Прошу прощения за любовь

Проведя с папой целую неделю, особенно такую волшебную, я поняла, что такое счастье. Счастье — это видеть родного человека по утрам. Папа остался у нас на все январские праздники, в то время как мама, словно призрак, исчезла куда-то в другое место. Удивительная закономерность: пока один был рядом, другой оставался в тени. Мы с папой просто смотрели кино, гуляли по парку, грелись горячим чаем на кухне. Всё это казалось таким уютным и семейным, что мне не хотелось верить в скорый конец нашей маленькой сказки. Но, как известно, любая сказка рано или поздно заканчивается. Утром восьмого января меня, как и в предыдущие дни, разбудил аромат свежезаваренного кофе, смешанного с чабрецом. Это папа готовил нам завтрак. Я потянулась к телефону и увидела три новых сообщения от Алисы. «Привет! Я уже вернулась в город!» «Встретимся сегодня? Можем на каток сходить или в киношку.» «Понятно, мою спящую красавицу еще не разбудили ;))» Улыбнувшись, я лениво села на кровати, кутаясь в одеяло, не желая расставаться с его теплом. «Привет, Алиска! Я с папой сейчас. Если хочешь, пригоняй ко мне, заодно и познакомитесь.» «Забились. Ждите гостей, ахах.» Мне всё же пришлось встать с кровати и привести себя в порядок. — Пап, — я села за кухонный стол и притянула к себе кружку с горячим чаем, — к нам Алиса скоро зайдёт, ты же не против? — Нет, конечно. Алиса — это та самая, с которой вы в этом году подружились? — спросил папа, садясь напротив и мягко улыбаясь. — Ну, теперь уже получается, что в прошлом, — ответила я, посмеиваясь над своей шуткой. Папа коротко усмехнулся. — Львенок мой, как же ты выросла, — произнес он с обречённым вздохом.— А я и не заметил этого… — Тебе кажется, что никуда я не росла. Разговор прервал звонок в дверь. Я встала открыть и папа пошел следом. Нажав на дверную ручку, я толкнула дверь. На пороге стояла Алиса — моя Алиса. Она была такой же улыбчивой, с тем же огоньком в красивых голубых глазах, только казалась ещё более решительной и бойкой. По ней было видно, что она отдохнула. — С Новым годом, Евик! — радостно воскликнула она и бросилась мне на шею. — И тебя! — прокряхтела я, обнимая подругу. Папа стоял облокотившись плечом о стену и улыбался, чуть прикусив нижнюю губу. — Пап, это Алиса, моя лучшая подруга и вообще самая лучшая подруга в мире, — представила я её с гордостью. — Алис, это мой самый любимый папа! Я стояла между двумя самыми дорогими мне людьми и поняла: вот оно счастье. Счастье — это когда ты не один.

***

Мы посмотрели втроём «Марли и я» — трогательный фильм о собачке. Время пролетело незаметно. Но вскоре папе нужно было уехать, его ждал самолёт. Мы долго прощались на пороге нашей квартиры. Он пообещал приехать летом, я пообещала хорошо учиться, а Алиса пообещала следить за мной. — Пока, Львенок! Скоро увидимся. Не скучай, — произнёс папа, отстраняясь от объятий и пожимая руку Алисе на прощание. Он вышел из квартиры с лёгкой спортивной сумкой на плече. Сердце сжалось от предвкушения разлуки. Но в этот момент я знала одно: даже когда он уедет, его тепло и забота останутся со мной. Оставшись с Алисой вдвоем, мы уютно устроились на кровати в моей комнате. Мягкий свет лампы создавал атмосферу тепла и уюта, а за окном тихо падал снег, словно мир вокруг нас замер в ожидании. — Ох, Ева, знаешь, я даже немного завидую тебе, — произнесла подруга, многозначительно улыбаясь и вертя в руках какую-то безделушку, которая раньше украшала мою тумбочку. — Золотарева, ты чего, мне? И чему же именно? — с любопытством уставилась я на нее. — Папа тебя так любит, горы ради тебя свернуть готов. — Оо, горы да, это он готов. А вот жить рядом — увы, но нет. Забавный героизм получается, да? — невесело усмехнулась я, глядя на Алису. — Глупая ты, Ев, он же не от тебя сбежал, а от мамы твоей. — Мне иногда кажется, что он просто от ответственности сбежал. И вообще, тебя родители не меньше любят, причем оба... — Меня? Ев, они друг друга полюбить не могут. Ссорятся целыми днями, а на то, чтобы любить меня у них времени не хватает. Твои хотя бы развелись и живут себе спокойно отдельно, а мои все пытаются играть в счастливую, дружную семью. Только получается это ужасно, понимаешь, о чем я? — Не понимаю. Тебе просто кажется, Алис. Все ссорятся, все устают, — отчаянно пыталась я убедить подругу, что она не права. Ее семья была для меня своеобразным эталоном, который разбивался прямо у меня на глазах. — Что мне кажется? — устало выдохнула она, пододвигаясь ближе и ласково кладя руку мне на колено. — Кажется, что папа специально берет ночные смены, чтобы не приходить домой? Кажется, что мама спит у меня в комнате явно не от того, что папа громко храпит? Кажется, что… Я не дала ей договорить и крепко обняла ее, упав на кровать. — Алис, но тебя же они любят?.. — Любят, когда по отдельности. В остальное время лишь делают вид. — А я тебя всегда люблю и никогда не делаю вид, веришь? — заглянула я ей в глаза, пытаясь уловить в них искренность и доверие. — Верю, Ев. Тебе, конечно, верю. Лежа рядом с этой прекрасной девочкой на кровати, я неожиданно поняла, что такое счастье. Счастье — это когда тебе верят. Это когда можно открыться без страха быть непонятым или осужденным. В этот момент я осознала: несмотря на все сложности вокруг нас, мы были друг для друга опорой.