньше других. На самом деле, я ждала его так сильно, что руки тряслись от волнения. Утром мне казалось, что я проснусь от звонка в дверь, открою её, и там будет папа! Но время шло, я проснулась, приготовила с мамой салаты, даже фильмы начали утомлять. На часах было шесть вечера, а папа всё не приехал. Я взяла телефон и набрала его номер. — Пап, привет! Ты скоро приедешь? Обещал же ещё утром… — Привет, дочь. Прости, ты же знаешь, я лечу из Питера. Самолёт задержали из-за погодных условий. Боюсь, что могу и не успеть к тебе на Новый год. — А я жду тебя. Мы с мамой накрыли стол, тут даже твой любимый крабовый салат есть… — Прости, львенок… С наступающим! — И тебя с наступающим… Я положила трубку и разочарованно опустилась на диван. Мне было обидно, что Новый год мы проведем с мамой вдвоём. Она послушает речь президента и уйдет к своим друзьям-писателям — у них там своя тусовка. А я как дура останусь сидеть одна за накрытым столом и смотреть голубой огонёк. Папино «львенок» возвращало меня в детство, когда всё казалось проще. В ту новогоднюю ночь мне подарили большой набор магнитного конструктора. Мы с папой собирали его до трех ночи, сидя на полу перед телевизором. Мама же отметила Новый год не с нами, она уехала в свой писательский клуб сразу после боя курантов. — Пап, а почему мама с нами конструктор не собирает? — У неё… своеобразная работа. Ей нужно быть на месте даже в Новый год. — Понятно. — В детстве мне легко было мириться с маминым отсутствием, ведь рядом всегда оставался папа. — Ев! — мамин голос выдернул меня из воспоминаний. — Ау? Что такое? — Я встала с дивана и прошла в её рабочий кабинет. — Ты звонила отцу? Он приедет? Я неопределённо пожала плечами. — Он сам не знает пока что. У него рейс задержали. — И вот так всегда! Нет чтобы по-человечески взять билет на поезд — уже давно был бы здесь! Но нет, он же у нас занятой человек, ему на поезд время тратить некогда. Вот и с кем мне тебя оставлять? — Да я сама посижу, не маленькая! — Я буквально забежала обратно в свою комнату. И так было всегда. Я даже не помнила, когда последний раз слышала от мамы хоть что-то хорошее о папе. 23:45 Мы уже сидели за столом на кухне. По телевизору заканчивался «Служебный роман», и вскоре должен был выступать президент. Мама, нарядная с прической и макияжем, постоянно поглядывала на часы, дожидаясь момента, когда сможет наконец уйти. Я же не видела смысла наряжаться, если всё равно останусь одна, сидела в большой серой футболке и черных джинсовых шортах. Каждый из нас думал о своём — на кухне стояла гнетущая тишина. Вдруг раздался звонок в дверь. Я не успела даже понять это, как мама тут же вскочила со словами: «Это, наверное, Егор». Послышался щелчок звонка и раздосадованное: «Ев, это к тебе». Я вышла в коридор и увидела в дверях папу. Я сразу бросилась к нему в объятия. — Евочка, солнышко! Я же говорил, что успею! Мама тут же вышла из квартиры, бросив короткое: «Не буду вам мешать». Мы с папой снова остались вдвоём на Новый год, как тогда семь лет назад, и я была этому безмерно рада.